Цветами радуги

***

Смена на работе выдалась спокойной. Людей было минимальное количество, поэтому ребята по большей части общались между собой, делились какими-то историями и жаловались на учебу. Периодически к ним выходил Стас, принимая участие в разговоре, однако по большей части он находился на складе, разбирая поставки. В конце концов Шеминов утащил с собой Иру, видя, что она ничем не занимается. Антон с Катей остались отвечать за клиентов, коих к вечеру стало больше. У них не было такой большой запары, как в воскресенье, однако присесть было некогда — в принципе, обычная ситуация, и работники отлично с ней справились. К шести часам подошла Оксана, поливая ядом Эдуарда Эрнестовича, преподавателя по математике. Антон мысленно посочувствовал ей, потому что в свое время он также намучался с ним — это был принципиальный человек, который не желал идти на уступки никому. Он был человеком старой закалки, дедушкой, который то и дело разлетится прахом в доски в скором времени. Шастун что только не делал, чтобы заработать у него «отлично», ведь он ставил такую оценку только тем, кто, по его мнению, идеально знал математику. А Антон с самого детства был гуманитарием от головы до кончиков пальцев, поэтому математика для него была страшным сном. Но он выстрадал свою пятерку, заработал ее потом и кровью, и забыл об этом преподавателе, как о самом страшном кошмаре в своей жизни. После того, как они с Димой закрыли первую сессию зимнюю с пятерками по математике, они устроили такую попойку, что им до сих пор плохо при одном воспоминании. Егор опоздал на смену на пять минут, поэтому Антону пришлось задержаться. Когда парень встал за кассу, отпуская Шаста, было уже пятнадцать минут седьмого, поэтому парень решил поспешить. Арсений жил в двадцати минутах езды на метро, следовательно Антон должен был успеть приехать как раз к семи часам. Переодевшись и попрощавшись со Стасом и Ирой, которые все еще были на складе, Антон вышел в главный зал. Людей практически не было, поэтому парень спокойно встал перед витриной с пирожными, выбирая, чтобы взять. Он весь день хотел чего-то сладкого, поэтому сейчас не мог отказать себе в искушении взять любимый пирог в любимой кофейне. Перед Антоном был выбор: взять пирог с вишней или с яблоком и корицей. Шаст больше всего любил первый, однако нужно было учитывать пожелания Арсения, поэтому тот взял телефон и написал ему простое сообщение:

Шастунишка

Вишня или яблоко?

Арс Вишня, конечно. Антон усмехнулся, подзывая к себе Егора. Он попросил пробить ему целый пирог с вишней и пару кусочков Наполеона. Его сменщик поиграл бровями, намекая на свидание, но Шаст только отмахнулся. Когда пакет со сладким был в руках парня, тот попрощался с Егором. Подойдя к Оксане, которая вытирала столы, Антон чмокнул ее в щеку и сказал, что Димка с Сережей встретят ее после работы, а он убежал по делам. — И что это у тебя за дела такие? — Весело спросила Оксана. — Меньше знаешь — крепче спишь. — Ответил ей Антон и ушел из кофейни. У него было полчаса, чтобы доехать до Арсения, поэтому он прибавил шаг. За три года жизни в Питере Шаст научился отлично ориентироваться в городе, поэтому добраться до дома Попова ему не составило труда. Он проехал пять остановок, вышел и свернул в арку прямо около метро, как ему объяснил Арс. Немного побродив по дворам, Антон дошел до нужного подъезда. Посмотрев в телефоне номер квартиры, Шаст позвонил в домофон. Арсений открыл почти сразу, поэтому Антон через минуту уже находился в лифте элитной новостройки, поднимаясь на пятнадцатый этаж. Найдя нужную квартиру, Шастун позвонил в звонок. Попов предстал перед ним в полосатых домашних штанах, черной футболке с надписью «Для тебя», в очках и с лохматой челкой. В его ногах вертелась Босния, и Антон просто выпал от такой домашней картины. Арсений выглядел так мило и так не по-поповски, отчего Шастун почти растекся лужицей прямо в подъезде. — Ты всех студентов встречаешь в таком виде? — Спросил Антон, проходя в квартиру. — Только тех, кому посчастливилось стать моей родственной душой. — Не уверен, что это счастье. — Хмыкнул Антон, разуваясь. Он передал Арсению пакет со сладким, и у того в глазах сразу загорелся огонь — видимо, не один студент здесь был фанатом сладкого. Мужчина прошел на кухню, оставляя Антона с четырехлапым существом, поэтому парень пожал плечами и поднял Боснию на руки. Кошка была рыжая с черными лапками, и Антон удивился — на самом деле он никогда не видел таких животных. В детстве он желал завести кота, однако у мамы была дикая аллергия на шерсть, поэтому его мечта не была исполнена. Держа в руках это существо, Антон чувствовал себя маленьким ребенком, потому что Босния ластилась и плыла под его руками, так мягко урчала, отчего урчать захотелось уже Шастуну. — Ты пройдешь или так и будешь стоять с моей кошкой? — Послышался голос Арса. — Ванная комната прямо по коридору. — Парень прошел туда, куда ему сказал преподаватель, и уже через три минуты стоял перед Арсением с чистыми руками и все тем же котом на них. Животное мягко урчало, создавая небольшую вибрацию, и Антон наслаждался этим чувством. — Я ей понравился! — Бодро сказал Антон. — Ей все нравятся. — Арс разрезал пирог и поставил на большой кухонный стол. В одной куче лежали какие-то бумаги и тетради все на том же столе, но они совершенно не мешали преподавателю и студенту поглощать вкусный свежий пирог. Арсений увлеченно рассказывал про то, как учил будущих юристов в Москве, и Антон с жадностью поглощал любую информацию о своем соулмейте. Если бы Шастуну месяц назад сказали, что он будет сидеть на кухне у своей родственной души и есть любимый пирог, то Антон бы просто послал этого человека нахуй, не желая слушать подобный бред. Однако сейчас, находясь в этой квартире рядом с этим человеком, Шастун совершенно не мог понять, почему он так сильно хотел оградить себя от родственной души. — Мы можем проболтать до ночи, а нам нужно все успеть сегодня. — Сказал Арсений, доедая Наполеон. — Что от меня нужно? — Значит так, смотри, я тебе дам сборник тестов по праву. Там все распределено по разделам, найдешь необходимые нам. Мне нужно, чтобы ты в максимально произвольном порядке перемешал все варианты заданий, которые там предложены. Потом я проверю, но, думаю, что ты справишься. — Рассказал Арсений. — Работа не сложная, но долгая, поэтому вперед и с песней. Разделов было три, следовательно — по десять вопросов с каждого. Итого — тридцать. — Не боишься, что я своим расскажу? — Хитро спросил Антон. Конечно, сливать вопросы теста и подставлять Арсения он не собирался, но ему почему-то очень захотелось узнать, что ответит мужчина. — Я тебе доверяю, Антош. Если бы не доверял, я бы и близко не подпустил к тестам. — Просто сказал Арсений, передавая ноутбук. Сердце Шастуна невольно замерло, а в его душе яркими красками вспыхнули салюты. Я тебе доверяю. Арсений показал ему электронный вариант сборника, и Антон принялся за работу. Попов попросил сделать пять вариантов таких, чтобы вопросы в них не повторялись, и Шастуну действительно придется попотеть. Парень открыл два вордовских документа, начиная вчитываться в вопросы, стараясь отбирать максимально понятные. Но проблема была в том, что, по большей части, Антон знал ответы на все вопросы и у него не возникало никаких сомнений. Арсений просил, чтобы тест был сделан для среднестатистического студента, а не на гениев или раздолбаев. Попову нужны были знания людей, чтобы понять, какие из них достойны его внимания, а какие учатся лишь для того, чтобы была корочка. Пока преподаватель проверял работы какой-то группы, Антон постепенно создавал варианты. У него ушло добрых четыре часа времени и три кружки чая, чтобы закончить всю работу. Его глаза жутко устали, спина затекла, а пальцы уже просто не писали, поэтому Антон, закончив формирование и сохранив документ, поднялся со стула и размял тело. — Арс, я закончил. — Оповестил Антон, отвлекая мужчину от чтения какого-то доклада. Арсений отложил в сторону листы и потер уставшие глаза пальцами, снимая очки. Затем он придвинул к себе ноутбук и начал бегать глазами по экрану. Шастун решил посмотреть, что же читает его соулмейт. Арс совершенно не обратил внимание на то, что Антон взял доклад и принялся его читать. Сказать, что текст был изложен сухо и неинтересно, — это ничего не сказать. У Шаста создалось впечатление, что человек просто скопировал всю информацию с какого-то сайта, не проверив и, скорее всего, даже не прочитав ее. Шастун буквально ненавидел такие доклады, потому что они не давали ничего нового и интересного. Любые свои доклады, сообщения, рефераты Антон всегда старается наполнить каким-то живыми примерами, эмоциями, своим мнением, чтобы интересно было не только ему, но и всем остальным. Преподаватели всегда высоко оценивали его старания, поэтому Антон не прекращал работать таким образом. — Пятый вариант получился слишком простым. — Сказал Арс. — Замени шестой, десятый и двадцать второй вопросы чем-то более сложным. — Антон сделал, как ему сказали, и после одобрения Арсения с облегчением выдохнул. — Как это утомительно. — Сказал Антон. Попов только фыркнул, продолжая читать доклад. — Что ты в нем пытаешься отыскать? Мне кажется, что ты эту бумажную Википедию уже три раза перечитал. — Пытаюсь найти то, за что ему можно поставить нормальный балл. Пытаюсь ухватиться за какую-нибудь его мысль, но понимаю, что его мыслей-то и нет. — Тяжело вздохнул Арс. Когда Антон впервые услышал про Арсения Сергеевича Попова, то он подумал, что это будет человек, подобный известному Эдуарду Эрнестовичу, который не желал хоть как-то помогать студентам. Однако чем больше Антон общался со своим соулмейтом, тем сильнее он убеждался в обратном: Арсений был, несомненно, требовательным, но в то же время он всегда шел навстречу. Он всегда пытался помочь студентам получить баллы, вытянуть из него нужную информацию, направляя на нужную мысль, или вложить как можно больше знаний в головы будущих юристов. Антон знал, как многие студенты не любят Арсения. Даже его одногруппники столько раз материли его в беседе или при личной встрече, проклинали домашку, которую он задает и все его требования. И сам Шастун первоначально думал так же, пока не заметил то, что Попов делает для всех студентов. Арсений требовал от всех дисциплины, внимания и знаний, и это было правильно. Он хотел, чтобы из них вышли достойные специалисты, и Антон искренне уважал его за это. Однажды у них в переписке даже затронулась эта тема, и Арс поделился, что он прекрасно осведомлен о мнении студентов. Антон спросил, сильно ли его беспокоит это, и Арсений ответил, что уже давно перестал обращать на такое внимание. Он всегда отмечал для себя людей, которые действительно стремятся к знаниям и которые просто пришли посидеть на его парах. Конечно, вторых тоже нужно было вытягивать на приличные баллы, поэтому Попов пытался хоть как-то помочь им. Закончив проверку несчастного доклада, Арс с благодарностью принял из рук Антона очередную кружку горячего чая. Босния расположилась на коленях у своего хозяина, успокаивая его нервы, а Шастун стоял позади Арсения, положив руки ему на плечи. Парень пытался уговорить своего соулмейта рассказать, как помочь группе хорошо сдать контрольную. — Ну, а ты как сам на высшие баллы написал все тесты? — Спросил Арсений. — Я много читаю. — Пожал плечами Антон. — А они физически не успеют изучить все мои книги за день. А если они не напишут эту контрольную, то ты же выебешь их во все дыры потом. — Ну вот что за выражение такое? — Цокнул языком Арс. — Зато правда. — Хмыкнул Антон, приглаживая волосы мужчины. — Давай, Арс, они же у меня глупенькие, им нужно помочь. Можно я им немного подскажу? Я всего лишь скажу, чтобы они выучили основные определения из учебника и написали шпоры по датам. Тесты в основном состоят из этого. Они хотя бы на пять-шесть баллов напишут, если не будут отвечать на вопросы с развернутым ответом. — С кем я связался? — Горестно вздохнул Арсений. — Хорошо, скажи им это. Можешь еще добавить, что я соберу все телефоны. За шпоры я сильно не гоняю, но при явном списывании буду выгонять без возможности пересдачи. — Ты просто изверг, знаешь? — Засмеялся Антон. — Знаю, поэтому меня и не любят. — Арсений разомлел под руками парня, который продолжал перебирать его волосы. Шастун пропускал пряди через пальцы, задевая кожу мужчины, чесал ногтями и накручивал длинные пряди. Арсений чуть ли не стонал, когда Антон что-то вытворял с его волосами, и Шаст с упоением осознал, что нашел еще одну слабость Арса, кроме кофе. Попов совершенно разомлел под руками парня, поэтому немного опешил, когда получил легкий поцелуй в макушку. Антон отстранился от Арсения, но тот, не желая отпускать его, поднялся со своего места. Босния жалобно мяукнула и убежала в комнату, когда Попов положив руки на талию парня, притянул того ближе к себе. Шастун положил руки на шею мужчины, заворожено наблюдая за тем, как глаза, цвета неба, меняют свой цвет на более темные — цвет моря. — Прежде, чем я тебя поцелую, я должен тебе кое-что рассказать. — Тихо сказал Арсений. — А это не может подождать? — Спросил Антон, не желая прерывать такой момент. — Нет. — Арс положил голову на плечо Шастуна, и парень провел рукой по напряженной спине соулмейта. Антон и сам насторожился от голоса мужчины, подозревая, что сказанные им слова ему не понравятся. — Говори давай. — Ты знаешь, что я несколько лет жил в Москве. Но я уехал туда не просто так: я женился, Антон, и моей жене предложили работу в том городе. Я не мог ее бросить, поэтому мы переехали в Москву. Я там работал в одном ВУЗе. Мы жили вместе там год, а потом у нас родилась девочка — Даша. — Антон слушал историю мужчины, не прерывая и не задавая вопросы. На каком-то подсознательном уровне он знал, что Арсению нужно выговориться и собрать все свои мысли в кучу, поэтому он ни в коем случае не торопил его. Шастун просто продолжал гладить его спину, пока мужчина рассказывал: — Даша стала маленьким чудом для нас, и мы были так счастливы, когда она родилась. Она росла умной девочкой, и мы с Аленой души в ней не чаяли. И я действительно не желал никакой другой жизни: у меня была любимая жена, дочка-красавица, и мы с Аленой не обращали внимания на то, что мы не были родственными душами никогда. Нам было хорошо вместе, поэтому мы просто жили. А полтора года назад Алена встретила своего соулмейта. — Антон ни на секунду не переставал гладить мужчину по спине, пока тот продолжал тихо говорить ему в плечо: — Она ничего не сказала мне, а просто изменяла с ним в течении трех месяцев, пока я не застал ее с ним в постели. Потом начался бракоразводный процесс, в ходе которого нам предстояло определить место жительства ребенка. Я знал, что Даша имеет безумно крепкую связь с матерью, да и какой из меня родитель? В конце концов мы развелись больше года назад, а моя дочь осталась с Аленой. Я переехал в Питер, поэтому видимся мы с Дашей редко. — Арсений судорожно вздохнул. Антон начал выводить узоры на спине мужчины, постепенно укладывая всю новую информацию по полочкам в голове. Его совершенно не пугал факт наличия бывшей жены и ребенка у Арсения, и Шастун был искренне расстроен, что у мужчины все так получилось в жизни. Он понимал еще тогда, при первой встрече, что его соулмейт не был монахиней и не был затворником, оберегая свою невинность для того единственного. У них обоих были отношения, которые остались в прошлом, но которые неизменно влияют на настоящее. Антон понимал, что Арсений беспокоился о том, как он воспримет информацию, и ему от этого осознания почему-то становилось теплее на душе. — Я так сильно возненавидел всю эту систему с родственными душами, а потом встретил тебя. Я хотел сбежать от этого, чтобы не рушить ни свою жизнь, ни твою, но, как видишь, это у меня получилось плохо. — Мы больше не будем бегать от этого. — Тихо сказал Антон. — Давно ты виделся с дочерью? — Мы часто разговариваем по видеосвязи, а последний раз в живую мы виделись летом. Я провел целый месяц в Москве, рядом с Дашей, а потом снова уехал в Питер. Мы с Аленой расстались в теплых отношениях, но общаемся чаще на тему дочери, а с ее новым мужем я вообще виделся только в тот раз, когда застал их вместе. Прости, нужно было раньше рассказать тебе. — Не извиняйся, я тебя понимаю. — Ответил Антон. — И я не собираюсь сбегать от тебя только потому, что у тебя есть прошлое. Судьба уже давно связала нас, и ей явно все равно на это. Как, собственно, и мне. Арсений поднял голову на Антона. В его глазах бушевал целый ураган, и Шастун не удержался. Он притянул мужчину ближе к себе, а потом мягко коснулся его губ своими. Арсений сразу же прижал его ближе к себе, настойчиво отвечая на поцелуй. У Антона почему-то обветренные губы, немного шершавые, искусанные; он прижимается ближе, продолжая жадно целовать. Арс кусает его за нижнюю губу, а потом улыбается — Шаст тоже улыбается на это действие. Арсений отрывается, когда легкие начинают гореть — он забыл про воздух, определённо. Он делает глубокий вдох, Антон целует его в уголок рта. — Мы определенно вывели наши отношения на новый этап. — Фыркнул Антон. Арсений уронил голову на плечо парня, и тот поцеловал его куда-то в голову. Они перебрались в гостиную, где упали на небольшой диванчик. Попов сел на ноги Антона, притягивая его к себе и с жадностью целуя. Шастун водил руками по телу мужчины, кусал его губы, игрался с его языком. Отстранившись, Арсений начал целовать его шею, делая небольшие укусы, и Антон почувствовал легкое возбуждение внизу живота. Когда раздался телефонный звонок, они не сразу отстранились друг от друга. Антон достал из кармана телефон, все еще тяжело дыша. Арсений продолжал сидеть на нем, поправляя волосы и кусая нижнюю губу. — Да, Дим. — Ответил Антон на звонок. Арс снова поцеловал его в шею, а потом поднялся с его ног, отправляясь куда-то в коридор. — Ты скоро? Мы тут с Окси и Серым катаемся по Питеру. Может быть, тебя забрать? — Антон посмотрел на настенные часы и отметил, что уже двенадцатый час ночи. Шастун назвал станцию метро, около которой он находится, и Серега, взявший трубку, пообещал, что они будут на месте через пятнадцать минут. — Уходишь? — Спросил появившийся Арсений. Антон кивнул, а потом встал с дивана и подошел к мужчине. Он оставил легкий чмок у того на губах, а потом потрепал по голове, вызывая недовольный вопль у преподавателя. Вышел Антон из подъезда через семь минут. Он сразу начал проверять, спит ли его староста. Увидев ее онлайн, Шастун хотел было написать ей, однако печатать на ходу было неудобно. Подойдя к станции метро, Антон набрал номер телефона Маши в надежде, что она не побьет его за столь поздний звонок. — Шаст, ты вообще время видел? — Возмутилась девушка, взяв трубку. — У меня есть полезная информация, но я только освободился, чтобы передать ее тебе. — Сразу сказал Антон. — Это по поводу контрольной по праву. — Я тебя слушаю. — Меня сегодня задержал Попов, и мы немного поболтали, так сказать. Считай, что сработало мое природное обаяние: я уговорил его рассказать мне, как помочь вам написать контрольную. В общем это будет тест из тридцати вопросов. Повторяйте основные определения из учебника, пишите шпоры на них и на все даты, которые только найдете. — Проговорил Антон то, о чем они условились с Арсением. — Он сказал, что этих знаний хватит, чтобы написать контрольную на пять-шесть баллов. Кто хочет больше, соответственно, нужно читать дополнительную литературу. — Господи, Антон, ты просто лучший. — Выдохнула Маша. — Как у тебя это получилось? Его несколько человек пыталось разговорить. — Точно также, как я пропускаю почти все занятия в ВУЗе — секрет фирмы. — Сказал Антон. — Я поговорил с другими факультетами, у которых ведет или вел Попов. На таких контрольных он собирает телефоны, так что шпоры пишите от руки. Смотреть за вами он будет, но если сильно палиться не будете, то списать вполне реально. — Дай Бог тебе здоровья. — Сказала девушка. — Надо всем нашим передать. — Вперед. — Как раз в этот момент подъехала машина, из которой показалась голова Димки. Антон запрыгнул на заднее сидение к Оксане, а Позов благосклонно подвинул свое кресло, чтобы у Шастуна поместились его длиннющие ноги. — Не позорьте меня только. И постарайтесь не спалиться, когда будете списывать. Он выгоняет без возможности пересдачи. И пусть эта информация будет только внутри нашей группы. — Обижаешь, Антошка. Все как обычно будет в лучшем виде. Девушка в очередной раз поблагодарила его, а потом отключилась, помчавшись передавать информацию одногруппникам. Шаст убрал телефон в карман, а потом посмотрел на людей в машине. На него смотрело три пары удивленных глаз, и Антону пришлось рассказать им такую же версию, какую только что рассказал Маше. Дима странно посмотрел на него, но ничего не сказал, а Антон снова почувствовал себя виноватым. Сейчас, когда отношения с Арсением выходили на новый уровень, Антону хотелось рассказать обо всем своему лучшему другу. Он прекрасно понимал, что это будет долгий разговор, поэтому отложил его до выходных. Им определенно нужно будет выпить перед тем, как говорить, поэтому Антон заранее просчитывал, сколько ему понадобится бутылок пива. А еще лучше — коньяка. Ребята отвлеклись на разговор, когда на телефон Шаста пришло новое сообщение: Арс У нас будет свидание

Шастунишка

Я не соглашался

Арс А я и не спрашивал