Омега главы

В ту ночь глава вернулся, видимо поздно, потому что солнце на мгновение заглянуло в дверь хижины. - Я принес тебе ужин, - сказал Майки, глядя на Такемичи, лежащего на кровати. Омега скользнул на пень, взял тарелку у альфы и молча поел. Такемичи почувствовал себя неловко под пристальным взглядом альфы. Его брови сходятся вместе, локти на коленях, он внимательно изучает омегу. - Что...что-то не так? Ты расстроен из-за того, что случилось раньше? - спросил Такемичи, вытирая лицо тыльной стороной ладони. Альфа просто отрицательно покачал головой, и Такемичи продолжил есть. Молчание было за гранью неловкости. Единственный звук, который можно было услышать был, когда Такемичи откусил кусок мяса. Омеге стало так неловко, что он притворился сытым только для того, чтобы альфа перестал пялиться. Время ложиться спать было еще более неловким. Там была только одна зона для сна, и они должны были спать вместе. Майки сначала устроился поудобнее, развязал свою ткань и снял аксессуары, прежде чем забраться под один из мехов. Он вздохнул и снова посмотрел на Такемичи, который просто стоял в ногах кровати. - Идешь, омега? - Альфа выглядел смущенным. - О-о... - сказал Такемичи и присоединился к альфе на дальней стороне кровати, оставив значительное пространство между ними. Он тоже смотрел в противоположную сторону. Блондин затаил дыхание, почти ожидая, сделает ли альфа что-нибудь. Через несколько минут он услышал, как изменился ритм дыхания альфы, и перевернулся. Глава крепко спал, слюна уже начала стекать из уголка его рта. Сердце Такемичи бешено заколотилось, и неприятное чувство в груди сменилось бабочками. Как тогда, когда они были у реки. Командир выглядел таким...милым, когда спал. — На следующее утро Такемичи проснулся, услышав пение утренних птиц. Он чувствовал, как сильная, теплая рука обнимает его за талию. Это было не привычно, просыпаться, чувствуя столько тепла, но это было приятно и комфортно. Он попытался развернуться, но хватка альфы была слишком сильной, чтобы он мог вырваться. - Альфа? - спросил Такемичи, и хватка усилилась еще сильнее, его рука теперь двигалась вниз от живота к пупку. - Альфа? - Он попробовал еще раз, и Майки застонал, двигая бедрами напротив омеги. Без сомнения, Такемичи чувствовал массивное утреннее "дерево" командира между двумя своими булочками. - Альфа-а-а, - снова заскулил он, раздраженный тем, что тот не просыпается. Рука главы скользнула ниже, к члену Такемичи. - Альфа ! Такемичи запаниковал, и Майки, вздрогнув, вскочил, убирая руку от Такемичи, как будто он обжегся. Что? - Альфа? - Майки вышел из хижины, ничего не сказав в то утро. Такемичи чувствовал себя ужасно из-за того, что он только что сделал. Это была та же реакция, что и вчера. Как бы то ни было, глава казался очень удивленным и, вероятно, был расстроен им. Такемичи вздохнул про себя. Почему он не мог просто немного расслабиться? Он знал, что их отношения начинались странно. Это было очень нетипично для недавно сблизившейся пары-редко видеться и проводить время друг с другом. Может быть, их сочли бы нормальными, если бы они были такими, но в том-то и дело. Реальность сильно ударила его в первый же день, проведенный в одиночестве в хижине. Он понял, что теперь связан узами с главой Томана. Главой, о котором он только слышал рассказы, а теперь, до его приветствия, почти не видел. Конечно, Такемичи тянуло к нему физически, но он должен был подвергнуть сомнению эти чувства бабочки. Были ли они искренни или просто потому, что связаны узами? Такемичи задавал вопросы обо всем, так как не мог вспомнить. Он попытался вспомнить что-нибудь из тех дней в жару, но ничего не вышло. Что за дерьмовая омега впадает в горячку, связывается со своим партнером, а потом ничего не помнит? Это было неприятно, но Такемичи был слишком смущен, чтобы что-либо сказать об этом. —— Майки чувствовал, что с каждым днем становится все более и более рассеянным. Он уходил рано утром, ничего не сказав Такемичи, потому что, если бы он увидел эти утренние глаза, он бы потерял себя. Он не хотел ничего больше, чем просыпаться по утрам, держать Такемичи и трахать его медленно, пока он не заплачет, испачкав их постель его спермой. Мысли об их временах в жару часто приходили ему в голову. Особенно в тот раз, когда Такемичи взял все под свой контроль. Эти воспоминания легко возбудили Майки. Омеги обычно умоляли бы, чтобы их разводили(делали с ними детей) после того, как они были связаны. Но не Такемичи. Он даже не взглянул на главу. Когда они спали ночью, Майки нужно было начинать сокращать расстояние между ними и только тогда, когда Такемичи спал. Такемичи просто не казался таким заинтересованным в нем. Ситуация беспокоила его так сильно, что он отправился искать ответы. Майки ворчал всю дорогу до хижины медиков и однажды утром распахнул створку. - Вставай, маленький засранец, - прорычал он, и Казутора сел, закрыв руками свет, падающий ему в лицо. - Что теперь, глава? Казутора зевал, пока снова не услышал рычание Майки. Глава не совсем был зол, но определенно раздражен. Его запах полностью выдал это. - Расскажи мне больше о своих друзьях, - сказал Майки и плюхнулся на пень. Казутора посмотрел на него, приподняв бровь, и, зевнув, почесал в затылке, прежде чем встать и потянуться. Он тоже спал голым, и Майки выглядел так, будто ему было все равно. - В каких-нибудь свитках упоминалось что-нибудь о...омегах после жары? - спросил Майки, - Или о том, чтобы заставить своих партнеров что-то делать? - Добавил альфа после. - На самом деле я помню кое-что интересное, - кивнул Казутора, завязывая ткань на талии. - Команды - если я правильно помню. Обычно используется в качестве выговора, например, как укусить вашего омегу сзади за шею. Это то, что может сделать только омега, и это нечто особенное между предназначенными супругами. Это напрямую связано с их чувствами. Команды происходят во время эмоционально заряженного состояния. Его нельзя контролировать, как вспыхивающие феромоны. Я думаю, что в свитках сказано, что это обычно связано с негативным чувством, но не всегда. Майки просто кивнул, погруженный в свои мысли. - Что касается твоего другого вопроса, вам нужно, чтобы я пришел и осмотрел Такемичи? Есть ли какое-то конкретное поведение, которое происходит? Майки по-прежнему хранил молчание. Его запах колеблется от типичного запаха сока и огня до мха в дождливый день. - Майки-кун, ты в порядке? - спросил Казутора, и Майки встал, чтобы выйти из хижины. - Омега дважды сделал мне выговор с тех пор, как у нас закончилась жара, - подумал он про себя - Оба раза, когда я пытался сблизиться с ним, - Майки со вздохом сжал губы в тонкую линию. Он пришел к такому выводу. Омега не хочет меня.