жить в твоей голове

Финский залив таинственное и прекрасное место, близь которого, в Питере, лишь одни загородные комплекса, с роскошными деревянным домиками и обворожительными видами. Арсений любил в выходные, которых крайне мало, приезжать в частные коттеджи около побережья, бегать по утрам, по сосновым чащам и наслаждаться спокойствием, которое буквально сочилось из этих мест. Попов любил уезжать из города из-за возможности оставаться анонимным, ведь с его узнаваемость, это было огромной роскошью и почему-то именно, в этих краях, это удавалось. Когда Арсению позвонило его агентство и предложило провести, 2-х дневный выпускной, какой-то частной и жутко дорогой гимназии, именно в этих краях он не смог отказаться, хоть и где-то внутри он было хотел сказать «нет». Погода в Северной столице стояла потрясающая не жаркая, но на удивление солнечная, что не могло не радовать. Все идеально для последнего вечера детей, которые уже на рассвете будут совсем взрослыми. Арсений вспоминает свой выпускной и на душе становиться так тепло. Прошло так много времени, но он все еще так хорошо помнит свой забавный пиджак который, наверное все еще висит в квартире родителей и белесее волосы, которые в знак протеста он высветлил за день до торжества и сбрил почти под ноль. В его жизни было много, как для простого омского мальчишки из строгой семьи. Арсений всегда был другим. Рос летающем в облаках и мечтах, но при этом любимиц учителей, за свой мягкий и интеллигентный характер. Он был смышлёным, но уже тогда в детстве мечтал вырваться из оков провинции и жить в свободной Америке. Мечтал о творчестве и театре. О чем то совсем другом, о том что не входило в рамки нормальности, хоть она у каждого и своя. Мысли Попова заходят так далеко, что он буквально перенестись в тот очаровательный июльский день в Омске с ярким солнцем и привкусом плохого алкоголя, который сейчас он ни за что бы не выпил. — Извините, Арсений Сергеевич? —Совсем молодой парень как-то неловко вытягивает Попова из мыслей и ощущение легкости тут же испаряется из его голубых глаз. — Не такой уж я и старый. —Брюнет улыбается обнажая ямочки. Возраст для Арсения слишком больная тема и все даже близкие к не смели ему что-либо сказать, хоть и за частую он ядовито отвечал на каждые уколы на эту тему. А затем шел в зал, чтобы убедить себя, что он не стар, что с ним все в порядке. Старался доказать всем, что он и 20 летнему составит достойную конкуренцию. Держал себя в форме да и не выглядел почти на сорок. — Гости будут подъезжать через пару часов так что у вас пока, свободное время. —Парень явно нервничал в присутствие ТНТ-шной звезды. — Как только установят аппаратуру нужно провести небольшой саунд-чек. Вам будет удобно? — Арсения так веселит его испуганный взгляд, но он все понимает и кажется даже привык к такому, хоть и все еще тяжело проносит свою узнаваемость. Он был слишком свободолюбивый для этого всего. Он не любил рамки, но на публике вынужден был загонять себя в их. — Отлично. —Попов хлопает парня по плечу, словно два ему понять, что он такой же человек, как и он сам. —Могу прогуляться по комплексу? — Да конечно. Бар и ресторан в вашем распоряжении. — Спасибо, эмммм… —Заикается Арс пытаясь вспомнить им парня. — Максим. — Спасибо, Максим. — Попов вежливо улыбается и прячет глаза под темными очками. Он пожимает мужскую руку и неспешно удаляется. Времени достаточно и Попов наконец-то расслабляется около воды, босыми ногами ныряя в прохладные фински воды. Здесь еще было так тихо и еле слышный гул из ресторана только добавлял шарма моменту. Он записывает пару смешных моментов и красивое солнце для дочери отправляя их тут же в чат с бывшей супругой оставляя милый комментарий «нужно привезти Кьяру сюда в выходные», на что девушка лишь коротко отвечает «не в эти выходные» и Попов грустно улыбается, ему слишком тошно от этих токсичных отношений и того что он не может видеть дочь когда захочет. «Интересно Алена бы разрешали мне прийти на выпускной?» и Попов не знает точного ответа до конца, ведь с каждым годом их отношения все сложнее. Арсений тяжело вздыхает и прячем тяжелые мысли далеко и на долго, ведь сегодня он должен быть самым веселым парнем, что бы вредные богатые детки не разрушили его. Все шло как по маслу и очаровательные девушки и еще не возмужавшие парни, в классических костюмах, выглядели роскошно. Арсений надеялся, что все будут в лучших традициях выпускного балла, а не веселой тусовки, когда увидел сценарий и концепцию, но что бы настолько все соответствовало заявленным требованиям. Даже гости было одеты в смокинги и платья в пол, строгий блек тайд. Арсению слишком шел его черный наряд, с матовой бабочкой и специально выхваченными, у друга театрала, круглыми очками в стиле 18 века. Если убрать всю аппаратуру и телефоны, что, то и дело, мелькали в руках выпускников, то атмосфера светского вчера была бы соблюдена на сто процентов. Небольшой танцевальный перерыв и Арсений наконец-то вырываться на улицу, чтобы вдохнуть свежего воздуха и выпить оставшиеся пол бокала белого вина со льдом, хотелось снять напряжение. Он все никак не мог отделаться от мыслей о дочери. «Пришел бы я на выпускной даже если бы Алена запретила?» Попов снова тухнет и на душе словно камень от каждой такой мысли. Он не заслужил ведь такого? Его дочь не заслужила? Алена ведь тоже не заслужила? Чувство вины, самый огромный камень на душе Арсения. Он будет вечно виновен в страданиях дочери, бывший жены, а он свои страдания заслужил, в этом он уверен точно. — Простите. —Тонкий девичий голосок вытягивает Арсения из дебрей собственных мыслей. Осадок тяжелый, но он справиться, снова нацепит улыбку и успокоиться, замолит все грехи перед дочерью, обязательно. —В этом же зале проводят балл? — Что простите? —Попов плохо расслышал вопрос. В легком сумраке он сразу не понимает с кем, говорит, но голос девушки был до мурашек приятным. — Здесь выпускной у 123 гимназии? —Невысокая девушка наконец-то попадает в лучи ярких фонарей и полной луны, которая на ясном небе казалась куда больше и ярче. Незнакомка словно ангел, в красивом серебристом платье в пол, усыпанном мелкими камнями и вышивках, нежно переодевающемся в лучах ночного солнца. Арсений замирает на место забывая на секунду все буквы и слова, абсолютно теряясь в пространстве. Незнакомка необычайно красивая, хоть и всех черт рассмотреть не удалось. Она дарила загадку, а Попов их так сильно любил. — Да. Да, здесь, именно выпускной это гимназии. —Слегка заикается, но так старается не выдавать своей нервозности, видя незнакомую очаровательную барышню. — Спасибо. —Незнакомка дарит обворожительную улыбку и скрывается в направлении ресторана. Арсений хотел было пойти за ней, но телефон лежавший во внутреннем кармане настойчиво завибрировал вырывая мужчину из этого очаровательного момента. «Я обязательно найду тебя еще раз сегодня». Арс невыносимый романтик, хоть и скрывает это не выдавая все и сразу. Такие моменты словно сошедшие со страниц какого-то романа всегда особенно откликались в его душе. Говорят мужчины, в большей своей части скупы на эмоции и такие сказочные моменты для них чужды, но не для Попова. Он хранит их в особом месте на полке своей души, которая закрыта плотной дверью. На ней уже давно стоит первая влюблённость и его романтическое, но такое детское, первое свидание на крыше, ключи от которой он украл у коменданта их дома. На ней его первая безответная любовь в девушку в университете, которая и подарила ему театр и он так часто мысленно говорит ей спасибо. Ведь он был бы явно не тем кем есть сейчас. Хоть и говорят, что не важно как мы пройдём путь мы все равно окажемся на том месте, что предназначено нам судьбой. Но Арсу нравилось верить, что если бы не его влюбчивость, он бы никогда не стал актером. На этой полке и его встреча с Аленой, в Новосибирском театре куда она пришла к подруге актрисе, с которой служил Попов. Алена для него свет, она была его путеводной звездой, не теряла веры до последнего их дня вместе. Она не давала ему рухнуть, как и он когда-то давно в их первом отпуске в Крыму, когда тот хлипкая канатная дорожка чуть не стала для них последним, что они видели в жизни. Он все еще помнит как сильно обнимал ее после, как она пахла морем и травами от цветочного венка на ее голове. Он помнит их переезд в Питер и жизнь в общежитии в самой крошечной комнате, ведь у них не было детей и труппа выделила им так мало места. Даже там они были счастливы, по соседству с вечно веселыми театралами и тараканам. В той сырой комнате с одним маленьким шкафом, диваном, который уничтожал спину Арсения за недолгие пару лет, и небольшим письменным столом. Помнит как они съехали, накопив остаточно для уютной однушки на окраине Питера. Как танцевали по ночам под старые пластинки, которые так любила Алена. Помнит тот день, когда он был в Москве и Алена позвонила ему в слезах: «Ты станешь отцом Арсений» и все в их жизни было тогда не к месту, ведь Импровизация проваривалась с каждым пилотом все сильнее и веры в чудо не осталось почти ни у кого, но даже тогда ни он, ни девушка не подумали об аборте. Воспоминания о дочери, еще с большим трепетом хранились в его сердце под самым огромным замком. О ее существовании ходили и ходят легенды и даже многие коллеги не догадываюсь о девочке. Даже самая близка часть команды выдели малышку всего пару раз. Кьяра его самая большая тайна. На полке хранятся воспоминания об их небольшой свадьбе и ужине в красивом ресторане с видом на Неву, на которую он потратил все отложенные деньги с гонораров от работы на Камеди. Он навсегда запомнил красивую улыбку своей будущей (бывшей) жены. Каждый их вечер и прогулка в те годы занимает отдельную книгу на полке с его воспоминаниями. Тогда он был счастлив. Жена, крошка дочь и почти сбывшееся мечта. Арс снова тонет в воспоминаниях и желание чтобы вечер быстрее закончился настигать его врасплох, но он профессионал, ему не впервые справляться самим с собой. Попов возвращается в зал под звуки громкой музыки и тут же принимается подбадривать заскучавший зал. Он старался не теряться больше в мыслях, но от одной так отделаться и не мог «где же ты прекрасная незнакомка?» Арсений цепляется за каждую девушку в зале, пытаясь высмотреть брюнетку в толпе, но все не удавалось увидать кого-то хоть немножечко похожего, хоть и черты незнакомки были слишком размыты в его голове. Снова небольшой перерыв и Арсений слегка устало торопиться к бару за порцией двойного эспрессо, которое ему необходимо словно воздух, что бы остаться бодрым до самого рассвета. На баре он видит знакомый силуэт и такой же приятный, томный голос касается туманного, уставшего сознания. — Бокал белого вина с кубиком льда, пожалуйста. Незнакомка словно не замечает пристально следящего за ней мужчину. Арсений наконец-то может рассмотреть ее внимательнее. Ее красивые зеленые глаза с кофейными вкраплениями. Запоминает как пухлые губы разливаются в легкой полу улыбке, как брюнетка мягко поправляет волосы, касаясь мочек ушей так невзначай зацепляясь за тонкую сережку в тоненьком хрящике. Он запоминает ее мимику, ее эмоции, яркая картинка, а не девушка, совсем не загадочная и скромная, а солнечная и теплая. Он тянется, к ней, желает сделать шаг растет и возбуждает. — Арсений, извините, можно фото? —Пара невысоких девчушек окружили Попова, заставая его врасплох на месте. Он не смотрит на юных поклонниц, все так же взглядом ищет лишь таинственную незнакомку. Они встречаются взглядами лишь на миг, но для них этот момент длился словно вечность. Они словно в старом фильме в замедленной съёмке, тонут в друге друге, захлёбывать от красоты момента и тепла разжигающего душу. — Арсений не откажите девушкам в фото. —Настойчиво тянет какой-то грозный мужчина, наверное, отец одной из девушек, выложивший за «ведение» Арса не малую сумму и Попов точно понимал, что отказать не может. Время Арсения на это празднике взрослой жизни подошел к концу и Арсению так хотелось сбежать от шума и наконец-то побыть одному. Сегодня все было слишком утомительно и мысли о прошлом и будущем снова с невероятной силой давили на мужчину. Ему казалось он научился контролировать себя, но нет, все чаще провалы. — Простите, что побеспокоил, думал здесь никого нет. — Не страшно. Брюнетка легонько улыбается и украдкой смотрит прямо в голубые глаза Арсения. Так пронзительно, так искренне радуется его присутствию, но при этом в радужках мелькает какая-то ели уловимая грусть. Словно ей было жаль его. — Тем более я ведь вижу, что вы весь вечер наблюдаете за мной. Она вводит Попова в краску лишь одной короткой фразой. Он бы мог оправдаться, начать юлить, но почему-то совсем не хотелось и от этого ноющего чувства изменения где-то внутри все зудит. Арсений ловит себя на мысли, что он раньше так не поступал. — Вы чья-то сестра? На выпускницу вы совсем не похожи. — Этот вопрос буквально тревожил Попова весь вечер и всю ночь. В ней столько загадок и это слабость Арсения, он любит долго копаться узнавая человека до малейшей детали. Даже сейчас он пытается ухватиться хотя бы за что-то, но она словно ребус для него, правил которого он не знает. — Учитель английского. — Арсений впадает в ступор, ведь не мог и предположить такого исхода. Вопросов больше чем ответов. — Как ваше имя? — Попов не собирается церемониться, словно понимает, что это совершенно ни к чему. — What's in a name? (Что значит имя?) — Идеальный британский акцент так ей шел. Он зачаровывал Арсения еще сильнее, придавая таинственному образа еще большего шарма. —That which we call a rose by any other name would smell as sweet.(Роза пахнет розой, Хоть розой назови ее, хоть нет.) — Цитируете Шекспира в оригинале? Арсений остаточно сражен. Короткая улыбка на тонких губах и снова шелчек в области сердца. Незнакомка теперь навсегда на его полке с лучшими воспоминаниями. Ее зеленые глаза, которые ловят весь блеск рассветного солнца. Ее короткие милый смех. Аромат духов и одного недопитого бокала белого вина, которое стояло на пирсе. Ее серебристое платье и то как волнительно бьется его сердце, когда он пытается боковым зрением, незаметно рассмотреть ее снова. — Пускай буду Джессикой, всегда хотела быть кем-то другим. — Брюнетка тихонько хохочет, прикрывая улыбку крошечной ладошкой. — Я думаю вы тоже. — Коротко и так правдиво. —Я ведь знаю кто вы, великий импровизатор, но разве вам бы не хотелось хотя бы на один вечер быть кем то другим? Почувствовать свободу без этого бремя узнаваемости. — Прям таки великий? — Арсений так спокойно на это реагирует, пряча за серьезностью улыбку и разливающееся по всей душе тепло. — Но точно импровизатор. — Девушка впервые поднимает глаза и сталкивается с обжигающем все это время кожу взглядом — Так что импровизируйте. — Райан. Мое имя Райан. — Арсений тут же воображает себя совсем другим человеком, пряча себя настоящего куда подальше. Ему нравиться эта игра, которую затеяла незнакомка и он ведется как малолетка, но почему-то на сто процентов уверен, что это верно. — Мой любимый актер Райан Гослинг. — И это третий пункт в списке узнай человека для Арсения. Такой глупый момент, словно они в какой то дешевой детской мелодраме. Учитель. Английский. Райан Гослинг. — Но я ведь на него совсем не похож. Игра в флирт любимое занятие Попова, особенно когда в компании девушка. Он мастерски очаровывает, но так быстро разочаровывается и даже сейчас маленький червяк в его голове кричит ему о провале. Так было всегда. Такие быстрые знакомства никогда ничем хорошим не заканчивались. — Вы вообще ни на кого не похожи. — От нее почему-то это звучало так честно и Арс ведется словно последний идиот. Смущается и прячет взгляд от незнакомки. — Хочу искупаться. — Девушка лукаво улыбается и тянется к тонкому замку на вечернем платье. — Составите кампанию, Райан? — Но вода еще холодая? — Арсений словно хватается за последнюю причину отказаться от глупой затеи, но его вопрос звучит так глупо и неуместно. — Не буду уговаривать, но попрошу вас помочь с платьем. Девушка поворачивается к Арсению спинной, намекая на то чтобы он помог справиться с замком и парой изящных пуговиц. Момента интимнее и красивее не придумаешь и тонкие пальцы Арсения так предательски дрожат, но он старается не выдавать себя, хоть и видит как замирает все тело незнакомки, когда он становиться так близко к ней. Мурашки на ее коже вызванные ним успокоить почти невозможно, но Арсений думает что это от прохлады раннего утра, но это совсем не так. Платье шумно падает на пирс и девушка моментально прыгает вниз словно сказочная русалка оставляя Арсения в полном недоумении. Кудрявые локоны обмякают от воды, приклеиваются к бархатной коже. — Вода сказочная, не упустите момент. И Арсений словно по волшебной магии ее голоса снимает пиджак и рубашку роняя их рядом с платьем на пирс. Оставляет брюки хоть и для ровности их положений было бы прилично снять и их, но он считает это слишком хоть и понимает, что потом, в мокрых брюках, будет странно идти в номер. — И правда вода отличная. —Арсений позволяет себе подплыть у девушки совсем близки и наконец-то рассмотреть ее внимательно запомнить мягкие черты и почти утонуть в зелени ее глаз. — Иногда нужно доверять незнакомцам. Девушка улыбается и не отводит взгляда ни на секунду позволяя Арсению рассматривать ее так пристально. Ей это нравилось, безумно грело тело в области сердца. Сегодня она доверилась миру, когда случайно подошла за помощью к незнакомцу, совсем не подозревая кто же ее на той одинокой террасе. Незнакомка позволяет себе ухватиться за накачанные плечи Арсения, когда ногами перестает чувствовать дно и мужчина тут же замечает испуг в ее глазах. И Попов не отталкивает, а лишь поддерживает ее за талию, не позволяя себе перегнуть палку. — Простите, я испугалась. —Девушка моментально отдаляется и сердце колотиться одновременно и от стресса и от ощущения мужских пальцев чуть выше талии. —Я крайне плохо плаваю. — Иногда стоит доверять незнакомцам. Арс нежно улыбается обнажая аккуратные ямочки на щетинистых щеках. Он подплывает к испуганной девушке совсем близко, почти обжигая кожу брюнетки свои дыхание. Арсений словно хищник не сводит взгляда с жертвы, внимательно следит за каждой эмоцией, каждым взмахом пушистых ресниц. Его руки сразу хватают маленькие ладошки девушки и подтягиваю ее к себе уводя все дальше от берега. Он не скрывает улыбки, когда чувствует как податливо ее тело, как смело она идет за ним. Ей почему-то безусловно хочется ему верить. С ним спокойно и она чувствует то как от него веет силой и уверенностью. Это не может не притягивать. Это не может не очаровывать. — Вы верите в любовь с первого взгляда? —Такой интимный, но важный вопрос. Арсений никогда бы не решился задать его при других обстоятельствах, но его мечтательная и романтичная натура толкает его почли в пропасть. — Она всегда однобока. —Девушка немного отплыть от Попова, но так же не отрывает нежного взгляда от красивого мужского лица. В этом рассветном солнце он особенно прекрасен и нежен. —С первого взгляда влюбляется лишь один. Ведь красота в глазах смотрящего, но не всегда люди видят друг друга. Затем следует разочарование, вся магия проходит и остается лишь боль от неувиденной взаимно любви, хоть это и странно звучит. Величайшая трагедия, не так ли? — Значит не верите? В слова девушки Арсений действительно слышал какую-то надрывную, отчаянную ноту от которой щемило в груди. Он наверное хотел услышать другое, даже надеялся, что все словно в сказке обернется в его сторону и они вместе взявшись за руку пройдут эту жизнь. Так странно чувствовать это в себе, по отношению совершенно к чужому человеку, но Арсений невыносимый романтик. Но ведь жизнь далеко не сказка и попову уже давно пора усвоить этот урок. — Получается, что не совсем. Вокруг них лишь тихая вода, желание прикасаться друг к другу и тишина. — Уже почти рассвет. — Брюнетка прерывает тишину и снова немного отстраняет от Арсения. Ее это притяжение пугало, хоть и было приятно до мурашек. — Ты не замерзла? —Заботливый голос касается сознания. —У тебя уже губы синие. —Арс тянет пальцы к пухлым девичьим губам. Она сопротивляется, словно позволяет ему это сделать. — Немного. —Робко отвечает брюнетка и чуть ли не впервые отводит взгляд в сторону, направляясь с блеском голубых глаз. Арсений не говорит ничего тут же подхватывает девушку на руки, позволяя себе намного больше норм приличия, выносит ее из воды. Брюнетка дрожит на берегу чуть меньше минут, пока Арсений по джентльменски вернулся к пирсу, где остались их вещи. Вернувшись к девушке он тут же набрасывает на тонкие плечи свой пиджак и так заботливо проводит по предплечьям немного согревая. Арсений аккуратно подправляет волосы, снова позволяя себе коснутся бархатной бледной кожи незнакомки. Его тянет к ней словно магнитом и как бы не банально это звучало, ему не хотелось чтобы солнце взошло, не хотелось чтобы этот момент был разрушен хоть кем-то. — Мне кажется, что нам пора. — Слова могут пронзить слишком неожиданно и Арсению казалось что он буквально готов закричать от неприятности прерванного момента. Девушка забирает платье из рук Попова и оставляет его в полном недоумении посреди красивого берега залива. — Как мне найти тебя? — Не нужно, Арсений… — Она так робко произносит его имя тем самым разрушая их прекрасное рассветное утро в дребезги. Вся магия исчезает и Арсений словно понимает, что у этого знакомства нет будущего. Разочарование. Сожаление. — Прости. — Незнакомка исчезает так же быстро, как и появляется в жизни Попова. Стремительно разрывая его сердце на части. Он почему-то действительно не идет за ней. Запрещает себе снова нарушать границы приличия. Запрещает себе что-то чувствовать. Запрещает себе все. В номере холодно и одиноко, хоть и пахнет чистым бельем, видимо румсервис заходил, хоть он и не просил. В номере полу мрак, хоть и на дворе уже ясное солнце. В Питере летом почти не бывает ночи. Выезжать в город нужно до 12, как и освободить номер, но на часах всего 4 и Арсений отправляется в душ, а затем в надежде поспать закрывает плотно жалюзи и шторы, укладывается в мягкую хрустящую постель. В голове слишком пусто, но он дал себе слово, что попытается найти эту прекрасную незнакомку. Неделя безуспешных поисков абсолютно измотали Арсения. В москву он летел беспокойным и абсолютно измученным. Все время после того очаровательного рассвета он в каждой незнакомке пытался разглядеть ее. Арсению казалось, что она буквально очаровала его какой-то магией, что теперь, он словно заговоренный, нуждается в ее присутствии рядом. В зелени ее очаровательных глаз. — Ну, что нашел свою незнакомку? — Матвиенко, как всегда, не умеет держать язык за зубами, но при этом и Арсений не скрывал всей ситуации от друга. Всю неделю он делился с Серегой всеми деталями, что бы тот каким либо образом повлиял на него не дал потерять голову остаточно. Матвиенко даже пытался помочь проверяя миллионы страничек странных подростков с той самой гимназии. — Нет, Серега. — Попов тяжело вздыхает и нажимает на пару кнопок открывая окно со стороны пассажирского сидения. Арсений был разбит и мысли о девушке словно зелень ее глаз затягивали в бездну из отчаяния и тревоги. В душе зародилось какое-то странное чувство будто он может упустить что-то важно, что-то смертельно важное. — Она словно испарилась. Словно это сон какой-то был. — Может детки тебя накурили чем-то и ты все придумал? — Неуместные шутки для Матвиенко норма и Арсений даже тихонько хихикает, ведь ему кажется, что это могло быть правдой, ведь девушка казалась ему настолько нереальной. Арсению впервые так тяжело взять себя в руки, что даже на съёмках «Громкого Вопроса» он словно в какой-то прострации, получает промахи и уколы со стороны коллег за невнимательность и словно пассивность, которая обычно не его фишка. Серега лишь иногда дёргает его за ногу под столом и одними губами спрашивает «В порядке ли он?», Арсений отнекивается до последнего. — Арс, где ты там летаешь? — Шастун машет огромной ладонью перед глазами товарища питаясь привести его в чувства. — Весь день сам не свой. — Одна прелестная особа похитила его сердечко, теперь он страдает. — Вторая черта Матвиенко не умение держать секреты особенно в компании друзей. Матвиенко нал, что Арс будет зол как черт, но в компании импровизаторов он мог позволить сказать лишнего, ведь точно ни одного слова не покинет пределов офиса. — Арс, Арс, это что правда? —Антон буквально загорается словно новогодняя лампочка. — Серега преувеличивает. Однозначно. —Отнекивается Попов, стараясь, сдвинуть фокус от этой темы куда подальше. —Кто следующий гость в Контактах? — Не, не, не братан, давай, рассказывай, кто там похитил и кого похитил? — Шасту делает затяжку чуть сильнее и тут же тушит сигарету, чтобы ближе подойти к Попову. У Арсения не было возможности уйти от ответа. Он мог врать кому угодно, даже родной матери, но не Шастуну. У этого мальчишки с зелеными глазами, такими же как и у незнакомки, уникальная способность видеть, когда он говорит правду. — Не хочешь сейчас, тогда я подвезу тебя, не убегай. Договор? — Шаст, ну что за допрос? Попову не по себе, ведь он хорошо понимает, что обмануть Антона не выйдет от слова совсем, хоть и где-то в глубине души, он понимает, что ему нужно выговориться, человеку, который не будет задавать много вопросов и не осудит. — Ты бы себя видел. — Антон ярко смеется, поджимая худые плечи. —Я заберу сумку и жди меня около машины. Антон еще тот манипулятор, хоть порой и не догадывается об этом, а Арсений словно собачонка всегда на это ведется и сам не знаю почему. За Шастом хоть на карай Земли, без лишних вопросов. — Почему не подкараулишь ее у школы? — Антон возмущен после рассказа Арсения. В его голове не укладывалось как вечно уверенный, даже порой слишком самоуверенный Попов не мог справиться с такой простой задачей. — Чтоб меня загребли за сталкерство? Не уж спасибо! — Тогда какого хуя ты страдаешь, если делать ничего не хочешь. — Шастун возмущено хлопает по кожаному рулю своей любимой Тахо. Он в Арсение видел чуть ли не пример для подражания, без его присутствия в жизни он словно чувствовал себя неполноценным. — Сам же говоришь не попробуешь, не попробуешь. — Следи за дорого, Шаст. — Попов шумно выдыхает и чуть ли не тянется, чтобы поправить Антона, но в последнюю секунду одергивает себя. «Мальчишка не ошибается. Он всегда прав». У них с Антоном особенные отношения как не крути и порой Арс часами выслушивает от Сереги тирады ревности, но Попов поменять ничего не может да и не хочет если быть честным. Ему с Шастом комфортно. Ему нравятся его яркие эмоции и то как он всегда падает ему на плечо, когда смеётся, так искренне и громко. Арсению порой, кажется, что его к Шасту тянет из-за того, что он не может себе позволить быть таким же искренним и чистым как он. Арсений словно питается от Антона, как от батарейки и кажется младший вовсе не против. — Мне словно, кажется, что если я встречу ее в жизни, в реальной жизни, то вся магия исчезнет. —Арсений грустнеет на глазах. Он даже Сереге не говорил о своих опасениях, побоялся, а Шастуну нет, он понимает его без каких либо объяснений и вопросов. Вот просто так по одному лишь взгляду. —Я словно боюсь снова разочароваться. Антон, я ж уже не пацан… — Арс, я вижу ты ж сморщенный, старый такой ужас. —Шаст, как обычно, шутит пропуская чуть ли не впервые расстроенный голос друга. — Ну, Шаст! —Арс делает вид, что не обижается, но в душе кошки скребут от боли. — Арс, ты знаешь, что я король самокопания, но ты …ты же Арсений Попов. Ты без форы любого малого сделаешь. — Внутри то я не молодею. —Снова точка в его голосе заполняет весь салон дорогого авто. — Я стал чуть спокойнее, стал легче реагировать на отказы и критику, но свои ошибки все так же больно принимать. Я уже ошибся с Аленой, ошибся с многими девушками, на которых ставил ставки, словно на лошадиных скачках, «эта девушка точно дойдёт до финиша», но каждый раз все мимо. Я один боюсь остаться, а иногда так хочется не возвращается в пустую квартиру после съемок. Нужным хочется быть. — Ты нужен, нам нужен, Кьяре нужен, семье, — Антон замирает на полу фразе. Перестраиваясь в соседний ряд они оказываются в пробке и кудрявый наконец-то может взглянуть на Арсения, прямо в его голубы глаза, — и мне ты нужен. Я же без тебя совсем улыбаться перестану, Арс. Шаст чуть ли не впервые так искренне говорит о чувствах вслух. Обычно он прячет свою нежность за молчанием или шутейками в стиле Поза, с его вечным сарказмом. Он вообще от Поза много взял, ведь Дима так много участвовал в его воспитании. Хотя именно Поз, самый открытый в плане чувств, он без проблем может сказать по телефону «люблю целую», а для Антона это большая роскошь. Но сейчас, в салоне этой черной Тахо, он словно понял, что Арсению крайне важно услышать эти слова. — Я очень ценю это Шаст. — Арсений впервые за долгую неделю улыбается искренне и в душе становиться немного теплее. — И я тоже люблю тебя. — Арс украдкой мнет предплечье Шаст, словно кот. Он знает, что такие эмоциональный речи кудрявого несут в себе гораздо больше чем он даже может подумать. Все эти чувства лишь для них, они навсегда останутся в это машине, пропитанными сигаретами Антона, которые Попов всегда проклинает, за то что мальчишка губит себя. Слова со вкусом терпкого кофе, который Антон терпеть не может. Эти слова особенные, ведь говорятся так исключительно редко и в этом их бесценная ценность для этих двоих. Арсений не находил себе места уже почти месяц. Долгий, но насыщенный, яркий, где место для мыслей, о зеленой чаще незнакомых глаз, находилось лишь ночью. Недолгой, но тяжелой, для сердца ночью, когда Арс все еще не терял надежды и просматривал все страницы, ведь решить под каким то странным предлогом заявиться в гимназию он не мог. Официальные страницы закрытого, частного учреждения не давало ему никакой информации. Попов попал в капкан собственной беспомощности. От этого не может спасти ни один спасательный круг. Ни одна девушка с которой он проводил томные вечера в барах друзей. Он повсюду видел ту незнакомку, окутанную прохладной водой, Финского залива. Она его сон на яву. Ее зеленые глаза оазис среди жаркой пустыни. О прекрасном проекте «Время жить» Арсений готов был говорить не часами, а целыми сутками напролет. Он бежал в офис, к креативной группе и его хорошим друзьям, каждую свободную минутку. Ему было там спокойно, словно дома, он мог без умолку болтать там со всеми о своих любимых вещах: о кино, музыке, театре и книгах. Он чувствовал себя там нужным не так как в московском офисе Импровизации, где половину группы для него совсем чужие люди, хоть и работало они в одном места уже больше пяти лет. В Москве все для него совсем чужое, как бы он не старался полюбить этот город. — Антон, а давно у нас висят эти фото? —Арс только вчера ночь вернулся с долгих сьемок где-то под Питером, но даже несмотря на это уже в 10 утра после утренней пробежки, прибыл в офис, чтобы скорее обсудить небольшой детский лагерь, который они решили организовать для своих подопечных. Попов будет там все пару дней, хоть ему и хотелось выкроить 21 день для чудного мероприятия. От ярких детских глаз и задорного смеха, от искорок полных интереса и внимания, Арсений заряжался сильнее чем от концертов в любом туре их шоу. — Да, Маринка вчера нашла коробку с этими рамками, с переезда забыли видимо достать. —Захарьин копошился за своим столом в небольшом, но отдельном кабинете. Его желание добавить себе статусности никуда не делось, но даже со всеми его минусами, Арсений очень ценил их давнюю дружбу, которую они несли в себе долгие 15 лет. Именно Антон уговорил молодого и принципиального Арсения, отпустить чувство вины и соглашаться оставаться в шоу, когда после второго пилота продюсеры попросили оставить только четвёртых из всех. Воронежская банда осталась в команде почти полностью, а вот Питерски остались ни с чем. Тогда это было большим поводом для скандалов в группе, но все они слишком умны и никто не хотел рисковать таким шансом в карьере. Арсений в отличие от Матвиенко, который перебрался в Москву остаточно, старых друзей совсем не бросил, а всячески поддерживает и до сих пор, чтобы за счет своей медийности привлечь как можно больше людей, Попов так словно отдавал долги за когда-то принятые сложные решения дружба или карьера». — Никогда не видел этих снимков ранее. —Арсений внимательно изучает разноцветные рамки на белой стене. В душе разливается тепло от воспоминаний о прошлом, когда они только затеяли этот замечательный проект. Много людей прошло мимо, много детей смогло измениться и Попов ни мог этим не гордится. — Через два дня старт первой смены, жаль что тебя не будет на открытии. —Антон что-то усердно рассказывал, но Арсений его уже слабо слышал. Тонкие пальцы хватаются за небольшую фото рамку. Голубые глаза судорожно мечутся из стороны в сторону. Он буквально не верит своим глазам. Он несколько раз одергивает себя прежде чем задать тревожный вопрос. — Антон, Антон остановись. —Арсений словно обезумел в одну минуту. — Ты знаешь эту девушку? Скажи мне ты знаешь ее? — Что случилось? Она что у тебя 5 рублей взяла и отдать забыла. —Шутки Захарьина крайне неуместны и Попов даже не улыбается, продолжая сверлить друга безумным взглядом. — Просто ответь! — еще не5много и Арсений в ярости схватит седовласого мужчину за ворот его чудаковатой тенниски. — Это Яся. — Захарьин совсем напуган, ведь за долгие годы дружбы он Арсения видел таким чуть ли не впервые. — Ярослава фамилию не очень помню. Она ребятам как-то пару лет назад давала уроки английского. Вы встречались на одном из фестивалей. Арсению сразу становиться понятно почему девушка не верит в любовь с первого взгляда и те слова относились исключительно к персоне Попова, ведь он ее не разглядел тогда, ведь они уже были знакомы. “ Как же я мог тебя упустить раньше?», эта мысль уничтожала здравый смысл. — Может ты объяснишь, что происходит? — Захарьин пытается привести друга в норму усаживая его на небольшой офисный диванчик. Арсений рассказывает все до самой сокровенной детали, ведь знает Антон поймет его. Арсений делится самыми тревожными снами, которые губят его почти каждую ночь. Осень Арсений встречает в Москве, еще жаркой, ведь лето только-только уходит, и дождливой. Ему все еще немного тоскливо, ведь решиться даже зайти на страницу уже известной ему незнакомки он так и не смог. Он даже не решился проверить правдивость информации от Захарьина. Сьемки и сьемная квартира, с каким то искусственным флером, убивали в нем любые чувства и кажется он стал приходить в норму, ведь сил на самокопания у него не было. Он, как и прежде, улыбался, накидывая маску на лицо. Он больше ни с кем не обсуждал насколько сильно все еще зависим от зеленых глаз девушки с красивым именем Ярослава. Она будет его секретом, она будет скрытой папкой в его телефоне. Она будет его диким сном, который все еще снится ночами. Арсений даже пару раз поужинал с прелестными дамам, каким-то подругами, друзей его подруг, с которым его сводили лишь бы спасти его от одиночества. Ему даже понравилась скромная блондинка с красивым именем Эва и у них было третье свидание, что было весьма странным для него. Она была словно противоположностью таинственной Ярославе, он словно специально искал что-то другое, чтобы избавиться от образа Яси в своей голове. — Как свидание? — Шастун вызвался забрать Арсения с его сьемной квартиры за час до начала саунд чека. Антон все еще видел в его глазах какое-то отчаяние, хоть и Попов тщательно скрывался, а у него это получалось на пять с плюсом. Эва была подругой Иры в их офисе в камеди-концерт, где Кузнецова работала администратором. Именно Шастун стал инициатором, ведь хотел, чтобы Арсений быстрее вернулся к жизни. Попов не удосужился рассказать о том что он знает как связаться с его знакомой незнакомкой. — Все как всегда. Арсений чернее тучи в душе и как всегда с хмурой, но улыбкой на лице. Ему Шастуна расстраивать не хотелось, ведь мелкий так старался хоть чем-то помочь и остался наверное единственным человеком с которым Арсений обсуждал незнакомку. Они говорили об этом вскользь, когда оставались один на один. — Передай Ире спасибо за то что познакомила нас. Ну и тебе спасибо. За все спасибо, Шаст. — Вот скажи мне Арс, что ты за человек такой? — Антон тормозит на обочине выхватывая последнее свободное место около кафе, куда они собрались заехать за кофе. — Ты врешь на ровном месте каждую секунду. Неужели так сложно сказать сука правду? — Антоша, я говорю правду тебе и хватит вечно из меня делать не пойми кого. — Арсений устал от вечных упреков. — Это ведь моя личная жизнь, верно? И если мне понадобиться твой совет, я обязательно его спрошу. Договор? Попов кипел и чуть ли не впервые в жизни позволил себе повысить голос на Шаст вне сцены, где все было лишь игрой. Мелкого он задевать не любил, знал насколько он внутри раним и даже вся его невозмутимость снаружи не могла скрыть какой на самом деле светлый он внутри, какой чутки и ранимый. — Договор. — Антон выпрыгивает из машины словно молния скрываясь за дверью уютной кафешки. Шаст не из обидчивых, но Арсений был единственным кто, мог задеть его за живое. Антон возвращается спустя минут двадцать и выглядит все более загруженным и мрачным. Пара стаканчиков кофе для него и Арса и зажатая между губ сигарета. Попов чувствует себя виноватым, но извиниться пока не торопиться. Съёмки шли прекрасно без сучка и задоринки и даже утренняя размолвка никак не повлияла на их очаровательно взаимодействие друг с другом. Арсения никак не покидало странное чувство присутствия пристального взгляда в толпе, это неудивительно, ведь в полном зале все взгляды лишь его. Он яркий, он актер и «Истории» его огромная отдушина в которой каждый уголок он любил до дрожи. — Молодцы мои алмазы, отлично отработали сегодня. — Шеминов ярко улыбается при виде уставших, но счастливых ребят. — Разбор полетов устроим завтра в офисе, сегодня был слишком долгий день. — Ребята без подарков не обошлось. — Оксанка заходит в гримерку слегка уставшая, сегодня и для нее был долгий день ведь без заминок не обошлось. — Самый огромный для тебя Арсений. — Девушка предает Попову большой чехол словно из-под одежды после химчистки. — Снова крылья? — Подшучивает Позов после того случая, когда Арсению действительно подарили крылья ангела на одном из концертов в Крокусе. Арсений улыбается и открывает присланный лично ему подарок. По телу проходиться разряд как только он узнает свой черный фрак с того вечера, этот проклятый фрак в котором улизнула от него его мечта. Перед глазами проноситься ее красивое лицо, изумрудные глаза и тонкая улыбка. — Кто тебе его отдал? — Арс в безумии хватается за Суркову немного пугая ее и вводя в ступор всех в комнате. — Оксана, Оксаночка, скажи кто отдал тебе это? — Охранник минут двадцать назад. — Девушка все еще напугана. Попов никогда не позволял себе быть грубой с ней, с кем угодно только не с Сурковой, которая была важнее чем продюсеры для всех для них. Она прикрывала их задницы на всех интервью и во всех турах. Спасала их вещи и документы, которые они всегда забывали. Сражалась с организаторами за лучшие отели и чудом находила самый вкусны кофе даже в самым дремучих городах. Оксана не заслуживает такого отношения и Арс понимает это как никто другой и он обязательно извиниться. — Арсений, что случилось? — Огромные словно блюдца девичьи глаза округлились еще сильнее, они так сильно напоминали Попову глаза дочери. — Прости, Оксана, я полный кретин. — Арсений отступает, внутренний пыл. — Оксаночка, миленькая, найди того кто отдал эту вещь или покажи мне охранника. Прошу тебя, спаси мне жизнь. — Еще чуть-чуть и Попов просто рухнет на колени. — Я позову Володю, сейчас что-то придумаем. — Оксанка улыбается, хоть и сердце все еще немного колотиться. Арс покидает гримерку никому ничего не объяснив, хоть наверное Серега и Шаст все понимают сразу. Черный фрак не пахнет ее духами, которые шлейфом преследует его повсюду последние месяцы. Он идеально вычешем и на нем действительно красуется бирка из химчистки. Фрак чуть тяжелее привычного и руки тут же тянутся в карманы. Аккуратный красный томик Шекспира в оригинале, словно символ их рассветного красивого утра. Он сразу обращает внимание на шелковую ленту меж слегка желтоватых страниц. Сонет 47. Уильям Шекспир.

Betwixt mine eye and heart a league is too And each doth good turns now unto the other: When that mine eye is famished for a look, Or heart in love with sighs himself doth smother, With my love's picture then my eye doth feast, And to the painted banquet bids my heart; Another time mine eye is my heart's guest, And in his thoughts of love doth share a part. So either by thy picture or my love, Thyself, away, art present still with me, For thou not farther than my thoughts canst move, And I am still with them, and they with thee; Or if they sleep, thy picture in my sight Awakes my heart to heart's and eye's delight. У сердца с глазом — тайный договор: Они друг другу облегчают муки, Когда тебя напрасно ищет взор И сердце задыхается в разлуке. Твоим изображеньем зоркий глаз Дает и сердцу любоваться вволю. А сердце глазу в свой урочный час Мечты любовной уступает долю. Так в помыслах моих иль во плоти Ты предо мной в мгновение любое. Не дальше мысли можешь ты уйти. Я неразлучен с ней, она — с тобою. Мой взор тебя рисует и во сне И будит сердце, спящее во мне!

— Арсений, прости, что отвлекаю. — В небольшом коридоре между гримеркой появляется Оксана. Слегка растерянная, но на Попова больше не злиться. — Володя пришел как ты и просил. — Спасибо, Оксанка и еще раз прости. — Арсению действительно искренне жаль. Оксана не виновата в его хмурости в душе. — Я буду через минуту. — Он еще раз пррбегается глазами по очаровательному сонету. Она словно словила все его мысли на расстоянии, отметив именно тот который так сильно подходит ему. Арсению казалось, что она знала его лучше чем он знал себя. «Почему же раньше ты не появилась в моей жизни? Почему же я раньше не заметил тебя?», мысль терзала так сильно, что хотелось разорвать грудную клетку от давящей боли. — Девушка, невысокая такая передала его, попросила отдать лично вам и сказла, что вы все поймете. — Охранник сталася ничего не упустить отчитваясь о работе. — Мы можем посмотреть по камерам. — Передайте записи через Оксану, пожалуйста. — Арсений устало трет глаза. Голова кипела словно сумасшедший двигатель после гонок. — Спасибо, что откликнулись. — Попов жмет мужскую руку и охранник покидает гримерку где были лишь они вдвоем. Почти вся команда уехала остался лишь Шаст и Суркова, которы ждали Арса на улице, раскуривая одну электронную сигрету на двоих. — Все в порядке? — Оксана обеспокоенно огладывает растерянного Попова только что вышедшего на парковку. — Да, Оксанка. Тебе сбросят видео, отправь мне его, хорошо? — Попов совсем теряется в мире, хоть и где-то в душе становиться чуточку спокойнее ведь Яся совсем близко. — Завезем сначала Ксанку и потом тебя в отель закину. — Шаст почти не смотрит на Арса и даже не просит его разрешения на дальнейшие действия, ведь и так знает Арс согласен на все. Он знает, что Попову не стоит сейчас быть одному. — Это снова та девушка? — Шаст перестает церемониться как только Оксана покидает машину около своего дома. — Я думал эта тема остаточно закрыта? — Ярослава. Ее имя Ярослава и она работала в нашем питерском фонде. Она была так близко, Шаст. — Арсений грустно улыбается. — Она не оставила номер? — Она оставила дыру в моем сердце. — Попов выхватывает электронную сигарету из рук Антона и долго затягивается, до легких звездочек пед глазами. Он давно не курил, но ему это было слишком нужно. Шаст удивлен, но осмеливается буквально вырвать из тонких пальцев Арса «никотиновую палочку». — Больше никогда так не делай. Всю оставшуюся неделю Арсений зачитывает книгу до дыр. Вчитывается в пометки оставленные карандашом на полях. Он снова много думает и мало спит, а если и засыпает то, тонет в розовых мечтах, воспоминаниях о том чарующем утре. Он много снимается, соглашается буквально на все сьемки и предложения, чтобы забить голову чем угодно кроме этой девченки. Арсений не понимал, что его так очаровало в ней. Не понимает почему так завязался на ней, так зацепился. Она словно греческая нимфа околдовала его, почти погубила его и корабль как в мифах о пиратах. Он бредит ней. Он почти готов бежать к врачам за таблеткой, за инерцией, за чем угодно лишь бы спастись от этого постепенно охватывающего его безумия. Попов снова в Питере и здесь ему немного легче дышать. Место силы это его небольшая квартирка, абсолютно пустая на эмоции, но очень уютная, заставлена всякими мелочами из разных поездок. Ему здесь наконец-то хорошо спится и кажется не так сильно болит. Он снова причитывает томик Шекспира, который занимает особое место в его квартире. Арсений не может ни возвращаться к мыслям о ней. — Я раньше не замечал этого. — Арсений замечает аккуратные кружочки и крошечные циферки у номеров страниц, словной тайный шифр на страницах. — Какой же я идиот. Всего через пару минут на аккуратном листе заветные десять цифр номера и Захарьин был прав номер совсем отличается от того, что был у него. Короткое СМС набрано полу дрожащими руками. «Встретимся в эту среду в Летнем саду около скульптуры «Амура и Психеи» в 20:00, охрана пропустит тебя. Раяйан» Сообщение остается без ответа и Арсению тревожно, что он мог ошибиться, еще сотни раз исписывает листочек проверяя комбинации номера. Ему волнительно от того, что он снова ошибся. Попов нервничал так в последний раз, перед их первым выступлением в Крокусе. Не спал ночью и даже бокал вина, не дал должного расслабления, крепкому мужскому организму. Арсений метался от отчаяния, для устойчивой веры, что она придет. Погода стояла на удивление очаровательной. Теплой и солнечной, хоть и всех горожан уже окутывала легкая осення прохлада. Арсений мялся у красивой скульптуры заведома прийдя на место встречи за 20 минут. Сад давным-давно закрыт для посетителей, но его связи позволили ему договорится об особом пропуске на ночную прогулку. Он не мог просто предложить ей встретиться в простом ресторане или забрать ее с дому. Арсений желал дарить ей особенные воспоминания. Арсений переминается с ноги на ногу, перебирая цветы в руках. Надежда на то, что Ярослава придет исчезать с каждой минутой, хоть на часах еще и не было назначенного времени. Девушка не шла, а плыла по красивым алейкам Питерского подобия Версаля. В лучах закатного солнца, которое так ей шло. Теплые лучи путались в шелке ее голубого платья и каштановых волос. Она робко скрывала улыбку, стараясь выглядеть спокойной и уверенной, как тогда на пляже, но сейчас ее переполняла невероятная нежность. — Вы слышали историю этой скульптуры? — Арсений начинает издалека, совсем робко, словно школьник. — Амур (или Купидон) — это древнеримский бог любви. Он олицетворяет влечение и продолжение жизни на Земле и представляется в виде ангела с луком и стрелами. — Арсений смотрит на девушку так же внимательно, так же трепетно и нежно, как и тогда у пирса. Очаровываясь ею раз за разом все сильнее. Она смущенно прячет взгляд и ели видный румянец, притягивает к себе еще сильнее. — Психея — древнегреческая богиня души, олицетворение дыхания. Ее, как правило, рисуют девушкой с крыльями бабочки. — Арсений аккуратно убирает каштановые кудри с немного детского, но такого красивого лица. — Я помню их историю, испытаний на долю Психеи выпало слишком много. — Ярослава нежно прикусывает пухлые губы, загадочно рассматривая Арсения в лучах закатного солнца. Он еще красивее чем всегда, такой влюбленный и дышащей свободой. Голубе глаза ловят каждый теплый лучик сентябрьского солнца. — Их история сводится к одному простому итогу: только союз любви и души порождает подлинное наслаждение и счастье. — Арсений склоняет голову на бок, а затем делает решительный шаг вперед сокращая расстояние между ними вдвое. Протягивает букет полевых цветов, которые совершенно случайно увидел в цветочном магазинчике около дома. — Подаришь мне прогулку за все мои страдания? — Что так сильно страдал? — Я почти умер. — Арсений не мог скрывать всех чувств, что рвались наружу. — Тогда я оживлю вас поцелуем, как Психея оживляет Амура. — Девушка тянется к щетинистой щеке мужчины, лукаво улыбаясь. Она робко мажет влажными губами около уголка тонкой улыбки Арсения. Она не нарушает интимности момента, не искажает его пошлостью или страстью. — Мое имя Яся. — Девушка протягивает тонкую ручку для приветствия. — Ярослава. — Арсений. — Теплые губы касаются прохладного запястья. Теплые руки сплетаются в единый замок. Теперь им обоим будет спокойно спаться по ночам.