Семейная зависимость

– Твой брат пропал. — Прозвучал грубый голос матери в трубке. Прошло несколько месяцев, как Аделаида замяла это дело, но дело в том, что она решила подставить Уильяма. Сколько мыслей было в ее слабой голове, сколько отговорок, что так нельзя делать, ибо будет намного хуже её близким. Таблетки она так и не принимала, как Афтон забрал их у нее. У Адель просто не было даже времени сходить в аптеку или к психологу. Он следил за ней. Постоянно. А она боялась. Боялась не за себя, а за брата. Дети пропадали и пропадали, но Дель ничего не могла делать. Под угрозами Уильяма, девушка была просто растерянным ребёнком, который даже помощи ни у кого не просил. С Майклом она не контактировала несколько месяцев. Сначала парень пытался с ней заговорить в каком-нибудь людном месте, но все было зря. И так они перестали общаться и видеться, хоть и жили по соседству. Майкл начал понимать, что нельзя подставлять свою единственную подругу. Свою сильную, первую любовь. Лучше сдохнет он, но не Адель. И он винил себя, что она мучается, что ничем он помочь ей не может. … – Почему вы не уследили за Энтони? — Спокойным голос спрашивала девушка, смотря на своих родственников. – Он был ребёнком…Разве так сложно было следить за ним?! – Во-первых, не повышай голос на старших, соплячка. — Ответила пожилая женщина. Адель поджала губы, но молчала. Понимала, что сейчас не время для ссор. – Во-вторых, он мог пропасть из-за твоих выкрутасов. Как прошлых, так и нынешних. – Что? – Энтони говорил, что ты занимаешься делом о пропаже детей. Иронично, не правда ли? – Это никак не связано! Я хотела помочь…Я хотела помочь Генри, хотела помочь другим родителям, что их детей жестко убили… — Снова картина убийства Чарли пронеслась в голове у девушки и она закрыла глаза, чтобы не заплакать. – Ты врешь. — С дивана встала мать, медленно начиная подходить к Адель. – Из-за тебя все это. Ты помогала Уильяму. Ты его сообщник, а значит и убийца. — Вслед за матерью начала медленно наступать на девушку и бабушка. – Что ты говоришь… — Она подняла чуть руки вверх и начала отходить от родных. – Убийца. – Убийца. Теперь голоса были со всех сторон. – Нет! Нет! Нет-нет-нет-нет-нет! Корпус резко поднялся вверх с кровати. Дыхание было тяжелое, а щеки снова были мокрыми. Янтарные глаза начали осматривать комнату, пока сама Адель пыталась прийти в себя. Её лохматые волосы прилипли ко лбу из-за холодного пота, а руки и ноги подрагивали. – Сон… — Такие сны начали мучать её после того, как брат пропал. И сегодня ровно месяц. – Уильям. — Она резко посмотрела в окно, замечая, что свет в окошке дома Афтонов горел. А значит, что он дома. Конечно, первым делом полиция пошла по приказу Адель, что Энтони пропал из-за рук Уильяма, но этот черт снова был невинной овечкой. Ох, как же она ненавидела тот момент, когда он чуть ли не плакал, когда узнал, что брат Аделаиды пропал. А Майкл…Майкл стоял в стороне, пытаясь в это дело не лезть. Даже после пропажи Энтони он не приходил к Адель. Парень сам начал часто где-то пропадать, лишь бы не быть дома с отцом. – Чертов актёр… — Ступни коснулись ковра и она запустила руки в волосы, утыкаясь локтями в ноги. Аделаида устала. Никакой поддержки не было. Мать хотела плевать на пропажу собственного ребёнка, бабушка была в истерике, а Майкл…Которого она любит настолько, что он даже представить не может. Он просто ушёл. Бросил её. Как она и хотела. Но это она лишь так думала… … – Где Энтони?! — Майкл в порыве ярости схватил отца за рубашку и притянул к себе. – Где он?! Где ребёнок?! — Орал парень, пока Уильям спокойно глядел на него. – Если ты не скажешь правду, то… — Статный голос перебил Афтона. – То что? Заложишь полиции? Или убьешь? — Гадкий смешок раздался по помещению, а хватка Майкла чуть ослабла. – Ты слишком боишься меня. Боишься, что я могу в один момент взять и прихлопнуть милую девочку Адель. Как сделал с твоей матерью. — Майкл сделал рывок вперёд и с силой прижал Уильяма к стене. С васильковых глаз парня начали стекать слёзы, снова вспоминая свою любимую маму. – Не смей говорить о маме. Не смей! Она сама это сделала, не ты! – Ты как был глупым ребёнком, так и остался, несмотря на то, что тебе больше двадцати. — Мужские руки сжали запястья младшего Афтона, нажимая на костяшки. – Неужели ты не понял ещё, Майкл? Клара бы не покончила с собой, если бы не я… — Не успел Уильям договорить, как парень вжал ещё сильнее отца в стенку. – Мама тебя любила! Очень сильно любила! Самой настоящей любовью. Но ты не принимал эту любовь, а начал смотреть на Адель. Маме была нужна помощь психиатра, даже она сама говорила тебе об этом, а ты, ублюдок, хотел плевать на ее состояние и на своих детей. – Ты ничего не знаешь. Я любил Клару. И если бы не она, то… – То ты бы не создал Баллору? Да ты только с этим гребанным аниматроником и возился, а не с матерью троих детей. Ты не знаешь, что чувствовала она, когда покидала меня… — Майкл сжал зубы, пока по щекам безостановочно стекали слёзы. – Эвана и Элизабет не стало…Тогда, в последний день, она пришла ко мне. Мы с ней долго разговаривали, но я не понимал к чему этот разговор. После нежно-нежно обняла, целуя…Она всегда меня так целовала, даже когда я убил Эвана…Мама знала, что это сделал случайно, она знала! Но я виню себя до сих пор…И все же она не выдержала и покончила с собой после нашего разговора. Это был последний поцелуй и материнские объятия. И ведь помню, что она сказала, что завтра будет новый день для нас с ней. Оказывается, только для меня… — Губы парня опухли от слез. Он прикусил уста свои и всхлипнул. Уильям впервые почувствовал жалость к Майклу. Настоящую жалость и печаль, что сын и мать настолько сильно любили друг друга. Клара всегда была доброй девушкой, но с характером. И она сильно-сильно любила всех своих трёх детей, пока Уильям постоянно кричал и бил их. Только Элизабет он не трогал, даже относился с добротой, потому что она была похожа на Клару, но и то, он не уследил за ней… – Что молчишь?! Неужели впервые мы поговорили, как отец с сыном и ты почувствовал боль к нашей семьей? — Одной рукой Майкл вытер слёзы с лица. – Так не рушь другую семью. Скажи, где Энтони. Адель и ее семья не должны мучаться. – Хах, Майкл… — Мужчина поднял серебряные глаза на парня. – Ты не представляешь, насколько сильна была моя любовь к Кларе. Настолько, что я не мог контролировать свои действия. — Майкл ослабил хватку и воспользовавшись этим, Уильям оттолкнул от себя сына. – Разве тебя не смутили некие раны на теле твоей мамы? М? — Афтон младший покачал нервно головой, пытаясь понять слова отца. – Я её убил. Я не хотел этого, но я настолько сильно её любил, что сделал это. — Улыбнулся безумно тот. – Что ты несёшь? Н-нет, нет… – Да, Майкл. — Уильям медленно подошёл к нему, заглядывая в глаза. – И с Адель будет также, если ты не перестанешь лезть не в свои дела. А кто знает, может я убью всех, лишь бы никто не вставал у нас с ней на пути? Майкл поник головой, смотря в одну точку. – Не посмеешь! — Он уже будто хотел накинуться на Уильяма, но тот резко достал из-за спины шприц и вколол в шею парня. – Тебе нужно поспать. Нам ещё много нужно сегодня сделать. Точнее, мне…Но зрителям тоже нужны силы! — Смех раздался по всему дому, а после Майкл упал на пол, закрывая глаза. – Спи, мальчик мой. Пусть тебе приснится твоя дорогая мамочка. — И перешагнув сонное тело сына, Уильям направился в подвал. Скоро будут гости… … Аделаида стояла напротив двери дома Афтонов. Но она была не одна, а с ее милым другом. Неужели новый друг в этом городке? А вот и нет! Что может быть лучше, чем огнестрельное оружие? – Пора заканчивать с этим безумием. — Её рука достала их-за пояса пистолет и она ударила железной рукояткой по ручке двери. Та отлетела и Аделаида ворвалась в дом, направляя пистолет в разные стороны, чтобы поймать ублюдка. В доме пахло мужским одеколоном. Даже несколько. Очень дорогим одеколоном, который точно принадлежал Уильяму. Хоть вид мужчины был болеющим, но он всегда выглядел потрясающе. Ведь надо было поддерживать свою репутацию. Адель шагнула вперёд, как сзади неё с сильным стуком хлопнула входная дверь. Её корпус чуть повернулся, боковым зрением замечая того, кто испортил её и так не самую лучшею жизнь. Женская рука дёрнулась и она сразу направила пистолет на Уильяма, смотря холодным взглядом. – Милая? Что случилось? — Жалобным голосом шептал Афтон, медленно походя к девушке. – Я тебе не милая. Стой на месте. — Грубый голос заставил остановиться мужское тело. Серебряные глаза смотрели прямо на Адель, но никак на пистолет в ее бледных руках, который иногда подрагивал из-за страха. – Где мой брат? — Афтон усмехнулся. – Ты хотела подставить меня. Помнишь наш договор? Хах, ну, конечно, помнишь! — Его тело спокойно облокотилось на дверь, складывая руки на груди, будто сейчас не было никакой опасности перед ним. – А чего ты смотришь на меня так? Ты поступила крайне глупо, что решила впутать свою семью и полицию. Черт, а ведь я думал, что ты умнее и смогла бы «подставить» меня без тупых копов. Адель сжимала пистолет со злостью. Чего он добивается? Чтобы она застрелила его? – Я же тебя убью, урод. Убью! — Крикнула она, дёргая пистолетом вперёд, но Уильям и глазом не моргнул. – Ну убьешь…А дальше что? — Мужчина шагнул к женскому телу вперёд, прикусывая безумно губу, как любил это делать, осознавая, что жертва в ловушке. – Узнаешь, где Энтони? Хм, — Он задумчиво посмотрел в сторону на открытую дверь, которая вела в подвал. Адель заметила сразу же этот взгляд. Мужчина думал. – Он там. — Также задумчиво произнёс Уильям, смотря на дверь. Девушка недоверчиво взглянула на проход вниз, все ещё не опуская пистолет. – Выведи его. — Прошипел грубый голос. – Ты думаешь я пойду туда? Ты совсем тупой? — Он лишь пожал плечами и открыл входную дверь. – Я тебя не держу. — Тон Уильяма был спокоен, но его мысли были направлены на совсем иной исход. – Но учти, что завтра все может быть совсем по-другому. — Адель сжала ручку пистолета, понимая, о чем Афтон ей намекал. Она опустила голову, закрывая глаза. Аделаида, не опуская своё оружие, все же сделала шаг вперёд, пытаясь сфокусировать своё зрение на лестнице, которая вела вниз. Уильям стоял, наблюдая, как прекрасный ангел спускается в самое пекло ада. И ведь он даже сам не знал, что все так сложится. … Не большое, но просторное помещение освещала одна настольная лампа, которая стояла на рабочем столе Афтона. Повсюду были чертежи, как доделанные и не доделанные, а на стене висела семейная фотография, где была прекрасная Миссис Афтон, Уильям и трое детей, которые пытались улыбаться, но этого у них не выходило. Даже это фото было сделано под давлением Афтона. Семья, которая на глазах людей была идеальная, но как только закрывалась дверь их дома, становилась историей ужаса. Где-то в углу раздался звук цепей и усталый кашель. Аделаида резко отпрянула от фотографии, поворачиваясь на звук. – Майкл?! — Она подбежала к нему, падая на колени. Из-за адреналина в крови, девушка попыталась руками отцепить от цепей парня, но ничего не выходило. Васильковые глаза, которые сверкнули в полумраке, посмотрели на молодое и худое лицо. Пухлые губы Майкла чуть искривились в улыбке. – Я в раю? — Будто одурманенно спрашивал парень, влюблённо смотря на Аделаиду. – Что? — Она сначала не поняла вопроса, смотря на него. Её руки все ещё держали цепи, но опять же ничего не выходило. – Майкл! Что происходит?! Это отец тебя привязал? Уильям? — Сердцебиение Адель участилось. – М-м… — Он покачал головой, пытаясь сосредоточиться. – Черт! Другого выхода нет. — Громки звук раздался по помещению и Майкл зашипел, начиная что-то бубнить. Адель с силой ударила его по щеке, чтобы тот вышел из такого состояния. – Адель? Что ты здесь… — Майкл осмотрелся, пытаясь встать, но не смог из-за преграды на руках. – Блять! Ты не должна здесь быть! Нет-нет-нет! Где этот ублюдок?! Он тебя сюда силой затащил?! — Адель сидела перед ним на коленях, осознавая, что никакого брата здесь нет. Ее голова поникла вниз, нежно кладя свою руку на плечо Майкла. Сейчас…Должно произойти что-то ужасное. – Я… — Девушка сглотнула, и аккуратно прикоснулась губами к устам парня. Снова она ощутила то счастье, когда была с ним рядом. Особенно их детство – самое лучшее, что было с этими двумя. – Я люблю тебя. И ни за что не дам ему сделать то, что он хочет. — Тихо прошептала Адель, после недолго поцелуя, который чуть расслабил их. – Принцесса… — Майкл хотел сказать, что тоже любит Аделаиду больше своей никчёмной жизни, но она перебила его. Она думала, что Уильям сделал это все специально. Что сейчас он начнёт снова угрожать ей Майклом, но теперь Адель сильно ошибалась. – Сука…Давай же! — Её руки опять дёрнули цепи, но они снова не поддались её действиям. – Давай! Ну! Этот ублюдок… – Уходи. — Перебил её Майкл, со страхом смотря на дверь. – Прошу, уходи. Ты не должна страдать из-за меня. Всю жизнь я подвергался насилию, но ты не должна это познать. Уходи! Здесь нет Энтони, Адель. Если отец тебе это сказал, так он врал. Адель положила свою руку на холодную стенку, и с силой вцепилась от безысходности ногтями в неё. Теперь женские глаза были мокрыми. – Причинить самую страшную боль человеку сможет лишь тот, кто подарил ему больше всего счастья. — Послышался тихий шёпот сзади, с издевкой в голосе. Майкл прикусил губы. Он сжал кулаки, хотел сейчас спрятать свою любовь за спину, но Афтон младший сейчас был никем, однако… Майкл будет зрителем. – Встань. — Мужской голос стал грубее. Адель поднялась с колен, но до сих пор держала пистолет. – Ты ни за что не прикоснешься к нему. — Девушка встала в защитную позу, которой её обучили в академии, и направила пистолет прямо на Уильяма. Но на что он лишь засмеялся. – А ты думаешь этот никчёмный мальчишка нам нужен? — Майкл вопросительно смотрел большими глазами на отца, пытаясь найти подвох. Дверь в подвал была закрыта. Если кричать, стрелять, бить в стенки – никто не услышит. Майкл понял. Понял, что его больной папаша хочет сделать. И теперь его слабое сердце начало биться в сто раз быстрее. – Нет-нет-нет! Не трогай её! Она же ничего не сделала тебе! — Адель испуганно повернула в сторону парня голову, пытаясь понять, о чем он говорит, но это она сделала зря. Уильям с силой выхватил оружие из её худых рук и схватив Аделаиду за запястье, резко дернул её тело в сторону бетонной стенки. Мужчина специально сделал так, чтобы она ударились головой об стену, с грохотом падая на пол. – Нет! — Громко прокричал Майкл, наблюдая за тем, как бедная Адель чуть хрипела от боли в голове. Она не потеряла сознание, но в ушах сильно звенело. – Прелестное зрелище, — Хрипло сказал Уильям. – Но этого мало. — Он чуть наклонился к девушке, и ударил Аделаиду по голове её же пистолетом, чтобы она теперь точно потеряла сознание. И это в точности произошло. Её тело лежало расслабленно на холодном полу. Янтарные глаза девушки медленно закрылись. Она чувствовала, как силы покидают её, а эхом раздавались крики Майкла. Он ничего не мог сделать, сколько бы он не вырывался из этих цепей, которые стирали его запястья в мясо из-за постоянных резких движений, то все это было зря. Психика Майкла была полностью разрушена, когда он наблюдал, как Уильям спокойно поднимает женское тело без сознания и кладёт на стол. Перед глазами парня сразу появлялись картины его мамы. Уильям точно также в последние дни издевался над Кларой. И если бы Майкл знал, что произойдёт дальше, то он бы убил отца. И сейчас, смотря беспомощно на все это, парень мечтал убить его. За все, что он сделал. Как издевался над Кларой, над Эваном и Элизабет. Что убил столько много детей, а сейчас ещё и Адель мучает. – Почему ты такой? Почему ты, блять, вообще существуешь? — Майкл уже сорвал свой голос, а большое глаза были мокрыми. Его любимой делали больно, а он ничего не мог сделать. Абсолютно. И ведь никто не может ему, потому что никто не услышит и не узнает. Все это время, пока Майкл держался подальше от отца, он постоянно следил за Адель, чтобы Уильям не схватил девушку, однажды. А как только Афтон младший расслабился на минуту, то его слабостью воспользовались. В этой истории Майкл винит себя. Боже, если бы он не боялся Уильяма в подростковом возрасте… – Что, неприятно? Неприятно смотреть, как твою любимую сейчас могут убить, а ты ничего сделать не сможешь? А, сынок? — С усмешкой спросил мужчина, опускаясь перед Майклом на корточки. – Посмотри, — Одной рукой Уильям схватил его за щеки, больно сжимая. – Пока она спокойно спит, думая, что все это сон, но ведь дальше будет намного хуже. — Сумасшедше улыбнулся тот, оголяя свои клыки. Майкл пытался отвернуться от рук отца, но мужчина держал его крепко, а главное делая ему больно. Как морально, так и физически. – Ну не смотри на меня так. Тебе понравится! – М-мх… – Больно? Трудно? А ты улыбнись! Ведь ты еще жив. А пока жив – все впереди… —Спокойным тоном прошептал тот, серьезно глядя на Майкла. И отпустив сына, Уильям снова направился к Адель, не обращая внимания на крики своего ребёнка. Майкл лишь зритель в этом. Только зритель.