Тот, кто остался

Хеджинмал и Аинз вышли и некоторое время шли молча. Аинз не мог избавиться от чувства клаустрофобии внутри выдолбленного сегмента горы. Волосы на его коже встали дыбом, когда они шли по пустому городу. Он был довольно красив, но, что примечательно, светящиеся камни, разбросанные вокруг, казались странно расположенными. Освещение было в лучшем случае бессистемным, в одних местах оно давало достаточно света, а в других было совершенно недостаточным. «По крайней мере, мое зрение серьезно не пострадало», — подумал Аинз, прежде чем наконец спросить, когда они подошли к перекрестку без каких-либо освещающих камней: «Почему свет расположен так бессистемно? Я предполагаю, что они предназначались для гномов, но… кажется, он так странно расположен во многих местах. — Когда гномы бежали из этих мест, они захватили с собой много светящихся камней, но у них не было времени забрать все, поэтому некоторые остались позади, милорд. — ответил Хеджинмал, и они снова замолчали. — Ты знаешь, что лежит в сокровищнице гномов? — спросил Аинз, пытаясь скрыть жадность в голосе. Хеджинмал снова почти прижался к камню под ногами, по крайней мере, его голова свесилась в знак извинения. — Никто не знает. Одним из первых, что сделал мой отец, было то, что заставил меня искать список или опись материалов внутри, я рылся в книгах… Это был единственный раз, когда он ценил их так, как я. Но кроме нескольких легендарных рунных предметов, некоторые с четырьмя или даже пятью рунами, или историй, рассказывающих о большем… Но кроме какого-то конкретного снаряжения? В столице не сохранилось ничего, ни одной нетронутой летописи. Если, конечно… — Если что? — спросил Аинз. — Если только он не находится внутри самой сокровищницы. — Хеджинмал ответил на вопрос и продолжил свой путь. — Милорд… Что это? — спросил Хеджинмал, когда они вошли в более ярко освещенное место, за которым виднелась длинная темная колонна, лежащая вдалеке, что-то вроде гномьего шоссе, на самом деле просто узкая дорога, достаточно широкая для двух повозок. — То, что они сделали, действительно впечатляет, но мне не нравится холод… тем не менее, они проделали потрясающую работу, используя каждый дюйм пространства. Садовые террасы, хорошо продуманные города… инженер биокупола не смог бы сделать лучше. — Что вы сделаете со мной, когда покончите с тем, ради чего пришли сюда? Я поеду с вами или вы отправите меня куда-нибудь еще? — спросил Хеджинмал. — Что бы ты сделал, если бы я дал тебе выбор? — спросил Аинз большого ковыляющего дракона. — Я хочу читать больше книг, и если у меня есть выбор, я хочу заняться этим… если у вы позволите мне это сделать, то я был бы очень рад поступить к вам на службу. — ответил Хеджинмал, и его хвост «завилял» почти как у собаки. — Думаю, это можно устроить. Я отдам тебя под опеку моих близнецов-темных эльфов. Аура приручает магических зверей и будет рада новым питомцам… Маре — заядлый читатель. Служи мне хорошо, и ты прочтешь больше книг, чем смог бы прочесть за тысячу эльфийских жизней. — Аинз мог бы дать это обещание достаточно легко, зная, что Библиотека Ашшурбанипал на самом деле была свалкой текстовых файлов из каждой книги, не защищенной авторским правом, известной в истории человечества. Хеджинмал пустился рысью, даже вприпрыжку, но не впереди, а вокруг Аинза. — Не хотите прокатиться, милорд? — спросил он со счастьем, переполнявшим его сердце. На ум пришло короткое воспоминание о том, как он сидел на Шалти, но учитывая, что это был дракон, его врожденный геймерский и авантюрный дух взял верх, и когда дракон плюхнулся на камень, он забрался вверх. — Книги, книги… неограниченное количество книг… счастливое книжное время… — голова Хеджинмала покачивалась взад-вперед, когда он продолжал говорить и снова побежал вперед с Аинзом на спине. «Добровольное повиновение против принудительного повиновения…» — подумал Аинз и вспомнил слова Пунитто Моэ о западном правителе: «Как его звали… Король Ричард какой-то… «…Итак, Ричард отправился в поход в Ирландию, и как только он, тот, кого все боялись, исчез… все подняли восстание и свергли его. Кончилось тем, что он умер от жажды, запертый один в комнате. Верность, любовь и преданность… Страх имеет свое место, но сделать себя правителем, почитаемым моими подданными, — лучший способ гарантировать, что я буду править независимо от того, насколько силен я или другие». — Аинз повторил урок в своем сердце, и это обратило его мысли к Демиургу. — Он не успел ответить мне раньше… Возможно, он избегал этого… Он что-нибудь подозревает? — спросил Аинз, но исключил это. Взгляды архидьявола, которые он ловил на себе, были ближе к поклонению, хотя казалось, что в них таилось больше, чем казалось. — Вот в чем проблема умных, никогда нельзя сказать, что на самом деле правда они думают… — Аинз вздохнул, его сердце переполняла привязанность к сыну Ульберта, но невозможно было не знать о внутренней тьме, которая лежала внутри Стража. Аинз пытался сохранять нейтралитет, но ужасный и жестокий конфликт между людоящерами и жаболюдами оставил свой след, кровь и жестокость, крики ужаса, боль… То, как людоящеры носились по домам жаболюдов, убивая всех, до кого могли дотянуться. Рвотные позывы были еще свежи в памяти Аинза. — Чтобы обеспечить контроль, я должен играть в эти игры… Я не могу быть просто завоевателем… но это отвратительно. Однако мне придется держать Демиурга под некоторым контролем. Если я предоставлю это ему, кто знает, что он сделает? Было легко погрузиться в своенравные мысли, они проходили сквозь длинные темные тени под бесконечными милями каменного неба, случайные огни светящихся камней отбрасывали свою бесконечную яркость на область только для того, чтобы исчезнуть через несколько минут, когда Аинз оставил их далеко позади. Тень и камень с кусочками света стали повторяющимися, хотя архитектура была интересна с эстетической точки зрения, и то, что она рассказала ему об обществе гномов, не дало ему того, что ему было нужно. И этого было недостаточно, чтобы занять его мысли. — Какой план? Какой план, по мнению Демиурга, у меня есть… С каких это пор появился план?! Я просто думал, что Рунное Искусство интересно и полезно как продукт, и хотел получить контроль над ним… почему они всегда представляют меня умнее, чем я есть?! — его пальцы задрожали так сильно, что он убрал их со спины Хеджинмала и сжал в кулаки, чтобы положить себе на бедра. — Ладно… думай, Аинз, думай. Во-первых… я должен найти какой-то способ рассказать Демиургу о том, что произошло. Я должен свести к минимуму любой вред, который он может причинить… не разрушая того плана, который, по его мнению, у меня есть. Я должен заключить дружеское соглашение с гномами. И я должен что-то сделать с кваготами, чтобы они не создавали для меня проблем в будущем или, может быть, даже превратить их в актив. Ладно… теперь, как мне все это сделать? По крайней мере, у тебя есть время подумать об этом. — Аинз почувствовал, как его беспокойство уменьшилось, когда он изложил свои цели в более простых терминах, и подумал о благословении иметь время для этого. Далекие проблемы всегда давались ему легче, чем настоящие и близкие. Затем Хеджинмал повернул шею, чтобы посмотреть на своего всадника. — Милорд… Мы будем в столице дварфов через несколько часов, надеюсь, моя пробежка не нарушила вашего комфорта, но когда вы напряглись несколько часов назад, я предположил, что вы нетерпеливы. Аинз вырвался из задумчивости, — Нет… нет, все в порядке. — сказал он поспешно, давая одобрительный кивок номер два, полупоклон в сторону морды дракона.