Тот, кто остался

Пе Рьюро стоял перед собравшимися воинами. В основном это были старые кваготы, пять тысяч, ряд за рядом, они сидели и ждали, когда их лидер заговорит. Гордость за свой народ вспыхнула, как огонь в его груди. Они знают, что скоро умрут, но не плачут, не воют и не бегут. «Что за народ мы, кваготы». — подумал он глядя на них. Когда он был готов, он обратился к ним: «Времени не так много, поэтому я не буду тратить слова». — сказал Пе Рьюро и указал на самый большой выход. «Мы движемся, пойдем к единственному возможному источнику помощи, который мы можем найти. Но если демоны узнают, они могут преградить нам путь и убить всех Ваша задача состоит в том, чтобы не дать им узнать о нашем отбытии… и сделать так, чтобы драконы тоже смогли сбежать. Они понадобятся нам в предстоящей битве. Они не могут идти по длинным узким тропам, по которым можем мы, поэтому есть только один выход». Он сжал острую руку в кулак. Он стиснул зубы: «Они пролетят мимо, и вы позаботитесь о том, чтобы они смогли это сделать. Придержите внимание демонов, по крайней мере, сейчас их не так много. Но если Ялдабаоф получит то, что ищет, на нас натравят целую армию. Вы погибнете, но вы жертвуете собой не напрасно, и вас никогда не забудут! Пожилые воины-кваготы направили свои когти на камень наверху и несколько минут вызывающе кричали на гору, прежде чем Пе Рьюро снова смог заговорить. Когда все успокоились, он был краток. «Подождите, пока последний из нас не скроется из виду, и тогда половина из вас отправится в старую столицу гномов, чтобы атаковать демонов. Другая половина будет сторожить здесь и выигрывать время, две с половиной тысячи из вас должны быть способны продержаться от их мелких набегов хотя бы несколько дней даже без драконов». Они выплескивали свою мрачную ненависть к демонам, которая уже разгоралась сильнее, чем когда-либо, против гномов. — Желаю вам удачи… — сказал Пе Рьюро, и сошел с простого камня, с которого говорил, и оглянулся через плечо. Колонна кваготов уже двигалась. «Hail Pe Riyuro!» слова исходили от кого-то за его спиной, когда он присоединился к основной группе. Он не оглянулся на них, но это не остановило клич, который передавался из уст в уста. «Hail Pe Riyuro!» Он так часто отражался эхом от каменных стен, что, казалось, гора подбадривала его, когда он отступал, мало-помалу его ноги уносили все дальше и дальше от других. Кто-то все еще собирался, кто-то помогал Квадвару в изоляции в конце, а затем действовал отряд самоубийц. Клич исчезал по мере того, как он удалялся все дальше и дальше. Отдаленные возгласы, приветствовавшие его имя, превратились в шепот в темноте, а затем исчезли. Была только тьма. Темнота и звук их бредущих, отчаянных ног. Час за часом. По крайней мере, темнота им не мешала, зато была усталость. Их животных приходилось массово забивать, за исключением большого количества ящериц в маленьких контейнерах, и каждый клочок растительности, которую они могли съесть, был собран, за исключением того, что нужно было оставить, чтобы отряд старых кваготов мог жить до самой смерти. Пе Рьюро изо всех сил старался поддерживать их настроение, болтая со своими ближайшими товарищами-вождями из разных племен и рассматривая это как прогулку, рассказывая анекдоты, над которыми они притворялись, что смеются. Но это казалось вынужденным. Часто их лица отворачивались от него. Так что Пе Рьюро сделал то, что делал всегда. Он смотрел вперед, прямо перед собой, и медленно затихал все больше и больше, позволяя времени проскользнуть мимо него, как слабый ветерок. Единственное, чего не ожидал Пе Рьюро, так это того, насколько трудно будет просто «переместить» около семидесяти тысяч кваготов. Колонна шла так же быстро, как самая медленная черепаха, и очень молодые и очень старые кваготы требовали больше отдыха, чем все остальные. Потребность в еде и питье также увеличивалась, и хотя это можно было сделать на ходу, им также приходилось останавливаться, чтобы справить нужду. Из-за этого колонна часто сбивалась в кучу, поскольку комки мешали другим, и в любом случае было мало хороших мест, где можно было облегчиться. Влажный шлепок ног по моче и фекалиям сопровождался отвратительной вонью, и он мог только радоваться, что не стал идти самым последним. Когда ветерок из зияющей дыры в склоне горы утих, исчезла и вонь. Но все же они шли по скалистым холмам, старым шахтам, которые соединялись с другими шахтами, и не все из них было легко преодолеть. Под горой не было ни ночи, ни дня, только тьма. А когда можно видеть в темноте, как не дневным светом? Итак, без установленного времени или способа отмечать прошедшие часы, кваготы шли по времени вождя. Когда он спал, они спали. Когда начинался его день, начинался и их день. Все часы всех племен вращались вокруг времени, хранимого циклом собственной жизни вождя. Если он был энергичным вождем и мало нуждался во сне, остальные члены племени придерживались тех же часов и могли жаловаться на то, что они все время уставают. Если бы он был ленив, племя часто вызывало бы зависть у других или попадало бы в серьезные неприятности, если бы требовалось выполнить более тяжелую работу. Главным под горой были солнце и луна, задающие цикл дня и ночи там, где ни то, ни другое не существовало поодиночке. С Пе Рьюро во главе их всех, у них был энергичный и, казалось бы, неутомимый вождь, который шагал вперед одна нога за другой без малейшего признака того, что он нуждался или хотел отдохнуть. Именно эта энергия, это нежелание дать им поколебаться заставляло их идти вперед. — Мой Лорд, нам нужно отдохнуть. — его заместитель сказал с приглушенной настойчивостью. Это было прошептано близко к лицу Пе Рьюро, чтобы никто другой не услышал, но все же Пе Рьюро игнорировал его еще дюжину шагов, прежде чем снова прошептал. И снова через еще десяток шагов. «Мы сможем отдохнуть, когда доберемся до того, кто сможет обеспечить нам выживание». Наконец Пе Рьюро прошептал в ответ: «Прошло всего несколько часов». «Прошло намного больше, чем час!» Заместитель прошептал немного грубее. «Пожилые люди и матери, несущие своих детенышей не могут идти с нами в ногу, , а с едой и припасами, которые несут…» Пе Рьюро кинул на него взгляд: «Что с нами будет, если нас схватят демоны? Как долго, по-твоему, смогут продержаться те, кого мы оставили позади? Два дня? Три? Подумай об этом, дурак. не осталось лекарей, даже если они продержатся два дня, демоны скоро заметят отсутствие подкрепления и станут подозрительными. Демоны не простые скоты. Они догадаются о причине отсутствия подкрепления. Когда они обнаружат, что кваготы и драконы исчезли, как ты думаешь, что они сделают?» Пе Рьюро прошипел испепеляющий вопрос и посмотрел на заместителя. К его чести, заместитель командира не стал возражать. Что еще более важно, они продолжали тащиться. Более слабым помогали более сильные, пока даже Пе Рьюро не смог двигаться дальше, и они, наконец, рухнули с величайшим вздохом облегчения, который когда-либо слышали горные камни, и рухнули в покой, от которого некоторые надеялись никогда не проснуться.