Отвергжнутые

Кирилл и Пауль стояли как вкопанные, пока гвардейцы, обнажив мечи, настороженно подходили к ним. — Я даже не отсосал тебе напоследок, —горько проговорил Пауль, держась за сердце, — какой же ты мудак. — Ещё успеешь, старик, ещё успеешь, — медленно сказал Кирилл, что-то обдумывая. Внезапная мысль осветила его лицо. —Похуй. — вдруг твердо произнёс он, глядя в лица стражи. Гвардейцы испуганно остановились и опустили оружие. —Похуй! — вскричал Пауль, поняв задумку напарника, —Хуй, похуям, охуеть! Внезапный порыв ветра, невесть как взявшегося в Тронном зале, задул свечи. Воздух стал холодным, и с каждым словом изо рта вылетало облачко пара. Трое гвардейцев упали на колени и схватились за головы. Один снял с головы шлем и громко в него блевал. Остальные, попятившись, бросились вон из зала, роняя по пути мечи. Кирилл выбрал два и кинул один Паулю. Тот ловко поймал его, крутанулся и помахал, взвешивая оружие в руки. Неосторожным взмахом отсек ухо стражнику и, услышав вопль, смущённо убрал новинку в заплечные ножны. — К тяжести топора привык, прости, —смущённо извинился он перед калекой и повернулся к другу. — Что будем теперь делать? — Ну, для начала вернём пушки. Возможно, стража на входе ещё не слышала о приказе Королевы и беспрепятственно их нам вернёт. А там... Для начала, купим коней и скроемся в какой-нибудь деревушке. Там уже решим, куда податься. Эх, плакал мой вечерний отлиз... В зал вбежал лакей и, задыхаясь, упал на пол. На плече у него зияла огромная рваная рана. Пауль подошёл к нему и участливо пнул по рёбрам: — Родной, ты чего? — Ла.. Ларки!.. В городе!.. Тысячи.. их.. — прохрипел лакей и сдох. Напарники встревоженно переглянулись. — Сколько у нас есть времени? — Немного. Если они ворвались в город с востока, то до Дворца дойдут за считанные минуты. Надо скорее убираться. — А как же Королева? Министры? Этот? — Кирилл кивнул на застывшего Тайного советника. — Эту сволочь я прямо порешаю, — прошипел Пауль и достал меч. — А остальные.. Черт, надо спасти их. Королева была одурманена словами Павлуса, она не заслуживает смерти. Кирилл кивнул и бросился в сторону покоев. Пауль же задержался и, подойдя к недвижимому гиганту, подпрыгнул и быстрым движением перерезал тому горло. Чёрная кровь хлынула из раны и тело, покачнувшись, завалилось на спину. Охотник вытер меч о балахон Павлуса и, не оглянувшись, поспешил за напарником. Труп лежал около окна, когда туда влетел ворон. Сев на груди Советника, он принялся вычищать клювом перья и не заметил, как огромная ладонь накрыла его сверху, раздавив, как спелую ягоду. Лицо Павлуса прорезала зловещая усмешка. *** Кирилл и Пауль бежали по жилым помещениям, распахивая двери и ища Министров и Королеву. Дворец уже облетел слух о скором нашествии и куча прислуги носилась в разные стороны, собирая самое необходимое и спешно пакуя вещи. Первой они нашли Министра туризма Катерину. Мучачовна уже сидела на готовом чемодане, одетая в галифе и кирасу кондотьера, и неспешно курила сигарету через мундштук. Из колонок орала песня Ленинград - Вояж. — Че надо, гандоны? — приветливо произнесла Мучачовна, попыхивая дымком. — С собой не возьму. Самолет частный. Охотники с любопытством огляделись. Комната была настоящей Меккой туриста. Все стены были увешаны фотографиями из Египта, Турции, Испании и Украины, на подоконнике лежали пробковый шлем и мачете, на ящике стояли статуэтки из Африки, валялись иностранные монеты и марки. К изголовью были приставлены свернутые дорожные карты, полочка заставлена гидами Мишлен и разговорниками. Над кроватью висели приколоченные гвоздями яйца неудавшихся женихов. На полу расстилалась шкура гигантского леопарда. — Товарищ Министр, здесь небезопасно. Позвольте нам помочь вам добраться до аэропорта. Стража не сможет защитить вас от лирков. Катерина нахмурилась. — Вы ведь известные пропоицы и жиголо, а теперь еще и преступники. Зачем мне вам верить? Может, вы вообще хотите меня ограбить? — А у вас есть, что брать? — Конечно. Министр спрыгнула с чемодана и откинула его крышку. Охотники ахнули. Всё свободное место в чемодане занимали свёрнутые в рулетики пачки пятитысячных купюр. Пауль хищно облизнулся и, оттолкнув девушку, склонился над содержимым. — Вот такие у нас Министры в стране, получается. Народ, блять, голодает, а у них деньжищ прорва. Они, блять, в Испанию катаются. На чьи, спрашивается, налоги? На мои, на мои! Узнала бы Королева, не сносила бы ты головы, Мучачовна. Говоря это, Пауль не забывал распихивать рулетики по карманам и поясным сумкам, роняя слюни и мечтательно закатывая глаза. — Кредит на Солярис погашу... Куплю самогонный аппарат... Дочке алименты отправлю.. — пришептывал он, судорожно шлепая руками по бокам. — Ах ты ж черт, закончилось.. Ну ничего, ничего, я знаю, как... В чемодане ещё оставались два рулетика. Попробовав запихнуть их за щеку и потерпев неудачу, Пауль сокрушенно покачал головой и начал расстегивать штаны. — Что он делает? — испуганно спросила Катерина у Кирилла, флегматично наблюдавшего за искушенным другом. — Воровской карман, — пояснил тот, катая между зубами зубочистку. Вставив последнюю пачку со сладостным стоном, Пауль выпрямился и затянул ремень. — Можно выдвигаться на поиски Королевы. —Ну, раз вы меня уже ограбили, я пойду с вами. Хули тут попишешь, — горько сказала Министр и взяла мачете. *** Кирилл выглянул в коридор, посмотрел по сторонам, обернулся и кивком дал понять, что можно выдвигаться. Мучачовна потирала порванную жопу. Пауль хрумкал гигантским огурцом.