У мамы дома на кухне

Биение собственного сердца эхом отдается в груди. Картинка окружающего мира, проносящегося мимо, сливается в единое изображение. Золотой мираж. Солнечные блики ослепляют. Ноги предательски начинают подрагивать, и я сдаюсь, позволяю эмоциям захватить власть над разумом. Падаю на спину. Колосья пшеницы неприятно хлещут по рукам и лицу, но я с наслаждением встречаю это неудобство. Острая нужда заглушить ядерную войну, разыгравшуюся внутри моего разума и тела, мешает дышать. В голове только одно: нужно бежать. Так далеко и долго, насколько сможет позволить тело. Убежать от всего и всех, что окружает. Спастись, бежать. Но разве можно скрыться от монстра, живущего внутри? Я была уверена, что от себя точно спрятаться не смогу, сколько бы боли себе не причиняла, как сильно бы не пыталась заглушить чувства – от себя мне было не убежать. Открываю глаза и с вызовом смотрю прямо внутрь беспощадного августовского солнца. Смотрю так долго, насколько возможно. Лишь, когда напряжение в радужке глаз достигает максимума, позволяю векам сомкнуться, а слезам вырваться на свободу. Слишком много слёз пролилось за последний месяц. Я устала плакать. Устала бежать. Я устала жить.