ангельское наслаждение

Горячее дыхание щекочет шею, пока мокрый язык выводит за ухом узоры, известные только одному Дьяволу. Руки блуждают по телу, прижимают спиной к горячей груди, а Феликс теряется и раскрывает рот в немом стоне, ещё не до конца понимая всю суть происходящего. — Ну же, мой ангел, ты сам согласился, — сладкий шёпот выбивает почву из-под ног, заставляя колени подкашиваться. Если бы обладатель столь притягательного голоса не держал его так крепко, Ёнбок бы уже давно валялся у него в ногах. — Я на тебя не давил и не заставлял, это было твоё решение. Твоё желание, — продолжает искушать демон, касаясь губами мочки уха и начиная её мягко посасывать. А Феликс его уже не слышит. Он сбито дышит и никак не может ни на чём сосредоточиться, потому что демона сзади слишком много. Слишком. Он буквально везде. Выцеловывает шею, водит руками по тонкому нежному телу, цепляет сквозь одежду покрасневшие соски. И ангелу приятно. Приятно и противно. Противно от самого себя и от того, что это доставляет ему удовольствие, хотя не должно. Он согласился не для этого. Ли всего лишь хотел, чтобы Хёнджин оставил его подопечного в покое и позволил ему не провалить первое, в этой своей жизни, задание. По помещению разносится тихий стон, когда демон оставляет первую метку на шее. Ёнбок закусывает губу и жмурит глаза, пугаясь самого себя и своей реакции на происходящее. За спиной раздаётся лёгкий смешок, после которого ангел уже вскрикивает — Хёнджин подхватил его на руки и двинулся к кровати, развернув к себе и заставив обвить ногами торс в поисках опоры. Холод простыней, который должен был остудить, только усилил восприятие, заставляя Феликса выгибаться от каждого лёгкого прикосновения демона. Хёнджин медленно спустился с шеи и, оставив первый поцелуй на выглядывающей из-под футболки ключице, почувствовал, как ангела под ним прошибла дрожь. Мягко потянув Ёнбока на себя, он приподнял его и быстро стянул с парня ненужную сейчас футболку. Опустившись сверху и устроившись между раздвинутыми ногами, демон в лёгкой щекотке провёл самыми кончиками пальцев по рёбрам ангела, тем самым заставив его хрипло выдохнуть. Хёнджин тяжело дышал, проходясь кончиком языка по нижней губе Феликса, несильно надавливая, как бы спрашивая разрешения и чувствуя, как губы поддаются и слегка приоткрываются. Не считая нужным медлить дальше, он толкается внутрь и рисует узоры на чужом языке, проходясь по нижнему ряду зубов. Феликс только приглушённо стонет, пытаясь подстроиться под темп, заданный демоном. Когда ловкие пальцы пересчитывают рёбра и касаются возбуждённого и покрасневшего соска, слегка его сжимая, Ёнбока подбрасывает на кровати и он надрывно стонет, выпуская весь воздух в губы Хёнджина, который отстраняется, чтобы вернуться к ключицам. Лёгкие, почти невесомые поцелуи бабочками ложатся на грудь, переплетаясь в своём танце с мокрыми дорожками и укусами, на которые демон не скупился. Прикусив легко кожу под ключицей, Хёнджин сразу же нежно зализывает метку, пальцами одной руки выкручивая чувствительный сосок. Феликс звонкие стоны уже не сдерживает, позволяя им отражаться от стен и ласкать слух мужчины. Парень извивается на простынях, совершенно не зная, куда деть руки, за что схватиться и что делать. Когда он зарывается пальцами в копну чёрных волос и слегка тянет на себя, демон тихо рычит и, оставив грудь в покое, прижимает его руки к постели над головой. Но намёк был понят. Хёнджин резко припал к губам парня, покусывая их и слизывая первые капельки крови, пока Феликс дёргал руками в попытках схватиться за что-нибудь. Когда поцелуй смягчился, а ангел расслабился, перестав дёргаться от каждого малейшего прикосновения и движения, мужчина отпускает его руки и медленно, проводя по каждому сантиметру тела, спускает их на бёдра, придерживая и сквозь ткань брюк притираясь своим возбуждением к чужому. Феликс тихо скулит, подаваясь навстречу и начав тереться пахом, заставляя Хёнджина отстранится от своих губ и непроизвольно зашипеть сквозь стиснутые зубы, плавно переходя на ягодицы и сжимая их. — Хёнджи-и-ин, — единственное, на что способен сейчас блондин. Он обвивает руками шею демона и сам притягивает его ближе, впиваясь в губы поцелуем. — Если будешь хорошим ангелочком, я сделаю всё, что захочешь, — разрывая поцелуй, хрипит Хван, а после прокладывает дорожку мелких поцелуев от губ до груди. Когда мужчина накрывает губами сосок, Феликса подкидывает на простынях и выгибает в спине так, что складывается ощущение, будто ещё немного и он сломается. Блондин зарывается ладонями в волосы Хёнджина и то ли притягивает его ближе, то ли отталкивает от себя, не в силах вынести стимуляции. Хван же вбирает в рот чувствительную горошину, перекатывает её языком, невесомо прикусывает, а после зализывает и отстраняется, выдыхая на возбуждённую плоть поток горячего воздуха, что распаляет ангела лишь сильнее, заставляя начать двигать бёдрами в поисках прежнего трения. Прокладывая дорожку до другого соска, мужчина одной рукой продолжает мягко массировать оставленный, а свободную ладонь аккуратно перемещает Феликсу на пах. Почувствовав долгожданное прикосновение, парень вскидывается, стонет и подаётся бёдрами к руке, желая получить ещё больше. Гонясь за собственным удовлетворением, он не замечает, как начинает сильнее тянуть чёрные пряди, доставляя их обладателю удовольствие и заставляя пустить по груди вибрацию, что теплом разлилась внизу собственного живота. Хёнджин, ощутив почти болезненную хватку в волосах, сильнее давит на член ангела сквозь ткань брюк, заставляя почувствовать дискомфорт, и блондин дёргается, пытаясь свести ноги и неаккуратно цепляя коленкой пах демона. Хван рычит и, отстраняясь от груди парня, сбрасывает с себя футболку, открывая вид на подтянутое тело. Феликс сосредотачивает на нём взгляд, мгновенно краснеет и прикрывает глаза, но руки тянет и легко обводит рельеф пресса, наслаждаясь твёрдостью мышц под ладонями. Хёнджин склоняется над парнем, оставляя больше меток на шее и ключицах, пока тот нежно водит маленькими ручками по его груди, а после подаётся вверх и оставляет почти неощутимый поцелуй на рёбрах, пуская по телу мужчины дрожь. Демон довольно улыбается, чувствуя, как смелеет Ли, и, обхватив его за тонкую талию, перекатывается на кровати так, чтобы ангел оказался сидящим на его бёдрах. Потеряв опору, Феликс, расширив глаза от лёгкого испуга, упирается руками в грудь Хвана, тем самым проезжая своими ягодицами по его бёдрам и паху, и надрывно стонет, слушая, как вибрирует под ладонями грудь, когда мужчина под ним выдыхает тихий хриплый стон. Чувствуя сильные руки, поддерживающие его за бока, блондин наклоняется и, на мгновение пересекаясь голубыми глазами с чёрными омутами, оставляет первый поцелуй у основания шеи. Феликс легко целует кожу и, сам начиная получать наслаждение, оставляет первые мокрые следы и еле видимые укусы. Он проводит руками по телу Хёнджина, следует за ними губами и опускается на пресс, опять проезжаясь ягодицами по паху и цепляя чужой возбуждённый член. Хван рычит сквозь зубы, сжимает бёдра ангела и рывком опрокидывает его обратно на постель, сжимая возбуждение Ли через брюки. Феликс громко стонет, а после, слыша, как зазвенела пряжка собственного ремня, сам подаётся бёдрами вверх, помогая мужчине снять с себя доставляющий дискомфорт предмет одежды. Брюки, с силой отброшенные в сторону, улетают в тёмный угол комнаты, а Хёнджин припадает губами к нежной коже у выступающей тазобедренной косточки. Блондин на простынях выгибается до хруста, поэтому Хван одну руку размещает у него на груди, придавливая к постели, и вырисовывает языком узоры на прекрасном теле. Выцеловывая низ живота и заставляя в нём сильнее скручиваться узел возбуждения, он спускается к бёдрам ангела, так ни разу и не прикоснувшись к истекающему предэякулятом члену. Феликс руку вниз тянет, пытается сам хоть немного помочь себе, но, получив в ответ на действие хлопок по запястью, цепляется за простыни, комкая их и собирая в кулачки. Хёнджин низко рычит и оставляет красные яркие метки на его бёдрах, с удовольствием иногда вонзая зубы в нежную плоть и слыша громкие вскрики, за которыми потом следуют тягучие стоны, наполненные наслаждением. Демон поцелуями поднимается обратно, к паху мальчика, и дует на его твёрдый член, оставляя на головке лёгкий поцелуй, реакция на который не заставила себя долго ждать. Блондин до хруста выгибается и, что-то несвязно прокричав, кончает, видя перед глазами звёздочки, пока его аура загорается белым и искрится. — Вот так, умница, — шепчет Хван и целует ангела, мягко раскрывая его губы и проникая внутрь, лаская и получая слабый ответ, когда Ли постепенно приходит в себя. — А как же ты? — тихо лепечет парень, устремляя всё ещё застеленный поволокой возбуждения взгляд на демона. — Ты думаешь, что это всё? — отстраняясь от сладких губ, усмехается Хёнджин, и Феликс видит, как загорается огонь в его глазах, а их прищур становится каким-то слишком хитрым. — Мы не так с тобой договаривались, мой ангелочек. Брюнет рукой обхватывает всё ещё твёрдый член и проводит по нему несколько раз, легко надавливая на головку и наслаждаясь тем, как Ёнбок под ним вскрикивает и цепляется ногтями за плечи, оставляя на них первые царапины. Начав массировать яички, Хван опускается к органу и, снова подув на него, берёт в рот головку, посасывая её и бросая дразнящие взгляды на ангела. Феликс же руками в его волосы зарывается, то ли отталкивая, то ли притягивая ближе, но когда Хёнджин языком в уретру толкается, он неосознанно вскидывает бёдра, толкаясь в горячую узость и чувствуя, как плотно стенки горла обхватывают возбуждение. Рвотного рефлекса у демона не было, поэтому он просто начал двигать головой, позволяя ангелу иногда подаваться вверх, пока сам он спустился рукой вниз, проводя пальцами между ягодиц и легко касаясь дырочки. Не отрываясь от члена блондина, Хван на ощупь находит свободной рукой смазку под подушкой и, выдавив себе на пальцы и растерев, разогревая, аккуратно вводит один на фалангу. Ранее не обращавший на это внимание, Феликс мычит от не очень приятных ощущений и дёргается, пытаясь уйти от прикосновения, тем самым толкаясь Хёнджину глубже в горло. Мужчина, будто не замечая протеста, обводит языком каждую венку на члене, одну руку устраивает на красном возбуждённом соске, выкручивая его и стимулируя, а другой продолжает одним только пальцем толкаться дальше, немного сгибая его и массируя стенки. Когда блондин издаёт первый удовлетворённый стон, звоном отдающийся в ушах, Хван аккуратно добавляет второй палец и выпускает изо рта головку, легко дуя на неё и пуская по телу под собой волну мурашек. Феликс немного кривится от неприятных ощущений, но отстраниться больше не пытается, полностью доверяясь демону и притягивая к себе для поцелуя. Хёнджин к губам его припадает, оттягивая нижнюю и сразу же врываясь внутрь, и, получая не менее пылкий ответ, пальцы внутри парня разводит на манер ножниц, крутит ими, пытаясь найти простату, чтобы облегчить растяжку. — Господи-и-и, — почти кричит парень и прикусывает до крови губу Хвана, в извинении сразу же зализывая ранку и нежно целуя. — О, да, зови его, пока находишься подо мной, — хрипло смеётся демон. Отрываясь от сладких губ и вновь проходясь по простате пальцами, он выбивает из парня стоны один громче другого, наслаждаясь ими и упиваясь своей властью над ангелом. Хёнджин окидывает взглядом вид Феликса и довольно улыбается, видя бесчисленное количество своих меток на этом прекрасном теле и то, как пропадают внутри пальцы. Чувствуя, как напряжённо дёргается в штанах собственный член, он рычит и свободной рукой начинает расстёгивать пряжку ремня, чтобы хоть немного избавиться от болезненного давления. Когда блондин начинает сам подаваться его пальцам навстречу, стараясь насадиться на них как можно сильнее и глубже, Хван достаёт их и, слыша, как Ли хнычет недовольно от пустоты, лёгким движением переворачивает парня, ставя в коленно-локтевую, а сам быстро скидывает штаны, отправляя их вслед за феликсовыми. Поддерживая блондина за бёдра, Хёнджин приставляет головку к сжимающейся дырочке, но не входит, а просто проводит пару раз дразняще и наслаждается плаксивыми стонами Феликса, что, не в силах держать себя, уткнулся головой в сложенные на кровати руки. Набравшись смелости, ангел призывно виляет бёдрами из стороны в сторону и слышит хриплое рычание, оседающее на лопатках, а после чувствует, как в него проникает что-то покрупнее пальцев. Хван медленно вводит только головку, давая Ли возможность привыкнуть к такой заполненности, а после рывком входит наполовину и нежно выцеловывает спину хнычущего от болезненных ощущений Феликса, перемещая одну из рук на немного опавший член. Когда парень привыкает и сам легко толкается бёдрами навстречу, Хёнджин начинает двигаться, выходя совсем немного, чтобы не сделать больнее, но, цепляя ногтями головку чужого члена и чувствуя, как в ответ сжимаются мягкие стеночки вокруг собственного органа, срывается и одним быстрым движением вбивается в ангела до основания и шлепка бёдер о бёдра. — Хёнджи-и-ин, Господи Боже, — вместо стона боли он получает стон удовольствия, что патокой льётся в уши и прошивает тело дрожью насквозь. Феликс теряется в коктейле ощущений и чувств. Когда демон рывком входит в его тело, боль от проникновения перемешивается со сладостью от попадания по простате, развязывая внизу живота новый узел, пускающий от себя круги тепла. Хвана слишком много для него одного. Он буквально везде. Водит руками по телу, пересчитывает рёбра, стимулирует чувствительные соски, оставляет новые метки на шее и лопатках, выцеловывает линию позвоночника, сжимает с силой талию и бёдра, проводит ладонью по твёрдому члену, вбивается внутрь, вырывая стон за стоном. Ли носом зарывается в сгиб локтя и почти кричит, срывая голос и невнятно моля Бога о чём-то, когда Хёнджин ускоряется, оставляя внутри только головку, а после врываясь до конца и с силой попадая по чувствительной точке внутри. Полностью растворяясь в своих ощущениях и удовольствии в его чистом виде, Феликс не сразу понимает, как оказывается прижатым спиной к горячей груди и стоящим на коленях. Демон не прекращает вбиваться в него, не замедляясь ни на мгновение, только поворачивает рукой голову к себе, припадая к желанным губам и ловя стоны, слетающие с них. Чувствуя, как нежные стеночки с каждым его толчком сжимают член всё сильнее и сильнее, Хёнджин ускоряет движения рукой на возбуждении ангела и давит большим пальцем на головку, усиливая стимуляцию. Аура блондина снова искрится белым, а семя пачкает руку демона спустя пару сильных попаданий по простате и нескольких таких же движений ладонью, пока Феликс надрывно кричит и почти теряет сознание от удовольствия и излишней стимуляции от продолжающего двигаться в нём демона. Мужчина опускает ангела на кровать, возвращая его в коленно-локтевую, и, не сбавляя темпа, доводит себя до оргазма, а после выходит и с рыком кончает на простыни рядом с бедрами Ли. Феликс тяжело дышит, почти сразу проваливаясь в сон и не чувствуя, как Хван, отдышавшись и придя в себя, бережно вытирает его ото всех следов, нежно целуя каждый укус и появляющиеся синяки, что оставил своими пальцами. Он заботливо приводит блондина в порядок, укрывает его одеялом, одевается, и, оставив мягкий поцелуй на пушистой макушке, покидает квартиру.

< когда вспомнишь меня, просто позови и я приду >

Записка остаётся лежать на прикроватной тумбочке, а Феликс утром просыпается с болезненными ощущениями в пояснице, непонятным чувством в груди и почерневшими у своего основания крыльями.