Ее метка на его теле

Гермиона просидела бы у Черного озера вечность, если бы не начало темнеть. «Еще пятнадцать минут», — сказала она себе и закрыла глаза, наслаждаясь звуками природы. — Все в порядке? — тихо спросил голос позади. — Твою мать, Малфой, — выругалась Гермиона. — Ты меня напугал. — Извини, — небрежно бросил Драко и сел возле девушки. — Ты здесь слишком долго сидишь. — Что? Ты следишь за мной что ли? — выгнула она бровь. Драко рассмеялся. — Я сам часто прихожу сюда. Только прохожу чуть дальше. Вон туда, — парень показал в сторону поваленного дуба, который находился в метрах двадцати пяти от нее. — Я пришел сюда два часа назад, а ты уже сидела. — Что-то я тебя не видела. — Не удивительно, — пожал плечами Малфой. — Ты была слишком загнана в свои мысли. Гермиона наконец взглянула на Малфоя, он сидел буквально в десяти сантиметрах от нее, ее взгляд плавно перешел от его рук к его лицу. Четкие линии. Поджатые губы. Глаза… Серые, казалось, будто бы они пустые, но стоило лишь присмотреться… Сколько всего можно было найти в этих глазах. Страх, отчаяние, надежду. Девушка заставила себя отвернуться и, проглотив ком в горле, наконец сказала: — Я уже собиралась идти, — она взяла свою сумку и начала вставать. — Грейнджер, постой, — резко сказал Драко и, кажется, пожалел об этом. — Может, поговорим? Его предложение показалось ей рациональным, поэтому она отложила сумку в сторону. — Я могу к завтрашнему дню подготовить список вопросов, на которые мне нужно знать ответы, — решительно сказала Гермиона. — Это что-то похожее на тестирование? — Драко ухмыльнулся. — Мне просто надо знать уровень нашей совместимости. — Не доверяешь магии, которая решила, что наша совместимость идеальная? — все еще ухмылялся парень. — Ответы мне нужны не только для этого. Проанализировав твои ответы и сравнив их с моими, я попробую сделать наше совместное существование более терпимым. — Какая же ты зануда, Грейнджер. Гермиона в ответ лишь закатила глаза. — Завтра в пять на этом же месте буду ждать тебя с твоими вопросами. После этих слов он встал и ушел. *** Было почти десять вечера, когда Гермиона вернулась в свою комнату, которую делила с Джинни Уизли. Она посмотрела на Грейнджер глазами, полными слез. Вообще, Джинни никогда не плакала. Она не плакала ни из-за парней, ни из-за учебы и даже не из-за матери, которая, бывало, доводила ее. И если в глазах Уизли стояли слезы, значит произошло что-то ужасное. Гермиона медленно выдохнула. — Что случилось, Джинни? — мягким голосом спросила девушка, отбрасывая свою сумку в угол. — Мне… — всхлипнула девушка, — мне нужно тебе объясниться. — Ты можешь этого не делать, милая, — Гермиона гладила подругу по волосам. — Я хочу это сделать, — сквозь слезы пробормотала Джинни. — Тогда сначала немного успокойся. Гермиона мягко обняла подругу и утешающими движениями гладила ее по голове. Спустя десять минут всхлипы девушки стихли, и она аккуратно приподнялась с плеча Гермионы. — Что бы ты хотела узнать? — тихо спросила Джинни. — Только то, что ты позволишь мне узнать, — так же тихо ответила Гермиона. Она любила Джинни как младшую сестру. Она всегда готова была ее поддержать и защитить. И ради своего любопытства не станет мучить подругу расспросами. В конце концов, Джинни ее всегда поддерживала, даже когда ее выбор стоял между Гермионой и собственным братом. — Мы с Блейзом раньше встречались, — тихо начала Джинни. — Всегда мечтали о том, что мы будем соулмейтами и представляли нашу жизнь, — девушка всхлипнула. — Я любила его. А он меня. Гермиона обняла подругу, и та продолжила: — Но потом мы с Блейзом поругались. Очень сильно, — Джинни обняла Гермиону в ответ. — И мы расстались. Гарри начал проявлять ко мне знаки внимания, но эту историю ты знаешь. Мы с Гарри начали встречаться, и через несколько месяцев объявился Блейз. Джинни взглянула в глаза Гермионы. — Не подумай, я люблю Гарри, но Блейз… Грейнджер заметила, как Джинни закусила губу, и поняла, к чему клонит подруга. — Блейз и Гарри твои соулмейты, верно? — тихо спросила Гермиона. — Да, — поспешно ответила Джинни на вздохе. — Гарри знает? — Нет. И… — девушка замялась. — И не говори ему, пожалуйста. — Хорошо. — В конце июня мы с Блейзом встретились, — продолжила Джинни. — И в тот день мы узнали, что являемся соулмейтами. Он умолял меня все бросить и уехать с ним, — девушка заплакала. — В Италию. Но, я отказалась. У меня есть Гарри. Я его люблю, он нравится моей семье. Он надежный. Но, чертов Забини… кажется, чувства к нему сильнее, но он ненадежен. Но он такой родной… — А кто второй соулмейт Забини? — Паркинсон. — Получается, она также соулмейт Гарри? — Да. Я видела ее родинку на нем. Гермиона рассмеялась. — Прости, Джинни. Я просто представила Гарри с Паркинсон. Спустя несколько секунд Джинни так же громко рассмеялась, сильнее прижимаясь к подруге. — Я буду рядом, даже если ты предпочтешь Забини. — Этого не будет, Гермиона. Паркинсон для него более выгодная партия, — удручённым голосом ответила Джинни и уткнулась в плечо подруги. *** Гермиона просидела с Джинни почти до полуночи, пока та не заснула. Пока младшая Уизли тихо засыпала рядом с Грейнджер, последняя снова вернулась к мыслям о ее будущем. Если они с Малфоем будут не такой идеальной парой, как посчитала судьба, то ей будет проще его игнорировать и, возможно, даже смириться с тем, что сойдет с ума. Эта мысль одновременно ее успокаивала и заставляла волноваться. С одной стороны, ей жутко не хотелось иметь что-либо общее с Малфоем, а с другой стороны она совсем не хотела умирать из-за того, что ее соулмейт — Малфой. Гермиона даже рассмотрела все варианты избавления от соулмейта, но это настолько темная магия, что даже Волан-де-Морт бы подумал, прежде чем ею воспользоваться. Поэтому ей оставалось лишь смириться с одним из двух: стать Малфой или же сойти с ума. Гермиона аккуратно выбралась из объятий Джинни и села за стол, взяв в руку перо и пергамент. Ей нужно подготовить вопросы для Малфоя. Вопросы имели абсолютно разный характер. Увлечения, детство, заболевания, любимые предметы, планы на будущее и многое другое. Гермиона закончила ближе к утру. *** Девушка вошла в Большой зал и пошла к столу Гриффиндора, но ее дорогу преградила Пэнси Паркинсон. — Как тебе мой подарок, Грейнджер? –Э, спасибо. Мне понравилось, — с натянутой улыбкой ответила Гермиона. Прошло двое суток, а она так и не открыла подарки, которые ей подарили. Она даже не была уверена, что знает, где они находятся. — Ну ты и молодец, Грейнджер, — с лица Паркинсон пропала вся фальшивая вежливость. — Не ожидала, что ты отхватишь себе кого-то, хоть немного похожего на Драко. Я думала, твой предел кто-то из Уизли. — Малфой явно не был моим выбором, — отметила Гермиона. — Ты должна быть счастлива, Грейнджер, что он твой. Многие хотели бы оказаться на твоем месте, гр… — Ты куда-то шла, Пэнси? — твёрдый голос Драко послышался позади Гермионы. — Я лишь спросила у Грейнджер, как ей мой подарок, — с невинным взглядом пролепетала Паркинсон. — Спросила? Иди дальше по своим делам. — Грубиян, — пробормотала Пэнси, удаляясь. Гермиона взглянула на Драко, который, по всей видимости, был доволен собой. — Мне не нужен личный демон, — фирменно закатила глаза Грейнджер. — Кто еще из нас демон, — Малфой повторил ее жест глазами и пошел в сторону стола Слизерина. Несколько раз моргнув, Гермиона продолжила свой путь к столу Гриффиндора. Гарри радостно начал вовлекать ее в беседу, а Рон всем своим видом показывал неприязнь к девушке. Не то чтобы до этого он ей улыбался, но сейчас его неприязнь возросла в несколько раз. Рон не смотрел в сторону Гермионы и всячески игнорировал любые ее реплики в разговоре. Вернувшись в комнату, девушка достала свой блокнот и сделала несколько заметок: Пытается за меня заступаться. Постоянно находится рядом.