interlude

      Глен ненавидит понедельники, потому что начинается долбанная рабочая неделя.       Он утыкается носом в макушку спящего Шиньи и лишь обнимает покрепче. Будильник уже давно прозвенел — Глену пора вставать и начинать собираться на работу. Но, черт, как же ему не хочется вылезать из теплой и мягкой кровати, поэтому он просто в очередной раз переставляет будильник и сильнее прижимает Шинью к себе, другой рукой перебирая пепельные волосы. Он всегда восхищался: они мягкие, шелковистые и очень приятные на ощупь. Еще и пахнут яблочным шампунем, который так любит Шинья.       Глен ненавидит каждое утро, потому что ему приходится вылезать из-под одеяла и расставаться на целый день со своим любимым человеком. А потом уставшим возвращаться домой, проводить несколько часов вместе и снова ложиться спать с мыслями о том, как же его все достало и когда там уже отпуск.       И на следующий день все по кругу.       Он слушает размеренное тихое дыхание Шиньи, настойчивое тиканье настенных часов в коридоре, и как соседи все никак не могут закончить ночной марафон любовных утех. Он закатывает глаза и тянется рукой к гирлянде, что висит над кроватью, пытаясь нашарить выключатель. Комната озаряется мягким теплым светом, а до этого мирно спавший кот заинтересованно смотрит в сторону кровати. Он спрыгивает с мягкого пуфика и вальяжно направляется к кровати. Пять утра — время завтракать!       Как они все-таки решились завести это белое пушистое чудо с голубыми глазами до сих пор остается загадкой: Шинья очень хотел завести котенка в их общей квартире, а Глен посчитал своим долгом найти котенка максимально похожего на Шинью.       Оба прекрасно понимали, что им не всегда удается посвятить все свое время друг другу, а тут еще домашний любимец. Как-никак это большая ответственность, да и завести домашнее животное — дело не такое простое, как кажется на первый взгляд.       Но все же…       Выбор пал на кота невской маскарадной породы — белый пушистый друг с яркими голубыми глазами. Назвали они его Каспером в честь героя из одноименного мультфильма.       Каждый раз, когда Глен видит теплую улыбку Шиньи, когда он играет с котом одной из сотен игрушек, его сердце бьется чаще.       Глен проводит рукой по мягкой шерсти и получает довольное мурчание, которое заполняет тишину. И все-таки придется встать и насыпать корма в миску.       Он садится на кровати и выглядывает в окно — еще совсем темно, еще и дождь льет как из ведра — отвратительная погода. Поправив подушку, он подсовывает ее Шинье под бок и пытается бесшумно сползти с кровати.       Когда они только сюда переехали и заказывали мебель, еще было не совсем понятно, что ставить кровать впритык к окну — не самая лучшая идея. А тем более, спать рядом с окном тому, кто встает раньше. Но они привыкли…       «Ну и где этот гребаный пол с подогревом?» — про себя ругается Глен, триста раз пожалев о том, что вообще встал босыми ногами на ледяной пол. Он обязательно купит им обоим тапки, правда обещает он это уже неизвестно сколько.       Каспер бежит следом за ним, радостно задрав хвост, изредка мяукая и напоминая о себе.       Кошачий корм. Миска. Тихое плямканье.       Глен, довольный выполненной работой, уходит умываться и приводить себя в порядок.       Сегодня особенный для него день. Ровно пять лет назад ему хватило смелости по пьяни при всей компании схватить Шинью за воротник свитера и поцеловать. Он до сих пор не понимает, как это все произошло и как после всего этого они начали встречаться.       Шинья тогда этот жест не оценил, раскраснелся и просто сбежал, оставив Глена стоять посреди комнаты. Лишь спустя какое-то время он начал идти на контакт, аргументируя все тем, что он испугался и не знал, что делать в этой ситуации.       Глен видит свою улыбку в зеркале и почему-то ему становится так легко, словно это не он в очередной раз проснулся с синяками под глазами. Еще стоит придумать, как им сегодня провести вечер вместе, ведь Шинья не очень любит куда-то ходить, а дома иногда становится скучно.       Он выходит из ванной и видит сонного Шинью, который подпирает голову рукой и трет глаза рукавом рубашки.       — Они достали уже, — тянет он, кивая в сторону соседей.       Глен вздыхает и садится на стул рядом. Шинья редко просыпается в такую рань, скорее всего опять приснилось что-то дерьмовое и он пытается перевести тему.       — Ложись спать, у тебя еще час до будильника, можем испортить им сон следующей ночью, — Шинья отрицательно кивает и обреченно утыкается лицом в руки. — Что тебе приснилось на этот раз, Шинья?       — Не знаю, все смазано, — он чуть нервно усмехается, — наверное, ты прав, попробую поспать.       Он поднимается из-за стола, берет кота на руки и, вдоволь налюбовавшись недовольным Каспером, уносит того в спальню, закрывая дверь. Глен снова вздыхает и старается не цокать языком, пока стоит за закрытой дверью спальни, прежде чем зайти и лечь рядом. Хоть бы не уснуть и не проспать работу.       — Все будет в порядке, я рядом.       — Мне… мне снова снилась своя же смерть, я не понимаю, почему это до сих пор меня беспокоит, я же уже несколько лет живу отдельно от семьи и вроде бы давно все отпустил.       «Когда эти Хиираги уже отстанут от него хотя бы во сне? Насколько надо было навязать чувство одиночества и ничтожности, чтобы оно преследовало до сих пор, даже если он не общался больше с этими людьми напрямую? Ублюдки», — Глен скрипит зубами и старается не думать о периоде, когда Шинья хотел покончить с собой, лишь бы не слышать каждый раз в свой адрес «лучше бы тебя не было» и «все мы надеемся, что ты скоро сдохнешь вместе со своим дружком».       Нужно успокоиться, потому что Шинье нужна поддержка здесь и сейчас, а не лишние мысли о тех уродах.       Глен разворачивает его лицом к себе и крепко обнимает: взгляд такой же потухший и уставший, как и пару лет назад.       — Шинья, ты нужен мне, — он гладит его предплечье, пытаясь отвлечь от гнусных мыслей, — плевать, что говорили те сволочи, ты замечательный и достоин всего мира. Все будет хо…       — Не плевать, почему-то. Я стараюсь отпустить, все в прошлом, но черт…       Шинья больше не плачет: смирился со своей участью, смирился со своей гребаной семейкой.       Глен все еще помнит, как им срочно пришлось искать тогда квартиру, чтобы Шинья смог жить без постоянного осуждения со всех сторон и ракурсов; как ему приходилось его успокаивать и просыпаться по нескольку раз за ночь, чтобы принести воды и открыть окно, потому что панические атаки доводили до нехватки воздуха и бешеного сердцебиения. Первые два месяца все было просто ужасно, Глен думал, что не справится сам, потому что от одного взгляда на Шинью ему хотелось самому залезть в угол и разрыдаться. Он понимал, насколько ему нужна любовь, забота и поддержка, и делал для этого все возможное.       Даже сейчас, когда, казалось бы, все наладилось, когда они уже выросли и стали независимыми личностями, кошмары из прошлого преследуют их на каждом шагу.       — Все будет в порядке, ты будешь в порядке, обещаю.       — Хочется тебе верить, Глен.       Глен обнимает его со спины, уткнувшись носом в шею, и изредка наблюдает за недовольным вилянием хвоста Каспера, на которого внезапно перестали обращать свое внимание. Когда-то все точно наладится, пусть не сегодня, но когда-то — точно.       И он ждет, пока Шинья уснет, чтобы тихонько встать и уйти на работу, потому что Глен ненавидит понедельники.