Тяжесть последствий

Утро следующего дня. Мэттью проснулся от какого-то оповещения про кафетерий. Ровно как и остальные. Такое чувство, будто эти оповещения созданы лишь для того, чтобы прерывать сон заключённых. Парень перешёл в сидячее положение и зевнул. Он даже не знал сколько сейчас было времени, но понял, что утро. По его спине пробежали мурашки, когда тот вспомнил вчерашние события. — Расскажу Элизабет — ни за что не поверит, — прошептал заключённый и тут же услышал стук в стену как раз с той стороны, где сидел. — По голове себе постучи! — достаточно громко возмутился парень. В ответ услышал знакомый женский голос. Стены будто поглощали часть звука, поэтому чтобы нормально слышать собеседницу нужно было хорошо прислушаться. — Обойдусь, не волнуйся. А вот тебе — с радостью, — громко сказала Элизабет, зная, что её может быть достаточно плохо слышно. — Ты что-то хотела? Я сделаю что ты скажешь, я же так виноват перед тобой, — сказав это, Мэтью посмеялся. Да и в самих словах отчётливо слышалась издёвка. Диалог дальше не продолжался. D-7589 передумала что-либо спрашивать у этого высокомерного ублюдка. По щекам невольно покатились слёзы. Мысли перетекли в воспоминания.

***

— И это всё, чем мне нужно заниматься? — спросила Элизабет, с надеждой глядя на своего собеседника. — Да, только не вскрывай товар, пожалуйста, — ответил Мэттью, а после добавил, — денег меньше дадут. Он…очень ценный. Девушка не стала расспрашивать. Она доверяла этому парню, в конце концов, что могло пойти не так? Запрыгав от радости, как маленькая девочка, Элизабет обняла Мэттью, не сдержавшись. — Спасибо…я не знаю чтобы без тебя делала, — прошептала она, поднимая взгляд, чтобы посмотреть в глаза парня. Янтарные глаза — это большая редкость. Очень красивый цвет. Девушка была готова утонуть в них. С лица не сходила улыбка. Мэттью нежно убрал непослушные пряди волос с лица девушки и приблизился к её губам. — Для тебя что угодно, Элизабет, — сказал он.

***

От этих воспоминаний 7589 только взбесилась и ударила кулаком по стене со всей силы. Ей просто хотелось забыть. После всего того, что сделал с её жизнью этот ублюдок. — У тебя больше стен нет? Только ко мне стучать можешь? Жить без меня не можешь? — раздался из-за стены его голос. — Закрой рот, сволочь! — со злостью крикнула Элизабет. D-5842 даже удивился, что она так сильно вышла из себя обычно это происходит крайне редко. Но ему было даже не жаль. Он снова усмехнулся, чего не было слышно. Через небольшой промежуток времени камеры обоих открылись. Те же охранники, что и вчера. Им не пришлось просить заключённых выйти из камер — те сделали это сами. — Доброе утро, — сказала D-7589, обращаясь к сотрудникам службы безопасности, начиная, как и D-5842, следовать за ними. Душевное опустошение было не таким сильным, как пустота в желудке. Элизабет была рада, когда они, наконец, пришли в кафетерий. За одним из столов сидел мужчина. На оранжевой робе была нашивка с номером 3861. Это был тот самый подопытный, который убирал камеру SCP-173 вместе с D-5842. После вчерашнего он был сам не свой. В каждом его движении виднелось беспокойство, лицо выражало волнение и страх. По одному лишь виду можно было понять, что тот не настроен на разговор. Однако, Элизабет это не сильно смутило. Вокруг было ещё много людей, но она, подсев к 3861, решила поинтересоваться насчёт его состояния. — У вас что-то случилось? — осторожно спросила девушка. — Тебе чего, малая? — ответил заключённый басистым и хриплым голосом. Конечно, D-7589 выглядела не более, чем на 20 лет, может, чуть меньше, да и сам заключённый был раза в два её старше. Но такое обращение её не устроило. Она возмущённо нахмурилась. — Во-первых — не нужно меня так называть. Во-вторых…вы выглядите очень обеспокоенно. Что, тоже достала тесная камера? — сказав это, 7589 нервно посмеялась. Выражение лица D-3861 смягчилось, он вздохнул. — Скажу — мне никто в жизни не поверит, — тот приложил руку к своему лбу, — чертовщина какая-то. После этого наступила пауза. Элизабет не стала давить на него, видно, что бедняга нервничает. Во время этой паузы она, наконец, приступила к трапезе. И только спустя где-то минуту или около того, заключённый продолжил. — Мне сказали убрать эту чёртову камеру. Я не думал что там будет…такая мерзость. Запах стоял просто ужасный. Я не буду портить тебе аппетит и рассказывать в подробностях что именно мне пришлось убирать. За массивными воротами была чёртова скульптура. Как сказал другой испытуемый, она похожа на арахис по форме…звучит забавно, знаю, — тот тяжело вздохнул и сделал пару глотков воды из своего стакана, прежде чем продолжить, — она сама по себе выглядит достаточно упорото, будто создавший её был на каких-то веществах. Но я не думал, что чёртова штука окажется, блять, живой. D-7589 была бы готова покрутить пальцем у виска, но решила дослушать: слишком уж убедительно мужчина рассказывал всё это. — Другим заключённым сказали поддерживать зрительный контакт если никто не хочет оказаться со сломанной шеей…клянусь, она повернулась. В нашу сторону. Я не знаю что здесь происходит, но до конца месяца мы можем не дожить. — Вы закончили? — спросила девушка, видя облегчение на лице 3861. Кажется, ему было необходимо рассказать об этом кому-то, кто не присутствовал там во время уборки. — Да, спасибо, что выслушала. Я должен убедиться что я не сумасшедший и это действительно происходит. — Я вам верю. Я сама ничего не знаю об этом месте. Думаю хорошо бы было обмениваться информацией в течение этого месяца, как думаете? — спросила Элизабет, оглядевшись. Их разговор вряд ли кто-то слышал, гул мешал. Если не прислушиваться, то всем вообще наплевать. — Да, хорошая мысль…— тот прервался и перевёл взгляд на нашивку девушки, — 7589. — Как вас зовут? — спросила заключённая у своего собеседника, видя, что ему крайне неудобно называть кого-то цифрами. — Клиффорд Шеврез. Клиф, — ответил мужчина и протянул руку. — Элизабет Харрис, можно просто Лиз, — сказала девушка, мило улыбнувшись, после чего пожала руку нового знакомого. Если Клиф не врал или не воображал, то здесь действительно происходит что-то странное. И это ещё предстоит выяснить. Время близилось к обеду, заключённые сидели по своим камерам. Зато научная сотрудница куда-то направлялась в сопровождении одного из охранников. — Нет, Рэй, я не собираюсь рисковать, объект почти ко всем агрессивен. От ответов на мои вопросы он уклоняется. Именно поэтому я беру сотрудника класса Д. Это не в целях узнать что-то новое, это в целях понять причину такого поведения с его стороны и на всех ли оно распространяется, — говорила девушка, останавливаясь около какого-то лифта. Судя по всему, она находилась в другой зоне, а не там, где персонал класса Д. Зона тяжёлого содержания была более тёмной, а мест, где мог бы остаться персонал, не было от слова совсем. Эта зона была исключительно для содержания некоторых более опасных и более непредсказуемых объектов. — Сомневаюсь что с классом Д ситуация улучшится, но можно и попытаться, — ответил охранник после небольшой паузы. — Агент Коллинз, нам нужен один сотрудник класса Д к камере содержания объекта 049. Мы сами всё подготовим, просто приведи, — сказала учёная, зажимая кнопку на рации одновременно с этим. — Как скажете, Д-р. Уокер, — послышался короткий ответ из той же рации. Девушка на пару с охранником, сопровождавшим её, зашла в лифт. — Надеюсь, это не будет тот ублюдочный придурок 5842, — сказал охранник. — Я бы тоже хотела надеяться, что нам приведут относительно…нормального…расходника, да. Спустившись, двоим сотрудникам пришлось пройти по небольшому коридору, прежде чем оказаться у ворот. На листовке на стене было написано: SCP-049. Класс объекта: Евклид Внизу была фотография гуманоида в чёрном балахоне и белой маске, прямо как у чумных докторов в 14-15 веках. Научная сотрудница и охранник остались дожидаться, когда им приведут подопытного. Долго ждать не пришлось — всего около десяти минут. Сложно было не услышать звук повторно спустившегося лифта, а также шаги ещё двух человек. Это был тот самый охранник, который отвечал по рации, а также ранее сопровождал персонал класса Д, в том числе и Элизабет, которая сейчас была здесь. Её руки были скованы в наручники за спиной. — Благодарю, — с ноткой неприязни сказала учёная, мельком взглянув на сотрудницу класса Д. Агент службы безопасности, который привёл её сюда, достал ключ от наручников и быстро освободил руки девушки. Оба охранника встали по сторонам от гермоворот. Научная сотрудница же стала объяснять что-то заключённой. — Сейчас ты зайдёшь за эти ворота, там будет защитный костюм. Как только будешь готова — сообщи в рацию, она там. Мы откроем камеру объекта, дверь на дистанционном управлении. Тебе нужно будет задать ему несколько вопросов, — закончив говорить, Уокер протянула D-7589 лист бумаги, на котором от руки были написаны вопросы, но достаточно разборчивым и аккуратным почерком. Заключённая пригляделась, чтобы прочитать имя на бейдже научной сотрудницы. «Левия Уокер» — то, что было там написано. Вспомнив, как охранник, сопровождающий её, говорил в рацию, она решила для себя, как следует обращаться к научному персоналу. — Хорошо, д-р. Уокер, — сказала та, взяв лист с вопросами. Учёная достала из своего кармана ключ-карту. Она имела третий уровень допуска. Как только карту приложили с сканеру, он загорелся зелёным, а ворота стали открываться. D-7589 вошла внутрь. Ворота за ней сразу же оказались закрыты. Сама испытуемая принялась надевать на себя защитный костюм. Она чувствовала, как сильно бьётся её сердце и заметила, как трясутся её руки. Лишь сейчас Элизабет поняла, что это вообще-то разумный объект явно не безопасного класса. Теперь она действительно верила тому, что рассказал ей Клиф за завтраком. Закончив возиться с защитным костюмом, девушка несколько раз пробежалась глазами по написанным вопросам, после взяла рацию. — Я готова, — сказала она, подойдя к небольшой двери. Как только дверь открылась, можно было увидеть небольшую комнату. В ней были белые пол, стены и потолок. По центру стоял такой же белый стол. Где-то в углу стояло что-то похожее на больничную койку, а также столик с медицинскими инструментами. За столом уже сидел гуманоид, повторяющий внешность с фотографии перед камерой. Только вживую видеть его было немного по себе. Было ясно, что обычного человека в костюме в камеру никто не посадит. Хотя, казалось, что всё достаточно неплохо. — Ему здесь явно лучше, чем классу Д в их камерах, — подумала Элизабет, после чего села за стол, прямо напротив объекта. — Здравствуйте, SCP-049, — немного нервно сказала поздоровалась девушка. — Здравствуйте, — сказал 049, оглядывая испытуемую. Кажется, ему не очень понравилось, что она была в защитном костюме. Его всегда раздражало недоверие со стороны персонала, но, заметив что это не кто-то из научного персонала, обычно работающего с ним, он немного успокоился. — Скажите, как мне к вам обращаться? — спросила D-7589, не глядя в лист. Этот вопрос она задала от себя. — Обращайтесь ко мне Доктор, так будет удобнее для всех, — ответил SCP-049. — Хорошо, Доктор. Я не являюсь кем-то из научного персонала, но, как вы знаете, мне поручено провести интервью. Я задам вам пару вопросов. Вы готовы? — Да, пожалуй. Элизабет было не по себе, голос объекта из мягкого и успокающего стал, как ей казалось, более возбуждённым и раздражённым, будто тому не очень хочется вести беседу. — В последнее время Вы не очень сговорчивы. Скажите, вас что-то не устраивает? — Не знаю, почему Вам могло так показаться. Я всегда рад сотрудничать с моими коллегами. — Хорошо. Как человек, который не очень хорошо разбирается в медицине, я бы хотела побольше знать о так называемом прове.по…вет.о…о поветрии, да. Вы часто о нём говорите, но ваши понятия достаточно…размытые. Всем хотелось бы иметь более чёткое представление об этой болезни. — Мор…великая погибель…эта болезнь поразила почти всё человечество… — Извините что перебиваю, но мне интересно знать симптомы. — Вы слишком узко мыслите. Поветрие — нечто большее, чем набор каких-то симптомов, подобных другим болезням. Я не надеюсь, что Вы поймёте его суть, но надеюсь на понимание и помощь в поиске лекарства. — В таком случае, скажите, кто-то из ваших коллег болен? — Это очень прискорбно, но почти каждый из них заразился. Но я обещаю помочь каждому. Я их вылечу. Я…должен…должен им помочь! Теперь Доктор выглядел очень нервным, D-7589 было не по себе. — Хорошо…думаю, пока что можно закончить. Спасибо, — эти слова она проговорила, зажав кнопку на рации. Девушка встала и направилась к двери. 049 продолжал говорить что-то, но она даже слушать не хотела. Та вышла из камеры, когда дверь была открыта, а после закрылась у неё за спиной. Сняв защитный костюм, Элизабет подошла к гермоворотам. — Откройте, пожалуйста, я закончила, — сказала она в рацию. Через несколько секунд ворота открылись. Девушка сразу бросилась к научной сотруднице. — Что за хрень это была?! — спросила она, схватив девушку за воротник, но не сильно. Учёная взяла сотрудницу класса Д за запястья и отстранила от себя. — Эй, не делай глупостей! — крикнул один из охранников, приблизившись. — Всё хорошо, агент Ардент, — сказала Уокер, глядя на Элизабет. — Он какой-то…странный. Что это, блять, такое? — не унималась заключённая. Её даже не особо волновало, что на её руки к тому моменту надевали наручники. — Меньше знаешь — крепче спишь. Тебе ничего знать не обязательно, — ответила учёная, — на сегодня можно с ней закончить. Можете отвести её обратно в камеру. У меня есть незаконченное дело. — Хорошо, — ответил охранник, к кому учёная, ранее, обращалась по имени, а сейчас — Ардент. — До свидания, д-р. Уокер, — ответил агент Коллинз. Они направились к лифту. D-7589 больше не стала ничего говорить, у неё ещё обязательно будет время обдумать события сегодняшнего дня.