Мне нравишься ты

Громкий грохот. Резко просыпаясь, Х услышал в коридоре начинающийся хаос, - отец снова орал на мать, не утруждая себя в подборе выражений. Устало чертыхнувшись в подушку, длинный, казавшийся еще более нескладным на этой маленькой софе парень попытался было заснуть, понимая, что уже не удастся. Как вчера. И позавчера. И всю прошлую неделю тоже. Кажется, начиналась очередная драка. - Открывай, сукин ты сын! Дверь его комнаты зашлась под градом бешеных ударов, Х только усмехнулся, отворачиваясь к стене. Эта дверь, как и его нервы, пока держали оборону от нападок нетрезвого отца. Конечно, можно было выйти и попытаться если не выяснить, что происходит, хотя бы их успокоить. Но. Вчера полученный удар под ребра в очередной раз четко и трезво дал ему понять, что бесполезно. Бесполезным было все, что он пытался делать для них. Подушки не спасали от криков, пока Х старался дышать как можно тише. Пусть думает, что он уснул. Мертвым блять сном. Удивительно, но спустя какое то время повторяющийся звук ударов убаюкал его измученный мозг, медленно опуская в такое желаемое царство Морфея. Выдернуло так же, удивительно неожиданно, потому что все стихло. Парень прислушался, поднимая тяжелую голову с подушки. Оставаться в этом месте не было никакого желания. И пока часы показывали четвертый час ночи, Х начал бесшумно собираться в школу. Аккуратно сложенная прошлым вечером рубашка, темные джинсы, чистые носки - иногда это даже успокаивало. Рутина. Каждый день одно и то же, - а эту неделю и ночь проходит и заканчивается одинаково. В комнате не чувствовался запах спиртного, но в коридоре ему пришлось уткнуться в наспех захваченную джинсовую куртку. Отец спал прямо тут, не в силах доползти до своей комнаты самостоятельно. Мать было не видно, но слышно. Ее громоподобный храп был побочкой организма на алкоголь, так решил десятилетний мальчик почти восемь лет назад. Решил, и последнее, что он тогда сказал: "Когда научишь меня жить без тебя, тогда и поговорим, мам". Он знатно получил в тот вечер от отца, к слову (несказанному), с того времени мало что изменилось, - с родителями он больше не разговаривал. Утренняя весенняя прохлада приятно холодила свинцовую голову, пока в ушах громко играла музыка. Хотелось бы сказать, что его родители не всегда такие, что отец иногда просит прощения за побои, но это не так. Алкоголь, редкие разговоры (в основном полный игнор) в его сторону, разные по силе удары отца – иногда слабые, когда пьян в сапог, иногда сильные – когда не очень – это его жизнь. Но. Этот год должен быть решающим. Усмешка в рваный выдох. Быстрый шаг. Он был уже в выпускном классе, и, если выбрать университет в конце города, есть возможность получить комнату в общежитии. Абсолютно бесплатно. Цифры на стареньком телефоне показывали 5.15, когда он подошел к закрытым воротам школы. Скрыться за углом здания, поставить любимую песню на репит и ждать, - он делал так уже достаточно долго, чтобы привыкнуть. Ворота открывали к 5.30 для персонала. Сегодня он пришел раньше обычного, и, если это заметят, будут лишние вопросы. В его же случае любой вопрос будет лишним. Выждав до шести, парень неспеша зашел в школу, натянув на осунувшееся за последнюю неделю лицо вымученную полуулыбку. Он всегда здоровался с охранником, не снимая наушников. Дверь в класс была еще заперта, Х только слегка тронул ручку и двинулся дальше по коридору, - в туалет. Дома не было возможности умыться и позавтракать. Именно поэтому он носил с собой "дорожный комплект" и благодарил директора за бесплатные обеды. Хорошая школа. Наспех почистив зубы, Х смочил деревянный гребень и прошелся им по кудрям, - он никогда не использовал каких то специальных средств по уходу за ними, но они смотрелись опрятно в своем беспорядке. Непослушные, почти черные, постоянно спадали на высокий лоб, резко контрастируя со смуглой кожей. Ежедневный ритуал с улыбкой в этот раз показался еще сумасброднее, чем казался вчера. С зеркала на него смотрел высокий парень, с тяжелым твердым взглядом шоколадных глаз. Х показательно улыбнулся, почти сразу возвращая себе прежнее выражение лица. Непонятно, как люди играют свои роли? Сложно. - Здравствуйте. Его низкий голос еще несколько секунд играл в пустом помещении класса, пока он неспешно раскладывал тетради по парте. Уборщицы раньше пытались разговорить хмурого парня, первое время рассказывая веселые истории из своей жизни. Пока не поняли, что это бесполезно. Не разговаривая дома, парень научился говорить мало, и всегда, - по существу. Поэтому женщина лишь с улыбкой кивнула ему, продолжая протирать подоконник. Парень немного подвис, наблюдая за нехитрыми движениями рук и тряпкой, оставляющей за собой влажные следы на пластике подоконника. Спать хотелось ужасно. Усталость тяжким пледом опускалась на плечи, делая тело тяжелым, почти отключая мозг от реальности, но заслышав звук мягких ботинок у двери, Х резко открыл глаза, выпрямляясь. - Здравствуйте. Молодой мужчина, с первого взгляда смахивающий больше на героя военного из популярного сериала “S.W.A.T”, чем на преподавателя выпускного класса, остановился в дверях, задумчиво рассматривая его осунувшееся за эту неделю лицо. Молча. Не отвечая на приветствие. В такие моменты Х казалось, что этот человек видит его насквозь и знает даже больше, чем он сам. Бред, правда? - Привет, Дерек. Дерек дернулся от тяжелого тона голоса, опуская взгляд на парту, не в силах именно сейчас мериться взглядами. Кажется, это случалось каждый раз когда они пересекались. Действительно, если задуматься. С этим учителем они знакомы только с этого года и встречались всего раз в неделю на одном предмете. Пока директору не взбрело в голову отдать выпускной класс. Ему. Если верить шепоту восхищенных одноклассниц (слухам), этот мужчина был бывшим военным. Если верить первому впечатлению самого Дерека - слухи были скорее правдой, чем нет. Учитель при росте почти два метра был мощным качком, цвет его кожи, если сравнить с цветом Дерека, был темнее на пару тонов. Бритая голова, высокий лоб, пронзительный жесткий взгляд очень редко улыбающихся глаз – да мужик имел устрашающий вид. Раньше Дереку было все равно, кто был, и кто будет его классным руководителем. Он схватывал тяжелые темы на лету, был тихим и незаметным, не участвуя в жизни школы. Раньше. Не то, чтобы сейчас это доставляло много проблем. Нет. Единственное, что - надежда. А вдруг именно этот человек понимает то, что он чувствует, ну, или по крайней мере, не против понять. Такое, зудящее, иногда выныривающее среди всех прочих чувств красным салютом в голове. Первую половину урока гомон одноклассников сливался в одну волну, пока парень боролся со сном, игнорируя редкие взгляды учителя в свою сторону. Но глаза закрывались, не подчиняясь здравому смыслу, и Дерек, отчаянно наплевав на все, наконец уронил голову на руки, отрубаясь в ту же секунду. Дерек уже не услышал взрыв смеха соседа по парте, не слышал, как учитель, понизив тон голоса, спокойно провел урок, закрывая рты слишком шумным одноклассникам. Ему снился полет. Он почти ничего не контролировал в своей жизни. Но именно этот полет был под полным его контролем. Это было..эйфорично. Бесконечно свободно. С запахом...леса? Терпкий запах кедра проникал во внутрь, успокаивающе укладываясь в воспоминании. В лучшем воспоминании в жизни. // - Придержите дверь, спасибо! Мужчина перехватил поудобнее папки с материалами и собрался благодарно улыбнуться помощи, но застыл в дверях на полушаге. Парень, державший дверь, нехотя поднял голову, вероятнее чтобы узнать причину заминки, все еще оставаясь в тени длинного козырька кепки. Его большая ладонь, полностью закрывшая собой ручку двери, напряглась, обнажая вены и кровавые ссадины на запястьях. И на костяшках. На протяжении всей руки красовались уродливые, не зажившие раны. Как от ударов. Мужчина знает от каких ударов появляются такие ссадины. Неприлично было и дальше глазеть на больную руку, не то, чтобы заставлять ее напрягаться еще больше, это очевидно было больно, - мужчина перевел напряженный взгляд на лицо парня, внимательнее рассматривая внешность, но получилось только утонуть в уставшем взгляде темных глаз. - Спасибо.. – парень осторожно отпустил дверь, и, не дожидаясь пока она закроется, проскользнул в помещение школы первым, игнорируя брошенную в спину фразу. Надо сказать, преподаватель сделал все, чтобы видеть этого ученика чаще, - даже уговорил простачка директора отдать выпускной класс ему, на тот самый момент – не обычному учителю, а ему, с тяжелым послевоенным прошлым за спиной. Неделя. Дерек представлял из себя замкнутого молчуна с очень выразительными глазами – именно глаза выдавали его тяжело прошедшую ночь, новые побои или новый душевный шрам. Неделю мужчина разрывался в сомнениях – доложить в полицию или сходить в гости к его родителям. Как то, сидя вечером в баре, он решил поделиться этой ситуацией с другом. - Ему сколько уже? – небрежность в чужом голосе кольнула раздражением куда-то в область груди, пока мужчина застыл, пытаясь попробовать на вкус желание уйти или прекратить этот разговор. - Ему 17 – мужчина рассматривал янтарную жидкость в бокале, даже не пытаясь замаскировать свое недовольство, - и это действительно меня беспокоит, так что либо ты меняешь свой тон, либо мы прекращаем эту тему. - Окей, окей, большой парень – друг поднял руки в примирительном жесте, широко улыбаясь, - смотри. Он уже взрослый осознанный человек, и мог уйти с дома, если все настолько плохо, наша система опеки и попечительства не так уж и плоха, другое дело, если он об этом не знает… Разговор. Точно. Надо попробовать поговорить наедине. Мужчина даже не мог предположить, как скоро представиться эта возможность, но сейчас, неся на руках расслабленное тело парня в комнату отдыха учителей, подбирал в голове слова для серьезного разговора. // Парень открыл глаза, нехотя возвращаясь в реальность с ее звуками и запахами, тупо рассматривая незнакомую обстановку вокруг. Надо сказать, в учительской он был впервые за все время учебы в школе, - Дерек осторожно принял горизонтальное положение, фиксируя картинку сидящего рядом учителя. Напротив диванчика стоял стул, где мужчина и сидел с книгой в руках. И с хмурым выражением лица. Дерек на всякий случай решил извиниться, понимая, что проебал урок, а может и даже все уроки, никакого понятия времени сейчас не было в его голове. - Извините. Я уснул, не знаю, что на меня нашло...Такого больше... – голос со сна звучал хрипло и поддался контролю только в самом конце последней фразы - не повториться. - Успокойся - мужчина осторожно взял с рядом стоящего стола большую кружку и протянул ее в его сторону, возвращаясь к чтению. Дерек непонимающе разглядывал хмурое нечитаемое лицо, ожидая может еще каких-нибудь объяснений. Но, когда объяснений не последовало, он аккуратно перехватил кружку и присел на край дивана, рассматривая содержимое. Напиток был горячим шоколадом. В меру сладким и в меру горячим. - Сколько времени? Учитель бросил быстрый взгляд на наручные часы и ответил, возвращаясь к чтению. - Четыре почти. Дерек сжал зубы до боли. Это провал. Было же семь, семь утра. - Мне...звонили? - Да. - мужчина наконец перевернул книгу страницами вниз и в упор посмотрел на парня. - Надо поговорить. - Мне нет. Дерек залпом допил шоколад и встал, одним резким движением хватая свою сумку со стола. Рядом лежал его телефон. 10 пропущенных. - Я тебя не отпускал. - Я и не спрашивал разрешения, - парень отвел взгляд от экрана телефона и бросил его в рюкзак, собираясь на выход. - Я взял трубку, когда звонили. Дерек похолодел. Развернулся всем корпусом к сидящему учителю. Мужчина был...зол. Контролируемо зол, сжимая побелевшими пальцами несчастную книгу. - Что это значит? - Почему твой...очевидно отец не...знает, как тебя зовут. Самое ласковое что я услышал было слово ублюдок. - Надо было спросить у него. У меня нет ответа на этот вопрос. - Я спросил. Дерек с удивлением понял, что злится тоже. И это, увы, выходит из-под его контроля. - Чего вы хотите сейчас? Мужчина медленно встал и подошел ближе. Злой взгляд в обмен на обманчиво спокойный в упор. Дерек холодно улыбнулся, давая понять, что эта игра в гляделки за ним, - это все, что у него есть. Гордость. - Я хочу, чтобы ты взял вот это. На столе стоял фирменный пакет из Макдональса. Учитель слишком сильно сжал его, игнорируя звук скрипучей бумаги. - Что это? - Ты знаешь, как меня зовут? Дерек непонимающе перевел взгляд с пакета на хмурое лицо. От резкой смены разговора казалось, что все происходящее сейчас - сон. - Как зовут? Что?.. - Стивен. Можно просто Стив. Это еда, Дерек. Возьми и можешь идти. Дерек думал несколько секунд. Понимая, что не понимает сейчас буквально нихуя. Он сдался и протянул руку, забирая чуть теплый пакет с чужих рук.