первый день весны

Tom Odell - another love Юнги слепо следил за тем, как дым растворялся в воздухе. Хосок сидел рядом, молча затягиваясь сигаретой. Правило №1: Не говорить со своей галлюцинацией. Это правило Юнги всегда нарушал: он старался подольше поговорить с ним, урвать все то, что он упустил по своей глупости. Хосок часто винил его в своей смерти, часто из его раны текла кровь, покрывая все пространство красным цветом. Но в редкие моменты, как сейчас, с ним можно было спокойно поговорить и рассказать, что тревожит. – Знаешь, Чимини не плохой, зря ты его стараешься избегать, – отвечал Хосок, так же рассматривая город, как и он. Боль. Больно слышать это от человека, которого любил больше всего в жизни. Сложно выслушивать, что кто-то может его заменить, словно это можно сделать по щелчку пальцев. Словно от того, что он чувствует к другому человеку, можно избавиться в сию секунду. – Он мне не заменит тебя, – ответил он, затягиваясь. Страх и паника стояли в сторонке, словно Юнги не разговаривал сам с собой сейчас. Словно все, что происходит, было не в голове человека, а взаправду. – Не заменяй, – просто сказал Хосок, облизывая пересохшие бледные губы. Они были потресканными, а волосы – отросшими и спутанными. Тяжелый вдох поселился в комнате, вгоняя в тревожные мысли. Тяжело разговаривать с человеком, с которым делил тепло. Делил с ним всего себя, представлял счастливое будущее. Разве все должно было вот так закончиться? Разве Юнги не заслужил хоть какого-то счастья в этом гнилом городе? Почему он должен терять человека, с которым строил планы, старался воплотить в реальность их совместную жизнь вместе с ним. Почему он должен терпеть ежедневную головную боль, почему он должен пить таблетки, лишь бы не видеть своего мертвого возлюбленного хоть один день. Неправильно. Неправильно, что он должен делать это лишь потому, что люди считают это болезнью. Вдруг это единственный выбор для того, чтобы чувствовать его присуствие рядом? Почему люди так слепо верят в то, что все, что тебе видется – это проблемы в голове? – Перестань пить их, мне до тебя не добраться, – шепот около уха заставил муражки пробежать по коже. Все, что может Юнги сейчас, это прикрыть глаза и попрощаться с ним на сутки, чтобы в следующую ночь снова задохнуться от страха или вновь побеседовать с ним ни о чем. Но хочет ли он закрыть глаза? Нет. Он не хочет, чтобы Хосок исчезал из его жизни, не хочет, чтобы он растворился в воздухе или просто вышел за дверь. Не хочет осознавать, что с утра его не ждет завтрак, что грязные вещи постирает он сам, что его никто не разбудит поцелуями. Все это осознавать было так тяжело, что в груди щелкала стрекоза, разрезая своими крыльями кожу. – Я не выпью их утром, – ответил он, вздыхая. Правило №2. Никогда не делай то, что просит галлюцинация. Этого правило Юнги придерживался 50/50. Если его просят не пить таблетки, чтобы видеть его снова, он это сделает. Если его попросят спрыгнуть сейчас, чтобы остаться с ним навечно, он не сделает этого. Ложь. Единственное, что держит его сейчас, это пристуствие ночами Хосока рядом. То, что он покончит с собой, чтобы остаться навсегда с любимым – ложь, ведь это не сработает. Загробного мира не существует, не существует любви до гроба, не существует и того, как Хосок касается его пальцев своими холодными руками. Правило №3. Не давать мыслям одолеть себя. И именно сейчас они победили. Касания холодного человека заставили настолько сильно разозлиться, что в стену полетел первый попавшийся предмет. То, как он разбился, заставило разлепить глаза и уставиться на разбитую пепельницу. – Аккуратнее, ты поранишься, – по-своему заботился Хосок, наконец переставая касаться Юнги. Хоби встал и пошел к выходу, последний раз оборачиваясь, проговаривая: – Мне пора, Юнги. До завтрашней ночи, – и хлопок двери заставил его выдохнуть. Да, может, он и страдает галлюцинациями, но он не избавится от них. Он не избавится от своей шизофрении, чего бы это не стоило. Он не избавится от своей единственной любви: он проживет эту жизнь с болью в груди, умрет с сочувствием к себе, на его гроб посыпется холодная тяжелая земля, и все, о чем он будет думать: Существует ли загробная жизнь? *** Следующие дни Юнги ночует в квартире Чимина, обнимая самого себя. Он не солгал, что не пил свои таблетки, прописанные врачом, но толку? Мужчина просто прячется от своего возлюбленного у его же брата, потому что тот не смеет приходить к нему, когда с ним кто-то находится. Хосок будет злиться. – Я оставил ужин в холодильнике, разогрей, как проголодаешься. – Чимин как никогда заботливый с ним в последнее время, словно это не он убил его брата, словно это не он враг №1 в его списке. – Почему? – прошептал Юнги, разглядывая потолок в зале. Узоры по-своему успокаивали, а мысли, что он не увидит Хосока, затягивали за собой в пучину тьмы. – Что? – парень расскладывал вещи по местам в зале и засовывал одеяло в пододеяльник. Он был очень брезгливым, стирал вещи каждый день и по возможности делал генеральную уборку каждые три дня. – Почему ты сейчас заботишься обо мне? – слова звучали словно в пустом пространстве, эхом бьющим по ушам. То, почему за ним смотрят, было непонятно для него: о нем заботились только два человека, лишь один из них живой и старается всеми силами поддержать его. Услышав вздох, он ощутил, как прогибается диван рядом, как его накрывают одеялом, как через одеяло его слегка поглаживают. – Я окреп после его смерти, а ты нет. Я не собираюсь мстить человеку, который сломается в любую секунду – это неинтересно. – Хлопок. Дверь со скрипом закрылась, разнося всю надежду в пух и прах. Третьего человека, который бы о нем заботился, попросту не существует. Но заслужил ли он прощения? *** Тэхен любил весело проводить время со своим другом. Они много пили в клубах, бегали от дворовых собак в пять утра, держа в руках бутылку. Они держались за руку, быстро убегая, но не переставали счастливо смеяться. Как жаль, что всему приходит конец, не так ли? ***flashback №1*** Тэхен проводил кисточкой по лицу, пока парень мило морщил носик от щекотки. – Хен, я точно не уродливый? – спрашивал Чонгук, уже смотря в зеркало. Его пугающая кровавая улыбка была прокрашена красиво, будто она настоящая. Ужасные мешки под глазами, прорисованные костяшки – все это выглядело достаточно хорошо для Тэхена, который рисовал гримм впервые. – Ты выглядишь уже как студент, так что да, ты выглядишь уродливо, – Тэхен хихикал, поправляя свой костюм белоснежки. Все началось с того, что Юнги выиграл его в карты, пока они сидели на уроке географии, и тот загадал желание поцеловать Чонгука или же надеть на вечеринку платье. Именно поэтому, войдя во вкус, он разглаживал платье ладонью, что задерлось. Сегодня он будет Белоснежкой. – По-твоему, когда я поступлю в колледж, я стану уродом?! – Чонгук повернулся и нахмурился, топая ножкой. – Ты им уже не станешь, не беспокойся, – Тэхен смеялся, пока его друг бубнил себе под нос всякие ругательства. Сигнал машины с улицы дал понять, что пора выходить и ехать. Юнги тогда впервые украл машину родителей, да и его, по правде говоря, никуда не пускали, поэтому он просто сбежал. – Ого, хен, ты выглядишь устрашающе, – Тэхен улыбаясь, произнес это и махал рукой. Юнги курил в окно машины, встречая друзей. Его костюм вампира, выпирающие клыки и совсем немного гримма только украшали юное тело. Черная рубашка, закатанные рукава, узкие джинсы и ненастоящие татуировки только придавали сексуальность, он и правда собирался подцепить сегодня кого-нибудь. – Спасибо, я сам все сделал. А ты, я смотрю, все-таки не поцеловал Чонгука? – он выкинул окурок и, дождавшись, когда его друзья наконец запрыгнут в машину, завел мотор и отправился в путь. – Он сказал, что я уродливый, так что я сам его целовать не собираюсь, – Чонгук по-детски дул губы и смотрел в окно. – Эй, я вообще-то твоя принцесса сегодня, как ты смеешь? – начал возмущаться Тэхен, поворачиваясь к заднему сиденью. – Так я, блять, теперь уродливый гном? Знаешь, это низко – шутить над ростом друга! – пролепетал возмущенно парень, уже смотря в глаза парню напротив. Тэхен же лишь хохотал, прикусывая нижнюю губу, и так же смотрел в глаза лучшего друга. Они видели в глазах друг друга маленькие крупицы вселенной, но каждый молчал об этом. Один Юнги знал все наперед них и лишь улыбался, следя за дорогой. Никто не понимал, что происходит, пока Тэхен тихо не прошептал: – Поцелуй свою принцессу. И Чонгук целует. Он еле касается его губами и помогает перелезть на заднее сиденье, пока Юнги делает музыку погромче. Они целовались совсем невинно, по-детски, но именно тогда то, что они скрывали, показали чуть ли не всему миру. Они готовы были кричать об этом каждому, какого это – чувствовать теплые, уже любимые ладони на спине, какого это – облизывать кончиком языка нижнюю губу, какого это – касаться. Тепло. Безопасность. Комфорт. Вот как случился их первый поцелуй в угнанной машине во время поездки на их первую школьную вечеринку. Им было всего по шестнадцать, но именно тогда они поняли, какого это – дышать одним воздухом. ***flashback №2*** Тэхен громко стучал в дверь, стараясь не плакать. Лил дождь, размазывая грязь по дороге. Шум деревьев доходил маленькими линиями до сердца, заставляя его биться в разы чаще. Все, что происходит сейчас, просто не может быть правдой. – Тэхен?.. – Чонгук стоял, весь растрепанный. Следы от подушки мягко покрывали щеку парня, а глаза были такими сонными – все это выглядило настолько мило, что Тэхен не выдержал: – Мне... ты правда сейчас с ней? – прошептал он, всхлипывая. Чонгук непонимающе уставился на него, протягивая руку, чтобы загнать парня в дом, но тот отшатнулся и стоял уже не под крышей корниза, а прямо под ливнем. – О ком ты? – Чонгук вышел сам и хотел спуститься к нему, но тот вытянул руку и отрицательно мотал головой. – Еще шаг – и я тебе врежу. – Он плакал, правда плакал, но дождь смывал соленые дорожки, так и не показывая всю боль внутри человека. – Да что случилось, я не понимаю, – он уже начинал злиться, разминая шею. Вся эта ситуация пугала его до мурашек, но он старался не выдавать эмоций. – Ты правда трахаешься с Лиен? – выплянул он, сжимая кулаки. Злость накрывала его с головой, он не мог поверить в то, что его любимый человек так мог с ним поступить. – Что за хуйня, Тэхен? Нет, конечно, как ты мог подумать такое? – он сделал шаг вперед и, не увидя сопротивления, встал напротив него, разглядывая лицо. – Ты зависаешь с ней чаще, чем со мной последний месяц. Поправляешь ее волосы на уроках, водишь в кино, а я так, пустой звук? Она написала мне и сказала, что вы переспали сегодня, и рассказывала, что ты признался ей в любви. – Мысли, словно улий из ос. Они бились о черепную коробку, создавая хаос. – Я с ней провожу время как друг. Я не вожу ее на свидания и не трахаюсь с ней. Я просто иногда с ней играю в приставку, делаю домашку и все, Тэхен, я бы не стал... – он подошел вплотную и накрыл ладонью щеку, вытирая слезы вместе с дождевыми каплями. – Я бы не стал этого говорить, потому что моя любовь всегда будет стремиться только к тебе, где бы я не был. – Чонгук прислонился губами к мокрому лбу, прикрывая глаза. – Ты любишь меня?.. – прошептал Тэхен, подняв слегка голову вверх, устремясь взглядом в глаза парня. – В каждой твоей частичке я все еще вижу маленькие вселенные. Я правда люблю тебя, – и то, каким жарким получился поцелуй, несмотря на дождь, сложно представить. Поцелуй отчаянья, боли, облегчения. Все смешалось в одну кучу, и никто из них не понимал, как они уже выбрасывали мокрую одежду на пол и стремились к мягкой поверхности. Стоны наполняли комнату, поцелуи по всему телу, метки, что обозначали, кому кто принадлежит, касания. Касания, шепоты и вздохи длились долго, каждый насыщался по-своему. Их первое признание в любви, первый секс случился за день до выпускного. Первая любовь всегда будет ранить, но пока она есть, человек будет наслаждаться яркими эмоциями. Однако всему наступает конец. ***flashback №3*** Когда Юнги строил свою империю, Тэхен не был в стороне и всячески помогал ему. Он бегал по всему городу, отдавая документы, и договаривался все о новых и новых встречах. Чонгук ездил вместе с Юнги по районам и договаривался о соглашении, свергая прежнего короля Сеула. Все они это делали скрытно от начальства год, пока Юнги просто не пришел к боссу мафии и не выстрелил в его башку. Его мозги украшали пол помещения, на что мужчина лишь хмыкнул и, развернувшись, хотел уже выйти и всем сообщить. – Ты что делаешь? – на него уставился парень, который испуганно осматривал ситуацию в кабинете. Его глаза были широко раскрыты, а в их уголках собирались невыпущенные слезы. – А ты кто такой? – спокойно спросил Мин, уже собираясь пустить и ему пулю в лоб, но его опередили. – Я его сын, блять! – орал он, и тут же побежал к трупу. Он прижимал отца к своей груди и громко рыдал, задыхаясь, и в этот момент рука с пистолетом у Юнги опустилась. Ли Минхо скрывал от всех свою семью. О нем знали только самые близкие сотрудники, но все они поголовно были верны, так что пытаться выбить информацию о них было бесполезно. Все молчали или говорили, что никого нет, и тогда Тэхен с Чонгуком оставили идею узнать заранее о семье, решив разобраться с этим как только наступит непредвиденная ситуация. И она наступила. – Ты убил моего отца?.. почему? – всхлипывая, шептал он. За окном пошел снег, кружась так, словно последний танец мертвой души. – Так было нужно. Тебе нужно либо уйти со мной, либо я пристрелю тебя здесь же, мне не нужны свидетели. Его трон отныне мой, – просто говорил уже новый босс мафии, разглядывая погоду за окном. Мыслями он был далеко не здесь, но он бы не пристрелил этого парня, наверное, никогда. Да, он со всеми поступал безжалостно, но он не позволил бы себе убить этого мальчишку. – Я... я уйду и ты меня не найдешь, не беспокойся, – он вытирал слезы и, кое-как встав, собрался уходить. – Имя? – сглотнув, он наконец взглянул в его глаза и, наверное, прямо в этот момент умер первый раз. Все, к чему стремился он, его друзья и подчененные, пошло к черту в тот момент, когда он взглянул на чистую боль, которая теперь навсегда поселится в сердце парня. – Хосок... Чон Хосок... – мямлил тот, продолжая вытирать слезы, но тоже не отводил своего взгляда. – Ты выйдешь отсюда только со мной, – и, протянув руку, он удивился, что парнишка не раздумывая схватил его за руку, словно спасательный круг. Они вышли отсюда 31 октября, когда на Сеул неожиданно напало облоко, полное окровавленного снега. *** Чонгук стал первым, кто быстро подружился с ним. Они вместе проводили время, и когда втянулся Тэхен к ним, они стали отличной командой. Юнги же сторонился всего этого, стараясь полностью разгрести последствия кончины Ли Минхо. – Хен, мне можно поехать с друзьями в клуб? – спрашивал Хосок, играя в телефон. – Конечно, повеселись, – просто отвечал тот каждый раз, даже почти не слушая. Хосок говорил, что он единственный, кто остался в семье, и сейчас он считался просто его любовником. Быть им явно лучше, чем быть мертвым. – Круто! Я приду позже домой и приготовлю ужин, – он, улыбаясь, уходил. И у них так было всегда, пока одним утром он не заметил, что Хосок и правда о нем заботится. Он готовил панкейки, гладил костюм, говорил одеваться теплее и всегда оставлял более теплые поцелуи на щеке, и Юнги проникся. Он стал чаще проводить с ним время, они стали вместе готовить ужин, стали вместе ходить в их любимый клуб, стали взаимно любить. Они правда полюбили друг друга, несмотря на ситуацию, которая произошла так давно, что Юнги уже и забывал об этом рядом с ним.