О любви

      Арсений и Антон женаты с тех пор, как Антону стукнуло восемнадцать, то есть уже десять лет.       Антон, дурак молодой, сразу после свадьбы детей хотел, но Арсений не позволил, сказал, что надо сначала на ноги встать, а потом уже детей заводить. Антон окончил университет, работать пошёл, добился успехов. А когда они опять о детях заговорили, уже ничего не вышло. И по врачам ходили, всякие методики пробовали, но забеременеть у них никак не получалось.       Столько было отчаяния и печали в голосе Арсения, когда он в очередной раз вышел из ванной с отрицательным тестом и, глядя на Антона виновато, произнес:       — Опять нет.       У Арса был такой вид, будто он вот-вот расплачется, а Антон уже не мог этого выносить. Он подошёл к нему, обнял крепко-крепко. Арсений всё-таки расплакался, впервые так отчаянно и горько. Антон тогда принял самое, на его взгляд, верное решение — он сказал:       — Арс, слушай, может, нам немного передохнуть надо?       Арс тогда посмотрел на него страшными глазами, шёпотом спросил:       — Передохнуть… Друг от друга?       Антон округлил глаза от удивления.       — Ну ты дурачок, что ли? Я имею в виду перестать так стараться. Мы слишком зациклились на ребёнке, только отпугиваем его, — усмехнулся он, — давай отвлечемся, поедем отдохнём куда-то?       Он поцеловал Арсения в склонённую макушку, и тот, в последний раз всхлипнув, согласился с ним.       С тех пор прошло уже два года. Арсений и Антон перестали зацикливаться, решили, что пусть всё идёт своим чередом.       Сегодня же они приехали погостить к родителям Антона на выходные. Его родители всей душой любили Арсения. И они уже давно перестали спрашивать сына о детках, потому что поняли, что что-то с этим у них не так. Не хотели касаться больной темы, да и ребята, кажется, выглядели счастливыми и вдвоём.       И вот именно сегодня, именно сейчас, тест на беременность показал Арсению две полоски. Он глазам своим поверить не может. Слёзы на глаза сами наворачиваются, и он, стараясь успокоиться, в ванной торчит достаточно долго, чтобы Антон заподозрил что-то неладное.       Через пятнадцать минут он тихонько стучит в дверь ванной, осторожно спрашивает:       — Арс, у тебя всё хорошо?       Вместо ответа Арсений открывает дверь и впускает Антона внутрь.       У Антона в сердце что-то ёкает, когда он видит красные глаза Арса и его мокрые щёки.       — Антош, не хочу обнадёживать тебя раньше времени, но, кажется, всё даже лучше, чем хорошо, — говорит Арс, улыбаясь.       Он протягивает Антону положительный тест, неотрывно смотря на него, чтобы не пропустить ни одной его эмоции. Они ведь так давно хотят, так давно пытаются, и вот наконец-то!       Антон сначала хмурится, осознает всё так томительно долго, что Арс закусывает губу от нетерпения.       — Ты беременный, — шепчет Антон, не моргая и смотря только на результат теста.       Арс быстро кивает и радостно улыбается.       — Надо, конечно, ещё к врачу сходить, — начинает тараторить он, — чтобы точно всё установить, но, Антон, я, знаешь, чувствую!       Антон глаза на него поднимает, тоже улыбается.       — А я ещё, дурак, недели две назад подумал, что у тебя вроде бы запах поменялся, — говорит Антон, чуть посмеиваясь, — но так и не понял, из-за чего бы это могло быть.       Они оба смеются — облегчённо, даже чуть вымученно, и Антон обнимает Арсения, чмокает его в губы. Арс шепчет:       — Ну, я тебя поздравляю, будущий папочка.       Антон смеётся, головой качает.       — И я тебя поздравляю, — отвечает с нежностью.       Они стоят в ванной, обнимаясь, а за дверью, которую Антон закрыл не до конца, родители Антона тоже обнимаются и радуются, но не издают ни единого звука.       — Надо сказать твоим родителям, — говорит Арсений.       — Нет нужды, — усмехается Антон, — Мам, пап, хватит там прятаться, мы вас заметили.       Арсений недоумённо поднимает на него глаза, а Антон в это время как раз оборачивается к двери. В неё просовываются родители Антона, оба с улыбками до ушей, и Арсений не сдерживается — опять смеётся. Антон обнимает его, поглаживая по пояснице, нежно целует в щёку. Они любят друг друга, скоро у них будет малыш, и Арсению от счастья хочется обнять весь мир.       Но обнимает он Антона и его родителей, и ему так тепло оттого, что они все обнимают его в ответ и любят так же сильно, как и он их.