О любви

      Арсению всегда говорили, что мальчики не плачут, что мальчикам не может нравиться розовый, что мальчики должны быть сильными. Что мальчикам не могут нравиться мальчики.       Но потом в его жизни появляется Антон. Арсений понимает, что всё это — неправда.       Вот есть он, мужчина, и есть Антон, тоже мужчина. И они определённо нравятся друг другу в том самом смысле. Антону, наверное, в детстве не говорили того же самого, что Арсению, потому что Антон принимает всё это так просто. Он подмигивает Арсу, задерживает на нём взгляд дольше, чем это нужно, Антон облизывает свои губы, когда смотрит на губы Арса.       И всё это — так очевидно.       Арсению, на самом деле, легко принять тот факт, что Антон ему нравится. Да и Антон, проявляющий знаки внимания так открыто, настроен решительно, так что у Арса не было ни малейшего шанса устоять.       Они оказываются в одной постели, и Антон целует его так много и пылко, что Арсений теряет голову. Женщины никогда не целовали его так настойчиво и уверенно, и он вообще сейчас сам ощущает себя немного женщиной. И он неожиданно для себя понимает: это приятно. Не чувствовать себя женщиной, нет — быть на её месте.       Это пройдёт, со временем, обязательно пройдёт, просто пока что ему непривычно, что не он зацеловывает чужое тело, а зацеловывают его. Ему приятны ласки Антона, и тот, кажется не возражает, если Арсений сегодня поленится, просто понаслаждается, позабыв обо всём на свете.       Антон делает ему минет, медленно, томительно, и Арс комкает простыню дрожащими пальцами. Когда же его накрывает оргазмом — крышесносным, оглушающим, до белых точек перед глазами, — он стонет так беспомощно, так жалобно, что ему тут же становится стыдно. Никогда ему ещё не приходилось стонать вот так, это даже вышло случайно. Но Антон, вопреки всему, подползает к нему повыше, гладит его по животу и груди, целует в щёку, в висок, и шепчет:       — Ты прекрасен. Видел бы ты себя сейчас моими глазами.       Арс, пытаясь дышать ровнее, заглядывает ему в глаза и видит в них бесконечно много тепла и нежности, и ни капли насмешки. Арсений сейчас не особо сильный, но Антону он всё равно нравится. Антон целует его ещё мягче, ещё нежнее, чем прежде, словно после этого Арс стал нравиться ему ещё больше. А Арс ловит его губы своими, обнимает его, и ему так хорошо и спокойно, что ничьи слова его больше не волнуют.

***

      Однажды Арс видит в интернет-магазине прикольную шапку — такую, ярко-розовую, необычную, — и, даже не задумываясь, толкает Антона в бок.       — Эй, Шаст, глянь какая, — посмеиваясь говорит он.       Антон смотрит одним глазом, что-то угукает в ответ и возвращается к экрану своего телефона. И на этом всё.       А через несколько дней Арсу курьер приносит посылку из того самого интернет-магазина, и в ней, конечно же, оказывается розовая шапка.       — Ты серьёзно, Шаст? — спрашивает он, прижав телефон к уху и не переставая лыбиться.       — Она ж тебе понравилась, — просто отвечает тот.       И Арс признаётся себе — да, понравилась. Но он бы ни за что не купил её себе сам. Она же розовая, а он мужчина. А Антону — похуй на всё это. Он просто взял и купил её для Арса, доказывая обратное — вот он, Арс, мужчина, и ему понравилась розовая шапочка. И Арс думает — ну и что? Раз Антону похуй, то ему тоже. Он будет носить эту розовую шапку, потому что она ему понравилась. А на остальное — просто похуй.

***

      Арсений думает очень долго, прежде чем решиться. Но в итоге понимает, что ему хочется, хочется до волнительной дрожи в коленях. И он, к тому же, думает, что Антон будет только рад. Арсений решается попробовать.       Одной ночью он, смущаясь, Антону говорит:       — Шаст, я хочу большего.       Он долго думал, как скажет об этом Антону. Одни варианты ему казались до смешного глупыми, другие грязными, третьи слащавыми, а вот подходящего — ни одного. Он остановил выбор на «хочу большего» и понадеялся, что ему не придётся объяснять, что именно он имел в виду.       Антон его, конечно, понимает. Он всегда понимает, даже с полуслова. Он Арсению улыбается мягко, целует особенно ласково, обещает:       — Всё будет хорошо. — И шёпотом, целуя его в щёку, добавляет: — Спасибо.       «Спасибо за доверие» — Арс тоже понимает его с полуслова.       Антон, как и прежде, с ним очень чуток. Он долго и осторожно готовит его, говорит, какой Арс молодец, как он хорошо держится, и Арс впервые чувствует себя таким зависимым от кого-то.       Когда Антон движется внутри него, Арсений задыхается от эмоций. Ему так хорошо, что из глаз катятся слёзы, а с губ срываются всхлипы. Антон целует нежно, касается пальцами его кожи, толкается ритмично, подводя постепенно Арса к краю. Арс думает, что это слишком медленно, и просит Антона ускориться. Антон улыбается уголком губ, целует его и выполняет просьбу.       Арсений сотрясается в оргазме, невероятно сильном, первом в его жизни настолько мощном. Член Антона давит на простату, а рука сжимает член Арса так правильно, и Арсений жмурится до звёзд перед глазами. Он сам не понимает — он кричит, стонет или скулит? Всё это смешивается в его горле, и он не понимает ничерта. Да и не так уж ему это надо понимать.       Он наверняка знает только одно: Антон довёл его до того, что он плачет.       Плакать после охренительного оргазма — это последнее, чего он хотел бы в своей жизни. Но глаза наполняются слезами, живот подрагивает от рваного дыхания, и Антон всё ещё в нём и всё ещё нависает над ним. Антон его слезы сцеловывает, а их от этого только больше становится.       Ну, кто там говорил, что мальчики не плачут? Плачут. Да ещё как!       — Я люблю тебя, — шепчет Антон.       Арсений в ответ судорожно выдыхает и руками и ногами прижимает Антона ближе. Антон любит его, а Арсений плачет — от счастья.       — Ну ты чего? — ласково спрашивает Антон, утирая слезу с его щеки большим пальцем.       Арсений шёпотом выдавливает из себя:       — Я тебя тоже.       И снова глаза наполняются влагой. Словно все слёзы, что он накопил за свои тридцать шесть лет, решили вылиться именно в эту ночь.       Антон выходит из него и ложится рядом.       — Иди сюда, — говорит заботливо, и Арс ныряет в его объятия за одно мгновение.       Он чувствует себя таким слабым, непозволительно слабым для мужчины. Антон целует его волосы, повторяет, какой он красивый и замечательный, как сильно он любит его, обещает, что всегда будет рядом и никогда не оставит.       Арсению нравится. Слышать всё это — приятно. И быть слабым тоже приятно. Можно просто лежать в крепких тёплых объятиях любимого человека и притвориться, что ты правда такой — нежный и слабый, нуждающийся в сильном плече рядом. А может, и не притвориться, а наоборот — перестать притворяться сильным. Арсений не знает, не понимает всего этого. Одно он знает точно: вот он, мужчина, и он сейчас такой слабый.       И, вопреки всему, он сейчас такой счастливый. Впервые за жизнь такой окрылённый. И если для счастья ему нужно будет разбить ещё тысячу «мальчикам нельзя», то он сделает это, даже не задумываясь, а Антон ему снова поможет в этом. Пока Антон рядом с ним, ему всё — можно.