Могу я пригласить Вас на свидание, профессор Ривер Сонг?

Профессор Ривер Сонг неторопливо шла по территории университета. То и дело мимо неё пробегали студенты, некоторые останавливались, чувствуя в статной женщине с пышными кудрями цвета червонного золота нового преподавателя, кивали и бежали дальше, куда-то по своим делам, которых всегда так много у молодёжи. Ривер грустно усмехнулась – да, когда-то и она так же спешила – к мечтам, к любви… как же давно это было. Преподавательская кафедры мировой истории встретила её приятным рабочим шумом. - Профессор Ривер Сонг! – заведующая кафедрой и одновременно декан факультета Барбара Честертон энергично пожала Ривер руку. – Очень рады видеть Вас в нашем университете. Надеюсь, Вам у нас понравится. Я – профессор Барбара Честертон, это доктор Сара Джейн Слейден-Смит и наши аспиранты, Дэйв и Анита. - Извините, профессор, - неожиданно застенчиво спросила Сара Джейн, красивая женщина лет сорока. – У Вас очень необычное имя… - Да, - Ривер понимающе улыбнулась. Её имя постоянно вызывало споры и вопросы, хотя ничего странного или удивительного в этой истории не было. Просто была практика, была Африка, было местное племя, были сложности с произношением, и имя, тогда ещё Мелоди Понд, на языке племени в переводе на английский звучало как Ривер Сонг. И девушка, тогда совсем молодая и верящая в судьбу, решила переломить свою жизнь, переломить череду несчастий и неудач, что преследовали её с младенчества, когда её нашли на пороге детского дома. И, вернувшись в Лондон, немедленно сменила имя. Не помогло. - Это после экспедиции, доктор Слейден-Смит, - наконец ответила Ривер Саре. – Я тогда ещё совсем девочкой была, мне понравилось, как меня назвали местные. Очень… необычно, как мне показалось. - Да, как что-то фантастическое, профессор Сонг, - согласился Дэйв, сверкая белозубой улыбкой. - Зовите меня просто Ривер, - покачала головой женщина. – Всё-таки мы коллеги. - Тогда просто Сара, - улыбнулась доктор Слейден-Смит. - И просто Барбара, - поддержала её профессор Честертон и бросила быстрый взгляд на часы. – Ох, Ривер, до твоей лекции осталось пять минут. Анита тебя проводит. Профессор Сонг подхватила свою сумку и, улыбнувшись напоследок всем коллегам, вышла следом за молоденькой негритянкой. Аудитория, несмотря на свои действительно огромные размеры, была полна, студенты галдели, перебрасывались бумажками, кто-то в спешке доедал прихваченный с собой ланч. Стоило Ривер занять своё место на трибуне, как разговоры моментально стихли, словно кто-то приглушил звук. Женщина обвела аудиторию взглядом и улыбнулась. - Добрый день, коллеги, - она помедлила, когда это простое слово вызвало неожиданный шумок. – Я ваш новый преподаватель мировой истории, профессор Ривер Сонг. С большинством из вас мне доведётся видеться только на лекциях, кто-то будет посещать мои семинарские занятия. Но, так или иначе, я постараюсь запомнить каждого из вас. Улыбнувшись уголками губ, Ривер добавила: - Можете начинать бояться, - и с удовольствием услышала общий смешок. – Давайте на первый раз поговорим о чём-нибудь отвлечённом – в конце концов, программа от нас никуда не убежит. Скажем… Древний Рим. Под восторженный шумок в аудитории, профессор Ривер Сонг начала свою лекцию о Древнем Риме. Это был довольно простой, но действенный ход, и работал он на всех курсах - – привлечь внимание студентов к себе и своему предмету интересным материалом, чтобы, когда пойдёт действительно сложный и местами неинтересный материал, содержащий десятки и сотни дат и имён, они слушали с неослабевающим вниманием, памятуя, что история бывает не нудной, а интересной. Рассказ лился плавно, постепенно переходя от одной темы к другой. Периодически Ривер «кидала в толпу» вопросы, делая студентов причастными. Они, как дети, радовались, когда знали что-то, удивлялись тому, что не знали, и неотрывно слушали её, как будто она была пророком. Хотя – не все. То и дело, осматривая аудиторию, профессор Ривер Сонг буквально спотыкалась взглядом об одного из студентов. Молоденький парнишка, растрёпанный, похожий на воробья, он весь обложился какими-то книгами, словно строил баррикаду и быстро, почти автоматной очередью, втолковывал что-то своей рыженькой соседке, тряся длинной, объемной чёлкой. Впрочем, парнишка был не настолько отвлекающим – гиперактивные студенты попадались Ривер и раньше и, обычно, не доставляли особых хлопот – не настолько, чтобы с ними нельзя было справиться, полностью игнорируя нарушителя спокойствия. Что профессор Сонг, собственно и делала, пока этот мальчишка не перегнулся через свою баррикаду из книг, наклоняясь к красивому молодому парню с военной выправкой, наставив на него какой-то странной формы прибор. Аудиторию огласило довольно громкое, хотя и не назойливое жужжание. Это стало последней каплей. - Молодой человек с прибором неизвестного назначения, встаньте немедленно! – громко сказала Ривер, обрывая себя на середине фразы. Мёртвая тишина пала на аудиторию, и студенты, как по команде, обернулись к парнишке, который не сразу сообразил, что речь идёт о нём. Заметив всеобщие взгляды, он покрутил головой и уставился на Ривер Сонг невероятно ясными, прозрачно-серыми глазами. - Я? – паренёк ткнул себя в грудь длинным пальцем, являя всем своим видом оскорблённую невинность. Ривер с трудом подавила улыбку. - Да, вы, - она кивнула. – Встаньте, пожалуйста. Мальчишка послушно принял вертикальное положение, сцепив руки за спиной. Он оказался длинным, и худым, даже тощим, общую хрупкость фигуры подчёркивала странноватая одежда – в первую секунду становилось непонятно, с какого чучела он её снял. В самом деле – бабочка? Подтяжки? - Молодой человек, вам совсем неинтересна моя лекция? – строго спросила профессор Сонг. – Раз уж вы позволяете себе отвлекаться, не мешайте тогда другим студентам… - Что вы, профессор, - перебил её этот мальчишка, тряхнув головой. – Я вас очень внимательно слушаю. Просто мне нужно сделать ещё кучу разных дел сегодня, и я решил использовать время лекции для части из них. Но не волнуйтесь, я вполне способен делать несколько дел одновременно. Его тон, хоть и был предельно вежливым, так и сквозил неприкрытым самодовольством, и это откровенно задело Ривер. Мальчики-мажоры, самоуверенные, считающие, что весь мир лежит у их ног, никогда не относились к числу её любимых студентов. Впрочем, обычно таких было несложно приструнить. - Ну что ж, молодой человек, - она опасно улыбнулась. – Если вы внимательно слушали, возможно, вас не затруднит повторить, о чём я говорила до того, как вы меня прервали. - Подождите секундочку, профессор, - паренёк смешно наморщился, воздевая глаза к потолку и с усилием потёр длинными пальцами переносицу, всем своим видом изображая тяжёлую работу мысли. Сидящие вокруг него студенты, включая рыжую соседку и молодого военного, тихо захихикали, да и сама Ривер не сдержала улыбки – живая мимика мальчишки творила чудеса. - Итак? – спросила она, приподняв брови. - Вы говорили… - начал паренёк, зажмурившись. Неожиданно лицо его разгладилось и озарилось улыбкой – яркой, чистой и невозможно самодовольной. - Вы говорили, что кесарево сечение в Древнем Риме проводили только если мать уже умерла, так как при кесаревом она бы всё равно не выжила. Из-за этого механическое извлечение ребёнка из ещё живой матери преследовалось по закону. Он усмехнулся, снова сцепив длиннопалые руки за спиной: - Если позволите высказать моё личное мнение, профессор, я полагаю, что всё-таки следовало начинать кесарево, пока мать была ещё жива, но уже точно не могла выжить. Римляне были достаточно умны, чтобы понимать, что подобные действия дают ребёнку больше шансов выжить, ведь если начинать после смерти матери, младенец уже начинает задыхаться. Паренёк замолчал, сияя своей яркой, самодовольной улыбкой. Профессор Сонг не удержалась и закатила глаза. Такая самоуверенность, и этот маленький спектакль… Определённо этот мальчишка заслуживал некой доли уважения. - Садитесь, мистер… - Джонатан Мэттью Уильям Смит, - продолжил за неё паренёк, вздёрнув вверх чётко очерченный подбородок. – Но все зовут меня Доктор. Тихий смешок прокатился по аудитории. Ривер Сонг с трудом подавила вздох. Самоуверенный воробей… - Садись, «Доктор», - женщина вложила в это прозвище столько сарказма, сколько могла. – И впредь, всё-таки, не используй собственные изобретения ни на моих лекциях, ни на занятиях, остальных это… отвлекает. Доктор продолжал стоять, заложив руки за спину. Ривер приподняла точёную бровь. - Ждёшь особого предложения, Доктор? – с лёгкой насмешкой спросила она. Джонатан Смит помедлил, склонив голову набок. - Могу я пригласить Вас на свидание, профессор Ривер Сонг? – наконец спросил он, и улыбка, неожиданно мягкая, озарила его ребяческие черты. Вопрос застал Ривер врасплох – словно из лёгких разом выбили весь воздух. Это было уже слишком! Самоуверенный, наглый птенец, мальчишка... - Подрасти сначала, Доктор, - чуть снисходительно улыбнулась она, пытаясь скрыть свои истинные эмоции. Улыбка Доктора снова стала самоуверенной. - Об этом не беспокойтесь, профессор, - сказал он, садясь на своё место. – Обязательно.