-Признавайся!

Выбежав на безопасное, как думал Антон, расстояние от гаражей, блондин перевёл дыхание и попытался обдумать то, что сказал ранее, при Роме. — А если думать логично, я же сказал, что наверное педик, но не сказал, в кого я влюб… КХЕ-КХЕМ… В кого я ДУМАЮ влюблен., — поняв, что начал уже нести глупости, Петров пошёл домой, вспоминая, что сегодня суббота, а значит можно отдохнуть. Не успев перейти порог, как на нашего главного героя кинулась младшая сестра. — Тоша, Тоша! Мама сказала, что ты можешь выйти со мной погулять! , — Антон повернув голову в сторону матери с жалобной моськой, ибо он устал, получил лишь угрозу от материного кулака. Делать нечего, надо идти, так как слово матери — закон. Единственное, что успел сделать Петров младший, это взять сумку с альбомом и пеналом. — Ну Тоша, ты там скоро? — нетерпеливо спросила Оля. — Уже бегу! — выкрикнул Антон в то же время спускаясь по лестнице, затем быстро одев куртку и обувшись вышел на улицу, на которой было далеко не лето. Выйдя на площадку, Оля побежала к качелям, а её брат сел на скамейку и достал альбом, начиная рисовать что-то из головы, кто же знал, что он нарисует друга-гопника. — Тоша, а что это за мальчик которого ты рисуешь, он же твой одноклассник вроде, да? — обратилась Петрова младшая к Антону. — А? Ну… Да, ты права… Просто одноклассник. — А он такой же в жизни? Красивый, ехех, — усмехаясь над братом произнесла сестра. — Ага., — очкарик задумавшись даже не понял, с чем согласился. Прошёл час, Антон почувствовал что прямо сейчас ему продырявят взглядом затылок, обернувшись, он увидел того самого, суженного, гопника-друга, а также одноклассника — Ромочку. Рома от нехуй делать начал курить на детской площадке, где играла Лёля*. Поняв, что Ромка обнаглел в край, блондин подошёл к Пятифану и хотел уже забрать сигарету, как в него полетел густой сигаретный дым из рта одноклассника. — Кхе, кхе, кхе, ты нахуй это сделал? Еблана кусок, — откашлявшись от дыма сказал Антон, все маты он проговаривал тихо, чтобы сестра не услышала. — Да ну, это же романтично), — ухмыльнувшись забазарил Роман. — В каком, блять, месте это романтично. Из тебя романтик, как из меня балерина. — Кстати, не думал идти на балет?) — Кстати, а ты не думал идти в жопу? — Только если в твою) — Успокойтесь, голубки, -прервала их Ольга, которая всё это время стояла рядом с ними и слышала весь этот двадцати трёх этажный мат. Мальчики замолчали, посмотрели друг на друга, Рома посмотрел на область паха и прикусил губу, Антон ебнул того хорошенько по черепушке. — Оль, пошли домой? — А как же он? — указав на пострадавшего курильщика, спросила мелкая. — Выживет, пойдем. — Ему же больно наверное, поцелуй его туда, куда ударил, боль быстрее пройдёт. — Оля… Это не так работает, отхватил он по причине, то есть, жалеть его незачем. — Ну ладно, так бы и сказал, что мои советы не нужны никому. — Ладно… Но после этого мы уйдём домой. Подойдя к своему собутыльнику, Антон прислонил губы к макушке Ромы и сделал имитацию, что целует пострадавшее место. — Забудь, — уже уходя пробормотал раскрасневшийся, будто помидор очкарик. Не менее красный товарищ сидел на корточках обхватив макушку и докуривал сигарету, которую Антон так и не забрал. Лёля — у автора имена Оля и Лёля одно и тоже, если у читателя нет, то прошу простить автора.