Забыв о предрассудках

Шиноа больше не выходила из дома в лес, потому что боялась банальной встречи с Флиппи, который снова будет поучать её уму разуму. Несмотря на то, что девушка была молодая, она всё же закончила старшую школу и отучилась в институте. Чему он смеет её учить? Но страх, при виде этого парня, давал о себе знать, поэтому стоило помолчать и слепо подчиняться, чтобы тот вновь не применил физическую силу.

***

В лагере противника были слышны громкие голоса о построении и подготовке оружия к боевой готовности. Солдаты сновали туда-сюда, готовясь, видимо, к будущей атаке. Они подготавливали нужную амуницию, снаряды. Это было что-то за гранью выходящее, что заставляло поморщиться от этого вида. Из палатки вышел командир, сея «торжества». Медленной и уверенной походкой он прошёлся по своему лагерю. Он улыбался, смотря на происходящее вокруг него. «Зверье» — первое, что пронеслось в мыслях. Как может нормальный человек улыбаться, смотря на подобное? Разве ему по душе страдания людей? Их смерти? Никому не дано этого понять. Лишь одному ему известно, что у него на уме.  — Генерал, разрешите обратиться! — какой-то парень подбежал к грозному руководителю, вставая в стойку.  — Слушаю, штаб-сержант. — голос был холодный, как металл. В нём не было ничего человеческого, словно это робот, который выполнял чьи-то указания.  — Боевые орудия готовы, сэр. Вскоре можно будет выдвигаться! — было видно, как паренька трясло, находясь рядом с генералом.  — Отлично. — он отошёл от него, направляясь по своим делам. Штаб-сержант выдохнул, скорее удаляясь, чтобы не получить оплеухи. «Какой мерзкий» — пронеслось в голове девушки. Она наблюдала за походкой нелюдя, за его телодвижениями. Всё это вызывало отвращение. Черноволосая тихо вздохнула и слезла с дерева, скрываясь в кустах. От неё не было ни малейшего шороха, словно тут её никогда и не было. Зачем она это делала? Зачем наблюдала? Девушка не была союзником или противником, это было личное. Но об этом её всё равно никто не спрашивал, поэтому никакой нужды в объяснениях не было. Черноволосая юркнула в лес, скрываясь подальше от этого места, от которого веяло страхом и смертью. Наблюдав за этим местом, можно было сделать простой вывод: все боялись генерала, но почему? Если они бы восстали против него, то им бы не пришлось выполнять указы. Видимо, он вселил в них надежду и животный страх перед самим собой, что даже обычные сержанты трясутся при виде того, как тот выходит из палатки. Уже была ночь. Её одежда и волосы сливались с местностью, только алые глаза выдавали, которые можно было заметить даже издалека. Они были холодными, но яркими, словно костёр, который не обжигал кожу. День и ночь девушка следила за лагерем, выжидая шанс покончить с этим. Каждый раз приходилось менять локацию, чтобы не быть замеченной. Всё-таки, солдаты ходили не только в лагере, но и по лесу. Порой, псы чуяли её след, но он тут же пропадал, словно ничего и не было, поэтому приходилось действовать ещё осторожнее. Несмотря на то, что девушку не могли заметить уже месяц, расслабляться было нельзя. Ни на минуту, даже ни на секунду. За это время она примерно поняла, куда нужно бить, чтобы тот потерял равновесие. Даже поняла примерный план его прохождения по лагерю, но что странно, он никогда не покидал его. Если солдаты могли выйти наружу на недолгое время, то генерал оставался там, словно поджидал девушку. А может он давно заметил её, просто не подавал виду? Ведь в каком-то роде понимал, что та все равно ничего ему не сделает. Настал день Х. В этот раз караульных было меньше, поэтому можно было пробраться. По крайней мере постараться это сделать, а если не получиться, то снова придётся исчезнуть. Черноволосая выждала момент, когда патрульный зазевался и проникла внутрь злосчастного лагеря. Первым делом, что она почуяла, был трупный запах, который ранее не исходил от этого места. Несколько дней назад, солдаты притащили людей. Они волочили их за волосы, но те не сопротивлялись, видимо, приняли свой конец. Она поморщилась, но это не удивило, лишь разозлило. Возможно это были невинные люди, может разведчики, но так жесткого обращаться к людям — уму непостижимо. Девушка быстро огибала препятствия в виде солдат и разных сооружений. Добравшись до палатки, где обычно отдыхал генерал, она радостно улыбнулась сквозь чёрную маску. «Наконец-то!» Но это выглядело подозрительно просто. Зайдя туда, она увидела, что тот спит. «Устал от собственных злодеяний, мерзавец!» — проговорила девушка в своих мыслях, приближаясь к умиротворённому телу противника. Девушка вытащила нос из-за пазухи. Резким движением, без каких-либо колебаний, она перерезала горло генералу, радуясь собственной и такой лёгкой победе над злом. «Да!» — восторжествовала темноволосая, но свет в палатке включился. Её радость была поспешной.  — Наконец-то, я думал, ты не покончишь с этим. — голос сзади. Тот же голос, металлический, от которого кровь застывает в жилах. Девушка развернулась, в ужасе смотря на генерала и нескольких солдат, которые стояли позади него. «Не может быть». Кому она сейчас перерезала горло? Развернувшись вновь, девушка поняла, что совершила правосудие совершенно над другим человеком. Это не он!  — Жаль, ты убила ценного пленника. Ты, наверно, видела, что мы приводили сюда парочку… — его голос стал расстроенным, будто бы и правда он ценил жизнь того человека, но всё это была маска притворства. Девушка молчала, не находясь со словами. Да и что ей сказать на это? Извините, я убила вашего пленника, сейчас уйду и больше вы меня не увидите? Это, конечно, было идеальным вариантом, но не для подобной ситуации, когда деваться уже некуда.  — Не думай, что ты первая такая, кто в наглую решил наблюдать за нашими действиями. Просто хотел дать тебе надежду, на то, что ты способна убить меня, но это моя игра и мои правила, так что ты не виновата в этом. Ты провалилась по моей вине. — в его голосе послышалось огорчение? Видимо ему самому нравилась эта игра в жертву и преступника. — Ты хоть не молчи, пока я не отрезал тебе язык, ты можешь говорить. — генерал улыбнулся, наблюдая за тем, как его «мышка» попалась в ловушку. Ему доставляло это огромное удовольствие. Но девушка молчала. Она сжимала и разжимала кулаки, пытаясь найти решение этой ситуации. Решение, которое не погубит её жизнь. Но как спастись из этой жуткой ловушки? Никто не выходил из вражеского лагеря живым, если только солдаты.  — Меня бесит, что ты молчишь. Может быть мы сумеем тебя разговорить. — генерал щёлкнул пальцами правой руки, и солдаты в мнгновение ока оказались рядом с девушкой. Они схватили её за подмышки.  — Пусти, сука! — неожиданно рявкнула темноволосая, пытаясь вырваться из лап противника.  — Наконец-то! Заговорила, но после того, что я для тебя придумал, ты станешь ещё разговорчивее. — без лишних слов, он кивунл солдатам в сторону. Те сразу поняли, что нужно делать дальше и поволокли девушку наружу. Несмотря на брыкания и попытки вырваться, ничего не получалось. Она подумала, что лучшим решением сейчас будет полоснуть кого-то по морде, но руки были оккупированы. Раз руки не помогут, значит воспользоваться можно было свободными ногами. Девушка резко вытянула ногу, подставив подножку одному из солдат. От неожиданности, тот повалился наземь, а темноволоса не раздумывая вскочила на него, воткнув острый клинок в горло. Второй противник попытался быстро вытащить пистолет, но та резко выбила его из рук нападавшего.  — Да уж… — вздохнул генерал, который медленно подошел к происходящему. Это не вызывало в нём никаких эмоций. Девушка не успела опомниться, как мужчина, которого так боялась и желала ему смерти, нанес удар ей по спине ногой, отбрасывая ту от мертвого тигриного солдата.  — Генерал! — завыл, подбежавший полковник, с ужасом смотря на ситуацию. — С вами всё в порядке?  — Более чем. — тот снова пнул девушку, которая с ужасом смотрела, как он заносит ногу для очередного удара. Пинок прошёлся по лицу, разбив, этим самым, темноволосой нос. От боли искрилось в глазах. Девушка громко заныла, прикрывая руками лицо. Она чувствовала, как всё пульсирует, как кровь льётся из разбитого носа. Сил сопротивляться после жестких ударов не было. Оставалось лишь терпеть мучения дальше. Последовал ещё один удар в область живота, отчего ту скрючило. Тело дрожало от избиений. Кажется, еще один подобный выпад и её тело навсегда обмякет, но генерал остановился. Он посмотрел на свою обувь, где узором растекалась алая жидкость.  — Досталось тебе, бедняга. — мужчина присел на корточки перед своей, корчущейся от боли, жертвой. — Я ведь хотел по-хорошему. — рыкнул тот, беря девушку за голову. Он стянул с неё маску, в которой было уже тяжело дышать от крови. — Красивая, но глупая баба. — генерал резко отпустил её голову. — Утащите её туда, куда велел.  — Будет сделано! — проговорили солдаты, стоявшие возле своего почетаемого генерала. Они тут же схватили девушку за волосы, волоча её к месту. Она больше не сопротивлялась. Сил не было, а боль всё пульсировала, не прекращаясь ни на секунду. Лишь глубоко вздыхала и постанывала, когда её тело натыкалось на камень или бугор. Солдаты притащили её к зданию, в котором не было ни одного окошка. Они резко закинули её туда, заперев за собой железные двери на несколько замков. Девушка слышала, как они удаляются, а затем погрузилась в мрак. Кромешная темнота сжирала тело. Ничего не слышно. Ничего не видно, кроме тьмы в этом помещении. Она постаралась расслабиться, но нанесённые увечья не давали этого сделать.

***

Прошло несколько дней. Девушку никто не кормил, даже шагов не было слышно за металлической дверью. Она постепенно начала сходить с ума от тишины и вечного мрака в этой комнате. Нос и губы распухли, а на месте ударов по телу остались гематомы, но не только это напоминало о том, что произошло. При движении, боль никак не уходила, казалось, только усиливалась. Ей никто не поможет, но с этой мыслью девушка уже смирилась, поэтому не ломилась в двери, не орала, что есть мочи. Она просто лежала в углу, иногда присаживаясь, чтобы хоть как-то разнообразить свои движения, своё пребывание здесь. Интересно, что происходило на улице. Наверно было хорошо. Светило солнце, птицы пели поутру. Девушка попыталась подойти к двери, но тут же рухнула на пол, корчась от боли в районе живота и спины. Тело бездвижно лежало посреди мрака. Только редкое дыхание, постанывания, выдавали то, что она ещё живая. Через несколько часов послышались шаги, а затем кто-то отворил дверь с неприятным, для слуха, скрежетом.  — Вставай. Девушка молчала, но попытаться встать даже не удосужилась. — Ты чё, сдохла? Вставай говорю, генерал не любит ждать! — солдат оказался подле неё и схватил за руку, которую темноволосая прижимала к своей груди, будто ту сейчас отрежут. Не церемонясь, парень выкинул её на улицу, закрыв за собой дверь. — Вставай. — ещё раз проговорил тот, ставя на голову «игрушки генерала» свою ногу. Девушка попыталась приподняться на руках, но тот почему-то только сильнее вдавил её в землю, отчего та рухнула, как обветшалый дом.  — Ты такая жалкая! А ещё пыталась напасть на нас. — мерзкий хохот, но темноволосая не то, что не могла встать, её силы иссякли даже на разговоры.  — Что ты творишь, идиот? — кто-то подошёл к солдату, который измывался над несчастной девушкой. — Она так вообще сдохнет, а генералу интересна эта особа, так что хватай её на руки и пошли, пока тебе палку в задницу не вставил. — прорычал тигр, давая своему подопечному подзатыльник. Тот лишь обречённо фыркнул, взяв обмякшее тело на руки. Они шли не долго. За это время девушка уже смирилась с тем, что скорее всего этот поход к генералу будет последним.  — Войдите. — генерал сидел за столом из тёмного дуба, на котором лежали стопки бумаг, старые винтажные часы и что-то ещё, что девушка не смогла разглядеть из-за заплывших глаз. Солдаты покорно внесли девушку в кабинет своего начальника, усаживая ту на неудобный стул. — А теперь выйдите. — Подчинённые вышли, закрывая за собой дверь, но остались на страже возле кабинета для экстренного вызова. Сначала они молчали. Генерал перебирал стопки бумаг, затем убрал карту в стол, освобождая место для рук. Он вальяжно положил их на стол, усаживаясь поудобнее и натянул улыбку на своё жестокое безобразное лицо.  — И так, давай я для начала представлюсь. Меня зовут Тайгро, как ты уже заметила и услышала, я генерал, тигриный генерал. В моём войске служат только тигры, остальные не годятся на эту службу, сама понимаешь. — усмехнулся тот, осматривая присутствующую. — А теперь ты представься. Девушка сначала молчала, но оказаться в том помещении совершенно не хотелось. Снова слышать лишь тишину и вглядываться в кромешный мрак…  — Сирена, меня зовут Сирена… — она прокашлялась, держась за живот, куда совсем недавно тигриный генерал зарядил ей со всего размаху.  — Очень приятно, хотя, судя по твоему виду, не очень. — мужчина усмехнулся, скалясь, словно собирается напасть на неё и разорвать в клочья. — И так, Сирена, какая цель вторжения в этот лагерь? Может что-то не устроило, хочешь внести поправки в это место?  — Нет. — выдавила темноволосая. Во рту пересохло. — Личные мотивы.  — Ах, личные, тогда не буду вдаваться в подробности. — он сидел в полностью расслабленном состоянии, облакотившись на спинку стула. — Сейчас мы одни. Ты вроде хотела убить меня, давай продолжим.  — Ваши солдаты стоят за дверью, это было бы опрометчиво. — Сирена глянула на него изподлобья, ожидая реакцию.  — Пока есть шанс, надо его использовать. — уже без улыбки и какого-либо сарказма произнёс генерал. — А ты слабая баба, которая подумала, что ворвётся в лагерь, кишащим тиграми, убьет самого главного и сбежит отсюда, будто ничего и не было. Думаешь, тебя никто не заметил? Не глупи, все видели тебя, как ты шла к палатке, просто ты не оглянулась. Да и мы давно заметили твоё присутствие на нашей территории. Эти красные глаза были видны повсюду. Сирена не могла собраться с мыслями и что-то ответить ему. Да, она была крайне не предусмотрительна, поэтому и попалась в ловушку, смертельную ловушку.  — Спросишь, почему я тебя не убил сразу? Да мне просто скучно, поверь, ещё немного поиграюсь, а потом выкину тебя в канаву к остальным трупам. Ты такая же обычная, как и все люди, так что не зазнавайся. — генерал встал со своего места и подошёл к Сирене, которая впервые съёжилась от испуга перед смертью. Такой глупой смертью. — Я даже не знаю, что делать с тобой дальше. Ты выглядишь очень жалкой, а жалких мне убивать не хочется. Может быть отпустить тебя, а потом поохотиться на тебя, так будет очень интересно, хоть развлеку себя. Извини, мысли вслух. — Тайгро усмехнулся, погладив девушку по чёрным, спутавшимся, волосам. — От тебя несёт за три версты, прикажу, чтобы тебя помыли и привели в порядок. — он пнул стул, на котором сидела девушка. Та повалилась на пол вместе с ним, ударяясь всем телом о жесткий кафель. — Прости, случайно. Сирена зашипела от боли, грозно завиляв чёрным хвостом. Она попыталась встать, но тут же падала, от нехватки сил. Так попробовав несколько раз, девушка поняла, что встать в итоге у неё не получиться. Тайгро всё это время наблюдал за её попытками. Это его только смешило и вызывало к ней только жалость.  — Жаль тебя. — проговорил тигр, садясь обратно на своё место. Сирена не хотела принимать эти слова. Её тело дрожало от злобы и ненависти к этому человеку, но сделать, увы, она ничего не могла.