Забыв о предрассудках

Дни в этом месте летели медленно, словно длились целую вечность. Тайгро распорядился, чтобы девушку подлечили местные врачи, дабы продолжить своё веселье. Сирена это прекрасно понимала, но сопротивляться не было сил. На самом деле, сейчас всё казалось бессмысленным. Наверно, это был конец. Девушка эти дни проводила в закрытой палате. Здесь хотя бы был свет, полуразваленная койка и одно маленькое окно. Какое-никакое, но хоть что-то. Еду ей подавали как собаке: в жестяной миске на полу, но это было ожидаемо. Кто будет церемониться с тем, кто проник в их лагерь с мотивом убить генерала армии. Солдаты, которые приносили еду, чуть ли не кидали плошку на пол и с презрением смотрели на пленную. Сирена не скалилась, не пыталась ничего сделать, так как боялась вновь оказаться в том страшном тёмном помещении или хуже: умереть. Смерть поджидала её, но она не хотела, чтобы это произошло так быстро. Вдруг удастся всё же выбраться из этого проклятого места. Правда в голове ничего не было. Никаких планов. Ничего. Девушка заметно похудела. Щёки, раньше наливавшиеся румянцем, впали, а под глазами появились тёмно-синие синяки от недосыпа и постоянной тревоги. Она чувствовала себя угнетённой, беспомощной в таком положении. Сейчас ей хотелось лишь одного — сбежать, но идей для побега не было. Тайгро не заходил к ней в палату, даже не проходил мимо, словно забыл о её существовании. Только Сирена понимала, что он всё помнил, каждую деталь, ему просто было не до неё. Может после их разговора мужчина всё-таки пожалел девушку и выпустит на волю? Бред. Никто, никогда не выпускал своего противника на волю, который видел военный лагерь изнутри. Так прошло пару недель. Казалось, смерть — лучший исход данной ситуации, ведь жить каждый день в тревоге и муках уже надоедало. Может так чувствуют себя заключённые? Или пленники, попавшие в этот лагерь? Поэтому умирают спокойно, хоть и болезненно. Ведь того, кого девушка убила вместо генерала, даже не сопротивлялся, не кричал от ужаса и боли. Это произошло достаточно спокойно. Может, пленник был рад, наставшей кончине. Дверь открылась. Перед девушкой появился доктор, которой раньше даже не заходил сюда. Лишь мельком заглядывал к ней и хищно улыбался.  — Пойдём. — спокойно проговорил тот, галантно подавая руку. Сирена растерялась из-за подобного действия страшного врача, но решила, что лучше не перечить, а сделать всё так, как полагается. Она смиренно вложила свою ладонь в его руку, покрытую кровью?  — Не смущайся. — заметив, её округлившиеся глаза, вздохнул мужчина. Для него это не было чем-то ужасным, хотя он лечил людей, оперировал, поэтому удивляться было нечему.  — Куда мы? — Сирена пыталась всмотреться в лицо загадочного гостя, чтобы понять, что её ждет дальше, но тот был холоден, как лёд. Доктор молча взглянул на неё, но ничего не ответил, лишь повёл девушку через коридор. Со стен сползала старая зеленоватая краска. В некоторых местах была отколота штукатурка, что придавало этому месту более устрашающий вид. Коридор был похож на тот, что показывают в ужастиках и пугал точно также. По телу пробежались мурашки. Впереди показалась дверь.  — И всё же… — пробормотала Сирена, пытаясь выведать у страшного доктора хоть что-то.  — Узнаешь. Лучше не нервируй меня, дорогая. — он протянул это устало, словно та была его дочкой, с которой он ехал на аттракционы, а она всё время спрашивала отца: когда мы приедем? Мы уже на месте? Ну папа! Они зашли в комнату. Лампочка на потолке изредка мигала и излучала противный жёлтый свет. Из-за освещения помещение становилось мерзким, словно стены были покрашены не краской, а кровью и рвотой бывших пациентов. Посередине стояло оборудование: койка; металлическая столешница, на которой находились разного рода приборы; стул, наверно, на нём сидел сам врач. За дверью Сирена услышала тяжёлые шаги, а затем в комнату вошёл Тайгро. Довольный собой, он прошёлся до койки и сел на тот стул, на котором, как она думала, должен сидеть доктор.  — Ну что-ж, начнём. — мужчина улыбался, а затем прищуренным взглядом посмотрел на темноволосую, которая явно не понимала в чём суть её нахождения в этом странном, жутком месте. Доктор более грубо схватил девушку за предплечье и усадил на кушетку.  — Ложись. — холодно произнёс мужчина в белом халате, вытирая руки от крови окровавленным полотенцем, который до этого висел на спинке стула. Сирена смиренно легла. Всё её тело дрожало от страха. Впервые с мольбой она глянула на своего истязателя, который лишь улыбался, а глаз, не закрытый повязкой, сверкал от предвкушения.  — Не надо… — девушка словно чувствовала, что сейчас произойдёт что-то страшное.  — Не бойся, Сирена, мы не сделаем тебе больно. Просто чуть-чуть сделаем неприятно, но ты же у нас сильная. Не будь таковой, не проникла бы сюда и не оказалась здесь. — Тайгро облизнул сухие губы. — Ты была так уверена в себе, а сейчас в страхе просишь, чтобы тебя помиловали. Пока Сирена слушала генерала, доктор вколол ей анестезию. От неприятного ощущения, девушка поморщилась, пытаясь понять, что произошло.  — Это местная анестезия, не очень большом количестве. — проговаривал доктор, обращаясь при этом к своему генералу.  — Хорошо, а если без неё?  — Тогда умрёт от болевого шока, а Вы хотели другого исхода, как я помню. — впервые Сирена увидела, как мужчина улыбнулся. Это был не оскал, а обычная улыбка.  — Да, ты прав. — задумчиво произнёс Тайгро, потирая затылок. Девушка немного расслабилась после укола. Её глаза чуть помутнели. Ярко красные радужки стали напоминать спелую черешню. Руки стали более ватными, тело ослабло ещё сильнее.  — Она уже выключается. — генерал встрепенулся, довольно наблюдая за процессом. Сирена мутным взором посмотрела на тигра, слегка улыбнувшись. Тот презрительно фыркнул, когда заметил приподнятые уголки губ девушки. — Давай, начинай.  — Сейчас. — доктор прижал темноволосую к койке, пристёгивая её руки и ноги, чтобы та не вырвалось, но под анестезией она даже не поняла, что с ней делают. Мужчина в белом халате отошёл к другому столику, положил что-то в карман своего костюма и уже со скальпелем вернулся к «пациентке». Ножницами, которые лежали на столике рядом с койкой, он разрезал белую штанину, оголяя бедро Сирены. Тайгро внимательно наблюдал, за происходящем, словно маленький ребёнок, увидевший что-то фантастическое. Доктор вооружился скальпелем и начал резать нежную белую кожу. Первое, что почувствовала темноволосая, это ужасную боль в ноге, где только что прошлись острым скальпелем. В попытке закричать, она поняла, что её рот тут же зажал Тайгро. Своей холодной и тяжелой рукой он накрыл рот девушки, довольно улыбаясь. На глазах выступили слёзы. Сирена попыталась дёрнуться, но всё тело было ватным, а кожаные ремешки крепко-накрепко прижимали конечности к кушетке. Тут, генерал приподнял её голову, заставляя смотреть на то, что делал доктор. Тот уверенными движениями разрезал прямую мышцу бедра, отчего темноволосая взвыла прямо в жёсткую ладонь и побледнела. Кожа сливалась с медицинским халатом врача. Она рыдала, пытаясь мотать головой в знак протеста, но генерал крепко держал её голову, сжимая волосы на затылке. Её выключало, но Сирена снова приходила в сознание. Снова и снова девушка созерцала этот ужас. Грудная клетка резко вздымалась и падала, пульс резко участился. Сил на слёзы уже не было. Глаза высохли и померкли. Вставив какой-то аппарат, в разрезанную ногу, доктор принялся зашивать бедро аккуратными стежками, словно вышивал на пяльцах красивый цветок. Девушка молчала, не пытаясь оказывать никакого сопротивления.  — Она же не сдохла? — пробормотал Тайгро, прощупывая пульс на шее. Сердце ещё билось, значит была жива.  — Нет, но могла терять сознание, Вы замечали такое?  — Да, несколько раз было. — фыркнул генерал, опуская голову девушки на кушетку. Снова садясь на стул, он сел поудобнее и расслабился. Для него это не было чем-то из вон выходящим. Мужчина видел трупы, своих мёртвых солдат постоянно. Порой сам проводил казни, истязал невинных людей, но делал это только тогда, когда становилось совсем скучно.  — Всё, готово. — сказал доктор, облегчённо вздыхая и с гордостью, смотря на свою проделанную ювелирную работу.  — Позову потом солдат, чтобы убрались здесь. Ужас кровищи, столько на полях битвы не видел! — Тайгро встал со стула, потягиваясь. Взгляд упал на тело Сирены, которое не подавало признаков жизни. — Смотри чтобы она не сдохла, иначе моему лучшему врачу придётся испытать подобное на себе без анестезии. — протянул Тайгро, удаляясь из комнаты. Девушка слабо дышала, поэтому издалека не было понятно: жива или всё-таки мертва? С лица стекали капли пота, падая на пол и перемешиваясь с алой субстанцией. Доктор бережно прошёлся йодом по швам на бедре и замотал бинтом свой медицинский шедевр.  — Теперь ты точно не сбежишь. — улыбнулся мужчина, садясь рядом с полуживой девушкой. — Теперь мы везде найдём тебя, куда бы ты не пошла.