Ты просто сумасшедший!

      Шумно. В аэропорту было слишком шумно для Чонгука. Долгий перелёт из Сеула вымотал его настолько, что путь через терминал до стоянки такси казался ему многокилометровым марафоном. Кивнув первому же попавшемуся таксисту, он передал ему свой чемодан и, дождавшись, пока тот загрузит его в багажник, сел на задние сиденья, положив рюкзак аккуратно рядом с собой. На вопросительный взгляд таксиста через зеркало заднего вида он передал ему записку с адресом, объяснив, что не говорит по-английски, и расслабленно откинулся на спинку сиденья.       Разумеется, Чонгук говорил по-английски, иначе он не поступил бы в один из лучших университетов Нью Йорка, но водителю такси об этом знать необязательно. Так же, как и необязательно знать о том, что он в принципе не сторонник общения. Нет, он не социопат, социофоб или что-то в этом роде. Он просто не любит тратить своё время на людей, предпочитая им чтение и рисование, да и элементарно не умеет поддерживать разговор с незнакомыми людьми.       Установив в телефоне карту Нью Йорка, он вбил своё местоположение и адрес назначения, на экране тут же обозначился маршрут и примерное время прибытия. Около сорока минут, не учитывая сегодняшнюю загруженность на дорогах. Пятница, вечер — пробки такие, что быстрее было бы дойти пешком. Но не с чемоданом…       Достав из рюкзака небольшой чёрный скетчбук и белый карандаш, парень передвинулся ближе к центру сидений и начал делать набросок дороги, глядя через лобовое стекло. Впереди между домами едва просматривалось небо, но солнце садилось сзади, поэтому уличный пейзаж красиво подсвечивался жёлто-оранжевым. Жаль, что под рукой не было цветных карандашей. Ожидание, пока пробка рассосётся, за рисованием проходило не так утомительно. Минут пятнадцать пролетели незаметно.       Задумавшись на минуту, Чонгук краем глаза уловил небольшое яркое пятно у дома чуть впереди. Приглядевшись, он понял, что это насыщенно розовый цвет волос парня, курящего около какого-то то ли бара, то ли кафе. «Фламинго», — пошутил он у себя в голове. Но тут его размышления прервал телефонный звонок. Взглянув на контакт, парень поморщился.       — Да, пап, я долетел нормально, — сказал он вместо приветствия.       — Ну вот и отлично, — ответили ему из динамика. — Если что-то случится или просто почувствуешь, что что-то не так, звони.       — Окей. Хосоку привет, и пока.       Чонгук понимал, что разговаривать с отцом грубо не стоило, ведь это он согласился оплачивать его обучение в Нью Йорке, купил ему билет и арендовал квартиру, лишь бы угодить сыну и его нелюдимым заморочкам, но по-другому у него не получалось.       Переключившись в телефоне на карту, он взглянул на линию маршрута — осталось около двадцати минут — неплохо. Но проблема в том, что сейчас они тупо стоят. Уже минут пять-семь. Вглядываясь в лобовое стекло, он постарался увидеть начало пробки и пытался понять, как долго им из неё выбираться. Телефон водителя зазвонил, и он, думая, что Чон ничего не понимает, начал объяснять кому-то на том конце, что везёт «какого-то мутного азиата в капюшоне и маске». Чонгук хмыкнул, но подпрыгнул от неожиданности, когда одна из задних дверей приоткрылась и к нему в ноги между сиденьями ввалился тот самый парень с розовыми волосами, знаками показывая ему закрыть дверь обратно. Сделав это чисто рефлекторно, Чон зло глянул на парня.       — Какого…? — начал было возмущаться он и потянулся снова к дверной ручке, чтобы вытолкнуть наглеца обратно, но парень приложил палец к губам и показал в окно.       Чонгук повернул голову, чтобы посмотреть, куда указывал парень, и увидел трёх амбалов, выглядывающих кого-то в толпе прохожих. Переведя взгляд обратно на парня, Чон внимательно оглядел его: светло-голубые джинсы с дыренями на все коленки, чёрная футболка с широким вырезом, круглые очки в тонкой аккуратной оправе и красивое, мать его, корейское лицо.       — Тебя ищут? — спросил он по-корейски, кивая в окно.       — Вау, земляк! — восхищённо, но полушёпотом сказал парень, протягивая ладонь, но Чонгук проигнорировал его желание получить «пять». — Ну да, меня. Не выпинывай меня обратно, потом совесть тебя загрызёт, если увидишь по телеку мою избитую тушку где-нибудь в подворотне. Так-то там их ещё двое на той стороне.       — Ты сделал что-то противозаконное? — серьёзно спросил невольный спаситель.       — Посмотри на меня и посмотри на них, — кивнул парень в окно. — Кто из нас выглядит более противозаконным?       — Я пробыл в Нью Йорке чуть больше часа и уже во что-то вляпался, похоже, — проигнорировал Чонгук вопрос и устало потёр виски.       — Да камон, всё нормально, — оптимистично улыбнувшись, успокоил его парень. — Сейчас немного отъедем, и я вывалюсь из твоей жизни обратно на серый городской тротуар.       Чонгук хмыкнул таким «завихренистым» фразам, но ничего не ответил, отвернувшись к окну. А парень тем временем продолжал валяться у него в ногах, так и незамеченный водителем, до сих пор болтающим по телефону, чтобы развлечь себя в этой пробке. Амбалы, между тем, продолжали патрулировать улицу, и один из них подошёл к самой дороге, находясь в опасной близости от такси, в котором прятался объект его поисков. Чонгук напрягся, косясь на парня, и тот, поняв, что угроза близка, нырнул ещё дальше вниз. Переместив свой рюкзак в ноги, Чон прикрыл выпирающие коленки парня, а тот показал ему большой палец откуда-то с пола. Походив между машинами, лысый качок махнул рукой и пошёл к остальным.       Опасность миновала, но Чонгук не спешил говорить об этом парню. Он смотрел на него сверху вниз и даже сам не заметил, как залип на его розовых волосах — они выглядели такими мягкими, что к ним очень захотелось прикоснуться. «Эм, что?» — одёрнул себя сразу же Чон и поспешил успокоить парня.       — Всё хорошо, они ушли, — сказал он тихо, внимательно оглядев тротуар по обе стороны от дороги.       Осветившийся улыбкой парень начал было подниматься, но таксист, заговорившись по телефону, не заметил, что пробка сдвинулась, и осознав, что его освободившееся место могут сейчас занять, резко дал по газам. Чонгука дёрнуло назад, парень перекатился, зашипел от боли и вцепился Чону в щиколотку.       — Ты чего? — спросил он, косясь на свою ногу, на которой явно останутся синяки от такой хватки.       — Твою ж медь, — сквозь зубы процедил парень, — ты мне на пальцы наступил, мать твою.       — Оу, сейчас, — попытался поднять ногу Чонгук, но упёрся коленом в переднее сиденье. — Чёрт, не могу сдвинуть ни на миллиметр. Попробуй как-нибудь помочь мне, что ли.       — Ауч, ещё больнее, — прошипел парень, морщась, — я слышу хруст.       — Чёрт, чёрт, прости, — начал паниковать и ёрзать на сиденье Чон, но парень так и оставался в ловушке.       Он жмурился от боли, закатывал глаза и тихо матерился себе под нос. Бедный парень всё пытался выдернуть руку, изворачиваясь и цепляясь второй рукой за щиколотку Чонгука. Он бился головой о колено Чонгука, понимая глупость и безысходность ситуации, а тот сидел, наблюдая за его действиями ошарашенными глазами. Минут через пять незваный гость, не выдержав, прорычал сквозь зубы:       — Да завались ты хотя бы на сиденье и повернись боком!       Опешив от такого приказного тона, Чонгук выполнил то, что ему было сказано, а парень наконец отпустил его многострадальную щиколотку и тут же прижал руку к своей бедной отдавленной кисти.       — Жить будешь? — тихо поинтересовался Чонгук, разглядывая ужасный на вид след от его собственной подошвы, перекосивший пальцы и тыльную сторону ладони парня. Печальное зрелище.       — И угораздило же меня нарваться на любителя протекторной подошвы, — вздохнул парень, осматривая руку. — Надеюсь, что пальцы не сгибаются из-за того, что рука просто затекла… Сука, как же больно.       — Прости, — виновато поджал губы Чон, а парень удивлённо вскинул брови.       — За что ты извиняешься? Ты спас меня от тех мышцастых и грудастых. Ну подумаешь, чуть наступил, так это же не твоя вина, просто такси дёрнулось. Я не на тебя матерюсь, а просто от боли. Сейчас я немного приду в себя и на следующем светофоре так же технично сольюсь, как и пробрался сюда.       — Погоди, — поднял палец Чон, заходя в приложение, — до моего дома… пять минут. Зайдёшь, подержишь руку под холодной водой, надеюсь, хоть немного поможет.       — Вот так просто пустишь незнакомца к себе в квартиру?       — Чон Чонгук, — вместо ответа сказал он.       — Ким Тэхён, — хмыкнул «фламинго». — Клёвый пирсинг, — добавил он, кивая на штангу в брови Чона.       — Клёвый цвет волос, — монотонно отозвался тот, вызвав очередную усмешку.       Такси остановилось возле пятиэтажного кирпичного дома, и Тэхён, кряхтя и охая, выполз из машины, пока водитель обходил её с другой стороны для того, чтобы достать чемодан из багажника. Расплатившись, Чонгук попрощался с таксистом и направился к ожидающему его около подъезда Тэхёну, который с трудом прикурил сигарету одной рукой.       — Пойдём, кажется, третий этаж, — бросил он, проходя мимо курящего парня, а тот, выбросив недокуренную сигарету, поспешил за ним.       Чонгук достал из почтового ящика ключ и поднялся на третий этаж. Сверившись с номером квартиры на ключе, он нашёл нужную дверь и вошёл в своё новое место обитания. Вошедший вслед за ним Тэхён каким-то образом придал ему уверенности в себе, и он, оставив чемодан и рюкзак на пороге, отправился на осмотр квартиры. Квартирка была небольшая, но светлая, а главное, она была обставлена всей необходимой мебелью и техникой.       — Миленько, — констатировал Тэхён, внимательно и беззастенчиво осматривая гостиную, кухню и спальню. — Ты из богатеньких, что ли?       — У отца бизнес в Сеуле, — безразлично ответил тот, проверяя, работает ли телевизор. — И если я не хочу жить в общаге, он может себе позволить арендовать мне квартиру.       — А почему ты не хочешь жить в общаге? — удивился парень, заходя в ванную и включая холодную воду в раковине. Опустив руку под струю воды, он вздохнул с облегчением. — Да и пофиг, не хочешь — не отвечай.       — Просто я не люблю общаться с людьми, — пожал плечами Чонгук, когда вошёл вслед за ним в ванную с небольшим полотенцем для рук.       — Да? — посмотрел на него через плечо Тэ и поднял брови. — Ну тогда одно из двух: либо я не человек, либо мне снится, что ты со мной неплохо так общаешься уже около получаса.       — Эм… — Чонгук и сам на мгновение подвис, но, хмыкнув, выдал: — Ты не человек, ты — розовый фламинго.       Тэхён рассмеялся, а у Чонгука в голове произошёл когнитивный диссонанс — смех был таким низким и пробирающим до мурашек, что казалось, этот милый паренёк в очках ну никак не мог быть источником таких звуков. Такой смех больше подошёл бы какому-нибудь Брэду Питту, ни больше, ни меньше. Он даже внимательнее присмотрелся к парню — забавная взъерошенная розовая птичка. Ну точно фламинго.       — Ох, похоже, я переморозил руку, — отвлёк его от мыслей Тэхён, — теперь придётся включать горячую и отогревать, — и опять этот смех, но уже тихий.       — Нет, давай, может, чаю попьём? — предложил вдруг Чонгук, а сам подумал: «Я? Что-то сам предлагаю? Я, видимо, не в себе после перелёта».       — Да кто я такой, чтобы отказываться? — подмигнул парень и, помахивая травмированной и перемороженной рукой, пошёл на кухню. — А чай-то тут есть вообще?       — Хозяйка говорила, что где-то в шкафчике над чайником, — пробубнил себе под нос Чонгук, открывая и закрывая дверцы шкафов в кухонном гарнитуре.       — Ох, хозяюшка, — вздохнул Тэхён и, открыв первый же шкафчик, достал пакетик чая.       — Как ты…? — не понял Чон, но взял у него чай и обиженно спросил: — Может, ещё скажешь, где тут кружки?       — Предполагаю, что над раковиной, — пожал плечами Тэхён и сел обратно на стул.       Чонгук залил воду в чайник и поставил его на плиту, открыл шкафчик над раковиной и, сжав губы в тонкую полоску, достал две кружки. Тэхён, заметив это, закусил губу, сдерживая смех.       — Как тебе в Нью Йорке? — спросил он, отвлекаясь от бытовой темы. Парень явно был на «вы» с самостоятельностью, и было очевидно, что он впервые путешествует без родителей.       — Даже не знаю, пока мне только встретились болтливый таксист, мутные амбалы и розовый фламинго.       — Что, это теперь моё официальное прозвище? — посмеялся Тэ. — Ну а так — неплохой набор для этого города, я считаю.       — Давно ты здесь?       — О боже, ты задал мне вопрос! — приложил руки к щекам Тэхён, а Чон закатил глаза. — Я здесь три года. Приехал учиться, но сейчас я в академическом отпуске.       — Работаешь?       — Да. Работаю. Ну как, «работаю», немного фрилансю. На самом деле я уже «самообразовался» достаточно для того, чтобы вообще не ходить больше в универ, но так дела не делаются, конечно. Поэтому я просто сделал паузу в обучении.       Разлив чай по кружкам, Чонгук сел за стол напротив Тэхёна и, пожав плечами, извинился:       — К чаю ничего нет. Придётся пить чай так.       — Не страшно, я частенько пью чай «с таком»… Ох, с ума сойти, ты умеешь улыбаться! — театрально приложив пальцы к губам и округлив глаза, восхитился Тэхён.       — Я обычно устаю от болтливых людей, но от тебя почему-то нет, — признался Чон. — Может, это из-за того, что я утомился за время долгого перелёта и у меня нет сил злиться?       — Всё может быть, — улыбнулся парень, в три больших глотка допивая чай и вставая из-за стола. — Давай проверим это завтра.       — Проверим что?       — Буду ли я раздражать тебя своей болтливостью, когда ты отдохнёшь, — объяснил Тэ, обуваясь. — Я могу провести тебе небольшую экскурсию и показать дорогу до твоего университета, студент. Если ты, конечно, не боишься меня, — добавил он в конце зловещим голосом.       Закрывая за ним дверь, Чонгук не чувствовал ни злости, ни неприязни к своему новому знакомому. Последние сутки выдались очень и очень утомительными, но вместо раздражения он чувствовал просто небольшую усталость. Для него это было в новинку. Неужели это так называемый «воздух свободы»? Или, может быть, начавшаяся самостоятельная жизнь практически без зависимости от отца и старшего брата? А, может, это влияние этого весьма странного парня Ким Тэхёна?       Но на сегодня ему уже хватило впечатлений, поэтому, приняв душ, он отправился спать. Разглядывая потолок и размышляя о сегодняшнем дне, Чон в очередной раз убедился, что поступил правильно, уезжая из Сеула. Если бы мама была жива, он ни за что бы не решился на это, но покидать отца и брата было не так волнительно. Более того, кажется, он впервые за несколько лет вздохнул с облегчением. Бросив взгляд на часы на дисплее телефона, которые показывали третий час ночи, он прикрыл глаза и уснул.

***

      Утром он решил на свежую голову пройтись по квартире и обнаружил заботливо оставленный хозяйкой квартиры листочек с нужными номерами телефонов, среди которых был номер доставки еды. Как мило с её стороны. Не откладывая в долгий ящик, он заказал себе всякой вредной еды на поздний завтрак, ну или ранний обед, ведь проснулся он лишь к полудню.       Еду принесли очень быстро, и голодный парень с удовольствием набросился на жареные крылышки, запах которых он учуял ещё до того, как курьер постучал к нему в дверь. Допивая колу, он бросил взгляд на свой скетчбук, на котором был нарисован вчерашний пейзаж — машины, стоящие перед ними в пробке, дорога, уходящая вдаль, дома по обеим её сторонам… а вот и тот то ли бар, то ли кафе, возле которого стоял Тэхён. И всё-таки интересно, кто были те мужики и чего они не поделили с Кимом? И это был первый раз за сегодняшний день, когда он вспомнил о вчерашнем знакомом и его предложении провести сегодня мини-экскурсию. Интересно, он ещё не передумал? И как об этом узнать, ведь они даже не обменялись номерами телефонов. Да даже если он и не придёт, то и фиг с ним. Да ведь? По крайней мере, Чонгук усиленно себя в этом убеждал, ведь он не любит общаться с людьми… Но это же не человек, это фламинго. Ха.       Сумбурность мыслей Чонгука достигла апогея часам к трём дня, и как раз в это время в его дверь постучали. Подскочив с дивана, парень поспешил открыть гостю.       — А вот и я — твой персональный гид на сегодня, — вместо приветствия начал Тэхён, ярко улыбаясь, и Чонгук чуть не ослеп от его улыбки. — Надеюсь, ты уже проснулся и насиделся, потому что мы будем ходить пешком.       — Да, я отдохнул, — подтвердил он, обуваясь и раскладывая по карманам ключи, кошелёк и телефон.       — Ну тогда вперёд, друг мой, навстречу приключениям!       — Каким ещё приключениям? — не понял Чонгук, закрывая дверь и спускаясь вслед за Кимом.       — Это просто фраза красивая, — бросил парень через плечо, выходя из дома.       Хмыкнув, Чонгук пристроился к парню и уверенно зашагал рядом с ним. В этот субботний день на улице было не так уж и много народу, либо район, в котором остановился Чон, был не таким густонаселённым. По крайней мере, парень думал, что им придётся лавировать между людьми, с трудом уходя от столкновений, а они шли вполне себе свободно. Хотя и пустыми улицы назвать было сложно.       — О чём призадумался, земляк? — вырвал его из мыслей ни о чём его персональный гид.       — Да так, просто иду.       — А я тут перед тобой распинаюсь и уже третий раз говорю, что вот тут ты можешь покупать себе хавчик и всякую лабуду, — с некоторыми нотками раздражения сказал Тэхён. — Хотя погоди, не так сформулировал. Вот в этом небольшом, но зато круглосуточном супермаркете ты можешь покупать себе продукты и предметы первой необходимости. Да, так будет лучше, я же всё-таки вполне себе приличный гид и просто обязан оставить о себе хорошее впечатление.       — Спасибо, я понял, — опустив голову, ответил Чонгук, пытаясь скрыть улыбку.       — Воот, — протянул парень и показал рукой куда-то неопределённо вперёд, — а там за углом уже твой университет. Родаки тебе нормально выбрали квартиру, она прямо в пятнадцати минутах ходьбы от нужного тебе места. В любом случае лучше, чем ездить в утренний час пик по этим пробкам. Как я их ненавижу. Ну, ты уже вчера успел с ними познакомиться.       — Да, я вчера с ними познакомился, — подтвердил Чонгук, — и не только с ними. Не скажешь мне, кто были те амбалы, от которых ты скрывался?       — Когда-нибудь, возможно, — пожал плечами парень и перевёл тему. — Я никак не могу взять в толк, сколько тебе лет? Вроде ты не выглядишь на школяра, который только что поступил в универ.       — Вообще-то, это моё второе высшее, — поднял бровь Чонгук, — мне двадцать четыре.       — Да ладно? — удивился тот, даже остановившись и внимательно вглядевшись в лицо парня. — Я бы тебе больше двадцати не дал.       — Двадцати раз?       «Господи, что я несу?», — мысленно дал себе затрещину Чонгук.       — О. Май. Гад. — расставляя паузы, с выражением полного восхищения произнёс Тэхён. — Чон Чонгук умеет шутить?       — Ой, заткнись, — махнул рукой и нахмурился Чон, а Капитан Неловкость взял под полный контроль управление его головой и перекрыл все связи мозга с языком от греха подальше.       — Ой, да ладно, не парься, у меня всё нормально с чувством юмора, — успокоил его парень. — Да и вообще, я как-то больше тяготею к тому, чтобы брать, а не давать. Уа-ха-ха… — А нет, не успокоил.       Капитан Неловкость дёргает стоп-кран, и Чонгук встаёт как вкопанный. Помотав головой, он на всякий случай переспрашивает:       — Чего? — хотя, конечно, хотелось бы задать более развёрнутый вопрос, ну уж как получилось. А парень аж зашёлся смехом. Опять. Этот. Смех.       — А вот у тебя, походу, с ним беда, — толкнул его локтем в бок Тэхён. — Забей, — «Ага, забей, да как же», — пролетело у Чона в голове. — Пришли уже, вот твой университет. Ты хоть дорогу-то запомнил или шёл и ворон считал?       И ворон, и воробьёв, и пару инфарктов насчитать успел, да.       — Да, я запомнил. — И совсем необязательно говорить ему о том, что Чонгук ещё вчера, лёжа в кровати, зашёл в приложение на телефоне и внимательно изучил нужный ему маршрут.       — Я тебе сказал о том, что твои родители сняли тебе квартиру в очень удобном месте, — с хитрым прищуром сказал Тэхён, — но моя квартира находится в ещё более удобном месте. А? Как тебе такое, Чон Чонгук? — спросил он, указывая на дом через дорогу от университета.       — Ты что, тоже учишься здесь? — не понял Чон, переводя взгляд от здания университета до дома Кима.       — Ну как, учусь… числюсь, — развёл руками парень. — Я ж говорил, академ взял. Не доучился всего год. Это ж ты у нас — гений. Второе высшее.       — На самом деле я просто хотел ещё немного потянуть время и не работать, — нахмурившись, возразил Чонгук и решил срочно менять тему. — Ты не голодный? Или, может, пить хочешь?       — Пить — это хорошая идея, — согласился с ним Тэ и чуть подтолкнул в нужную им сторону. — Есть здесь небольшой и очень уютный подвальчик с барной стойкой и хорошей выпивкой.       — Выпивкой? В середине дня?       — А что тут такого? Во-первых, сегодня выходной. Во-вторых, это на улице выпивать нельзя, а в специально отведённых для этого местах — можно. Мы уже, кстати, пришли, — кивнул Тэхён на неприметные ступеньки вниз и предложил Чонгуку идти вперёд. — Бары здесь работают с двенадцати дня, а некоторые даже круглосуточно.       Аккуратно спустившись по довольно крутым ступенькам, они вошли в бар, спрятанный от яркого уличного света, что придавало ему уютную атмосферу. Удобно расположившись за барной стойкой, парни заказали пиво. Место было каким-то домашним, комфортным и мягким, чего от бара Чонгук совсем не ожидал. Несколько столиков с удобными диванчиками располагались вдоль стены, по центру был небольшой танцпол и в дальнем углу — комната для караоке. В это время здесь никого не было, только какой-то не мужик, а скорее «шкаф два на два» сидел на барном стуле с противоположного конца стойки и пил как не в себя. Он то и дело бросал на парней хмурые взгляды, но Чонгук, сидя полубоком к нему, этого не видел.       — Я и не знал, что ты живёшь так близко ко мне, — заговорил Чонгук после того, как Тэхён сделал паузу в своей ничего не значащей болтовне и слегка призадумался, бросая короткие незаметные взгляды за спину Чона.       — Ага, — согласился Ким спустя несколько секунд, — так совпало.       Чонгук хотел было сказать что-то ещё, но его мысли сбил мужик, неожиданно подошедший к ним, оторвавшись от уничтожения всех запасов выпивки. Он оглядел Чона с головы до ног, пьяно облизнулся и с ухмылкой сказал:       — Эй, красавчик, не желаешь прогуляться? А то сидишь тут, кормой светишь.       — Чего? — не понял Чон, а Тэхён незаметно соскользнул со своего стула и скрылся из поля зрения.       — Ооо, тебе больше не наливать, — донёсся голос бармена, но мужик его проигнорировал, продолжая пьяно скалиться.       — Погнали, говорю, малыш, ко мне домой, — повторил он своё предложение и в подтверждение своих намерений положил руку на его плечо.       — Извини, пупсик, но красавчик занят. — Возник вдруг ниоткуда Тэхён и со всей дури шлёпнул мужика по заднице.       Он схватил Чонгука, округлившего от этой картины глаза, за руку и потащил на выход из бара, а бордовый от злости мужик с рёвом рванул за ними, но тут же рухнул на пол. С изумлением посмотрев на свои ноги, он увидел, что шнурки на его армейских ботинках были связаны крепким узлом, и начал кидать вслед убегающим парням проклятия, пытаясь развязать его. А бармен опустил голову, скрывая улыбку, и пробормотал себе под нос, качая головой:       — Ох, Тэхён, опять в своём репертуаре.       Парни бежали со всей скоростью пару кварталов, а когда остановились отдышаться, Чонгук, задыхаясь еле выдавил из себя:       — Ты… ты просто… ты просто сумасшедший! А если бы шнурки порвались? Да он бы нам шеи одной левой переломал!       — Если бы да кабы, — отмахнулся Тэхён, улыбаясь во весь рот. — Ну не порвались же, чего теперь ныть?       — Я не ною, я негодую!       — Один фиг, — пожал плечами парень и, выпрямившись, пошёл в сторону ближайшего парка, а Чонгук, помотав головой, поспешил вслед за ним.       В парке было тихо и спокойно, обычно здесь либо занимаются спортом бегуны утром и вечером, либо гуляют с собаками. Это был небольшой и скорее полудикий парк с минимумом облагороженных дорожек. Чону здесь понравилось. Из-за плотно стоящих друг к другу деревьев шум улицы был сильно приглушён, и эта почти загородная тишина неплохо успокаивала. Минут через пятнадцать Чонгук немного отошёл от шока, и Тэхён, заметив это, вернулся к теме.       — Ты спрашивал меня, что я не поделил с теми амбалами. Вот сейчас как раз к слову пришлось — один из них сделал мне такое же предложение, как и этот мужик сегодня тебе. Шнурки у всех пятерых я завязать не успел бы, поэтому просто послал его нахуй, — ухмыльнулся он, увидев вновь округлившиеся глаза парня.       — И ты не боишься вот так вот…       — Ну ты же меня спас, — подмигнул Тэ.       — Но я хотел выкинуть тебя обратно! — начал возмущаться Чон.       — И спасибо ещё раз за то, что не выкинул, — искренне улыбнулся парень.       — И часто ты ходишь по таким вот… барам?       — Не очень часто, — пожал плечами Тэхён. — У меня есть и другие варианты, как можно отдохнуть.       — Ты это называешь отдыхом? — возмутился Чонгук. — Да тебя за два дня чуть дважды не прибили!       — И что мне теперь, сидеть в четырёх стенах? Я же говорю, есть другие варианты, — не соглашался с таким негативом парень. — Хочешь, покажу?       — Мне уже страшно.       — Чон Чонгук боится? — поднял бровь Тэхён. — Это что-то новенькое.       — Да для меня всё новенькое, с момента нашей встречи, — проворчал Чон.       — Ах, как романтично это звучит, — приложив руки к груди, томно произнёс Ким, но переведя глаза на изумлённый взгляд парня, залился басистым смехом.       Нет, это не фламинго, это какая-то дикая розовая канарейка. Хотя таких и не бывает, да и бзиканутых таких он тоже видит первый раз. И как бы он ни пытался начать грубить, у него никак не получается, потому что парень просто лучится оптимизмом, альтруизмом, похуизмом и всякими разными другими «-измами». В общем, та ещё выдающаяся личность повстречалась на его одиноком, нелюдимом и замкнутом жизненном пути.       Невозможно было не улыбнуться в ответ на немного дикую, но до безобразия счастливую улыбку парня, хотя Чонгук старался и весьма неплохо. С одной стороны, он постоянно показывал свою незаинтересованность, но с другой — не отказывался ни от одного предложения Тэхёна, а тот будто и не замечал этой двойственности.       Они гуляли в парке до самого вечера, а когда начало темнеть, Тэхён предложил:       — Ты, наверное, проголодался? Вот лично я бы слона съел.       — Да, можно было бы зайти в кафе.       — Ой, кафе — это скучно. Пойдём-ка я тебя одной вкуснятиной угощу.       И в этот раз Чонгук тоже не смог отказаться от такого заманчивого предложения, поэтому Тэхён уверенной походкой повёл его к выходу из парка. Почти у самых ворот он остановился и победно указал на их конечный пункт назначения. Проследив взглядом за рукой парня, Чонгук удивлённо вскинул брови, увидев тележку с хот-догами.       — Серьёзно? Они ещё работают? Я такие видел только в фильмах, и то в тех, которые были сняты ещё до моего рождения.       — Ага, — счастливо улыбнулся Тэхён и поспешил к тележке.       Продавец хот-догов тепло поприветствовал их и с удовольствием начал накладывать начинку в аппетитные тёплые булочки.       — И это ты называешь вкуснятиной? — скептически настроенный Чон осматривал свой хот-дог, отойдя от тележки на шаг.       — После того, как ты его попробуешь, ты скажешь, что ничего вкуснее в жизни не ел, — с довольной улыбкой пообещал ему Тэ, принимая от продавца второй хот-дог и зачем-то заказывая третий.       — Ну окей, поверю тебе на слово, — пробормотал Чонгук, пробуя первый кусок. Под пристальным ожидающим взглядом Кима он едва не подавился, но проглотив всё же последний кусок, согласился. — Ладно, убедил, «вкуснятина».       Ким довольно улыбнулся и, расплатившись, взял третий хот-дог и куда-то побежал. Проследив за ним взглядом, Чонгук открыл рот в удивлении, когда увидел, что тот отдаёт его бездомному, сидящему возле ворот. И он не просто отдал и ушёл, а поздоровался, удобно устроился рядом с ним и начал есть свой хот-дог. «Какого чёрта?» — не понял Чон и пошёл в их сторону.       — Чонгук-и! — обрадовался Тэхён, когда тот подошёл и встал рядом с ними. — Познакомься, это Роберт, можно Роб или просто Бобби.       — Здравствуйте, — кивнул он в ответ на приподнятую в приветствии шапку.       — А мы тут просто болтаем, — с улыбкой объяснил Тэ. — Бобби иногда бывает скучно, ведь он совсем один и у него нет друзей. Ну кроме меня, конечно.       — Вы друзья? — удивился Чон, переводя взгляд от одного к другому.       — Мы позавчера познакомились, — объяснил парень, положив руку Роберту на плечо. — И я уже третий день составляю ему компанию. Думаю, я самый близкий его приятель.       Бобби расплылся в счастливой улыбке, и его глаза заблестели от слёз, отчего Чонгуку стало немного неловко. Как такое возможно вообще? Позавчера познакомились, а уже друзья. Хотя и с Чоном они всего лишь сутки знакомы, а уже… что? Парень вдруг неожиданно понял, что общается с Тэхёном абсолютно спокойно уже целый день и не чувствует желания отвернуться и закрыться, как это бывает обычно. Это же каким притягательным должен быть человек, чтобы вот так располагать к себе совершенно разных людей и даже таких нелюдимых как Чонгук. Чон смотрел на него, а тот болтал с Бобби без умолку и смеялся. Парню совершенно не жалко было поделиться с человеком своим хорошим настроением, чтобы скрасить его одинокий вечер. Они действительно общались как приятели — никакой брезгливости, никаких нравоучений или жалости со стороны Тэ он не замечал.       Доев свой хот-дог, Тэхён встал и тепло попрощался с Бобби. Чонгук тоже кивнул ему, и парни вышли из парка.       — Ничего не хочешь мне объяснить? — спросил после слегка затянувшегося молчания Чонгук.       — По поводу чего? — не понял Тэхён, неторопливо вышагивая в сторону дома Чона.       — С чего ты вдруг начал дружить с бездомным?       — Я тебе уже всё объяснил, — отмахнулся парень. — Что тебя удивляет вообще?       — Всё, — поразился такой невозмутимости Чон. — Люди обычно не дружат с бездомными.       — Ты ещё не понял, что меня не волнует, что люди делают обычно? Значит, мы ещё мало времени провели вместе, — улыбнулся Тэхён. — Как насчёт завтра?       — А что насчёт завтра?       — Сходим ещё куда-нибудь? — Тэхён остановился и достал из кармана сигареты и прикурил одну. Чонгук огляделся и понял, что они уже подошли к его дому. И вот вроде бы обычное дело — сходить куда-нибудь, но у Тэхёна что ни день, то какие-то приключения.       — Мда, вопрос вопросов, — сказал Чон и ухмыльнулся. — Давай телефонами обменяемся.       Тэхён молча достал свой телефон из кармана, разблокировал его и протянул Чону. Тот записал свой номер и спросил:       — Как подписать контакт?       — Подпиши «Малыш Гуки», — улыбнулся парень, выдувая дым ему в лицо.       От чего именно Чон закашлялся — от такого обращения или от сигаретного дыма — он и сам не мог бы сказать наверняка. Тэхён не переставал его удивлять. Вопросительно подняв бровь, он посмотрел на Кима, но тот продолжал молча курить, поэтому Чон подписал контакт так, как ему сказали, так и не поняв, шутка это или что вообще. Нажав на дозвон, он дождался гудков и сбросил вызов.       — А как ты меня запишешь? — вопросительно посмотрел на него Тэхён.       — «Тэхён», — невозмутимо ответил Чон и пожал плечами. — Или ты предпочитаешь «Розовый фламинго»?       Тэхён посмеялся, а Чонгук понял, что ему уже пора бежать домой, потому что чем больше он слышал этот смех, тем более странные чувства он у него вызывал. А мурашки, они же просто от холода, да? Ведь к вечеру похолодало, всё правильно. Волосы, поднявшиеся на руках и на затылке, тоже от холода, и смех тут совершенно ни при чём. Абсолютно точно не имеет к этому никакого отношения. Чёрт.       Бросив на прощание «Ну, до завтра, что ли», Чон быстрым шагом, не оборачиваясь, зашёл в подъезд. Вернувшись домой, он никак не мог привести мысли в порядок. Он не отрицал, что общение с Тэхёном ему нравится, но не понимал, почему сам Тэ вызывает у него странные чувства. Какое-то восхищение и желание быть таким же, как он, так же радоваться мелочам и быть открытым миру и людям.       Чонгук включил телевизор и бездумно переключал каналы, в то время как мысли блуждали в его голове, но он не мог зацепиться ни за одну. Перед сном ему позвонил отец.       — У тебя всё в порядке, Чонгук?       — Да, пап, всё нормально. Что здесь может со мной случиться?       — Я знаю, что ничего, — задумчиво ответил тот, — просто интересуюсь.       Не видя особого смысла общаться, Чонгук попрощался и положил трубку. И зачем он ему каждый день названивает? Ему уже не десять лет, чтобы контролировать каждый его шаг и носиться с ним как курица с яйцом. Раз уж отпустил его, то и не надо тогда держать на коротком поводке. Этот звонок немного вывел его из себя, и, выключив телевизор, он решил пойти спать.       Но сон никак не приходил, до сих пор сказывалась разница во времени. Хотелось бы, чтобы к началу учёбы он вошёл в местный режим. Чонгук был прилежным студентом и ответственно относился к учёбе. Не сказать, что он был лучшим в университете, который окончил в Сеуле, но репутация среди преподавателей у него была весьма положительная. Для поступления на второе высшее ему нужны были рекомендации от первого университета, которые ему с большим удовольствием предоставили. Осталось ещё несколько дней, и он с удовольствием погрузится в учёбу, и он ждал этого с нетерпением. Ему нужно было занять голову новыми знаниями и заданиями, потому что сейчас его мысли кружили исключительно вокруг его нового знакомого. Сегодня на прогулке он несколько раз засматривался на Тэхёна, когда тот на что-нибудь отвлекался. Больше всего его привлекали эти смешные, слегка взлохмаченные розовые волосы и, конечно же, его смех. «Спокойно, Чонгук, ты просто нервничаешь в новой стране, а это твой единственный знакомый здесь. Надо просто успокоиться», — убеждал он сам себя. И опять он уснул уже ближе к утру.