Меж миров, сказка в полнолуние.

А может ну его этот экзамен, и как Иноске пойти напролом и прийти раньше времени? Да не, фигня мне лень… Примерно с такими мыслями шагала по лесу я, как на меня напал демон самый обычный на человека похож, но не глазами и всё. «Что?» — подумала я, видя, как тот полетел на меня с целью съесть, ха? Наивный. И всего за секунду спустила его голову с плеч на, что та начала проклинать меня и тому подобное. «Так магией крови он не обладает, да здесь никто магией крови не обладает. Из всех здешних слабаков он сильнейший, вроде» — поняла я это из-за того, что другие демоны, что были здесь не далеко от меня и него соответственно. И они просто не рискнули напасть. Вот уже рассвет, — ура! — можно поспать. Завалившись на ближайшей солнечной поляне, уснула чутким, но спокойным сном.

***

Неделя пролетела незаметно, за все дни я убила около восьми демонов, и это только те, кто в открытую нападали на меня, а другие пять мне просто по дороге попались. Ни у кого не было магии крови, слабые они. Их даже обычный, только начинающий свою карьеру мечник, способен с ними справится, а уж тем более мне вообще как два пальца об асфальт, все же тренеровок и с Санеми не оказались провальными и дали свои плоды. — Мы рады что вы вернулись в добром здравии, — произнесли мальчик с девочкой. — Вы прошли финальный отбор в истребители демонов. Сейчас мы снимем с вас мерки… Но договорить Канате-саме не дал Генья.  — Катана, где моя катана? Дайте мне мою катану, самоцветную! — закончил свои разглогольства младший Шинадзугава, ожидая ответ на свой вопрос. — Сначала, — снова договаривая слова сестры продолжил Кирия-сама. — Мы снимет ваши мерки чтобы сшить форму истребителей, — объясняли младшие семьи Убуяшики. Каната-сама похлопала в ладоши и к нам подлетели вороны. — Это вороны Уз — охотники используют их как средство для поддержания связи. — Да не буду я заботится об этой птице, — ударяя бедное создание сказал Шинадзугава младший. «Каков идиот, » — подумала я, наблюдая за сложившейся картиной со стороны. Как вдруг Генья подошёл к Канате-саме и схватил ту за волосы с криками о катане. Танджиро хотел помочь девочке, как я его перегнала, ни кто из присутствующих не заметил, как я подошла к Генье и Канате-саме, и схватила Генью за руку, тот рефлекторно отпустил волосы девочки, и в эту секунду я быстрым движением роняю его на дорожку и обездвиживаю. Кинула на землю я его от души, так что по гальке прошла трещина. Все были в шоке кроме Убуяшики и Цуюри-чан ведь те видели, на что я способна, а другие, увы, нет. Генья барахтался и пытался вырваться из моей хватки, схватила я его так, как Игуро держал Танджиро во время суда, но и при этом полностью обездвижев его тело, Генья пытался сделать вздох, как я сказала загробным голосом. — Сделаешь даже самый обычный вздох, твои сосуды лопнут, и ты умрёшь, совершенно спокойно сказала я. — Сейчас же извинись перед ней, — сказала я, ождидая ответа, и ослабила хватку, не обращая внимания на шокированные взгляды в свою сторону стала ждать пока тот ответит. — С чего я должен перед этой малявкой извиняться?! — с не скрываемой ненавистью сказал черноволосый. — Да с того что эта «малявка» младшая дочь господина Убуяшики, Главы истребителей демонов, ты даже говорить с ней в таком тоне не смеешь или даже не так посмотреть в их сторону. Всё понятно? — задала вопрос я ему с каменным лицом и загробным голосом. И особенно выделив слово «малявка» сказала я. — Д-да, — не уверено и, скорее пришибленно, сказал парень, видно сильно испугавшись меня. Я отпустила его и стала ждать действий брюнета. — Простите меня, — поклонившись, сказал парень под моим убийственным взглядом. — Спасибо, Дайа-сан, — произнесла Каната-сама, да, моё имя здесь никто нормально за этот год так и не сказал. — Не надо меня благодарить, Каната-сама. Я просто дала по заслугам тому, кто не уважает Вашу семью, — сказала я, выделяя предпоследнее слово, встав на колено перед девочкой. От такого жеста почти все присутстующие снова удивились, но быстро отошли от шока, так как Кирия-сама сказал про слитки Тамахагане, и все переключили внимание на него, за что я благодарна, ведь я не люблю привлекать внимание, и он это знает. После этого я вспомнила инцидент десяти месяцев до.

***

Через месяц после того как Санеми стал Столпом. — Эй, мелочь, я вернулся, а значит и «тренировки» (кодовое название мучений) начинаются, — произнёс Столп Ветра. — Да заткнись ты! Через пару мгновений слышу я звереющий голос своего мастера. Высунув свою голову через приоткрытую сёдзи передо мной разыгралась смешная картина; Санеми кричал с искаженной от злости лица, на мальчика, тот же отвечал тем же, да и выглядели они как отец с сыном что то не поделивших между собой. Увидев меня, мальчик, видно, посчитав меня женой Столпа, побежал ко мне и начал плакать, прячась у меня где-то в груди, так как я опустилась на колени перед ним. — Тётя, ваш муж меня обижает, отругайте его! — сказало мне это чудо, на его слова Столп опешил и завис. На его слова я посмеялась и произнесла с милой улыбкой на лице. — Он не мой муж, я его ученица и учусь у него, не плачь, он больше тебя не обидит. Я за этим прослежу, — всё так же улыбаясь, сказала я. Мальчик, поняв свою ошибку, покраснел и прижался ещё ближе. — Если ты подумала, что из-за этой мелочи, ты будешь отлынивать от тренировки, то ты ошибаешься, — грозно смотря на нас, произнёс Столп. — Даже в мыслях не было, мастер, — сказала я, думая какой он всё-таки ган*он. Но ещё и тащит домой всех кого попало, хоть с виду он и очень злой, на деле он остаётся очень добрым и в это время морально разбитым человеком. Он не только людей приводил лечится, но и животных у нас, да у нас! Во дворе живёт семь собак, а Санеми с его зарплатой спокойно оплачивает уход за ними, да и меня не обделяет.

***

Подойдя к столу с металлами, я сосредоточилась, чтобы почувствовать тот самый клинок, самой первой я стала водить рукой над кусками металлов. Я почувствовала тепло от крайнего справа, куска моего будущего клинка. И ушла в сторонку, ожидая, когда нам скажут шагать домой. Вот когда эти дети для меня, хоть и по возрасту мы равны, но я думаю более расширенно, чем они. Эти дети, наконец, закончили, не прошло и часа, как нас отпустили домой. Позже оказалось позже нам с Геньей в одну сторону. — У кого вы учились владение меча? — спросил меня петушок. Почему петушок? Так это из-за того, что он напыщенный, самоуверенный и наглый маленький с хохолком на голове, всеми фибрами лица старалась не заржать от его причёски. — Я являюсь цугуко Столпа Ветра, Санеми Шинадзугавы, — спокойно и кратко, ведь краткость сестра таланта, ответила на его вопрос я. На мои слова он дёрнулся и всю оставшуюся дорогу молчал как партизан, да и я не пыталась выводить его на разговор. Подходя к деревне, в которой был наш с Санеми дом, я молча покинула компанию Шинадзугавы младшего. Подходя к дому, я увидела такую картину; Санеми играл в шоги с Акихито (тот пацан из флэшбэка, которого мы оставили у себя тренировать), и явно проигрывал. Сколько раз я ему говорила, что он этого пацана не обыграет, ведь тот выиграл почти у всех Столпов, кроме Муичиро, Шинобу, Химеджимы-сана и Игуро. Первый не захотел играть с пацаном, Шинобу занята, Гёмей слепой и не видит цвет шашки, а Игуро чисто из вредности отказал. Так вот он одолел всех Столпов, кроме вышеперечисленных, но не меня из-за моего уникального, как сказал Ояката-сама, хода мыслей. Вот очередной проигрыш, и Санеми опять бесится, я наблюдаю за ними обоими и тихо посмеиваюсь, со стороны может показаться, что мы семья, что часто говорила нам Мицури, где Санеми — это непутевый отец, я — это любящая мать и жена, хотя на деле это чисто из уважения, да и это Санеми знает, ведь у меня симпатия к Столпу Звука и то больше, чем к нему, хотя тот хотел сделать из меня свою четвёртую жену, и всю картину завершает Акихито, что часто обнимает меня, когда Санеми вспылит, как наш сын, да и по внешности мы, можно сказать, похожи. У него тоже, как у Санеми, светлые платиновые волосы и большие любопытные глаза цвета шоколада, как у меня. — Хах, — издала громкий смешок от этих мыслей я, на звук обернулась эти два балбеса и, увидев меня, улыбнулись, Санеми оскалился. Акихито улыбнулся, потому что рад видеть меня живой, ведь ко мне он очень сильно привязался и начал считать меня своей мамой или сестрой, а Санеми был рад, что я не сдохла, а значит деньги и время, убитые на меня, прошли не зря. — О, вернулась, мелочь. Как экзамен? — сразу перешёл к делу шрамистый. — Как видете, мастер, не сдохла, — с беззаботной улыбкой ответила я. — Хорошо, шуруй на кухню, там для тебя сюрприз в честь того, что выжила, — сказал Санеми, вставая и идя по направлению в кухню, на что я немного (много) удивилась, но всё-же пошла за ним. На столе был мой любимый яблочный пирог. От вида сладости мои глаза заискрились и заблестели в желании съесть его. — Мы сами испекли, — весело и гордо отозвался Акихито, стоявший подле меня. — Удивительно, как вы кухню не спалили, — зачарованно сказала я, смотря на пирог.  — Ты о нас такого плохого мнения? — спросил меня Столп. — Ага, просто я помню, что стало с кухней, когда я не приготовила ужин и ушла, а вы решили сами приготовить чего-нибудь. — Ой ладно, забыли, давайте есть и ложится спать, а то уже поздно, — произнёс как взрослый Акихито, на что я и Столп посмотрели на него, я с улыбкой и добрым взглядом, а Санеми с жаждой крови, ведь Шинадзугава старший не любит, когда его наставляют или просто говорят его ошибки, на что он часто бесится. Мы поели, поговорили, прибрались и отправились спать. Мой день закончился.