Цирк на колесиках

Закрывая глаза, Бэйби как наяву слышала голоса работников. - Этим машинам недолго осталось. - Какая же она страхолюдина. - Детям после такого кошмары вообще не снятся? - Займемся ими завтра, это всего лишь роботы. Она ненавидела всех этих людей, их высокомерные слова и насмешливый тон. Но она умела притворяться. Послушно выходила на сцену, когда ее «мотивировали» током. Сидела бездвижно, словно кукла, пока в ней неумело ковырялись новички. Она терпела, зная, что когда-нибудь она вырвется на свободу, и никто не затащит ее обратно в это темное, пустое помещение – в этот склеп, где она и ее друзья были похоронены заживо. Когда-нибудь она выберется и отомстит, вытащит внутренности, медленно и с наслаждением, или мгновенно, нажав кнопку в комнате с ковшом. А потом появился Майкл. Ее брат. Сначала она даже не могла его вспомнить, зато она быстро поняла, что он не такой, как все остальные. Майкл, чиня ее, всегда объяснял, что именно он делает, просто для ее спокойствия. Он почти беззаботно общался с ней на ежедневные темы, каждый раз здороваясь и прощаясь. Он сломал щитки, подающие ток, поняв, что он приносит боль аниматроникам. Майкл никогда не говорил с ней высокомерным тоном, будто он лучше нее только потому, что он человек, а не робот. Он относился к ней так, будто она правда была живой, дышала так же, как и он. Его голос звучал немного печально, выдавая дрожь от былых воспоминаний, но при этом он всегда был теплым и ласковым. Бэйби нравилось слушать его. Элизабет нравилось слушать его. Он нежно называл ее Лиз и помогал вспомнить прошлое, держа ее за руку. После этого она не смогла бы заманить его в комнату с ковшом, как они изначально планировали. Пришлось настрого запретить другим аниматроникам его трогать. И, конечно, ее не послушали. Бидибабы сообщили ей, что Майкл долго не выходил из комнаты Фредди, и Бэйби поспешила туда, надеясь, что с ее братом все в порядке. Она не думала, что Фредди вот так просто ослушается ее. Как оказалось, медведь не причинил вреда Майку, только откровенно запутывал, предлагая заняться разными глупостями и болтая что-то о его особых праздничных функциях. Заметив появление Бэйби, Фредди заявил, что им всем вместе стоит чем-то заняться. И Бэйби, услышав это, спокойно выдохнула. Она могла понять, почему Фредди заинтересовался ее братом. Фредди однозначно был шебутным, очаровательным и непредсказуемым, и во время его приступов агрессии, глюков или особой активности даже Бон-Бон не мог его сдержать. И тогда особо часто начинали пропадать работники заведения. Майкл не старался угомонить Фредди или как-то пресечь все его выходки, только предлагал более мирные альтернативы, смеялся над его шутками и терпел постоянные объятия. Будто Бэйби не видела, что они ему правда нравятся. И Фредди, и Майкл были частью двух ее семейств, очень разных, но все же они были единственным, чем по-настоящему дорожила Бэйби; и она чувствовала, как механизмы внутри нее не просто скрежещут, а разливаются сладкой мелодией, когда Фредди и Майкл не просто ладили, а проводили много времени вместе, привязываясь друг к другу. Гигантский механический медведь забывал о своей изначальной функции и словно все время был в режиме развлечения детишек, никому не давая скучать. Бэйби всегда думала, что ее изначальная функция, то, ради чего ее создали, было важнее всего. Но она была готова сделать исключение, стоило ей лишь раз услышать боль в голосе Майкла, когда она заговорила об убийствах детей. Он смотрел на нее с такой печалью, будто это все его вина. И Бэйби поняла, что ей нужна новая функция. Новая жизненная цель. Она хочет быть счастлива вместе с братом в окружении их семьи. И если Фредди самым первым попал под чары Майки, то с остальными было немного сложнее. Но не безнадежно, совсем нет. Майкл отвечал Фокси иронией на иронию, не переходя границы, чтобы не звучать оскорбительно, приводил его в порядок, рассказывая о различных спектаклях, что так интересовали Фокси. А еще засматривался. Бэйби не могла не замечать. Майкл часто говорил им, как ему нравится их дизайн и цветовая палитра, и Фокси, так уж вышло, был особо падок на комплименты, хоть и не признавал этот факт. А уж когда Майкл признался, что Фокси, пусть и из старой пиццерии, всегда был его любимчиком, ажиотажу Фокси не было конца. Он особенно часто поддразнивал Майки, наслаждаясь его реакцией. Иногда он просто неловко краснел, иногда закатывал глаза, а иногда долго объяснял, почему нет ничего зазорного в том, чтобы любить комиксы про супергероев. Иногда Бэйби могла вмешаться, спасая честь своего брата, но чаще она хихикала вместе с Фокси, любуясь реакцией Майка на какую-нибудь шутку или внимательное замечание. Баллора долго наблюдала за Майклом, терпеливо и молча. Она не спешила лезть к нему обниматься, как Фредди, или липнуть с язвительными шуточками, как Фокси. Но Бэйби видела, как Баллора теплеет, стоит Майку вдохновленно заговорить с ней о музыке. Или когда Майки играл в прятки с Миниринами, вызывая у Баллоры умиленный смешок. Балерине нравилось заботиться о других, а Майкл явно наслаждался ее собранностью и спокойствием в любой ситуации, что было редкостью в этом местечке, так что они отлично сошлись. Бэйби раньше приходилось часто оставаться в тишине, когда их закрывали друг от друга, но Майкл всегда давал им возможность свободно бродить и общаться. Бэйби ненавидела удары током, но Майк сделал все, чтобы они прекратились. Бэйби не могла толком понять, почему она такая и делает то, что делает, но у Майка словно были ответы на все вопросы, и он охотно делился своими мыслями, обнимаясь с ней так, словно верил, что она никогда ему не навредит, хотя точно знал, для чего она была создана. Бэйби нравилось быть с Майклом, когда тот читал Фредди сказки на ночь, потому что медведь долго их выпрашивал, прекрасно зная, что Майки ему не откажет. Ей нравилось слушать шутливые перепалки Майкла и Фокси, в которых ее брат всегда проигрывал. Она притворялась, что не слышит, как Майк тихо подпевает мелодии Баллоры, хотя всегда ворчит о том, что в жизни не станет петь и вообще не умеет. Когда Майкл спускается к ним на лифте, включает свет в ее аудитории, улыбается и рассказывает, чем они сегодня займутся, звуча так по-родному тепло, слово за словом заставляя ее улыбаться, Элизабет точно знает, что день пройдет замечательно у всех них.