swing me around

Хонджун купил секс качели. Качественная кожаная конструкция с божественно мягкой съемной подушкой кроваво-красного цвета. Для большинства это будет просто удобное кресло-гамак со стременами для ног. Но для него и Сонхва это выглядело как влажная мечта, ставшая реальностью. Чтобы установить покупку, требуется некоторое время, им придется попросить Юнхо и Чонхо о помощи, гамак должен быть надежно прикручен к потолку, и ни один из старших не доверяет своим силам настолько, чтобы сделать это самостоятельно, даже если это означает, что их друзья узнают больше об их сексуальной жизни, чем любой из них, вероятно, хотел. Странно смотреть на комнату и видеть, как кожаные качели просто… висят там, но также весьма возбуждает представить, что они могут просто запрыгнуть на них и делать всё, что им придет в голову. Они не опробывают гамак сразу, оба несколько напуганы спонтанной покупкой. На следующей неделе когда они возвращаются с дружеской вечеринки в баре, такие пьяные, что Сонхва беспокоится, как бы Хонджун не потерял сознание и не уснул на тротуаре посреди улицы. Младший пьяно бормочет о качелях, о том, как он хочет посадить в них Пака и заставить его плакать, обещая выполнить это, когда они вернутся домой. Но вместо этого парень теряет сознание, рухнув на скамейку у двери, в процессе снятия второго ботинка, а Сонхва приходится укладывать его спать. Старший клянется себе никогда больше не позволять Хонджуну пить так много ( он говорил так и в прошлый раз, когда Ким заснул в кошачьей постели Бёль). Ни один из них не забывает, что сказал Джун, даже после ужасного похмелья. Пару дней спустя, когда у обоих достаточно свободного времени и они достаточно возбуждены, они решают воплотить в жизнь пьяную фантазию. Между тем, как Хонджун просыпается, и Сонхва качается на качелях проходит совсем немного времени. Ноги старшего покоились в стременах, открывая завораживающий вид и приглашая возлюбленного умелыми пальцами проникнуть внутрь. За те годы, что они были вместе, младший усовершенствовал способ свести с ума Пака одной рукой, и теперь ему требуется всего около пяти минут, чтобы старший сжал его пальцы, умоляя о большем. Хонджун работает четырьмя своими крошечными пальцами внутри Сонхва, непрерывно потирая ими его простату, пока последний не кончает себе на живот с хриплым криком. Пальцы Кима не останавливаются, даже когда его парень сжимается вокруг них хрипло кончая. Сонхва не привыкать к многократным оргазмам, но, основываясь на их предыдущих разговорах об этом и нынешнем почти диком выражении лица Джуна, он знает, что сегодня его ждет дикая поездка, и он просто молится, чтобы он вышел из нее живым. Он часто нежно клялся, что Ким когда-нибудь станет его смертью, и сегодня может быть именно тот день. Пальцы младшего продолжают работать внутри Пака, даже не давая его члену возможности стать мягким, тот оставался все еще твердым, даже если безостановочная стимуляция набухшей простаты начинает доставлять дискомфорт. Второй оргазм нарастает еще быстрее, ноги Сонхва уже начинают дрожать там, где они висят в стременах, руки сжимаются по бокам, когда он выталкивает еще больше спермы на живот. На него накатывает облегчение, когда Хонджун заканчивает издеваться над его простатой, вытаскивая пальцы с влажным хлюпаньем и вытирая липкую кожу Хва. Однако облегчение старшего длится недолго, так как сразу после этого Хонджун подносит к нему массажер. Он просовывает игрушку в Пака, включая вибрацию, сдвигает офисное кресло и усаживается на него, наблюдая, как дергается парень. Сонхва чрезвычайно чувствителен после двух оргазмов, член мягко прижимается к его животу, а игрушка пульсирует внутри него. Игрушке всегда требуется больше времени, чтобы заставить его кончить, размеренное поглаживание пальцев намного быстрее доводит его до оргазма. Хонджун, злой ублюдок, просто вытаскивает свой телефон и откидывается на спинку стула, просматривая социальные сети, оставив Пака корчиться и задыхаться на своем месте на качелях, чувствуя как из вялого члена вытекает прозрачная жидкостью. Облегчение оргазма, каким бы неприятным оно ни было, длится недолго, поскольку игрушка продолжает жужжать в нем, а Сонхва почти не замечает того факта, что слезы текут по его лицу, стимуляция настолько сокрушающая, что он задыхается в спешке вытирая глаза. Через пару минут Ким, задумавшись, отрывается от телефона, он откладывает гаджет в сторону, встает и расстегивает штаны, медленно поглаживая свой член до твердости, глядя на парня напротив полуприкрытыми глазами. Паку немного сложнее сосредоточиться на Хонджуне, когда игрушка внутри него вибрацией сковывает все тело, и он знает, что, что бы ни планировал Джун, явно лучше не будет. Сонхва задыхается, когда младший вытаскивает игрушку, выключая ее и кладя на грудь парню, как будто он просто стол, смазывая свой член слюной, прежде чем погрузить его в Пака, жестко и быстро трахая. Каждый толчок приносит болезненное удовольствие поднимаясь по позвоночнику старшего. Ким выбрал идеальный угол, чтобы раз за разом попадать в заветную точку внутри. Член Пака делает доблестное усилие, чтобы снова стать твердым, хотя он думал, что это практически невозможно в этот момент, ощущение того, что каждый толчок делает его любимый, просто дает его члену дополнительную мотивацию оставаться где-то между твердым и вялым, как будто он просто не мог не решится. Хонджун ухмыляется, явно довольный реакцией Сонхва, движения его бедер становятся еще более точными, намереваясь выжать еще один оргазм. — Да ладно, я знаю, что ты можешь кончить только из моего члена. Старший скулит, закрывая глаза и позволяя Киму двигаться, качели раскачиваются от силы его толчков. Младший сильно сжимает зубы, явно приближаясь к своему оргазму, его бедра ускоряются еще больше, шлепки кожи резонируют в комнате. Это чувство, когда младший кончает глубоко внутри него, сводит парня с ума, его ноги дергаются в стременах, когда он сжимается в судороге, рот открыт, но не издается ни звука, когда его полутвердый член бесполезно дергается в очередном сухом оргазме. — Хороший мальчик, — выдыхает Хонджун, снова заменяя свой член массажером простаты, откидываясь на спинку стула и вытаскивая палочку хитачи*. Сонхва издает болезненный стон, когда вибратор прижимается к его члену, пытаясь отодвинуться от стимуляции, но не в силах пошевелиться, другой рукой Хонджун прижимает чужой член к животу, чтобы прижать палочку к нижней части головки. К этому моменту старший плачет, он сжимается вокруг массажера из-за безжалостной пульсации его простаты, слезы текут по его щекам, когда он дрожит от перевозбуждения. — Больно, — хнычет парень, частично пряча лицо руками, пока Джун продолжает издеваться над его членом. — Ты хочешь остановиться? Вибратор слегка отодвигается, давая Паку возможность ответить. Он сглатывает, выдавливая очередной всхлип, а игрушка внутри него продолжает жужжать. — …Больно, — вместо этого повторяет Хва, и младшему этого достаточно, чтобы снова прижать палочку к члену Сонхва, обнаружив, что тот снова встал. Это похоже на пытку, стимуляция слишком сильная, слишком болезненная, но Хонджун не сдается, оставляя старшего испытывать болезненное возбуждение, ноги напрягаются там, где они подняты в воздух, вибрации не ослабевают, вызывая все больше и больше слез из глаз парня. — Давай, детка, я знаю, ты сможешь, кончи для меня. Может помогли слова Хонджуна или просто тот факт, что он увеличил мощность до максимальной, но Сонхва просто кричит, тело качается на качелях, немного отводя его в стороны, когда он кончает, жалкие капельки спермы текут из кончика его члена. Он думает, что сейчас все может быть кончено, когда Ким выключает выбратор и отбрасывает в сторону, но вместо этого он своими руками тянется к члену старшего, дотрагиваясь до головки, и Хва полон рыданий. Он попытался схватиться за запястье младшего, чтобы оторвать его руки, надеясь избежать чрезмерной стимуляции, но ничего не говорил, чтобы заставить Джуна остановиться, даже если это разрушительно для Пака, он хочет этого . Хонджун улыбается ему сверху вниз таким восхитительно-злым образом, сквозь слезы Хва видит его совсем размытым. Старший слишком медлителен, чтобы реагировать, когда начинает чувствовать себя странно, слишком поздно, чтобы оттолкнуть Джуна или сказать что-нибудь, пока он извергает, жидкость, вытекающая из его члена, дрожит, пока рука Хонджуна не прекращает истязание головки члена Пака. Все это звучит так грязно и влажно, и это похоже на пытку, но Сонхва никогда не хочет, чтобы это заканчивалось, чувствуя, что он достиг экстаза, но он также задыхается, не в состоянии набрать в легкие достаточно кислорода из-за того, что был настолько перегружен. Края его зрение начинает раскачиваться, а в ушах звенит так громко, что он не уверен, говорит ли вообще что-то младшему, прежде чем потерял сознание. Старший просыпается в нескольких одеялах на удобном стуле перед качелями, очищенный от всей спермы, пота и любых других жидкостей, которыми он мог быть покрыт. Джун передает ему бутылку с водой и нежно целует в лоб, передавая свои эмоции возлюбленному, не говоря ни слова. 'Ты идеальный. Ты отлично справился. Я так сильно тебя люблю. Ты весь мой мир. Когда они медленно перебираются в свою постель, Сонхва размышляет о том, чтобы вернуть услугу Хонджуну. Это было бы справедливо.