meus flos

      «Вечером нужно отдыхать» — в который раз убеждала себя Василиса. Её в этом мнении поддерживали и остальные. После трудного дня действительно стоит расслабиться, заняться тем, что окончательно разгрузит голову и избавит от тяжелых и навязчивых мыслей. Но домашняя работа по математике была совсем иного мнения. Она уже битый час сидела над одним и тем же заданием. Оно заинтересовало даже эфларских учеников, но ответ никто и не дал. В комнате слышались только стук часов, обязательно механических —на этом настояли Фэш и Ник, и недовольные вздохи Василисы. За стеной зашумел чайник. Это скорее всего Диана собралась пить чай. Вечер был чрезвычайно скучный и каждый занимал себя чем только мог: Ник постоянно копался в библиотеке Лазоря через свой часолист и помогал фее с её цветами. Ей в голову пришла удивительная мысль месяц назад — раз они находятся в этом домике постоянно, можно содержать полезные и целебные растения, а не перетаскивать их из другого места или времени. С тех пор в доме стало появляться все больше горшков, миниатюрных клумб и ампелей. Но никто, впрочем, и не возражал. По Фэшу было непонятно, чем вообще он занимается. Постоянно куда-то исчезал, сутками копался в своём часолисте. Кажется, не будь тут его вещей ушёл бы насовсем.       Поэтому теперь Огнева наслаждалась его молчаливым и почти незаметным присутствием. Вытянувшись на кровати и покусывая колпачок ручки, она делала уроки, иногда бросая на Фэша наполненные теплотой взгляды. Он же, по-турецки сложив ноги, разложил вокруг себя книги, где позволяло место, и, опираясь на информацию из них выписывал, что-то в свиток. Он никогда не рассказывал чем занимается, а на вопросы отвечал сухо и поверхностно: «да», «нет», «не устал». Ей было и правда интересно чем занимается мальчишка, но его слишком раздражало, когда кто-то лезет под руку и задаёт много вопросов. В общем Василиса. Но это всё равно заставляло Огневу улыбаться - если бы Фэш захотел, то делал бы свое задание в их с Ником комнате или в общей. Была ещё целая куча мест куда можно было бы уйти. Значит он тоже хочет посидеть с ней.       Драгоций сидел, наклонившись над столом, его волосы спадали так, что с ракурса Валисисы закрывали почти всё лицо. Это конечно не очень обрадовало. И без этого было ясно, что он сосредоточен и спокоен. Пальцы сжимали чертежное перо и Фэш с усердием вырисовывал непонятные, но очень аккуратные и мелкие символы.       — Перестань пялиться, — сказал он тихо, всё также не отрываясь от своей работы.       — Да я... — тут же запнулась Огнёва. Да как он вообще увидел? У него что, глаза на затылке? — Я не пялилась.       — Врёшь.       Очень хотелось продолжить упираться, но стоило ему только поднять голову, Фэш бы точно убедился в своей правоте. Это странно, но он всегда знал когда Василиса врёт. Абсолютно всегда. Это даже пугало, пока кто-то не объяснил ей, что никто не умеет читать мысли. Помолчав какое-то время, она протянула:       — Ну, помоги-и-и.       — Я уже говорил тебе.       — Я правда ничего не понимаю! И как вообще это относится к моему курсу?       — Ты и не поймёшь, если я всё решу за тебя. Думай. Или не получается?       От такой явной издевки, особенно сейчас, когда очень много времени было убито на это задание Василису начала переполнять злость. Да, не получается. И что? Вот и что, что не получается? Разве свет на этом сошёлся?       Но спустя несколько минут Фэш с громким, вымученным и весьма наигранным вздохом встал со своего места и пододвинул Василису так, что она чуть ли не упала с кровати.       — Показывай, темнота, — хоть Огнёва и злилась минуту назад, то сейчас вся злость куда-то испарилась. Он смотрит несколько минут на тетрадь, издаёт озадаченное «хм» и пишет карандашом ответ.       — А дальше?       — А дальше ты мне и расскажешь. Я как минимум половину уже сделал, вот с ним и сверяйся.       — Ну ты и... —в голову не приходит, какого-нибудь не слишком обидного слова, поэтому Василиса только заносит руку, чтобы не сильно стукнуть его по плечу кулаком.       — Попалась! — довольно произносит Фэш и тянет её за запястье, переворачиваясь на спину, чтобы на кровати было больше места.       Василиса моментально краснеет до корней волос. Особенно много красных пятен появляется на щеках. Всё пошло совсем не так, как планировалось. Фэш резко потянул девчонку, в надежде, что она смешно упадёт лицом на матрас, даже отодвинулся для этого. Но она, совсем не упала, а почти полностью лежала на не менее покрасневшем друге, всё ещё державшем её за руку. Слов как-то пока не находилось. Василиса даже как дышать забыла! Но нервно сглотнув и выпрямив одну руку, теперь опиралась на неё, нависая в паре десятков сантиметров над Драгоцием. Тот тоже потерял всю свою расторопность и замер. Она аккуратно, чтобы снова не упасть нашарила на покрывале свободную руку Фэша и переплела с ним пальцы. Теперь его кисти вжимались в матрас под давлением Василисы. То-ли он был слишком ошарашен происходящим, то-ли совсем не против.       — Теперь ты попался?.. — Огнева не особо думала, что говорит, но про себя это звучало увереннее.       — Получается попался, — Фэш легко повёл плечами и улыбнулся, на его щеках снова появились ямочки.       — И что, ты даже не будешь выбираться? — Василиса тоже улыбнулась, обнажив ряд ровных белых зубов. Она наклонилась немного ближе, как никак рука уже начинала уставать, про себя подметив, что кажется Драгоций и правда не собирается выбираться из этого положения.       В следующую секунду он сократил и так маленькое расстояние между их лицами. Сердце застряло в горле, а потом и вовсе глухо застучало по вискам. Василиса прикрыла глаза. Этот поцелуй был довольно робким, хотя они целовались уже не раз до этого. Фэш отстранился и облизнул пересохшие губы, но на этом ничего не кончилось. Огнева отвечала на новые поцелуи с той же настойчивостью, радуясь, что всё таки «попалась». Он всё ещё сжимал тонкие девичьи пальцы и только иногда отрывался от её губ, чтобы отдышаться. Фэш всё таки «вернул» себе одну руку и запустил её в волосы Василисы, пальцами перебирая медные пряди и заводя их за спину.       — Прости, — выдохнул Драгоций. — Мешают очень.       Вот с этим она точно была согласна. Дурацкая длинная чёлка закрывала весь обзор на такого милого и смущённого Фэша. Его пальцы случайно прошлись по шее, отчего Василиса вздрогнула.       — Можешь оставить руку, — как бы он убирал волосы, они всё равно скатывались обратно, особенно чёлка. — Наверняка ты думаешь сейчас, как меня подстричь.       Фэш чихнул, как бы в доказательство.       — Не угадала. Я люблю твои волосы, — тихий и уверенный звук его голоса успокаивал. По тону Василиса поняла, что это не признание в чём-то и не раскрытие сокровенной тайны, а просто факт, который даже не подлежит сомнению. — и тебя люблю. Любую. Всё лицо у неё точно покраснело, не нужно видеть этого, чтобы понять.       Фэш, с разрешения Огневой, всё таки оставил руку на шее, большим пальцем оглаживая щёку. Он стал выцеловывать множество мелких веснушек, из-за чего Василиса рассмеялась и прищурилась.       — Скажи ещё раз.       — Что я должен сказать? — Фэш моментально прикинулся дураком. Получалось неплохо.       — Ты знаешь, — довольно протянула Василиса, а мальчишка под ней только замотал головой. — Скажи, что любишь меня.       — Попроси.       — Ещё чего. Не так уж и надо было.       — Да? — в изумлении спросил он. — Мне показалось по-другому.       — Я вот тебя люблю, — Василиса наклонилась, впечатав поцелуй на его улыбку. Рука Фэша сместилась с её щеки на лопатки, крепче сжимая в объятиях. — местами заносчивого, хмурого и надменного тоже. Всего целиком.       — Даже треугла?       — Не смей сейчас всё испортить треуглом.       Фэш засмеялся, ему явно прельщала идея попугать Василису, обернувшись треуглом. Но ей эта идея кажется не очень понравилась.       — Ладно, так на чем мы там остановились?       — На том, что ты хотел ещё раз сказать, как сильно меня любишь, — довольно протянула Василиса, выпутываясь из его объятий и выпрямляясь всем корпусом. Сердце всё ещё громко стучало, а щеки горели от каждого прикосновения губ.       — О-о, нет Огнева. Ничего такого не было.       — Я даже знаю, как заставить тебя снова это сказать, — она, полностью уверенная в происходящем, уместила ладони Фэшу на ребра и слегка на него облокотилась, не прижимаясь к торсу.       — Да? Ты знаешь, сколько интересных личностей меня пытали? Ты по сравнению с ними цветочек. Василёк, — Огнева только фыркнула от такого очевидного каламбура       — А кто вообще сказал, что это будут пытки?       Она повела руками вверх по его чёрной футболке, всё больше наклоняясь обратно в его лицу. Тонкие пальцы аккуратно сжали плечи. Василиса что-то задумала, он по глазам это увидел. Смазанный поцелуй коснулся уголка его губ, потом линии челюсти. Рваный вздох вырвался из груди, Фэш передёрнул плечами — поцелуи, перешедшие на шею, не просто затянулись. Василиса умудрилась прикусить кожу под кадыком, а после весьма развязно, провела языком от ямочки ключиц до самого подбородка, что вообще никак не вязалось с её обычным поведением. Драгоций поддавался всем проводимым манипуляциям особенно, хм, таким. Даже позволил ей запустить руки в волосы, чего обычно не позволял ни Нику, ни Захарре.       Честно такие обжимания были больше чем по душе. Фэш чуть ли не светился от счастья, как же все удачно повернулось. Сначала Василиса сказала, что любит его, нет, конечно не в первый раз, но каждый раз был важным и особенным. А теперь она делает эти вещи с таким рвением и желанием... Великолепно? Безусловно. Но одно «но». Её пальцы, её мягкие губы, вся Огнёва, всё что она делает имеет конечно свои последствия, а в частности стояк. Если до этого держать себя в руках выходило, то теперь голова у Драгоция отключилась.       — Великолепный часовщик, — донесся тихий шёпот до его уха. — удивительный, уникальный. — Василиса продолжала целовать Фэша и вырывать из него резкие и частые вздохи. — единственный. Ну давай, — выдохнула она прямо на ухо. — просто скажи это, Фэш. Я люблю тебя. Разве это так сложно?       Её тихие вздохи были лучшим за последнее время. Они будоражили, заставляли кровь кипеть. Тепло её тела ярко ощущалось в местах, где Огнёва, не стесняясь прижималась. Это уже не шутки, по крайней мере не для него.       — К чёрту, — прошептал Фэш, перекладывая руки с её коленей на талию и лопатки. — Мелкая, глупая, совсем безрассудная. Но люблю. Правда люблю, — позже добавил: — Больше всех.       Он не надеялся на то, что сегодня они окончательно перейдут эту черту, но события разворачивались очень быстро и в явно лучшую сторону. Продолжение этого вечера означало новую ступеньку в их отношениях. Более взрослую и зрелую ступеньку. Фэш прижимал её к себе, чувствовал, как быстро вздымается грудная клетка, целовал, отчаянно желая остановить для них время, чтобы этот момент не заканчивался. Только они вдвоём. Он надеялся, что делает всё правильно, чтобы Василисе было комфортно.       — А я могу..? — тихо прошелестела она, прерываемая очередным поцелуем. Сложные предложения оказалось составлять поразительно трудно, поэтому пальцы просто слегка приподняли край его футболки.       — Так ты тоже хочешь?       — Ты думал я здесь шутки шучу?       Валисиса заметила эту резкую перемену в его лице. Будто теперь Драгоций смог окончательно удостовериться. Её это даже позабавило. Да, она добилась от него такого желанного «люблю», но теперь и самой Огневой этого было мало. Фэш резко принял сидячее положение, чуть не сбросив Василису со своих коленей и немного отстранился. Плотно сжав ворот футболки и пару раз глубоко вздохнув, он решил, что ей действительно тут больше не место. Его волосы взлохматились ещё больше, обнажив маленькое крыло летучей мыши на шее. Подтянутый и довольно худой торс привлёк внимание Василисы почти сразу же, та густо покраснела стараясь не пялиться так открыто. Невесомо провела пальцами, разглядела несколько родинок и снова вернулась к его лицу.       Она не сводила с него взгляд, как и он впрочем. Поразительно, как чётко в Фэша глазах отражались блики от зажженного им светильника. Огнёва решив, что другого такого случая скорее всего в ближайшее время не представится, схватила пижамную футболку у нижнего края. Сдернула резко, боясь передумать и всё испортить. Она, более покрасневшая, чем было до этого, уставилась на Фэша, нервно облизывая губы. Он всё ещё смотрел ей в глаза, только иногда бросал взгляды на мнущие футболку пальцы. Потом аккуратно вынул её и отложил в сторону.       — Что-то не так? — голос Василисы был тихим и робким. Она всё больше была не уверена в том, зачем это сделала. — Ты не смотришь.       Фэш тоже поступил взгляд, всё ещё разглядывая руки. Сейчас, когда их очень важные роли отошли на второй план, можно было вернуться к тому, что они всего лишь подростки. Уставшие, немного неловкие и крайне смущенные. С пылающими щеками и не менее пылающими сердцем.       — Ты очень красивая. Я просто не хотел ещё больше тебя смущать.       — Больше уже некуда, — Огнёва убрала растрепавшиеся волосы с лица. Она конечно обожает свои волосы, но сейчас готова сделать, что угодно, чтобы они не мешали. Фэш тоже помог — медленно протянул руку и заправил за ухо чёлку, а более длинные пряди перекинул за спину. Руку он так и оставил на щеке. На секунду его дыхание обожгло губы, а потом случился ещё один поцелуй, довольно аккуратный и бережный.       У Василисы в голове зазвенел колокол. Очень громко и настойчиво. Волна паники прокатилась по телу. Она сидит на коленях у Фэша, они целуются. Стоит отметить, что она сидит на коленях полураздетая, как впрочем и сам Драгоций. А что дальше? Вообще всё это пойдёт дальше? И что нужно будет делать, ведь дальше поцелуев и объятий не заходило. Вообще не заходило.       Хоть он и придерживал Василису за талию, она всё равно схватилась за плечи. Несмотря на всё смущение ей хотелось быть ближе, урвать момент, пока что нибудь снова не пошло не так.       За стеной снова хлопнула дверца шкафа, реплики героев передачи по телевизору сливались в невнятный шум и бормотание. Внезапно Огнёва начала хихикать, пока это хихиканье не переросло в полноценный смех. Чем сначала изрядно напугала Фэша, а потом заставила недоумевать.       — П-прости, — пыталась выговорить она сквозь смех. — Я просто так переволновалась. И зачем? Это же всего лишь ты. Просто без футболки.       — Действительно. Видишь, все хорошо, — Фэш оставил поцелуй на её улыбке. Затем ещё один. Вдоволь насмеявшись, Василиса быстро подхватила настрой.       Внезапно дверь распахнулась, причём довольно громко. Вошедший и не пытался скрыть своего присутствия. Ник чуть не выронил чашки. Из противоположного угла комнаты на него смотрел всклокоченный Фэш и кое как, спрятавшаяся за него, покрасневшая Василиса, видимо не менее одетая.       Лазарев в ту же секунду залился краской, ему не пришлось долго складывать два и два, чтобы понять, что к чему.       — А... ну, вы... эм, не математику делаете, — он отчаянно пытался собрать все знакомые ему звуки и связать их в адекватную речь, но выходило неважно. — Я чай вам сделал. Тут поставлю.       Звякнула чайная ложка в кофейной кружке, хлопнула дверь. С кухни больше ничего не доносилось. Василиса подняла с пола упавшую тетрадь, а Фэш неловко пригладил растрепанные волосы. Каждый по отдельности, но почти одновременно они пришли к выводу: надо закрывать двери.