Не было бы счастья...

Руперт понял, что он попал окончательно и бесповоротно. То есть, избавиться от участия в хлопотах по организации свадьбы Ива и Фила ему не удастся. Опрокинув в себя виски, Аиша отшвырнул стакан куда-то за спину и под аккомпанемент разбившегося стекла, убедительно заявил: - Хватит на сегодня! - Согласен! – Гаркнул Азиз и точно так же избавился от своего. - На счастье! – Поддержал омег Руперт, отправляя свой стакан в непродолжительный полет и наблюдая, как разлетаются стеклянные брызги по паркету, словно в замедленной съёмке. После этого торжественного аккорда, события завертелись красочно и, на первый взгляд, хаотично, но, тем не менее, подчиняясь определенному ритму, как стеклышки в калейдоскопе. Чем занялся Азиз неизвестно, а вот Аиша взял на себя обязанности по извещению всех друзей и знакомых о надвигающемся радостном событии. Первым делом он позвонил Феликсу, который должен был убедить мэра нарушить один из пунктов Семейного кодекса, в котором говорится о том, что лица, не достигшие восемнадцатилетнего возраста, могут вступать в брак только с разрешения родителей или опекунов. После быстрого обмена необходимой информацией и более продолжительных охов и ахов по поводу сложившейся ситуации, Аиша радостно сообщил, что дело практически улажено, а о времени регистрации Феликс сообщит позже. Затем им пришлось исколесить на старом, верном Харлее весь город. На робкие попытки Руперта указать на то, что вождение транспортного средства в не совсем трезвом виде строго карается по закону, Аиша только загадочно улыбнулся и заверил его, что он стекл как трезвышко, а полицейских им бояться нечего. От такой роскоши, как телефон, Аиша, видимо, решил отказаться. Еще бы! Разве не весело было видеть вытянувшиеся лица людей, когда на вопросы о том, кто это с ним, он небрежно отвечал: «А… это бывший жених будущего мужа. Он с нами». За несколько часов, проведенных в обществе Аиши, Руперт набрался новых впечатлений под завязку. Столько знакомств у него не было за всю жизнь. Аиша трещал без умолку, вываливая на Руперта нескончаемые потоки информации, которые тот пытался хоть как-то разместить у себя в голове, опасаясь, что последняя все-таки не выдержит и просто-напросто треснет. Сначала он старательно пытался запомнить всех по именам, а так же кто с кем состоит в родстве, в дружбе, находятся ли они во вражде или в романтических отношениях. Но когда количество приглашённых на свадьбу, перевалило за третий десяток, он сдался, понимая, что столько сведений его мозг просто не в состоянии переварить. Новые знакомые не знали о том, что за Рупертом прочно закрепилась слава нелюдимого и необщительного зануды. Они хлопали его по плечу, беззлобно подначивали, сетуя на ветреность молодых омег, приглашали вечером в бар, в общем, вели себя так естественно и дружелюбно, будто бы им всем действительно нравился Руперт. - Так, чего доброго, я еще и друзьями обзаведусь. - С удивлением подумал он, поражаясь той непринужденности, с которой у него получалось общаться с незнакомыми людьми. Правда, стоило признать, что присутствие рядом Аиши здорово подстегивало и его красноречие, и остроумие, и, даже, некоторую игривость. Руперта немного раздражало то, что мобильный телефон Аиши практически не замолкал, но тот лишь глянув на дисплей, сбрасывал звонки и продолжал свой путь. Почему-то было неприятно, что все это бесчисленное количество незнакомых людей знает номер телефона омеги, а он, Руперт, нет. Он твердо решил попросить Аишу поделиться с ним этой ценной информацией, как только представится подходящий момент, но момент никак не представлялся. «Зачем тебе мой номер, если ты сидишь позади меня и прижимаешься к моей спине так крепко, будто в любую секунду рискуешь свалиться с мотоцикла?» - Мысленно отвечал себе Руперт голосом Аиши на свою собственную просьбу. И действительно, зачем? Однако когда из кармана, где Аиша держал телефон, раздался басовитый собачий лай, он резко затормозил и все-таки ответил. - Начальник. Просто пес цепной… - прикрыв ладонью трубку, пояснил Аиша Руперту. - Да… на работе… а, ты тоже на работе? Ну, значит, меня там нет. Где-где… Везде!.. Я и не хамлю!.. Правда… У Фила завтра свадьба, а у меня забот полон рот… да ладно тебе… потом сделаю… Конечно, приглашаю… Потом расскажу… Не заводись, говорю же – занят… Пока! - Вот и все! Делов то! – Аиша усмехнулся. – Мой начальник-мировой мужик. А работы у меня не так уж и много. Хотя, это и к лучшему. Поехали! Руперт хотел спросить, кем работает Аиша, но не успел. Потому, что они поехали. И не просто поехали, а помчались, обгоняя ветер. Прочь из города, по пустынным полевым дорогам, среди изумрудной зелени, расцвеченной яркими пятнами полевых цветов так, будто небрежный художник стряхнул над полем свои кисти. Красные брызги стали маками, белые и желтые – ромашками, синие – васильками. И все это великолепие простиралось прямо под ногами, без присмотра заботливых садовников, не огражденное заборами, не спрятанное за стеклами оранжерей, на нем не висели ценники, на него не дули кондиционеры, только ветер дерзко трепал это буйство красок, перемешивая и находя новые цвета и оттенки. Огромные вязы возвышались тут и там, как башни, упираясь своими кронами в небо, а такого бескрайнего неба Руперт не видел никогда. Дорога резко пошла под уклон и через некоторое время перед ними внезапно показалось море. Синий, находящийся в беспрестанном движении простор переливался и сиял, солнечные лучи отражались от зеркальной ряби, рассыпая блестки по всей водной поверхности, настолько яркие, что было больно смотреть. Аиша снизил скорость, давая Руперту возможность насладиться прекрасным видом, и через некоторое время остановился возле небольшого домика, притулившегося под самым обрывом. - Приехали. - Кто здесь живет? – Поинтересовался Руперт, с трудом сползая с мотоцикла. Ноги с непривычки дрожали. - А здесь, мой дорогой господин Кросби, скрываются от мира виновники торжества. Аиша установил мотоцикл на подножку, взбежал на крыльцо и забарабанил в дверь. Руперт последовал за ним. Им довольно долго никто не открывал. Так долго, что Руперт засомневался, есть ли вообще кто-то внутри, но Аиша упорно продолжал колотить дверь и она наконец-то открылась. На пороге стоял Фил в незастегнутых джинсах и наспех наброшенной рубашке. - Аиша? И тут от тебя покоя нет. - Принимай гостей, хамло, и штаны застегни. – Аиша бесцеремонно протиснулся внутрь, отталкивая Фила с дороги и втягивая Руперта за собой. – Ну, здравствуйте, молодожены. Когда глаза Руперта привыкли к полумраку комнаты, он сумел разглядеть ее небогатое убранство, а именно небольшой диванчик и огромную медвежью шкуру на деревянном полу. На этой шкуре, среди разбросанных подушек, завернутый в клетчатый плед, сидел Ив и абсолютно дикими глазами смотрел на Руперта. - Добрый день, рад видеть вас обоих. - Руперт? – Фил наконец пришел в себя. – Это правда ты? – Он оглядел своего гостя со всех сторон. – Смотри, как видоизменился… Хрен бы я тебя узнал, если бы где-нибудь в толпе встретил. - Да, это действительно я. - Подтвердил свою подлинность Руперт, усаживаясь на диван, куда уже успел плюхнуться Аиша. – Вообще-то я приехал к вам, чтобы сообщить не очень хорошие новости, но поскольку вы оба оказались недоступны, мне пришлось все рассказать вашему папеньке, Фил. Очень кстати получилось так, что при нашем разговоре присутствовал Аиша. Втроем мы решили, что вам совершенно необходимо срочно пожениться. - Вы решили? – Прохрипел обескураженный Фил. – Вообще-то это мы решили… - Вы не поняли, - снисходительным тоном пояснил Руперт. – зарегистрировать брак вам нужно срочно. Вот прямо сейчас. - Но почему? – Ив подполз к Филу и прижался к его ногам. Фил тут же уселся на шкуру и заботливо обнял своего возлюбленного, плотнее закутывая его в плед. - Дело в том, Ив, что ваш отец передумал от вас отказываться. Я, собственно, за тем и приехал, чтобы водворить вас в родительский дом, а впоследствии повести под венец. - Не шути так, Руперт. - Угрожающе прорычал Фил, крепче прижимая Ива к себе. – Я ведь не посмотрю, что ты важный перец, я и накостылять могу. - Не сомневаюсь. – Улыбнулся Кросби. – Но я уже говорил, что в качестве мужа Ив меня не интересует. А вот помочь ему, по-дружески, я могу с радостью. Поэтому и вызвался поехать сам, без сопровождения сторожевых собак вашего будущего тестя. - И что ты предлагаешь? - Фил, ты дурак по жизни, или от любви так поглупел? – Аиша не выдержал этого обмена любезностями и решил самостоятельно расставить все точки и запятые. – Тебе же внятно сказали, что нужно срочно пожениться. Так что поднимайте свои любвеобильные задницы и идите готовиться к свадьбе. Кстати, она назначена на завтра. - Завтра? – Ив попытался выпутаться из своего кокона. – Но как же так… А у меня даже одежды нет подходящей, и мы ничего не приготовили, и приглашения не разослали и вообще… Фил, что ты молчишь? Я не могу завтра жениться, я не готов! - Погоди, любовь моя, - Фил запихнул жениха поглубже в плед. - А ну-ка, ребята, расскажите подробнее, что вы там с моим стариком намутили? Руперт устало прикрыл глаза и отрицательно покачал головой, давая понять, что объясняться придется Аише. Аиша тяжко вздохнул и в который раз уже за сегодняшний день начал свой рассказ. Руперт не вникал в детали, он слушал не слова, а голос: низкий, грудной, мелодичный. Даже с закрытыми глазами он видел лукавый блеск темных глаз и подрагивающие, изогнутые в улыбке полные губы. Захотелось прикоснуться к ним, ощутить их мягкость и тепло, прижать к себе сильное, гибкое тело, гладить нежную кожу цвета латте, запустить ладонь в черные курчавые волосы и, наконец, проверить, так ли упруги на самом деле эти задорные пружинки, весь день не дававшие ему покоя. Он поерзал, пытаясь сесть поудобнее. Видимо, густой, насыщенный желанием воздух этой комнаты, в которой, отгородившись от всего мира, влюбленные предавались нежной страсти, в сочетании с близостью Аиши и его чарующим голосом сыграли с Рупертом злую шутку - он почувствовал возбуждение. Поскорее бы отделаться от этих свалившихся на его голову проблем и оказаться у себя дома! - Вот и все. – Подытожил Аиша, заканчивая свое повествование. – С Феликсом все улажено, организацию торжества взял на себя Азиз, а вам, голубки, осталось только сказать свое веское «Да». - Здорово! – Восхитился Фил. – Вы молодцы! Вы даже не представляете, как выручили нас! - Но, Фил! – Произнес Ив дрожащим голоском. – Речь идет о нашей свадьбе! Это должно быть самое невероятное событие в моей жизни, а ты предлагаешь все вот так вот, по-быстрому сделать и забыть? Но ведь мы даже не сочинили тексты свадебной клятвы! И кто поведет меня к алтарю? - Сам, что ли, дорогу не найдешь? – Съязвил Аиша, неодобрительно поглядывая на молодого жениха. Руперт открыл глаза и посмотрел на Ива. Тот выпутался из объятий Фила и сидел теперь, кутаясь в плед и глядя на всех полными слез и упреков глазами. Стало понятно, что свою свадьбу этот мальчик видел совсем не так. Фил растерянно и с какой-то затаенной болью в глазах смотрел на него, кусая губы и пытаясь что-то сказать, но не находя слов. Они, минуту назад бывшие единым целым, выглядели теперь совершенно чужими, и, хотя расстояние между ними было всего-то несколько сантиметров, казалось, что между возлюбленными разверзлась пропасть. Руперт решил, что пришла пора вмешаться. Он присел рядом с Ивом и мягко приобнял его за плечи. - Не плачь, мальчик. Послушай лучше меня. На самом деле не так уж и важно будет ли соответствовать цвет галстука твоего жениха твоему наряду, и в каком порядке будут рассажены гости, и сколько зазубренной, высокопарной чуши вы скажете друг другу во время церемонии. Важна лишь ваша любовь. Тебе выпал уникальный для людей нашего круга шанс связать свою судьбу с тем, кого выбрало твое сердце. Неужели из-за дурацких условностей ты хочешь отказаться от этого дара? Ты должен принять решение здесь и сейчас, и это должно быть только твое решение, потому что это твоя жизнь. Если ты не готов связать свою судьбу с этим парнем, я сейчас же увезу тебя домой, ты помиришься с родителями и вернешься к своей привычной жизни, но если ты любишь его – не отказывайся от него из-за такой мелочи. Ты еще слишком молод, но если твое сердце созрело для любви, то и твой разум должен созреть для осознания того простого факта, что свадебная церемония – это просто тягостная формальность. Да-да! Какой бы скромной и непритязательной не была твоя свадьба, ты все равно запомнишь ее навсегда. И, в зависимости от того, как сложится твоя семейная жизнь, ты будешь называть этот день самым счастливым или же самым несчастным в своей жизни. А к алтарю тебя отвести могу я, если ты окажешь мне честь и согласишься. Руперт погладил Ива по голове и поцеловал в лохматую макушку. Он чувствовал, что утешает ребенка. Даже возбуждение куда-то испарилось, оставив место для нежности и сочувствия. Неужели он действительно думал, что сможет заниматься сексом с этим мальчиком? - Спасибо, Руперт, ты такой хороший. Я так виноват перед тобой, а ты мне помогаешь. И я очень хочу, чтобы ты был со мной в этот день. - Пробубнил Ив, растирая кулаком выступившие слезы. – Вот честно! Кроме тебя я ни о ком и подумать не могу! И ты прав. Я действительно придаю много значения всякой ерунде. - Значит, ты согласен?! – Вскрикнул Фил, ревниво вырывая Ива из рук Руперта и притягивая его к себе. - Конечно, как ты мог сомневаться? – Улыбнулся сквозь слезы Ив. - Вообще-то это ты во мне сомневаешься. – Пробормотал Фил, на лице которого отразилось такое облегчение, будто до этого он держал на плечах тяжкий груз, а сейчас разом от него освободился. – Клятвы какие-то придумал… Что я, по-твоему, лгун? - Не знаю, не знаю… - С притворным сомнением произнес Ив. – Ты говорил мне, что любишь, но будешь ли ты любить меня, пока смерть не разлучит нас? Фил отодвинул Ива на расстояние вытянутой руки и, пристально глядя в глаза, торжественно произнес: - Бля буду! На мгновение в комнате исчезли все звуки, даже дыхание четырех человек замерло в ожидании, а потом Ив разразился немного истеричным смехом. - Боже, Фил, ты нечто! - Все нормально, - Фил погладил по голове смеющегося жениха и вытер слезы, льющиеся у него из глаз. – Успокойся, я с тобой. И всегда буду с тобой. Хрен ты от меня избавишься. Не плачь, все будет хорошо, ведь галстук я вообще не собираюсь надевать. - А что ты наденешь? – Ив заглядывал в глаза Фила, будто ища там спасения от всех своих сомнений, неуверенности и страха. - Не знаю, может, свою новую «косуху»… - Здорово, она тебе идет… Слушай, попроси папу, пускай даст мне свои янтарные серьги, хотя бы на день свадьбы. - Заметано. Но ты знаешь, как сложно выпросить у папы какую-нибудь цацку? Мне нужен стимул. - А если я тебя за это поцелую, скажем… десять раз? – Ив облизнул губы. - А можно получить аванс? – Фил потянулся к его губам, стягивая плед с его плеча. Руперт заворожено наблюдал, как смуглые пальцы нежно гладят белоснежное плечо, касаются рыжих завитков, ласкают шею… Он вздрогнул, сбрасывая оцепенение, когда Аиша дотронулся до его плеча: - Пойдемте, мы тут лишние. - Да, конечно… Они вышли, тихонько прикрыв дверь и на цыпочках спустившись с крыльца. Но, даже если бы они грохнули ею изо всех сил, те двое вряд ли бы обратили на это внимание. Они были поглощены только друг другом, и весь остальной мир с его дверями и скрипучими ступеньками для них не существовал. Оказавшись на улице, Руперт с удивлением понял, что уже наступил вечер. На темно-синем небе зажглись первые звезды, которые подмигивали своим двойникам, глядящим на них с поверхности такого же, темно–синего моря. Небо от моря отделяла только узкая фиолетовая полоска заката. Когда исчезнет и она, небо сольется с морем, и скроет темную громаду глиняного обрыва вместе с маленьким деревянным домиком, скрывающим двух самых счастливых людей на свете. И ветер, шумящий в кронах огромных вязов, споет дуэтом с морским прибоем. И луна нахально заглянет в маленькое окошко и побледнеет от зависти, увидев сплетенные тела и услышав сладкие слова, которые говорят друг другу влюбленные от начала и до скончания времен. - Аиша! - Что? – Тихий голос раздался прямо за спиной. - Эм-м-м… Здесь так хорошо… - Руперт был готов проклясть себя и свое косноязычие. Ну почему, когда нужно сказать что–то важное, его мозг отказывается генерировать идеи, а язык просто выдает очередную глупость или банальность. - Красиво, правда? – Аиша встал рядом и загляделся на горизонт, где фиолетовая полоска медленно наливалась темно – синим цветом. - Да, красиво… - Руперт решительно повернулся к Аише и заграбастал его в медвежьи объятия. – Ты… красивый… Самый красивый… Последние слова он пробормотал замершему омеге на ухо и, наконец-то, сжав в кулаке его жесткие курчавые волосы, прижался к таким желанным губам.