Играй или Умри

— Руки! Убери свои шаловливые руки! Это моя любимая! — Бэкхен тянется вперед, надавив при этом на ренджуново бедро и вытянув из него же сдавленный выдох, переключает песню, нажимая на сенсорный экран и пачкая его липкими от чипсов пальцами. Сехун косится, но ничего не говорит, только вздыхает тяжко про себя и выезжает на кольцевую. Тэхен поглядывает в зеркало заднего вида на вернувшегося на свое место Бэкхена, при этом шикнувшего на него, после чего надувает губы и крайне медленно тянет пальцы к заляпанным кнопкам. Сехун ничего сказать не успевает, а Бэкхен замечает слишком поздно, и уже через секунду начинает играть другая песня, а в глазах Тэхена бесята начинают кружить хоровод. Бэкхен раздражается мгновенно и протягивает руку, чтобы переключить, но тут его бьет Ренджун, а Тэхен гаденько хихикает. — Нашли чем заняться, я же за рулем, — все-таки не выдерживает Сехун и окидывает омег суровым взглядом, сдвинув густые черные брови к переносице. — Прости, — вздохнул Бэк, зло зыркнув на Тэхена. — А ты, — тонкий пальчик ткнулся в мягкую щечку, — ты дурак. — Сам дурак, — Тэхен показал язык, на что Ренджун закатил глаза и стукнул Бэка в плечо. — Успокойтесь, детский сад штаны на лямках, — а потом двигается вперед, цепляясь за сиденье Тэхена и глядя на Сехуна, — знаешь, можем просто высадить их, до школы не так далеко осталось. — Они на своих коротких ножках не успеют дойти, — хмыкнул Сехун, останавливаясь на светофоре. — О нас не волнуйтесь, — Тэхен щурится и подмигивает Бэкхену, — доедем на твоей машине после того, как закопаем вас в парке. Сехун, подавившись воздухом, смотрит на Ренджуна, но у того нечитаемое каменное выражение лица, мол и ответить на такое заявление нечего. — Несправедливо, — выносит короткий вердикт Сехун. — А мне кажется, что вполне, — Бэкхен выглядит довольным подобной идеей. Боясь оказаться за пределами своей машины, Сехун больше ничего не говорит, смотрит вперед, насупившись. Школа виднеется уже за поворотом, и начать новый спор они не успевают. У ворот к этому времени стоят Донхек и Джисон, которые, по всей видимости, ругаются. Точнее, Хэчан доводит парня, а Джисон понуро слушает его. Ренджун, заметив их, вздыхает еще более мрачно и устало, а Тэхен, едва машина паркуется, выскакивает. — Еще раз так выскочишь, поедешь в следующей раз на крыше! — кричит Сехун ему вслед, на что получает оттопыренный тонкий средний палец. Проскочив мимо удивленных учеников, Тэхен прыгает на Хэчана. — Здорова, заебал, — Хэчан целует его в щеку, а Тэхен морщится драматично, но обнимает. — Я скучал! — Здорова, заебал, — отвечает он, повиснув на нем. — Все, пошел я, — Джисон, махнув рукой, отступает, увернувшись от рук Донхека, что пытался уцепиться за него, ничего не видя за Тэхеном, — пока еще больше не получил. — Куда это ты пошел, — Ренджун подбегает как раз вовремя, чтобы опередить руку Донхека и протянутую тэхенову, и дернуть хмурого друга к себе. — Здорова, сучки, вы не ждали, а я пришел! — Бэкхен, удерживаемый Сехуном за шкирку, после того, как хлопнул дверью машины. — Да отпусти же ты меня, — Бэкхен недовольно ерзает в пиджаке, пытаясь выбраться из него. Тут раздается звонок на весь школьный двор, и ребятам приходится жалобно вздохнуть и пойти на уроки. Бэкхена и Тэхена отодрать получается только Сехуну, а Донхека утягивает Джисон, таща почти силком. Ренджун глянув на эту сцену, весело хмыкает и почти вприпрыжку идет за Сехуном.

***

К обеду вся столовая была набита учениками. Впрочем, как бы сильно она не была заполнена, столик баскетбольной команды всегда оставался только их и к еще большему счастью, они общаются только в кругу своей компании и не нуждаются в том, чтобы садиться за другой столик. И если уроки у них проходили в разных классах и они еще не успели все увидеться, то сейчас они почти в полном сборе, обсуждали прошедшие каникулы. — И, знаете, я там так круто научился попадать в корзину, — давясь булочкой, воодушевленно рассказывает Тэхен, а Сехун учтиво похлопал его по спине, проводя кончиками пальцев по загривку, из-за чего Ким ткнул друга локтем в правый бок. — Так что, ребята, я вас всех урою. Ребята за столом сделали вид, что поверили, в особенности альфы, отводя взгляд, как бы говоря: «Да, конечно-конечно, метр с кепочкой». — А я впервые поймал волну на доске, — хвастливо встрял Сяо, и Джемин восхищенно улюлюкнул. — Всегда хотел попробовать серф. — Можем на каникулах все вместе махнуть на море, — Сяо мечтательно прикрывает глаза, оказываясь вновь на покачивающихся волнах, среди мягкого соленого бриза. — Я бы не прочь съездить на море, — Ренджун разминает шею, мечтательно прикрыв глаза, — иначе горы домашки и не только моей, меня доконают, — после чего вздыхает и выпрямляется, оглядывая их столик — все же некоторых не хватает, видно задержали на уроке. Надо будет прихватить еды, думает Ренджун, иначе всю тренировку голодные пробегают. Между ним и Донхеком приземляется сумка, а следом садится капитан. Ренджун на него не смотрит, но понимает, что это он, еще по рукам, мелькнувшим где-то сбоку слева. — Всем привет, каюсь, опоздал, — звучит привычное, но всегда действительно с сожалением. Мурашки проходятся по коже и он резко сдвигается в сторону, ближе к Бэку, оставляя пространство между ним и капитаном. Сехун при этом кидает на него короткий взгляд и, нарочито широко раскинув руки, закидывает ее на плечи Ренджуна, подвигая ближе к себе. Бэкхен стиснутый между ними что-то ворчит. — Моя ты крошечка, я по тебе так скучал, — тянет он, потянув за щечки, и Ренджун, весело хмыкнув, жмется ближе в ответ, упираясь щекой в плечо Бэкхена, что тоже быстро на него глянув, поворачивается боком, и повторяет положение рук Сехуна. — Вы же вместе были? — удивляется Сяо. Тэхен сбоку от них обидчиво вздыхает. — А я?! — Это не мешает мне скучать по моим крошкам, правда, Тэ-тэ? — и глядит на друга, — не волнуйся, до тебя мои руки тоже дойдут. — Фи, — Тэхен кривится, — поздно, надо было раньше, надо было раньше. Сехун на это вскидывает брови, так и говоря, что еще хоть одно слово и Тэхен окажется завален тремя тушками и навряд ли когда-то выберется из-под них, но Тэхен лишь незаметно для остальных подмигивает, продолжая разыгрывать драму. — Зачем тебе они, если есть я, — Ренджун фыркает, закидывая на них одну из ног под столом. Возможно, ему показалось, что слева раздался недовольный вздох. — А вы что делали? — Донхек вдруг переключается и испытующе смотрит на Джемина, который сидит с невозмутимым лицом, а Джисон рядом резко краснеет, бледнеет и начинает подозрительно сильно теребить трубочку от сока. — Вы же вдвоем, вроде как, были все лето? — Вдвоем, — кивнул Джемин, под столом кладя ладонь на дергающееся колено младшего. — Ничего особенного, — Хэчан на них странно покосился, затем открыл было рот, как Джемин добавил: — Ой, а как вы написали контрольную по информатике? Я, кажется, забыл совсем, что такое код. И как его- — О боже! — Бэкхен бьет кулаком по столу, из-за чего раздается громкий лязг посуды, затем он мученически говорит: — Я ответил только на один вопрос — ужас, а не предмет! Я откуда должен знать язык сиси+? — Вообще-то, — Сехун поднял палец вверх, на что Тэхен рядом очень громко цокнул, — си+, а не сиси+. — Да мне похуй вообще, — пожимает плечами Бэк. Сехун что-то ехидно отвечает, тут же получая острым локтем в другой бок, шипит на двух омежек, оккупировавших его. Донхек смеется над ними, Сяо судорожно вспоминает, написал ли все ответы, а Джемин успокаивающе обнимает пальцами худое бедро Джисона, что выдохнул с облегчением. «Чуть не спалились, — шепчет Джемин в ярко-красное ушко омеги, — не пались ты так». Джисон поджал недовольно губы, но перевел свое внимание на хихикающих Тэхена и Бэкхена. Те о чем-то шушукались, удобно разместившись под руками Сехуна. — Так, нам пора на тренировку, — говорит Джено, поднимаясь с места и убирая за собой поднос. Ренджун замечает, что капитан сегодня почти не притронулся к еде.

***

Раздевалка опустела слишком быстро, и шум, который присутствовал в ней, резко перетек в зал — он успел пожалеть, что переоделся не так быстро, как его друзья. Атмосфера стала чуть более накаленной, когда за спиной хлопнула дверь, и Ренджун определенно точно знал, кто зашел, потому что все остальные, уже переодевшись, ушли в зал. Волоски на затылке быстро встали дыбом, и он поторопился натянуть футболку, когда в нос ударил сильный запах сигарет. Он жмурит глаза и поджимает губы, бросая на скамью рубашку, а потом, раздраженно выдохнув, хватается за нее же и аккуратно вешает на крючок, прекрасно понимая, что после тренировки его будет раздражать мятость. Он прекрасно слышит шорох одежды и несколько вздохов, которые от него, кажется, пытались скрыть, но старательно делает вид, что ему и дела до этого нет, а у самого в груди что-то беспокойно мечется. Запах все еще неприятно бьет в нос — кажется, что густой дым сигарет заполняет каждый кусочек пространства, въедаясь в подкорку и щекоча рецепторы. Раздражение берется не пойми откуда и все же скинув вещи на лавку он решительно разворачивается, направляясь к выходу. Джено смотрит на него побитым щенком, когда Хуан проходит мимо, но тот лишь задевает его плечом и хлопает дверью, не заботясь о том, чтобы придержать ее. Ренджун забегает в зал, быстро юркая в объятия Сехуна, что обнимает его и успокаивает. Запах стираной футболки и одеколона друга обволакивает его подобно одеялу, и Ренджун забывает обо всем. Бэкхен рядом отвлекает разговором, а Тэхен, душа Джемина и дергая его за волосы, чтобы не пытался сбросить его на пол, внимательно разглядывает. В это время Югем, Винвин и Марк, оставшиеся без обеда и успевшие получить отработку еще на первом уроке, были довольны принесенной едой настолько, что самые первые испарились из раздевалки, усевшись на лавках в спортзале, вгрызались в аппетитные булочки с сыром и мычали от удовольствия. Сяо что-то с заумным видом втирал им про биологию, а Джисон сидел с недовольной миной — слушать про шутки ботана в первый же день ему совершенно не хотелось. Джемин в другом конце зала говорил с Сехуном, валяющимся на мате под тушками двух омежек, решивших, что О Сехун — их личный матрас, а Хэчан сидел рядом с Марком и ругался на одного из учителей. — Ты прикинь? — Хэчан болюче бьет альфу в плечо, на что тот едва не давится едой. — Она мне заявила, что я обязан! Понимаешь? Я, оказывается, обязан знать химию! Охуеть! — Не ругайся матом, — просит Марк, и Югем скалится. — Смотрите, святоша. — Завались, — Марк бодается, и в итоге они начинают шуточную борьбу. В зале светло и пахнет едой, раздаются крики и шорох одежды, обтираемой об пол. В общем и целом картина создается сумбурной и шумной. Пока ребята создавали видимость упорной работы и тренировки, продавливая телами маты, двери зала резко распахнулись. — Так, сопляки. Джемин, валявшийся под Тэхеном, подскакивает и с ужасом смотрит на их тренера. Высокая фигура в черном спортивном костюме угрожающе загораживает собой проход. — Чего расселись? Встали и двадцать кругом на раз-два! — Юнги хмурится, проходя в центр спортзала. — У меня для вас новости: мы участвуем в тренировочном матче среди старших школ через две недели. Так что быстро собрались и пошли работать, ленивцы! И за что вам платят стипендию? Полы только протираете. Сехун болезненно поморщился, а Хэчан, воинственно встав напротив преподавателя, сказал: — Ва-а-а-у… нет. Мы не будем в этом участвовать. Джено кивнул. — Мы же только с каникул вышли, вы посмотрите на них, — Джено показывает пальцем на споткнувшихся друг о друга Тэхена, Бэкхена и Джисона, за которыми следом повалился Сяо, — да они же первый тайм продуют за две минуты. На ногах стоять не могут! Юнги сделал страшные глаза. И словно грозовые тучи нависли над ребятами. — Это не меняет погоды, так что завтра встречаемся после уроков здесь же. Предупредите родителей, что задержитесь до вечера. Хэчан, никаких звонков от твоего отца! — Хэчан обиженно поджал губы и отвернулся. — Бэкхен, никаких мне отговорок про хомяков — у тебя их нет! Ренджун, прекращай материться, я все слышу, а ты, — он указывает на Тэхена, — не подначивай его, — теперь Ренджун и Тэхен надуваются примерно так же, как и Бэкхен, — Сехун, рассчитываю на тебя, чтобы эти трое, — кивает на мрачную тройку омежек, — были на тренировке и не растеклись по миру. Джено, нам нужно искать менеджера — я позвоню тебе вечером. Будем вспоминать как стоять ровно, — и вздыхает, предвкушая тяжелую неделю. Где-то в другом конце зала раздается тихий всхлип — Джисон и так страдал все лето, так теперь еще и здесь. Да чтоб ему провалиться.