House of Memories

      — Ты делаешь неправильно. Нужно осторожно резать, тонкими кусками, а ты кромсаешь, как Потрошитель свою жертву. Мне кажется, ты сам никогда не видел последствий такой поножовщины, какую сотворил с несчастным мясом.       Олег старался не шутить над стремительно розовеющим скулами Громом. Но шутки сами шли на ум, озвучивая их вслух. Скоро можно идти в стендаперы, Ледовый вряд ли соберет, но в каком-нибудь баре его послушают. Особенно начало фразы: «у меня есть муж и он мент без способности к готовке». Через сколько зал опустеет или же кинутся на него измеряется в секундах. Но Волков отвлекся. Сейчас он стоит позади пыхтящего Игоря, наблюдая через его плечо, как тот совершает акт вандализма над их ужином. А ведь они планировали просто мяса отбить и пожарить. Но вышло все совсем не по плану.       Оказывается, Игорь умел делать базовые вещи в готовке. Пожарить яичницу, сварить сосиски с сардельками, ну и гречку с макаронами. Рис или булгур для него уже был темным лесом, как и то, что мясо можно пожарить по-человечески. Точнее умел, но, где время на готовку найти, когда все время в участке пропадаешь, да и всегда есть на углу шава. Съел на ходу и дело с концом. Не надо и дома над этим заморачиваться. А вот с появлением в жизни Грома Олега все кардинально изменилось. И дверь в туалет пришлось сделать, и ванну переместить в ванную комнату. Ремонт в холостяцкой берлоге своей сделать. Уюта захотелось, возвращаться чаще. Тем более было к кому.       От Волкова всегда пахло чем-то домашним. Не то едой, что он готовил, не то кофе, что пили по утрам, не то пылью, что иногда оседала на поверхностях новых шкафов и протиралась с периодичностью раз в неделю. Пах стиральным порошком и кондиционером. То, что Игорь мог назвать домом. Домом, которого у него толком не было уже давно. Сейчас же Олега хотелось выгнать с кухни, чтобы тот над душой не стоял и не действовал на нервы своими комментариями. Потому что Грому было почти стыдно за то, что не мог творить кулинарные шедевры на плите так же, как и он.       — Стой. Давай начнем с самого начала. Тут можно уже потушить мясо, что тоже хорошо. — Олег мягко обхватывает его за локти, погладив кожу невесомо. Пройдясь по предплечьям, касается ладоней Грома, обхватывая правую с ножом в руке. — Тебе нужно делать это неторопливо, все ножи я давно заточил, и они не тупые, смотри.       Подняв руку Грома, чуть сжал своими пальцами, надавив острием ножа на мясо. То спокойно поддалось под лезвием, разрезаясь на полоски. Так постепенно оно превращалось в небольшие кубики. Довольно улыбаясь тому, что у них получилось, он поцеловал Игоря за ухом, чувствуя, как тот вздрогнул от этого.       — Молодец. Глядишь и меня обскачешь в готовке. — Олег в затылок усмехнулся, потерся об него носом. Игорь покачал головой, не соглашаясь с ним. Ему до него, как до Китая раком. И он хотел бы наслаждаться его готовкой столько, сколько это будет возможно. Повернувшись к нему лицом, поцеловал коротко в губы, выбивая из Волкова равновесие и спокойствие. Нож сразу же был отложен в сторону, а они вцепились друг в друга, словно это первый и последний раз.       И все же Грому нравится, что его ждут дома. Что могут научить делать что-то новое. Есть тот, к кому он будет спешить в желание поскорее увидеть. Тот, кто заменил ему семью и понятие о ней. И о доме.