House of Memories

      Костя смотрит на маленький свёрток в своих руках, пытаясь понять, откуда он и зачем ему вручили. У него не отпечатались в памяти события предыдущих суток, словно корова языком слизала. Он помнит, как они идут с Федей от участка по домам, но резкая и острая боль в животе нарушает все планы, как и джинсы, что становятся слишком мокрыми. Остальное в его голове довольно смутное и отдалённое. Костя думает, что эти воспоминания принадлежат не ему, но свёрток в руке говорит об обратном. Сегодня (или вчера) он стал отцом для этого человечка и сам не верит в это. УЗИ показывало мальчика и если ничего внезапно не случилось, то у него родился сын.       Ребёнок тихо посапывает на руках Кости, а у него самого множество вопросов. Что с ним делать? Кормить, но чем? Груди то у него теперь нет. Менять пеленки, распашонки или что там решил назвать его Игорем сразу, как только узнал пол ребёнка       — Игорёк. — хрипло сипит, решая распробовать это имя на вкус, перекатывая гласные на языке. Игорёша. Свёрток реагирует на голос и завозившись в одеяле, Костя чуть крепче сжимает руки и наблюдает за тем, как _его_ сын открывает глаза и смотрит на него в ответ. Он невольно подумает о том, что Игорь хорошенький: немного щекастый и даже с небольшой шапкой волос. Последнее немного удивительно, но наверняка и не такое случается. Бывают же новорожденные с зубами, так почему и с волосами не могут быть?       Осторожно разворачивая одеяльце и видя, что Игорь вполне себе не кроха и довольно крепкий на вид, Костя делает над собой усилие, поднимаясь с кровати. Всё тело болит, но терпимо. Кутая обратно, чтобы Игорю не было холодно, аккуратно ходит рядом с кроватью, надеясь, что ноги удержат его. Косте хочется курить, подумать и попытаться вспомнить, что произошло вчера. Сейчас бы Феде позвонить и выяснить подробности. Наверняка он не оставил его одного и повёз в ближайшую больницу. Костя не представляет, с каким выраженьем лиц на них смотрели врачи и как Федя оправдывал данный феномен или он сам что-то говорил об этом. Не помнит, только обрывки фраз и женский голос рядом, что просил дышать глубже. Лена? Вероятно, но сколько же тогда прошло времени, если она успела доехать до них. Разговор явно будет долгим.       Тихое квохтанье доносится из одеяла. Костя заглядывается на лицо Игоря, пытаясь понять, тот хочет заплакать или просто выражает эмоции? Надо было книжку что ли почитать про детей или спросить у кого-то про первые дни новорожденных. Прижимая свёрток к груди, Костя касается вихрастой макушки губами, утыкаясь носом в неё. Игорь на его руках такой крошечный, что ему страшно делать хватку крепче, да и в целом Костя не уверен, что правильно держит сына на руках. Раз не плачет, то всё в порядке. Наверное.       Сложно описать эмоции, особенно когда ходишь почти девять месяцев и не веришь, что это действительно будет, а потом держишь на руках своего ребёнка. Сколько теперь будет от посторонних вопросов про их мать и уж отвечать на них Костя не планирует.       — Жаль, что ты пока не умеешь разговаривать. Ничего, научим тебя, Игорь Константинович. — усмехаясь от полного имени, Костя не ожидает, что маленькая ручка потянется к указательному пальцу, крепко хватая. Усмешка тут же стирается с губ, зато глаза начинает жечь. Быстро смаргивая, он целует Игоря в маленький лоб, замирая на месте. Он подарит ему хорошее детство и всегда будет рядом. Его сын не будет ни в чем нуждаться и будет счастливым ребёнком. Костя постарается стать для него самым лучшим отцом и возможно, другом. Приложит для этого усилия и наконец-то прочтёт чёртовы книжки.