Межвременная корректировка

*Полгода назад*

Ожесточённая битва. Смертные бросили вызов Богам, хоть и понимали — силы никак не равны, ни в коем разе. Однако Рейден ещё не подозревал об их намерениях. О том, что ему вот-вот воткнут нож спину. И, сверкая убийственной молнией, рвал и метал, сражая всех и вся: наповал, навсегда, раз и на века. Ревенанты под предводительством Куан Чи намеревались захватить наконец Храм, да завладеть энергией Цзинь Сей. Только совсем недооценили своего главного противника — главного и единственного. Призраки вместе с демонами заливались гнилой горячей кровью, падая замертво. Несмотря на то, что смерть это совсем не про них. Как бы кто не пытался. Магия чернокнижника использовалась в полной мере, содрогаясь в жалких попытках одолеть Бога Грома, что, как и враги, не думал отступать. Глаза его горели алым пламенем, несвойственным тому Рейдену, которого все знали и уважали. Тёмное одеяние, металлическая шляпа с шипами, толстый длинный плащ, — стиль его стал иным. Тёмным, как и сторона, на которую он, пусть и несознательно, ступил. Прикрывали тыл его не лучшие на то кандидаты. В частности из-за своих скрытых, но достаточно благих намерений. Выстрелы и стук железа об кости. Тогда мистер Бриггс ещё не отошёл в долгожданную отставку. Всё не мог решиться, противился, не мог оставить своих товарищей. Однако тот день для него был самым лучшим и обоснованным аргументом в пользу мирной жизни — пенсии. Его железные кулаки, что не помешало бы смазать специальным маслом, колотили демона за демоном, отправляя их в нокаут, из которого не восстают, не приходят в себя. Из браслетов Блейд без конца вылетали острые патроны, что бесцеремонно пронзают черепа, обтянутые гнилой плотью с едва видными наростами. Истошные, но приглушённые ливнем крики врагов. Зелёное свечение Кейджа было применено в полной мере. Прямо как и магия Куан Чи, против которого та и применялась. Ногами шустро размахивал мужчина, изредка поправляя мокрые волосы, что лезли в глаза. Разбитые очки валялись где-то на брусчатке, залитой сплошь и рядом кровью. Постепенно тяжёлые, огромные, водяные капли начали замедляться, чему далеко не сразу придали внимания чемпионы Земного Царства. А когда время окончательно замерло, как и все, Рейден впал в ступор. Обернувшись, он не заметил своих союзников в лице известной всему спецназу троицы. Тогда время вновь отмерло и враги с большей яростью бросились на Бога Грома. Солдаты же оказались в мистическом месте, что отдалённо напоминало уж совсем необычный храм. Сплошная пустота — гнетущая, давящая. — Какого… — бормотал Джакс, сжимая свои роботизированные кисти. — Мистер Кейдж, мисс Блейд, мистер Бриггс… — неизвестная женщина в белом странном одеянии и гладко выбритой макушкой, в середине которой виднеется имплант. Она не ходила. Предпочитала летать. И её ступни, на которых можно было заметить белоснежные туфли с тонким каблуком, совсем не касались пола. Оружие в миг подняли солдаты, насторожившись. И женщина окончательно вышла из тени, показав своё лицо: расслабленное, довольное. Голубые глаза её, сияя, бегали робко по гостям, изучая их с ног до головы. — Кто ты, нахрен, такая? — фыркнул Бриггс, пока его кулаки озарялись фиолетовыми огнями, готовясь к бою. — Позвольте представиться, дамы и господа… — молвила та, разведя вальяжно тонкими руками, что отдавали золотом. — Я — Кроника, Титанша, выступающая против Богов. Тех, что ведут миры к смерти. Как своими безрассудными поступками… Так и своим крайним безразличием… — Слышал, Титаны — не самые хорошие ребята… — расплывшись в некого рода ухмылке, подметил Джонни и руки его сами опустились. Его примеру последовали и остальные. — Может и так. — пожав легонько плечами, обронила Кроника. — Но если выбирать из двух зол… Рейден вряд ли станет хорошим выбором. — Хочешь настроить нас против него? — уточнила Соня, явно упрекая. — Он сделал это сам. За меня. — заявила Титанша, сомкнув кисти на уровне живота. — Да и вы уже давно усомнились в праведности его мыслей и намерений… Не так ли? Сделку заключили тогда чемпионы Земного Царства с той, с кем знающие души никогда не свяжутся. Только вот был ли у них выбор? Достойный. Верный. Титанша согласилась предоставить спецназу оружие, что не под силу всем и вся. Лишь некоторым. Избранным, грубо говоря. Хоть и таких давно не наблюдалось на горизонте. Ведь, возможно, он был единственный. И уже несколько десятков лет мёртв. Душа мертва. А тело и по сей день используется, питаясь чёрной магией и внимая приказам Преисподней. — И чего нас всех тут собрали? — недоумевал шёпотом Такеда, разгуливая по просторной палатке, усыпанной компьютерами и не только. Отряд юных солдат ещё каких-то пару часов назад сражался с ревенантами, помогая великому мастеру Саб-Зиро. А затем и вовсе всё перетекло в перепалку, да выяснения отношений. Давних конфликтов, неких обид. И вот, по приказу мистера Кейджа, они очутились вновь в лагере. За ними увязалась и Фрост. — Кэсс, нам нужно её арестовать. — бормотала Джеки, пытаясь вразумить подругу. — Мы в любом случае не имеем права её отпускать. В ответ же та опустила глаза, да поджала губы. Скорчившись в лице, она легонько помотала носом, противясь. Хоть и более, чем понимала, что должна надеть наручники на криомантку. Тяжёлый вздох и девушка медленно подходит к голубоволосой, не спеша вздымая подбородок. — Протяни руки. — шептала Кейдж тихонько, глядя на девушку виновато, исподлобья. Сопротивляться та не стала. Лишь покорно сдалась. Каких целей она преследовала? Никому не было ясно. Однако каждый из присутствующих считал её врагом. Все, кроме светловолосой. Головы киборгов-предателей Линь-Куэй исчезли, превратившись предварительно во множество маленьких снежинок. Наручники покинули пояс Кассандры и сомкнулись на запястьях Фрост. Как в наушниках солдат раздался знакомый родной голос. — Так откуда ты её знаешь? — восседая на кресле на колёсиках, Цзинь, закинув ноги на стол, всё не сводил своих глаз — сверлящих, сжирающих всё на своём пути до самых костей, с блондинки, что сидела на соседнем столе, скрестив руки на груди. — Что-то не очень верится в твоё внезапное увлечение историей… Той, что не касается операции. — Отъебись, а? — фыркнула она, тихонько цокнув языком. Нервный тик преследовал её. С того момента, как ей пришлось арестовать девушку и всю дорогу на огромном военном самолёте. Не могла сидеть за рулём, из-за чего попросила Такеду занять её место, ведь одна Джеки точно бы не справилась с такой ношей. Ей пришлось передать криомантку спецназовцам. И теперь понятия не имела, что там с ней и как. Пока никто из её товарищей не понимал беспокойства девушки. — Неужто дочка генерала — предательница? — вскинув брови, предполагал Кунг, кусая губы и дразня блондинку. — Связалась с криоманткой, что служила Триборгам, и теперь пытается нас провести вокруг пальца? — Заткнись, Цзинь. — буркнула Бриггс, заступившись за подругу. — А ты, наверняка, с ней заодно? В палатку буквально ворвалась сама генералша спецназовских войск. Длинная коса её, сплетённая из блондинистых волос, среди которых едва виднелись седые пряди, рассекала воздух, словно маятник, качаясь из стороны в сторону. Она была достаточно высокой дамой. Даже выше на пару сантиметров своего бывшего избранника, что, будто пёс послушный, следовал за ней, сверкая улыбкой голливудской, да махая своему любимому отряду. И дочь пошла в женщину. Не только характером, добрая половина которого также досталась от отца, но и внешностью. В особенности — взгляд. Он был чуть ли не идентичным. И когда они пересекались — это значило лишь одно. Беде быть. — Хэй-хэй-хэй! — вопил мужчина, стараясь потрепать по голове каждого члена отряда. — Ну что, молодёжь? Как дела? — Кейдж. — стоило Соне обронить ненавистную фамилию, как бывший актёр замолк, усевшись на стол рядом с дочкой. — Мисс Блейд? Можно поинтересоваться, для чего вы нас вызвали? — спросил шаолиньский лучник, гуляя по тонкому льду. Как и всю свою жизнь. Таков его нрав. Таков он — родственник великого Кунг Лао. — Кроника наконец предоставила нам свою технологию. — заявила Блейд и все присутствующие принялись быстро-быстро переглядываться. — В полночь совершите прыжок. Так что не покидайте лагерь. А лучше и вовсе палатку. — выдержав паузу, она продолжила. — Кэсси, на пару слов. — Есть… — девушка в миг спрыгнула со стола и последовала за матерью, что для неё была самым настоящим Титаном. И далеко не только из-за роста. Далеко не из-за этого. Джонни напоследок одарил её усталой улыбкой и, погладив робко по плечу, отпрянул, отпустив, отправив на произвол судьбы. Точнее это случится немного позже. Через считанные часы. Кейдж младшая решительно покинула палатку и направилась беспрекословно за матерью. Об их не самых лучших отношениях известно чуть ли не каждому. Их, мягко говоря, можно назвать натянутыми. Любым возможным словом, но явно не «тёплыми». Любовью и заботой не веяло между ними — одним холодом. Так женщина и создала свою копию, что выросла не совсем бесчувственной машиной для убийств лишь благодаря отцу, юмор которого течёт в крови дочери. Зайдя за длинных контейнер приличных габаритов, Соня оперлась на железную гармошку, скрестив руки на груди, и демонстративно оглядела дочь, что прежде всего для неё была подопечной и зачастую только ей. Некое подобие тишины здесь царило. Ни единой души посторонней. Идеальное место для семейных разборок. — Она в этом контейнере. — обронила шёпотом она, кивнув в сторону. — Но откуда она взялась там? — Я её арестовала. — Кассандра старалась игнорировать эмоции. Абсолютно все. Ведь иначе с генералшей разговаривать невозможно. На холод необходимо отвечать холодом и ничем более. Только Соне было недостаточно одного предложения по этому вопросу. Она желала развёрнутых, но весьма сухих объяснений. Без воды лишней. — Она заявилась в Храм Линь-Куэй, когда мы сражались с ревенантами. Помогла нам их одолеть. А затем… Сдалась. Сама. — Хочешь сказать, она исправилась? — вскинув брови, уточнила Блейд. — Я ничего не хочу сказать.

*Чуть больше года назад*

— Не хочешь объяснить, почему мне сообщают о том, как ты отесаешься с преступницей? — редко она была довольна дочерью. По крайней мере, эмоций, что были сравнимы с радостью и гордостью, далеко не всегда виднелись на её серьёзном лице. Лице прирождённого командира. Да. Только командиром она и могла быть. Иные маски ей были недоступны, непосильны. Как и роли — роль матери, с которой, что сама и признаёт, но не публично и лишь тихонько шёпотом себе под нос перед сном, справилась совсем худо. Не лучше её покойных родителей, которые и вырастили женщину такой. Холодной, да чёрствой. Однако душа её была куда теплее и мягче. Пусть и она её никогда не показывала. Ведь далеко не всем удалось разглядеть что-то в ней. Что-то человеческое. — С какой именно? — руки на груди, нос вздёрнут, а на лице ехидная улыбочка: фирменная, присущая только и только Кейджам и никому более. Как и уверенность, которой можно лишь позавидовать — молча, белой завистью. — Криомантка. — терпение женщины было на исходе, но она отчаянно держала себя в руках, не поддаваясь на излюбленные провокации дочери. «Вся в отца…» — крутилось на уме генералши, пока пар намеревался в любой миг хлынуть из ушей. — Какая именно? Этих криомантов хоть жопой жуй. — юлила без конца та, гуляя языком от одной щеки к другой. А за тёмными очками прятались хитрые глаза — сверкающие, серые, приглушенно голубые. — Этих криомантов… Всего двое… — громко хлопнув по столу обеими ладонями, перчаток на которых не виднелись, из-за чего те стали розоватыми и отдавались покалывающей болью, Блейд скорчилась едва не пополам, опустив гудящую голову. — Первый — Куай Лянь. А вторая… — Фрост. Так какого чёрта ты ошиваешься с ней, вместо того, чтобы арестовать?! Взгляд исподлобья был ещё более устрашающим, чем её обычный. Привычный для всех и вся. Особенно для подчинённых, которых с каждым годом, не смотря на новые лица, всё меньше и меньше. А для дочери — и вовсе родной. Любимый в каком-то смысле. Отчего девушка и не думала делать и шага назад, уверенно стоя на своём месте. На своём. — Интересно, кто же тебе докла… — внезапно осознание настигло её, прервав на полуслове. Настроение переменилось. Злость заняла лидирующую позицию. Властвуя. — Ха-х… А я думала, что встретила того солдата в лесной чаще случайно… Но теперь всё ясно… Не разбрасываясь больше словами, Кэсси сорвала значок и вместе с оружием с грохотом положила на стол. Пред носом матери, что обомлела от такого, хоть и виду старалась не подавать. — Теперь я не могу её арестовать. — шептала она, явно издеваясь, мстя. — Разве что меня вдобавок можно. За содействие и помощь преступнице. На этом шоу оборвалось, кончившись не самым лучшим образом. Высказав ту малейшую часть накопившегося, Кейдж устремилась на выход, желая поскорее вдохнуть свежего воздуха. Воздуха свободы. Ранняя осень. Золотистые листья потихоньку покидали ветки деревьев, оголяя их нагло. Солнечные лучи ещё не скрылись за вечными тучами, сулящими непогоду. Благодаря чему на дворе стояла теплынь. Воздух немного влажный. Всё-таки ночью успел проморосить робкий дождик. И непринуждённая влажная атмосфера только начавшейся осени заполнила лёгкие Кассандры. Лагерь спецназа пустовал. И она не желала больше здесь находиться. Поэтому поспешила туда, где её точно ждут. Тонкий ручей с ледяной водой, скорость которой уж очень быстра. Острые камни усеивают не только его дно, добраться до которого труда не составит, но и берега. Как маленькие, так и большие. Их не первый год стачивает усиленно и словно намеренно вода. Волны иногда при ливнях с ветром их охватывают. Но не сегодня. Берег свободен. И на одиноком камне сидит она, таращась в бегущую в неизвестность воду. Как в паре метров случается всплеск. Множество снежинок, что гораздо меньше обычных, тянутся друг к другу, а затем резко отталкиваются. И на их месте появляется криомантка, что незамедлительно направляется к светловолосой. Она в своём привычном одеянии: гражданском, не боевом. Ведь давно не сражается. Разве что в бойцовских клубах бандитских, чтобы не умереть с голоду и иметь крышу над головой. Пусть и дырявую. — Что-то случилось? Ты грустная. — подмечает та, усаживаясь рядом. Глаза её не человеческие рассматривают девушку в поисках ответов. Но ни один анализ тут не поможет. — Я покинула Спецназ. — заявляет Кэсси и бросает камушек в воду, что тонет при первом же столкновении. — И, видимо, если бы не мать, я бы и никогда не пополнила их грёбаные ряды… — Но… Почему тебя решили… — Я. Я сама решила. — перебив, она вздымает голову и взгляды их пересекаются. — Скажи… Только я настолько слепа? Настолько, что не вижу в тебе ничего, блять, плохого… В отличие от всех остальных. Почему… Почему они считают тебя преступницей? — Потому что… Оступилась однажды. — молвит Фрост, не смотря на сосульку, что встала будто поперёк горла. — Очень и очень серьёзно оступилась. И боюсь понести должное наказание, которого достойна… Которого боюсь больше смерти. — Ну так поведай! — вскочив с камня, Кейдж развела руками в стороны, а глаза её округлились пуще прежнего. Она ещё не остыла. И не собиралась. — Поведай всё, мать твою! А то я не сильна в вашей ёбаной истории! Криомантка, тяжело вздохнув, поднялась на ноги и, подойдя к девушке, положила руки к ней на плечи, посмотрев прямо в серые той глаза. Своими — голубыми, морозными, в которых читается одно сплошное сожаление. — Я — плохой человек. — взгляд её резко поник и ринулся куда-то в сторону. Лишь бы не пересекаться со сверлящими очами блондинки, что слепо верила той всё это время. Но теперь терпение наконец лопнуло на фоне всего и вся. Внимание девушки невольно пало на свои же руки, которые будто принадлежали какому-то киборгу. Роботу… Кому угодно, но только не ей. И кисти устремились вниз, отпрянув от чужих плеч. — И то… Практически не человек… — Ну скажи ты уже… — сквозь зубы был слышен шёпот мольбы. Шаг вперёд и ладони её сами собой легли на ледяные щёки голубоволосой. — Скажи… Что ты натворила… Аккуратно схватив её за запястья, криомантка легонько шарахнулась и отошла назад, поджимая синие обледеневшие губы. — Вернись в Спецназ. — пряча глаза, она сжимала кулаки в неком отчаянии. Вот-вот губы раскусит до крови, а веки падут, преградив взор на весь мир. — А я… Вернусь туда, откуда пришла… Ответа дожидаться Фрост не намеревалась. И, подняв руку над головой, растворилась в воздухе, оставив после себя только пару снежинок и ледяной ветерок от вихря. Полночь наступила будто за считанные минуты, что же были на самом деле долгими и трудными часами для отряда и всего спецназа. Все были подняты на уши, на нервах и в некой панике. Кроника не собиралась являться в лагерь: предпочла передать своё творение через посредников, которых предоставила она же. Магический чемоданчик не попал ни в какие плохие руки по пути и достиг своего места назначения, оказавшись у генералши. Тогда был отдан приказ: «Приготовиться к прыжку», и через час другой отряд юных солдат был уже наготове. Межвременные Наручи — творение, благодаря которому четверо смертных должны были исправить ход времени. Историю. Исход. Непосильная ноша легла на их плечи, которой противиться никто и не думал. Пятеро наручей. Блейд запросила у Титанши про запас. На всякий случай пожарный, который запросто может случиться, что прекрасно понимала многое повидавшее женщина. По одному наручу каждому на левую руку. Предварительный инструктаж и солдат выводят в центр лагеря, что освещали лишь редкие лампы с тусклыми звёздами. Ни души кроме них шестерых не наблюдалось, будто все были уже на том свете. Точнее в Преисподней. Что только нагнетало обстановку и подталкивало смертных вперёд. Совершать благие дела во спасение Земного Царства. — Готовы? — напоследок спросил мистер Кейдж и все разом вяло кивнули, едва честь не отдав. — По моей команде… — рука её поднялась вверх. Да так резко и быстро, что аж тихий звук характерный был слышен. На фоне тихой-тихой ночи. Экраны наручей загорелись голубо-белым светом, что чуть ли не ослеплял их. Кончики указательных пальцев, виша над заветной кнопкой в миллиметрах нескольких, в любой момент норовили наконец соскочить, разорвав пространство. И далеко не одно. Рука рассекла воздух, опустившись с неимоверной скоростью. Наручи активировались. Отряд, что стоял в форме ромба, принялся потихоньку исчезать, распадаясь на мелкие частицы. Прежде чем отправиться гулять по временным линиям, солдаты заметили вдалеке красную молнию. Это было последнее, что сверкнуло пред их очами. А затем… Наступила темнота.