Запах сигарет

Мальчики звонко смеются и гонятся друг за другом по заднему двору. Один пихает другого, они падают. Сначала плачет один, ухватившись за ссадину на коленях, второй наклоняется за ним и не находит ничего лучше кроме как заплакать следом. Они вытирают красные, заплаканные глаза, громко шмыгают носами. Упиваются своим непонятным, детским горем. Хнычат, вытираются и наконец успокаиваются. Один из них до сих пор пытается отдышаться, делает глубокий вдох и давится им же. С особым рвением вытирает влажные от слез глаза, отчего те краснеют лишь больше. - Ты то чего ревешь? - неразборчиво бубнит мальчик. - Но ты упал, Такеоми, - тот заикается, но все равно старается говорить отчетливо, - Я испугался что ты повредил, что-то. Тогда бы твои родители больше не разрешили тебе со мной гулять. Шиничиро глядит в землю и продолжает хлюпать носом, что выглядит очень комично. Со стороны все происходило слишком быстро. Вот мальчики играли, поревели и вновь ушли играть. Сано тянет руку своему другу в желании помочь подняться. Акаши берет его за руку и не без помощи встает с травы и отряхивается, проверяет себя на наличие иных травм. Внезапно настрой пострадавшего совсем меняется и, надув губы, тот выставляет пальцы, щелкая ими по лбу нового друга. Мальчик пугается и, ойкнув, отпрыгивает на два небольших шага, потирая место ушиба. - Ты чего? - детский звонкий голос полный несправедливости от ситуации и обиды. - Не смей плакать из-за такой ерунды. Вот если бы ты сам ударился, то это было бы больно, а тут ты плачешь зря! - Такеоми до сих пор обижен и глядит в темные омуты напротив, явно желая удостовериться в правоте своих слов. - Но ты не ерунда, Таке, - снова заливается слезами Шиничиро. - Продолжишь плакать - я все расскажу родителям.

***

Проходит много лет и вот они прячутся меж стен школы, закуривая свою первую сигарету, ощущая прилив адреналина и готовы сорваться с места, если услышат шаги любого из учительского состава. Дрожащими от предвкушения руками они зажигают папирус и наблюдают с какой скоростью она тлеет. Шиничиро сначала хихикает и сразу затягивается, тут же закашливаясь. Кашляет тот громко, будто уже неделю лежит с ангиной, хватается за горло, но продолжает улыбаться. От такого зрелища начинает ржать и Такеоми, давясь дымом. Они опираются друг на друга и ближайшие стены, в ином случае они так и повалятся на землю и продолжат кашлять уже там. Сано стоит, оперевшись о стену и медленно сползает. Кашляет, продолжая чувствовать посреди горла непонятную горечь. Акаши напротив с таким умиротворением и гаденькой улыбкой смотрит на своего друга, что получает от того пачкой сигарет прямо меж глаз. - Что смешного? - с наигранным раздражением говорит тот, в попытках не заржать от всей комичности ситуации. - "Я умею курить", "Я ведь взрослый. Это ты, Таке, с непривычки согнешься от первой же затяжки", - пародирует голос Шиничиро Акаши, прибавляя голосу звонкость. - Мне просто было смешно с твоего лица, вот и подавился со смеху. - Говнюк. Пачка вновь потревожена и уже летит в Шиничиро, тот уворачивается и кидает ее обратно, но ее перехватывают в полете. Они еще долго сидят, перебрасываясь сигаретами. Они никогда не обижены друг на друга, они просто не могут. Потому что уверены, что любой конфликт разрешим пока они вместе.

***

- Э! Меня?! - Такеоми опять давится воздухом и дрожащим пальцем указывает на себя. Двое самых сильнейших гопников, что держали в страхе весь Токио. Одного их имени было достаточно для того, чтобы ввести других в ужас. Вакаса надменно улыбается и наклоняет голову вбок, явно подражая своим сородичам из семейства кошачьих. Его сережка кажется тоже заинтересована в этом вопросе, она звякнула гораздо громче чем кто-либо из собравшихся на данный момент. Араши бросает оценочный взгляд с ног до головы, делая какие-то выводы у себя в голове, после кивает самому себе и отворачивается, ожидая реакции их главы. Он объединил раздробленную иерархию гоп-жизни на улицах Токио. Он взял на свое попечительство двух самых проблемных и сильнейших в своем роде и готов вести их дальше. Он взял под свою ответственность около тысячи человек и поистине был готов к дальнейшим трудностям и приключениям. Но ему нужна была поддержка. Без Такеоми он дальше не пойдет, он просто не сможет. Темные омуты настолько спокойны, словно Тихий океан перед штормом. Акаши с восхищением смотрит на золотые нашивки. "Черные драконы". Звучит благородно и мощно. Черная ткань контрастирует с белыми ремнем и ботинками. Черный огромный флаг. Но одной формы и герба было мало. Шиничиро стремился к новой эпохе. Благородной, которая могла сделать из отбросов общества блюстителей своих законов и принципов. Эпоха, в которой рев моторов не означал бы дальнейшее хулиганство, в которой каждый отвечает за свои поступки и способен на безвозмездное добро и поддержку, получая ее взамен. - Черные драконы одна большая банда, один из основных принципов - не бросать друга в беде, а мы здесь все друзья. Каким бы порой балбесом не был Шиничиро. Как бы часто не получал по лицу крепким ударом в уличных разборках или хлесткой пощечиной в делах любовных - он был лучшим. Он не прятался от проблем, боясь встретиться лицом к лицу с разочаровывающим результатом. Первое время тот терпел сокрушительные поражения, которые бы могли сломать неподготовленного человека, да вообще кого угодно, кроме Шиничиро Сано. "Терпел". Отвратительное слово, которое не достойно стоять рядом с его именем. Он принимал все свои поражения, но никогда не сдавался, не опускал руки. Упрям как слон, отчаянный до безрассудства и чертовски смелый. Много кто склонил пред ним голову, клялся в верности. Все клялись быть его самым надежным тылом и самым сильным фронтом. Все были уверены в его мудрости и целесообразности (сколько бы раз тот не получал по голове). Все были готовы встать за него горой. Но и он сам клялся. Клялся перед своими тысячными подчиненными. Склонял голову ровно настолько, насколько склоняли перед ним другие. И чувствовал ответственность за каждого.

***

Постепенно следуя за своей мечтой, тот и не заметил как достал до самой высокой звезды. Покорил самую высокую вершину. Опустился до самой нижней точки Марианской впадины. Но как и любой космонавт, альпинист и аквалангист он понимает, что дальше больше некуда. - Я распускаю "Драконов", - это так тихо звучит с его уст. - Но почему? - Такеоми чуть ли не воет от досады они только-только поднялись на самую вершину и готовы вот так просто уступить место непонятно кому? Он ищет ответы в глазах напротив, но врезается в самую холодную и нежелаемую стену. Шиничиро на полном серьезе. Все то, к чему они стремились вот так одной фразой будет обесценено? Вот тогда-то они поссорились. Серьезно, в этой ссоре не было место ни улыбкам, ни даже совместным перекурам. Мозговой штурм длился не так долго. Акаши просто не желал слушать. Он скрипел зубами, кровь стучала в висках, терпение явно было на пределе. Руки так и чесались от желания как следует врезать Шиничиро. Такеоми знал, что Сано не будет сопротивляться. Он примет это как должное, лишь подставит другую щеку. - Иисус недоделанный, - шепчет напоследок и захлопывает за собой дверь.

***

Черт. Он не может на это смотреть. Морщинистая рука держит палочки и дрожит, влажная от воды с маслами ватка скользит по губам покойника. В зале очень тихо. Лишь монах шепчет в углу молитвы. Затем юношеская рука обмакивает палочки с ваткой в воде, Манджиро медленно поворачивается сначала корпусом, затем передвигая ноги. Ватка оставляет после себя влажный след. Майки одновременно и не может смотреть и понимает, что это их последняя встреча. Палочки с негромким щелчком опускаются на шелковую скатерть. Девичья, совсем маленькая рука не может нормально взяться за палочки. Девочка давится слезами и пытается угомонить себя. Кусает себя за губы и, придерживая палочки второй рукой, заканчивает омовение. Он вышел из дома и по привычке вытащил из кармана пачку, по привычке доставая сразу две. Крутит в руках и понимает, что бросить курить будет самым верным решением на данный момент, ведь тогда должно стать легче. Ведь тогда он перестанет материализировать образ Шиничиро перед глазами. Он бросил пачку куда подальше, оставляя красную картонку чуть ли не у порога в дом. Он оставляет все свои воспоминания здесь. На процесс очищения ушло два дня и эти два дня Акаши провел в полной апатии, его будто выбило из прежнего русла. Будто голову обмотали водонепроницаемой пленкой и бросили его в реку. В течении его бьет о камни, всякие звуки также заглушены. Он плывет по этому течению, ощущая туповатую боль, которая не доходит до мозга, остается лишь плыть, пока его не прибьет к каким-нибудь берегам, либо не убьет. Семейное надгробие семьи Сано выглядит очень ухоженным, каждые пару дней там меняют цветы, оставляют угощения от лица живых покойным. Этот день был самым обычным. Будто ничего не произошло. Не было долгого ливня как в самых дешманских фильмах, не было серых туч на небе, через которое могло бы просочиться солнце и указать на фамилию умершего. Ничего не было. Было лишь солнце и ясное небо. Было неуютно, пусть это и местонахождение всех покойных Сано, но там не было Шиничиро с его вечногудящим байком, с заевшимся запахом сигарет. Шиничиро был в своем гараже, что покрыт десятым слоем пыли, с размазанным по мебели бензином, с пустыми бутылками от колы. И с тем самым запахом сигарет. В его комнате было по крайней мере три пепельницы, множество фильтров и его отвратные шутки. А вот пачку тот нашел очень близко, та лежала на пороге у гаража, там где они чаще всего разговаривали, шутили и самое главное - мирились. Стало необычайно спокойно. Эти пару дней прошли будто в дымке. Но сейчас, разглядывая красную пачку и закуривая еще одну сигарету, Такеоми ощущает как щиплет в области глаз. Как дрожат плечи и как застревает в горле воздух. Хочется кричать, но тот с рвением вдыхает яд через фильтр и медленно выдыхает. На душе становится легче. - Надеюсь ты на меня не злишься, - эти слова даются ему с трудом, многие гласные тот проглатывает, - потому что я на тебя - нет. Он зажигает еще две сигареты. Одну подносит к губам, другую оставляет тлеть рядом с собой. Довольно-таки за короткий срок небо застилают серые тучи, которые предвещают дождь после такого знойного дня. Первые капли падают на землю и от земли еле видной дымкой поднимается туман. Так уходит отвратительный зной, который давит на легкие и сменяется на прохладный дождь, позволяющий сделать новый вдох. Ответ получен. Красная пачка остается у входа в обитель Шиничиро. Такеоми не бросит курить, также как и не забудет о нем.