Eclipse of time in an instant

Громкие не размеренные шаги со стороны спальни, звучали не хуже топота слона. Озадаченно поворачиваешься на ватных ногах в сторону дикого шума, устало и понуро всматриваясь теперь вперёд. Ты ошеломленно вытаращилась на влетевшего заспанного Какуче, криво встрявший в дверях кухни. На миг забываешь про не выключенную воду в кране. Его лицо очерчивал яркий свет лампы, давая возможность разглядеть бледное, почти мертвенное от страха лицо, что даже не привыкло к свету, после часового сна. Выражение было разбитое. Липкий пот выступивший у него на лице почти застилал глаза. — Какуче?.. Все в порядке?.. — оторопело смотришь ты. — Ты здесь. Не понимаешь с первого раза утверждение, и что оно значит, продолжаешь выжидающе стоять с половником в руках, с которого обильно стекала мыльная жидкость с пеной. — Да… Я здесь. Суп готовлю. Он медленно, на таких же ватных слабых ногах подходит к тебе с разбитым выражением лица, смотря своими почти ничего не выражающими глазами, сверлящие будто сквозь всего. А после берет дрожащей рукой одну из прядей распущенных волос. Притягивает к себе вдыхая слабый аромат маленькой прядки так, будто пытается понять, где реальность, а где сон. Наконец его лицо приобретает хотя бы одну эмоцию и краску, но слабую, едва заметную и расслабленную. Глаза болят от накопившихся, порядком достаточного количества слез, готовых просто выливаться. Берёшь его за руку так нежно, почти не прикасаясь, а после, сжимая в своих ладонях, смотришь в стеклянные, словно минуту раннее убитые глаза. Молчишь, догадываясь, что вина всему неспокойный сон твоего Какуче. Заготовленные мягкие слова поддержки застряли у тебя в горле, каждую секунду забываясь и растворяясь в глубине твоего сознания, когда ты смотришь в эти тёплые, но красно-белые, как насыщенная кровь, и яркий ясный день глаза. Но на твоих губах так и вертятся слова, что ты все же здесь, и всегда была тут. Рядом. — Мне достаточно того, что ты пахнешь, как и всегда. Твой запах, как доказательство, что ты здесь, — медленно тянет он, утыкаясь тебе в макушку, не сдерживая дурацкий смешок. Эти нейротрансмиттеры между вами, дарят ощущение счастья, прилив эйфории, они даже способны снизить боль, затаившую в глубине его души, так и давящую изнутри. — Мне приснилось… — Не надо, — перебиваешь его. — Куда ночь — туда и сон. Одна слеза таки скатывается по его щеке вниз, оставляя мокрую соленую дорожку до подбородка, падая тебе на макушку, а взгляд затуманенно устремляется в потолок. — Спасибо, что сон закончился…