Eclipse of time in an instant

Я в спешке пробегала сквозь толпы возмущенных людей, небрежно толкая некоторых в стороны, попутно извиняясь, но не останавливая движения. Лёгкие постепенно сдавило, а бок критически изнывал в протяжной боли. Хотелось согнуться пополам. Одна тетрадь уже успела даже вывалиться из рук, и упархать в противоположную от меня сторону, но мне кажется совершенно по барабану. Я ведь совершенно случайно заметила этот необычный цвет волос, эту прическу, это черное, топящее разум худи, которое так рябило в моих глазах каждый раз при встрече. К этой суматохе, ещё присутствовали эти глаза, которые словно огонь выжигали на мне сплошные дыры. Было категорически нельзя пересекаться с ним снова. История, как табу. Я избегаю это всеми возможностями, не затрагиваю тему, даже не желая прикасаться к ней. Но жадная пиявка находит меня даже в другом классе, даже в другой школе, даже в другом районе. Это было нельзя считать за преследование, если бы это была случайность. Но это не случайность. Гопник не теряет бдительности и возможности неожиданно появиться из-за угла, и вновь предложить погулять или даже прокатиться на байке после школы. Сколько раз вежливо отказывала ссылаясь на дела, тренировки и прочие вещи. Кажется, этого человека ничто не остановит. Даже вломиться в другой класс во время занятия, чтобы «галантно» пригласить пройтись. В какой-то момент, нога неприятно сталкивается со ступенькой наверх, и я оказываюсь на полу. Теперь оставшиеся тетради хаотично валялись вокруг меня. — Вот черт. Руки не сильно дрожали, но собирать вещи было сложновато. Все постоянно валилось из рук. — От кого убегаешь? Я неожиданно вздрогнула, услышав спокойный голос. Одна из тетрадей вновь выпала из рук. Он, должно быть, слышал, как я выругалась сквозь зубы, потому что следом последовал короткий, но глумливый смешок. — Не ударилась? Он улыбнулся своей безобидной улыбкой слегка наклонившись вперёд. — Снова ты, Хайтани, — обречено выдавила я, полностью присев на ступеньку. — Ещё не устал бегать в из школы в школу? — Пока ты здесь, все отлично. Он улыбнулся и подошел ближе, присаживаясь на корточки рядом с моим лицом. — Выглядишь тако-ой уставшей. На подкол Хайтани нечего было ответить. — Чем удивишь на этот раз? Знаю, от Хайтани можно ожидать чего угодно. Это не всегда предсказуемый человек. Иногда можно задаться вопросом, какой бардак вообще творится в его голове. У всех конечно свое, но он всегда может чем-то поразить. — Ты всегда ждёшь от меня сюрпризов, но никогда не соглашаешься с ними, — сиреневая радужка на мгновение помутнела и приобрела странный блеск. Эти омуты отталкивали, будто в них черти водятся, — Уроки закончились, пойдём провожу. Я еще не сдалась, но уже и не боролась. — Тебе ехать потом домой как минимум час, — запротестовала я. — Ничего страшного, — по обычному отреагировал он, и сунул мне под нос одну из тетрадей. Я с презрением приняла собственную вещичку, и чересчур тихо буркнула, что-то наподобие «спасибо». Ран все время придумывает что-то новенькое и что-то остренькое. Моя пустая голова уже давно забыла, когда это все началось. — Ну что, пошли? Я неодобрительно посмотрела на его вытянутую ко мне руку, и просто прошла мимо. — Ну ладно, — не сильно обиделся Ран. — Что люди вообще подумают? — действительно. Бандит вышел не так давно, и с его появлением разнеслись самые громкие истории. Каждая собака знала братьев, поэтому я оградила нас дистанцией в пять метров. — Не имеет значения, что думают другие — поскольку они в любом случае что-нибудь подумают. Так что расслабься, — спокойно лавировал Хайтани. — Я не хочу, чтобы у людей сложилось впечатление, что мы знакомы, — сказав это, я выплыла за дверь школы и ускорила шаг по тротуару. Глупо надеяться и полагать, что он не догонит меня. — А разве это не так? Как я и думала, уже рядом идёт. — Хайтани, мы с тобой даже не знакомы. Кроме криминальных новостей и твоего знаменитого на весь Токио имени, я больше ничего не знаю. Он странно хмыкнул, чем привлек мое внимание, и когда я взглянула, увидела прищуренный хитрый взгляд, а после весящий рюкзак на его руке. — Мы настолько с тобой не знакомы, что я несу твой рюкзак со школы? Моя челюсть тут же поздоровалась с асфальтом. Когда он только успел?! — Ты так спешила, что забрала только свои тетради, — он протянул рюкзак мне. Когда я потянулась, чтобы забрать вещь, он тут же отдернул руку, и слащаво улыбнулся, — Ну так уж и быть, я помогу тебе его донести. Я стоически старалась сохранить лицо, а внутри уже нарастал шипучий гнев и полное недовольство. — Но ты будешь мне должна, ведь я мог его просто так и оставить на лестнице. Была бы у меня веревка в руке, я бы уже повесилась. Я вдруг панически стала оглядываться, когда поняла, что люди и впрямь шепчутся о нас. Потому меня кидало то в холод, то в жар, когда я представляла, как до школы дойдут сплетни обо мне. Мало кто захочет потом со мной даже сидеть. Репутация у Хайтани высокая, но далеко не хорошая. — Куда ты так ускорилась? — он продолжал усмехаться с моей реакции и ускорил шаг. — Сбегаю от этого позора. — стыдливо отозвалась я. Я клевала в асфальт, стыдясь оглянуться, когда люди замечали Хайтани. Конечно я не собиралась вести его на собственный порог дома, поэтому я придумала идею, как завести его в совершенно чужой район, и сделать вид, что мы пришли. Правда пиявка отпускать меня около дома не собиралась и продолжала преследовать до подъезда. — Твой дом? Хайтани загадочно оглядел дом и двор напротив, а после пожал плечами и протянул сумку. — Хайтани, можешь идти. Когда я поняла, что он не собирается двигаться с места, по телу пошла пульсация и дрожь. — И что, даже не отблагодаришь? Посильнее сжав сумку двумя руками, надёжно закреплённые вместе, твердо смотрела на Хайтани в ответ. — Я тебя не просила мне помогать. — презрительно смотрела на наглого Хайтани, в ожидании следующего. — Даже не поцелуешь? Из груди вышел тяжёлый выдох, когда Ран слегка наклонился ко мне. — А если заражусь? Шутку он не оценил, потому что я не шутила. Но в какой-то момент я перепугалась его столь мрачного и нечитаемого взгляда. Сейчас я всецело верила, что он может обеспечить мне славную кончину в адских муках! Но верить, что подобное произойдёт, очень уж не хотелось… Ран тяжело вздохнул, отвернулся и прикрыл глаза. С моего ракурса было отчетливо видно его вдруг заигравшую улыбку. — Будешь здесь стоять пока мозги не выветрятся? Ран даже не оглянулся, лишь слегка задрав нос кверху и снова пустил смешок. — А ты будешь здесь стоять пока я не уйду, чтобы потом поехать сама домой? В этот момент внутри что-то разбилось. По сердцу будто стала литься какая-то душераздирательная жидкость. Из-за переломного момента, я вросла в бетонную поверхность, шокировано смотря на Хайтани. Ран издевательски на меня посмотрел сверху вниз, из-под своих длинных ресниц. Это звучало настолько укоризненно, что я почувствовала себя в край неловко. — Ладно, в следующий раз я проведу тебя до твоего дома. Слово «твоего» он выделил слишком громко и противно, что аж в голове прошел писк. — Я бы мог снова тебя провести сейчас, ну уж прости, дела. Зато неплохо прогулялись. После, он развернулся на пятках и помахал мне рукой. А я так и осталась со звоном в ушах в ожидании, когда теперь проветрюсь насквозь я. Тетради, которые я так и не засунула в сумку, громко плюхнулись об бетон, тем же вывел меня из мыслей. В голове правда бушевало торнадо мыслей, снося все вокруг, но инстинктивно, я таки подобрала тетради, параллельно поглядывая на почти удалившуюся высокую фигуру. Открыв рюкзак, чтобы засунуть испачкавшиеся тетради, пустой и слегка перепуганный взгляд наткнулся на белоснежную коробочку с золотой гравировкой. Мысли о том, что Хайтани чертов сталкер быстро исчезли. — Полюбому же он подкинул. Не став ждать, я открыла коробочку со скромной подвеской. Я не сильно в этом разбираюсь, но похоже на белое золото, если это и вовсе не бижутерия. Впрочем, пусть кто-то сам ее подберёт. С этими мыслями, я оставила коробочку на скамейке. Надеть подвеску, все равно, что связать себя с бандитом.