Он не ест.

             –А-ага… – только и вымолвил Альберих, поднимая на Дилюка взгляд, полный непонимания ситуации. – А-а где? – наконец хоть немного собравшись, выдавил он из себя.       –На винокурне, думаю, можно. – не долго думая кинул винодел. – Ну как? Подойдёт?       –Угу… – тихонько и с каким-то недоверием во взгляде пробормотал Кэйа, но так, чтобы Рагнвиндр услышал.       Выходя из таверны, Кэйа был молчалив, а Дилюк лишь сказал, что по некоторым причинам ему нужно отлучиться. Но Чарльз кажись заметил беспокойство в глазах винодела, а также леденящую пустоту и растерянность во взгляде капитана кавалерии. Он, конечно, при этом ничего не сказал.       В голове у рыцаря крутилось множество мыслей по этому поводу, но ключевая звучала так: «Почему он вообще это делает для меня?!». Однако за весь их не маленький путь до винокурни он не озвучил ни одну из мыслей. Они шли в гнетущей тишине и никто и не думал её прерывать.                   

***

      Когда они дошли до винокурни, Дилюк сразу сказал всем слугам оставить их на некоторое время одних. Все были в шоке, но Аделинда была очень рада видеть здесь капитана. Она очень надеялась, что парни наконец помирятся. Парни, кажись, тоже на то надеялись.       Зайдя в дом, бывшие братья быстро начали раздеваться, скидывая с себя верхнюю одежду, но было видно, что капитан весь на нервах. Его взгляд был растерянным и беспокойным. Руки время от времени подрагивали, однако лицо было непоколебимой маской с вечной улыбкой, ну кроме тех случаев, когда он оставался один и мог дать волю эмоциям.       –Чаю? – в пол оборота повернувшись к Кэйе, спросил Дилюк, обратив на себя внимание капитана.       –Было бы неплохо. – поднимая лицо на винодела, отозвался Кэйа. На губах расцвела нежная, слабая, но искренняя улыбка. В глазу теперь читалась радость, тепло, но и страх в купе с неуверенностью был виден. В этом красивом, голубом, как сапфир глазу, можно было проследить легкое смущение. «Но вино было бы лучше» – хотелось отшутиться в своей привычной весёлой манере, выставив улыбку на показ, но Альберих понимал, что время не очень подходящее, поэтому он сдержался, промолчав.       –Какой? – не теряя время винодел сразу же задал ещё один вопрос. Рагнвиндр был не разговорчив, это знали и видели все жители Мондштадта. Однако сегодня Дилюк был явно настроен на беседу с рыцарем, на долгую беседу. Он надеялся расставить все точки над «и», надеялся наконец поговорить о происшествии, которое случилось на его восемнадцатилетние, надеялся помочь и понять капитана, может даже рассказать о своих чувствах, надеялся, что рыцарь позволит Дилюку позаботиться о его рационе питания, что позволит помочь ему, что будет хорошо питаться, ведь именно из-за этого они сейчас здесь и им предстоит разговор. Но они только «за».