Последняя молитва твоя.

Глава первая

Виктория Денница (Маир)

«И дьявол включает свет, ибо он влюблен настолько, что свет не гаснет в его тени»

Soundtrack: Kraddy - Android Porn       Будь то озерцо бытовых конфликтов, или море крови во время драк, или океан грандиозных сражений — сейчас мы с Люцифером, наверное, переживаем накатывающиеся волны тех эмоций, которых никогда не испытывали на себе, а лишь наблюдали со стороны за разыгравшимся штормом сражений.       Батальон ангелов уже стоял напротив нас, защищая крепость цитадели — главное сооружение Рая, где восседают лицемерные и двуличные ангелы. Собственной персоной все сыновья Божьи. Мой ненавистный взгляд прошелся по каждому из них. Сейчас они уже не смотрят на нас как на шутов, намеревающиеся захватить под свой контроль Небесное королевство. Некогда я слышала лишь их смех на наши угрожающие слова. Но день, в которое они не верили, настал. И вот мы и наши армии стоим друг напротив друга, бурлящей кровью ощущая, что скоро произойдет взаимное нападение.       Мой супруг зажал мою руку сильнее в своей. Свой ненавистный взгляд я тут же сменила на теплый и перевела его на своего обожаемого супруга. Его дьявольские, кроваво-красные глаза излучали непомерную любовь и полыхали в агонии страсти. Так он смотрит на меня всегда и исключений не бывает. А я будто впервые ощущаю на себе этот дурманящий взгляд, снова и снова чувствуя, как внутри порхает рой бабочек, а потом Люцифер их безжалостно сжигает под напором пылающего вожделения, и мы начинаем сходить с ума.       — Ты со мной, любимая? — нежно и беспристрастно спросил он, будто мы сейчас не стоим напротив целой армии вооруженных ангелов и не ждем нападения.       Мы с Люцифером всегда, какие бы случаи не настигли нас, находимся в своей собственноручно созданной Вселенной. Я улыбнулась и погладила его по колючей щеке.       — Всегда, любовь моя, — я сжала его руку еще сильнее, ощущая, как сильно начинает биться мое сердце. — Моя рука в твоей руке и этому быть всегда.       Уголки его губ дрогнули в довольной улыбке, и он перевел свой взгляд на ангелов, сменяя его резко на презренный и гневный. Его глаза уже пылали не от страсти, а от ярости к белокрылым с гнилой душой.       Я повернула голову назад, разглядывая нашу армию. Все демоны и даже жители Ада до единого почтенно отправились за своими правителями. Мой взгляд упал на Мими. Она со всей стервозностью улыбнулась мне, демонстрируя свою уверенность в победе и в том, что перебьет не один десяток ангелов. То же самое демонстрировала Ости. Не говоря уже о Лилит Денница. Мне кажется, она готова разрушить эту цитадель на головы ангелов, а затем направится к Господу. За своим сыном она последует куда угодно и сделает ради него все. Мои родители, которые так же последовали за нами и уважали каждое наше с Люцифером решение, излучали несравненную ни с чем силу.       Рассматривая наших воинов, во мне не зарождается ни капля сомнений в победе. Она уже наша, судя по взглядам нашей армии и мужественный нерушимый дух, что от них исходит.       — Люцифер, Виктория, вы совершайте огромную неисправимую ошибку, — выступил с жалкой традиционной речью Эрагон — главнокомандующий армией ангелов, будто мы сейчас же вернемся обратно в Ад.       Я медленно повернула голову, взглянув на верховных ангелов, занимающие первые ряды, со всем своим недоумением. Будто его слова остановят нас. Наивный ангел-недоразвик.       — Говори Ваше Величество, — твердо объявила я. — Ты нам не указ. Не растрачивай свои силы зря на разговоры, Эрагон, — стервозно ответила я.       — Все тот же мудрец спустя столько лет, чешишь языком, а действиям так и не научился. Не порядок, — цокнула я языком. — Разве такой должен возглавлять армию и вселять в них дух отваги и уверенности?       — Немедленно прекратите это безобразие! — взревел он, а его лицо исказила гримаса злобы.       — Ты и так умеешь, белокрылый? — усмехнулся Люцифер. — Конечно, ты же и не надеялся, что мы свернем назад, поэтому и собрал здесь свою армию? Тогда к чему слова? Воины! — взревел Люцифер и наша армия тут же взлетела вверх.       Эрагон вздрогнул, его лицо побледнело еще больше. Он уже был похож на белую простынь, если еще учитывать его белое одеяние и крылья.       — Ты все разрушишь, Люцифер! Равновесие, что мы восстанавливали веками. Власть одурманила тебя, свела с ума!       — Это по вашей части! — выкрикнула я в злобе и мои глаза вспыхнули алым пламенем. — Мы требовали вернуть независимость для Ада, намереваясь сотрудничать после! А что вы продолжали отвечать?! Ад — независимая часть и создатель его не ваш Господь! Создатель Сатана, который вскоре скатился до старческого маразма и изменил своему детище! Вы этим и воспользовались! Ты всегда все решал словами и хитростью, Эрагон! Так и мы намеревались все решить мирно, но ты решил поиграть в главного и вывел нас на крайние меры! Ты — виновник учинившегося бунта и поднявшейся войны! Пожинай свои плоды! И я буду первой из нападающих! Ради моего дома и народа!       Я вспыхнула алым пламенем и вскоре на моих руках образовался алый магический шар, который впоследствии полетел в кучу ангелов, превращаясь в хаосный взрыв. Чистое райское небо покрылось красным облаком, вздымался красный дым от моего прямого нападения. Люцифер пустил в ход армию и вскоре ангелы столкнулись в яростной и безжалостной схватке с нашими демонами и нечистью.       Я раскрыла свои кроваво-красные крылья и ветер унес меня в небеса. Ангелы стали нападать на меня кучей, пытаясь скинуть на землю. Через пару секунд я была окружена. Я злорадно рассмеялась, откидывая голову назад.       — Понимаю, я сладкая добыча. — Я смахнула блондинистые волосы назад и их подхватил ветер, обволакивая в красную дымку. — Но вы не на ту напали, мальчики, — приторно-сладко проговорила я и окружила себя алым густым дымом. — Угощайтесь! — Я резко махнула руками и дым обуял всех окруживших меня ангелов.       Они стали истошно кашлять от удушающего дыма, а через пару секунд камнем упали вниз.       Я приспустилась ближе к земле, чтобы оценить обстановку. Все мои ближайшие боролись в яростной схватке. Меня грела мысль, что каждый из них способен постоять за себя и мне не придется переживать.       За Люцифера я вовсе не нервничаю. Дьявол он и есть Дьявол. Этим все сказано.       — Как говорится правильно на войне, лучше сначала избавиться от сильнейших. — За моей спиной послышался голос Уриила и я с улыбкой обернулась.       — Пешка тоже способна сделать шах и мат. Твоя военная стратегия неверна.       — Плевать, — прорычал он. — Когда король на шахматном поле остается без королевы, он отчаивается и просто сдается. Ты — главная добыча в этой войне. Это копье я оттачивал специально для тебя, Виктория.       — Мне лестно. Ты потратил столько времени на меня. А скажи, пожалуйста, наконечник серебряный? Я не позволю воткнуть в себя какую-то ржавчину.       — Обижаешь, — он показал мне наконечник и мои губы приобрели форму буквы «о». — Алое золото, как ты и любишь, Алая дьяволица, последняя в своем роду. Вот сегодня я и оборву эту цепочку. Таких отродьев как ты, больше не родится. — На его левой руке уже образовался голубой шар.       — Уриил, какой ты жестокий, однако. А еще называешься просветителем неверующих, дающим им второй шанс, — с наигранным сожалением ответила, а затем громко рассмеялась.       Уриил скривил лицо в злобе и кинул в меня яркий шар, от которого я благополучно увернулась.       — Еще и мазила.       — Нечестивая!       — Зато ты святой! Даже нимб твой вижу, — посмеялась я. — Где отпущения грехов людей? Решил повесить их на своего племянника? Ай, как не хорошо, — цокнула я языком и вытащила свой меч. — Поборись со мной как настоящий мужчина, — вызвала я его на бой и Уриил рыча напал на меня.       Мы боролись в ожесточенном бою. Наши мечи оттачивались друг о друга. Из них сыпались искры, как и из наших глаз, когда мы одаривали друг друга яростными, убивающими взглядами.       Когда Уриил замахнулся, я сделала несколько оборотов в воздухе вокруг своей оси и набросилась на него. Даю должное, этот ангел искусный воин и идеально владеет мечом. Мне придется глядеть в оба, ведь на мне ни одного доспеха. Легкий военный костюм.       — А твой отец тоже падший, — сдавленно проговорил он, когда я надавливала на него мечом. Рывок и Уриил откидываем меня, что я падаю на землю.       — Но не я! А значит, сильнее! Вы не чествуйте то уж сильно тех, кто рожден от союза падших! — прорычала я и налетела на него, ударяя по его стальному мечу своим.       — Вы — ошибка природы!       — На себя посмотри! — Взбесившись, я откинула его ударной волной.       От моей ярости снова поднялась пыль и камни, осыпаясь назад вновь.       Не успело все проясниться, как передо мной возник Рагуиил — сын Гавриила, впоследствии двоюродный брат Люцифера.       — Да вы издевайтесь, — выдохнула я, но Рагуил не любит болтать. Он тут же напал на меня, но я не уступила, пуская в его глаза ядовитый дым.       Долго ему не пришлось восстанавливаться, вскоре он вновь набросился на меня со всей своей вскипающей яростью, и мы слились в ожесточенной схватке.       Ангелы яростнее демонов, что падших, что чистых. Не знаю, чем объяснить этот яркий и впечатляющий феномен, но мне кажется это ненормальным. Они жадные, прозорливые, коварные. Разве об этом история гласит? Лицемеры лживые.       Неожиданно я оказалась на земле, и Рагуил навис надо мной. Я, быстро среагировав, ударила его по физиономии ногой и отскочила от его стального меча.       Нападение на меня не прекращалось. Назойливее были ангелы низшего ранга. Пешки. Чем больше их, отвлекающих меня от главного, тем больше сил я теряю и впоследствии устаю.       Внезапная вспышка, затем полыхающий огонь обуял пространство диаметром в сто метров. Я распахнула глаза и откашлялась. Все вокруг начало полыхать и с треском падать. Мой любимый жжет! Кажется, его изрядно разозлили. Здание цитадели горит до самого пика.       Но тут же поднялись пять столбов света вокруг полыхающего здания, дабы защитить его от адского огня. Отлично, они прибегнули к мощным заклинаниям.       — Вики! Сейчас! — заорал Люцифер в приказном тоне и я кивнула, принимая приказ своего повелителя.       Одним рывком поднялась вверх, на несколько метров от земли. Вскинув руки в стороны, произнесла:       — Dagiel Angelo magno, principe forti atque potenti.       Земля задрожала. В небе поднялся ураган небывалых размеров. Хаос. Паника. Разрушение.       — Stellae quae est Venus. Dirige impetus contra impios.       Земля начала раскалываться на части. Казалось бы, что будто весь мир задрожал. Меня всю обуяла алая пелена.       — Отлично, милая! Теперь прошу удержаться тебе пару минут! — воскликнул Люцифер.       — Сколько нужно, мой Владыка! — с улыбкой произнесла я, ощущая, как силы уже покидают меня. Soundtrack: Toygar - Kafes.       Я зажмурилась, чтобы сосредоточиться. Но так у меня закружилась голова и я снова распахнула свои глаза. В эту же секунду меня охватила паника. Архангел Рагуил начал медленно подкрадываться к Люциферу с тем же особым копьем, который серьезно ранит моего супруга. Трус поганый!       Я зарычала от злости и ярости, покидая свой пост и молнией полетела в сторону крысы. Ловко облетая препятствия в лице борющихся демонов и ангелов, я практически была у цели.       Одно мгновение может изменить все, вплоть до жизни и отмеренные нам века. Я же уже упоминала, что ангелы прозорливы и хитры? Это один из случаев, доказывающий мои доводы. Повиснув на чьей-то крепкой руке, я ощутила, как нечто протыкает меня насквозь. Я раскрыла рот. На глаза брызнули слезы. Меня пронзила боль невероятных масштабов.       — Вот и твой век закончился, любовь моя, — процедил язвительно сквозь зубы мой убийца и еще глубже воткнул в меня копье, что я захлебнулась в своей собственной крови, которая вытекла из моего рта, словно желчь.       Рагуил, который приближался к Люциферу, испарился. Мираж… Это был мираж.       Я медленно, из последних сил подняла голову и посмотрела в лицо тому, кто удостоился чести сделать это со мной. Перед моим расплывчатым взором красовались два янтарных глаза, которые сияли в победном огне, а на лице обладателя отразилась наглая ухмылка и наслаждение от моего умирающего вида.       Сначала он ненавистно, яростно прокрутил внутри меня острие клинка, и только потом резко вынул из меня стальное оружие, и я рухнула вниз. На земле я продолжала захлебываться в своей крови, изредка подрагивая. Израненное сердце истекало кровью, тем самым образовывая подо мной теплую лужу бордовой крови. Боль непередаваемая. Меня будто заживо продолжают разделывать на части.       Перед глазами красная пелена, но я четко рассмотрела фигуру, которая склонилась надо мной. Искаженное злорадством и болью лицо, казалось в этой смеси выдает тяжёлую муку, что он нес в себе сотни лет без продуха. Михаил. Это архангел Михаил сын Сатаны, рожденный, когда тот еще был ангелом.       — Я любил тебя, Виктория. Боже, как я тебя любил. Что там таить, до сих пор люблю, но моя любовь превратилась в одержимую и нездоровую. Я бы подарил тебе все самое лучшее, но ты выбрала моего брата Люцифера и легла под него.       Я не могла ответить ни слова. Мне хотелось сказать: «Мне плевать на твои чувства, ублюдок», но из меня выходили лишь хрипы с брызгами крови, которыми я пачкала руки Михаила, когда тот погладил меня по щеке.       — Теперь же, не доставайся никому. Он склонился ниже, к моему уху и что-то прошептал непонятное для меня на древнеангельском. Или мне показалось, поскольку уже не соображаю и утопаю во мраке. Мое единственное желание, увидеть своего любимого супруга в последний раз.       — Даже при смерти ты прекрасна, любовь моя, — со скорбью произнес он и взмыл в пыльные небеса.       Мой самый огромный страх — умереть одной. Умереть ни от руки Люцифера. Сейчас, приняв на себя удар от другого, я чувствую себя оскверненной. Приди же ко мне, душа моя, и забери мои муки. Добей своей рукой, не позволь истечь кровью от чужой руки. Он почувствует. Благодаря нашей особо созданной связи он скоро почувствует.       Смерть.       Она для нас иная. Мне всегда было интересно, как ощущают себя люди в этот час. Наш исход ясен — вечная, промозглая темнота и…все. Непроглядные темные дали и наша заблудшая душа. Скоро я кану в эту темноту и больше никогда не увижу того, кто стал причиной моего нескончаемого вечного счастья, даже перед неизбежной кончиной. Soundtrack: Yasuhara Takanashi - Patience

Люцифер Денница

      Все идет так, как и должно быть. Я это знаю. Я это чувствую. Еще немного, и я овладею не только независимостью Ада, но и свергну своего обожаемого дедулю. Он уже засиделся.       Мы с Викторией придумали идеальную тактику боя. Когда все выдохнутся от бессилия, мы расколем землю пополам, отвлекая от самой главной нашей задумки этих заносчивых белокрылых. Я войду в цитадель и уничтожу ключи от главных врат, запуская всю сущность Ада в открытые ворота.       Мы оттягивали момент, потому что моя обожаемая супруга искала самое эффективное заклинание. Она прибегла за помощью к самому древнему ангелу, который не терпел разрушения.       Да! Еще немного.       Но внезапно все оборвалось, и прежняя стычка вновь началась. Я стал разыскивать Викторию глазами, которые хаотично метались по всей округе. Где она? Волнение огромной волной настигло всю мою душу и тело, наполняя каждую пору и прожилку.       Я стал рыскать по земле, забыв о своей миссии, убирая с дороги врагов. Вдруг, я не учел время, и моя малышка ослабла и теперь не может сдержать заклинание? Я не прощу себе, если это так. Я слишком много взвалил на нее с этой гребаной войной.       Одно короткое мгновение, и я резко останавливаюсь, будто врезался о невидимую стену. Звуки исчезли, будто вокруг меня образовалась капсула. Все замедлило свой ход. Хватаюсь за грудь, хаотично и тяжело дыша что-то разыскивая на ней рукой. Место боли, где она резко вспыхнула. Вики… Виктория… Моя жизнь. Нет…       — Вики! — взревел я так, что содрогнулась земля подо мной.       Я уже энергичнее начал разыскивать ее. Я не прощу себе, если с ней что-то случится. Еще пару секунд, и я снова врезаюсь в стену. Так внезапно возникло препятствие, что я, пошатнувшись, чуть не упал. Сердце пропустило удар. Моя соратница, моя королева, сильнейшая правительница Ада, моя жизнь, которая сейчас хваталась за последние сгустки обгорелого воздуха и слушала последние трепетные удары своего сердца.       — Виктория! — отчаянно заорал я и подбежал к ней, упав на колени.       Моя жизнь билась в легких судорогах, а ее губы пытались натянуться в улыбку. Я судорожно и лихорадочно начал оценивать ее повреждения. Кровотечение безудержное, рана глубокая, пробитая насквозь.       — Лю… Люц… — харкая кровью тихо позвала она меня.       Вокруг творится война — громкая и беспощадная. Но ее шепот я услышу везде.       — Замолчи. Замолчи прошу тебя. Сейчас…сейчас все будет хорошо. Ты будешь жить, — бредил я, пытаясь что-то сделать с ее ужасной раной своими судорожными руками.       — Люц…забери…мои…кх…муч…чения…убей…       От ее заявления я мгновенно ожил и разозлился на нее. Как она смеет просить у меня такое?!       — Нет! Я исцелю тебя! Забери мою силу! Ну же!       Я крепко сжал ее обессиленную кровавую руку в своей. Стал передавать энергию, но вики не исцелялась. Мои силы уходили, но не в нее. Я будто бросал их на ветер сквозь нее.       — Бери мою силу! Я приказываю, Вики!       — Я не могу… — по ее вискам покатились слезы. — Не получается…       — Твою ж!       Я достал из пояса кинжал и вырезал себе вены на запястье. Темно-бордовая кровь резко хлынула, словно фонтан из-за адреналина что сейчас бушует во мне, словно стихия огня, полыхающая и обволакивающая все вокруг, безжалостно сжигая и уничтожая. Поднося к ее окровавленным губам свою руку, приподнимая ее голову, я отдавал ей свою кровь, при этом читая губами слова, возвращающие к жизни.       — Ну же, Вики! — зашипел я сквозь зубы.       Она откашлялась, когда моя кровь наполнила ее глотку. Брызги полетела на мое лицо. Опять ничего не вышло! Почему ничего не выходит! Меня наполняло невыносимая тяжесть отчаяния, но я не собирался сдаваться.       — Люци…фер…умоляю… Владыка мой… — шептала она сквозь слезы.       — Нет! — взревел я и ударил по каменной земле. — Я не могу потерять тебя! Ты мое все, Виктория! Борись, моя королева! — Последнюю фразу я процедил сквозь зубы, в приказном тоне.       Но она сдалась. По ее алым глазам я читаю ее несравненную ни с чем боль. Она мучается и от этого ей еще больнее. Я чувствую ее боль, но она даже наполовину не сравнится с той, которую чувствует она. Я не могу…я не могу потерять ее. Что мне делать?!       Ее глаза выжидали. Они кричали «спаси». Как же они молили о пощаде. Я зажмурился, не желая видеть этого взгляда. Этого не может быть. Мы даже думать о таком исходе не смели, когда собирались покорять Небеса, потому что наша история не может закончится так. Soundtrack: - Yasuhara Takanashi - Resolution       — Если бы я знал, когда тебя целовал, что это в последний раз, я ,ы никогда не остановился, — отчаянно выдавил я из себя сломленным голосом.       — Я люблю тебя…       — Виктория…ты моя жизнь       — Пообещай мне, что доведешь все до конца…обещай не унывать…обещай мне жить и стать сильнее…       — Я не смогу без тебя…не проси у меня невозможного. Я…ты…мы не можем оставить друг друга. Вики, мы обещали! Вики?       — Ее прекрасные очи закрылись. Она больше не кряхтела, её грудь больше не приподнималась, отчаянно хватая горячего воздуха. Ее очаровательное лицо больше не выдавало никаких эмоций. Ее изящное тело обмякло. Я собрал хрупкое тело в охапку и стал трясти ее и бормотать ее имя, точно странник без здравого рассудка. Она не отвечает…       Тут я осознал, сколько всего я ей ещё не сказал. Сколько прелестей вечной жизни я ещё ей не показал. Она не двигается, не говорит со мной и это значит лишь одно — моя вечная жизнь покинула меня.       — Виктория… — я погладил ее по щеке. Ее голова упала вниз и ветер тут же подхватил ее блондинистые волосы, развивая. — Любимая… — я поцеловал ее в окровавленные губы, на которых была, и моя и ее кровь.       Я не могу в это поверить.       — Это твоё наказание за то, что пристрастился к бесконечной власти. — Этот голос я узнаю везде. Михаил.       Мои глаза накрыла мрачная пелена ярости и мести. Мое тело вновь наполнилось неконтролируемой тьмой, которую контролировала лишь моя Виктория. Теперь её нет, и я обречён.       Я ору. Ору, что есть силы, что звуковая волна пошла по земле. Моя внутренняя боль вырвалась наружу с отчаянным душераздирающим криком, превращаясь в силу, которая способна уничтожить и разрушить все вокруг. Я ору, рву волосы на голове и трясусь. Это припадок. Это такие муки, черт возьми!       Вы хотя бы можете осознать, какого это потерять любимую, которая стала воплощением вечной жизни? Моя душа, моя поддержка и опора, моя единственная, нескончаемая любовь. Как мне жить теперь?!       Я начинаю гореть заживо. Агония обволакивает меня и сжигает плоть. Внутренний басистый крик вырывается из меня с новой силой. Казалось, не только земля содрогнулась, но и небо вот-вот расколется пополам от моей боли, что я выплёскиваю из себя.       Затуманенный от боли разум уже ничего не соображал. Я поменял облик и разрушил все вокруг своим адским пламенем, который горячей волной высвободился из меня.       На пару секунд я забыл об этой боли, и она больше не рвала меня на части. Но когда все закончилось, я обессиленно упал на землю и вновь увидел рядом с собой бездыханное тело моей супруги, которая разделяла со мной все: трон, власть, жизнь, счастье, душу. Моя душа раскололась на части, и первая половина погибла, словно пепел рассыпалась внутри меня.       Я думал, что хуже уже не будет, но картина бьёт меня наотмашь. Боль потери каждую секунду возрождается во мне словно феникс.       — Нет…этого не может быть! — кричит отчаянный, пропитанный болью голос ее матери, когда все более-менее стихло и начали подниматься выжившие.       Мне хватит своей боли, но ее голос просто пронзил меня насквозь. В висках что-то навязчиво и противно вибрирует, я оглох. В воздухе летали искры огня, завораживая своей тёмной магией.       Медленно повернув голову, я увидел, как вокруг моей девочки столпились близкие. Их горю не было конца. Больше я ничего не хотел видеть. Я молча взял на руки безжизненное тело своей малышки и прижал её к себе. До боли. До хруста ее костей. Чувствую себя сломанным, побитым. Ещё боль от невосполнимой утраты внутри горит и она будет полыхать вечно.       Я был готов умереть за неё, но в итоге — умерла она за меня. Я никогда не прощу себя за это. Никогда.       Сердце отчаянно не собирается принимать того, что моей девочки больше нет. Разум не воспринимает того, что сейчас я сжимаю её тело в своих тисках. Боль горит в агонии внутри меня, сжигая все вокруг, бушует и не собирается утихомирить свой пыл. Я не выдержу такой агонии вечность. Нет.       Закрываю глаза и жмурюсь. Игра без смысла и карты биты. Я поставил на кон жизнь своей девочки и проиграл и её у меня отняли в качестве уплаты. Я обречён на вечные муки. Жмурюсь сильнее. Огонь внутри стихает. Чувства замирают в ледяной глыбе. Огонь страсти утихает. Все внутри меня замерло. Стихло. И теперь там пусто и разрушено, как после урагана. Черные стены, летающий пепел. Это все, что осталось внутри. И где-то вдалеке полыхает маленький огонёк, который я сжал до невообразимых малюсеньких размеров, и сам не понял, как я смог это сделать. Это любовь к Вики. Она будет жить во мне вечно. Как и чувство вины и нескончаемые муки.       Я поднял её с чёрной обгоревшей земли и поцеловал в лоб. Ее конечности свисали в воздухе, а голова бережно лежит на моей груди. Подняв голову и устремив взгляд вперёд, я увидел высших ангелов. Эрагон мёртв, лежит на земле. Крыса наконец сдохла. Михаил сжимает челюсть и пристально смотрит на меня.       — Поплатятся все за убитую королеву. — начал я хриплым, осевшим голосом. — Я объявляю о независимости Ада, поскольку обрушил на ваши головы цитадель. Перечить не имеет смысла. Отныне, король Ада безжалостный монстр и попробуйте вновь перегородить мне путь. Уничтожу и глазом не моргну.       Я развернулся, все еще ощущая на спине испепеляющий и пронзительный взгляд Михаила. Направившись вперёд, моя армия последовала за мной.       Натиск дурной погоды ещё сильнее давил на меня. Вскоре полился холодный дождь, превращая все вокруг в слякоть, прямо перед тем, как мы испарились в водовороте, отправляющий нас домой, в Ад.