Глава 2. Тоска
31 января 2022 г., 23:04
Глава вторая
Люцифер Денница
«Если ты исчезнешь, мир канет во тьму, которой я управляю, и тогда начнётся хаос, ведь контроля больше нет»
Soundtrack: Craid Armstrong - In Time Main Theme Простая банальщина. Метафора. Так считают многие, но уже не я. Темнота поглотила меня, облизывая каждую косточку. Я держал её в узде. Точнее, моя несравненная ни с кем супруга держала мою истинную силу в узде. Воистину пренебрегать её поддержкой для меня было сравнимо с адской агонией, где пребывают свою наказание грешники. Даже не люди, а наши соратники, кто посмел изменить Аду и его правителям. Я сам огонь, но пламя разгорается сильнее, и я нахожусь в самом её эпицентре без шанса утихомирить её бесконтрольное возгорание. Смысла нет. Я буду добровольно гореть в этой геенне огненной и карать себя за самодовольство, неотступность и огромную самоуверенность в себе. Может безжалостный огонь способен выжечь во мне эти качества, превратив их в пепел без шанса на восстановление и пробуждение. Эти качества привели к войне и подвергли мою Викторию к гибели. Я потерпел крах и в наказание лишился самого ценного. Как бы я хотел иметь власть над временем, вместо огромной силы, что у меня есть сейчас. Я бы повернул время вспять и прикрыл свою любимую своей грудью, как и должно всегда быть. Я бы принял смерть от рук ангела, как бы презренно и унизительно для меня это не было, но ради своей обожаемой супруги я всегда был готов на все. Даже на невозможное. Как я хочу присоединится к ней… Где бы она не была. Я крепче прижимаю к себе её бездыханное и уже давно холодное тело и эти мысли разливаются теплом по моим жилам, вливаясь прямо в треснутое сердце и будто бы оно начинает восстанавливаться. Эти мысли о смерти работают для меня как нитка с иголкой, плотно штампуя мое сердце с разрывами от боли. Внезапно резко распахивается окно и стекла разбиваются от сильного удара в стену. Я еле вздрагиваю и открываю глаза, устремив их на источник звука. Осколки, словно кристалл, сыпаться на мраморный пол с едким для ушей звуком. Поток тёплого адского ветра пробирается в помещение, теребя лёгкую тюль, которую когда-то вешала сама Вики. Вообще-то, она все обставила в нашем дворце. От осознания этого мое сердце сжимается и снова кровоточит. Будь я каким-то суеверным фанатиком, подумал бы, что Вики будто услышала мои мысли и, разозлившись, распахнула с яростью окно, отвлекая меня от них. Ведь теперь она не может отругать меня и вправить мои мозги собственноручно. Остаются предметы обихода, окружающие меня. Я подумал, что хочу стать этим фанатиком и думать, что моя жена где-то поблизости незрима. Готов принять на себя суеверия людей. Просто, я не хочу окончательно сойти с ума. Я потерял Вики, но на мне огромная ответственность. Ад. И если я сейчас же не возьму себя в руки, то вокруг воцарится хаос. Ад и я — мы одно целое. Это проклятие, ведь я не способен даже нормально скорбеть по своей супруге, которую уже вот пару часов я качаю на руках, как младенца. В пол силы, стараясь сдерживаться. Как же она прекрасна. Даже с мертвенно бледной кожей и синими губами, которые всегда были алыми. Эти глаза, что свели меня с ума сразу же, как только я посмотрел в них, больше не откроются. Они больше не посмотрят на меня и не отправят в бездну страстей. Ее руки, которые лежат на ее животе больше не коснуться меня и не заставят покрыться мурашками мое тело. Никому это не удавалось. Лишь ей одной. Лишь она могла вытворять со мной то, что её душе угодно. Лишь она могла вызывать во мне то, что я никогда не ощущал. Каждый день она открывала для меня что-то новое, невообразимое. Виктория лучшее, что могло случиться в моей вечной жизни. Она появилась и все заиграло новыми мелодиями и окрасилось в совершенно противоположные мраку тона. Я коснулся её живота. Из-за своих целей, касающихся политики и власти, я даже повременил с детьми, а в браке мы уже несколько лет. Моя любимая даже не предъявляла мне претензий на счёт этого, хотя я видел по ее глазам, как она хотела родить мне наследника, когда мой член был в ней. С одной стороны, хорошо, что я сейчас не остался один с нашим ребёнком, ибо он бы сейчас получил травму, вывести которую было бы сложно и практически невозможно. С другой стороны, я ненавижу себя за эти мысли. Сейчас бы бегала неподалёку частичка ее, и я бы возлагал свою нерастраченную любовь в эту частичку. Сейчас же, я все в себе сжал до микроразмеров. Лучше быть бесчувственным и быстрее залить в себе скорбь, хотя тоска будет съедать меня вечность. Самое худшее это потерять любимого человека без возврата. В этом я не сомневаюсь. — Люцифер? — донесся нежный голос у дверей, куда я устремил свой измученный взгляд. — Сынок, ты все ещё здесь? Мама медленными шагами подошла ближе ко мне, цокая своими тоненькими каблуками, и остановилась напротив, сомкнув ладони перед собой. Она облачена в чёрный, как и я. Как и все в Аду, ведь у нас непредвиденная и нескончаемая утрата. Королева Ада направила свою душу в небытие. Хотя я не раз говорил ей, что она целиком и полностью моя и лишь мне подвластно распоряжаться её душой и сердцем. От того, что наши души связаны, моя сейчас ноет. Случился болезненный раскол, и я чувствую, как все внутри меня сыпется, словно штукатурка из старого и ветхового здания. Все показывают потерю чёрным, простым одеянием. Кроме самой усопшей. Она разодета в красное платье в пол, усыпанное многочисленными рубинами. Такой же яркий макияж, над которым постарались Мими и Ости. — Люцифер, пора, — напоминает мне мама о моей миссии. — Я могу оставить её тело, — хрипло отвечаю я. Мой голос сел от долгого молчания. — Ты же понимаешь, что это невозможно. Мы не можем хранить её тело в капсуле. Не подвергай себя каждодневному моральному уничтожению. — Забери ее корону, — говорю я, смирившись и поднимаю на руки свою супругу. — Ты все же решил кремировать ее вместе с ней? — спрашивает мама, забирая корону с подушки, которая лежала на столе. — Пришла королевой и уйдёт ею, — выговариваю я гордо и выхожу из покоев. Перед дверьми в тронный зал я осознаю, что держу ее в своих руках в последний раз. Как только тяжёлые огромные двери отворяются, я ступаю на красный ковёр, по которому шла она навстречу ко мне и нашей супружеской жизни. Теперь, вместо трона я кладу её безжизненное тело в стальную капсулу. Забираю корону из рук матери и надеваю её на голову своей любимой, но уже мёртвой. Те же действия, что и несколько лет назад, но обстановка иная. Но все же захватывает дежавю. Я целую ее в лоб и крепко зажмуриваюсь так, что когда снова открыл глаза, перед до мной возникли чёрные пятна и искры. Отойдя на пару шагов от неё, я позволил близким попрощаться с ней. Вид её матери разрывает моё и так израненное и потрепанное сердце. Процедура напоминает людскую, но они же созданы по нашему подобию нашим же всеобщим отцом. Для кого как, я лично считаю его для себя никем. Я истинный Дьявол с чистой кровью и его проповеди не касаются меня никак. Я не хотел, чтобы это время близилось, но все же, время беспощадно. В последний раз мы все взглянули на ее тело, и я закрыл ее стальным покрытием. Прежде чем щёлкнуть пальцами, я помедлил, рассматривая ее трон рядом с моим. Это было лично моей прихотью. Вики всегда участвовала на заседаниях в тронном зале вместе со мной, а иногда проводила их одна. Мы делили все вместе. И она была не позади меня, а рядом со мной. Мы были на равных. Осознание того, что я потерял не только свою вечную жизнь, любимую, но и соратницу, вновь вонзилось в меня болезненным уколом, вливая в меня новую порцию убийственного яда. Я закрыл глаза, выдавил отчаянный стон и щёлкнул пальцами. Ее тело загорелось. Ты горишь не одна, любовь моя, я горю вместе с тобой, но только заживо и это вечные муки. После ее прах я развеял в просторах Ада. В своих покоях и снял с себя чёрный пиджак и засучил рукава чёрной рубашки до локтей. Первым делом после всех этих нелёгких процедур я подошёл к стеллажу с разнообразной выпивкой и влил в себя огромное количество спиртного прямо из бутылки, пытаясь наполнить чем-то пустоту внутри себя. Внутри я теперь чёрная бездонная дыра и ничем ее не заполнить. Я вернулся к начальной точке, когда чувствовал себя одиноким, бесчувственным, не способным любить, пока не появилась Вики и не заполнила меня собой, в корне меняя все мои стандарты. Теперь её нет и снова настигло меня тоже самое. Черт, мне даже заплакать хочется от ноющей боли в районе груди. Готов вырвать сердце, представляя его уже бесполезным органом внутри себя, служащим инородным телом. В дверь деликатно постучали, когда я устало откинулся на кожаное кресло и запрокинул голову назад, на спинку. — Люцифер, ты не против? — донесся голос моего верного друга Асмодея и я показал ему жестом руки, что он может войти. Я не хочу оставаться один, иначе мои мысли съедят меня живьём и косточек не оставят. — Прими мои соболезнования, — искренне произносит он и садится напротив меня, наливая себе спиртного. — И ты мои, — отвечаю я ему с закрытыми глазами. — Да, ты потерял свою жену, а я друга и свою королеву, — отчаянно произносит он и выпивает содержимое в стакане. — Слово жена в ее лице имеет много значений, всех и не перечислить. — Мне очень жаль. То, что случилось просто в голове не укладывается. Этот Михаэль! — с презрением восклицает он и снова опустошает стакан. От упоминания имени этого ублюдка я распахиваю глаза. В моих планах теперь добавка — стереть его с лица небес. Я уничтожу этого недоангела. Он ответит за содеянное самыми ужасными способами. В этом я клянусь самому себе. — Тебе нужно отдохнуть. Завтра собрание. Как бы это глупо не звучало, но тебе нужно быть в форме. Ты правитель Ада — напоминает он мне, будто я уже успел об этом забыть. — И я обязан думать о своем королевстве и последователей, но только не о себе. Я помню. Не первый год на троне. — Извини, не хотел давить, — начинает кается он. — Все нормально, Асмодей, — продолжаю хрипеть я. — Можешь идти к своим. Я в норме. Ещё немного и точно буду в норме. Ночи мне хватит. Нет. Асмодей молча хлопает меня по плечу и покидает мои покои. Я выдыхаю из себя скопившийся воздух и втягиваю свежий. Чтобы выжить сегодня, мне остаётся погрузиться лишь в воспоминания. Там мне будет намного лучше, чем в реальности. Я закрываю глаза и сажусь на свою воображаемую лодку, которая плавно несёт меня по спокойной реке воспоминаний. 7 лет назад (по человеческим меркам). Soundtrack: OmegaSign - Sztoj Pa Moru — Да ты проиграл, придурок! Ты теперь должен мне желание! — восклицает Мими своим писклявым голосом и ударяет по столу с картами. — Не буянь, малышка, — поднимает руки Асмодей в сдающемся жесте и ухмыляется. — Из твоих уст я выполню любую твою прихоть, сладкая. — Фу, какой пафос от тебя исходит, — кривит она лицо. — Это в стиле Асмодея, — встревает Ости и откидывает чёрную длинную прядь за спину. — Никогда не упустит момент слащаво подкатить. — Жаль, что до этой малышки сложно достучаться. Люц, — наконец он замечает меня. — Ты знаешь ее дольше меня, как мне заполучить эту крошку? Она непробиваема, как броня. — Никогда не рассматривал варианты, почему она не хочет тебя? — Мне делать нечего? Я совершенен! Меня нельзя не хотеть! — самодовольно бросает он, пока Мими смеясь собирает карты в колоду и снова перемешивает их. — Именно поэтому, придурок. Твой член побывал где угодно, только не в ней. Мими брезглива до чёртиков. Мими смеётся моему замечанию, а Ости ухмыляется. Асмодей мрачнеет. — Спасибо, друг, — шипит он. — Я всегда честно отвечаю на вопросы, — ухмыляюсь я и втягиваю дым сигареты. — С твоей стороны не осмотрительно искать во мне союзника, когда речь идёт о Мими. Она моя сестра, забыл? — Забудешь тут, — бормочет он. — Мими, мне даже интересно, ты девственница? Такая опека наверняка делает тебя невинной до сих пор. — Я не распространяюсь, — включает она оборонительную привычную позицию и тихо смеётся. — Мы с Ости хотели узнать, не против ли вы, если к нам ещё присоединится девушка? — меняет тему Мими и Асмодей выпрямляется, приглаживая ладонью волосы. — Бабник! — шипит на него Ости. — Нет, — бросаю я и отпиваю спиртного. Мне на самом деле плевать. Я скоро ухожу. Или можно уйти сейчас же. Я стал тушить сигарету в пепельнице, намереваясь покинуть друзей и вечеринку в VIP-зоне в нашем так сказать баре. — Надеюсь, я не опоздала? — слышу я мягкий голос позади и застываю. Мими и Ости поднимаются, чтобы поприветствовать незнакомку. Дым от сигарет мигом развеялся и запах табака сменился на нежный и манящий запах женских духов. Аромат нежной ванили проник в мой нос, плавно растекаясь в лёгкие. Такого аромата в Аду среди наших женщин я ещё не встречал. Неужели нас решил посетить ангелок? Что ещё более важно, от этого голоса меня будто током пробило, а запах навсегда засел в моих лёгких и занял определённый участок в мозгах. — Как раз вовремя, — подмечает Мими. — Познакомьтесь, Виктория. Я поворачиваю голову на 180 градусов. Передо мной предстала белолицая, хрупкая девушка. Ее красивое аристократическое лицо обрамляют до безумия великолепные алые глаза. Такие яркие, такой сочный цвет, как и на губах. Сразу видно, что это ее естественный цвет. Это невероятно. Мне уже хочется вкусить их, наверняка эти уста слаще шоколада. Ее белые волосы собраны в высокий хвост, слегка натягивая ее кожу на висках. Это ещё один признак ее несоответствия адским жителям. Ещё не видел девушек с блондом в Аду. На ней чёрные кожаные брюки и кружевная майка. На ее плече тату в виде дракона, хвост которого уходит в предплечье и обхватывает ее руку хвостом. Ее красные крылья плотно прилегают к ее спине. Девушка на каблуках, но даже с ними она ниже меня на голову. Пока я пристально разглядывал ее, мое дыхание стало неравномерным. Ещё никогда не ловил такого кайфа, пока разглядывал демонессу. Она какое-то исключение из правил. У меня давно не было секса. Не до этого. Но эту я не могу упустить. Ни за что. — Очень приятно познакомиться, Виктория, — весело говорит Асмодей. — Я Асмодей. Это… — Люцифер, — доносится ее мягкий голос, и я поднимаю глаза на ее лицо с ее совершенного тела. Она пристально смотрит на меня своими алыми прожигающими глазами. Мурашки. По моему телу ползут противные мурашки, черт возьми. Как это возможно?! Я в гневе. Никто никогда не поднимал во мне такую реакцию тела. Немыслимо! Эта девчонка ведьма! — Кто не узнает принца Ада, — ухмыляется она и садится на чёрный диван, покрытый блестящей жёсткой кожей. — Тем более моя близкая подруга его сестра. — Мими и Ости с довольным улыбками садятся рядом с ней по сторонам. Мы продолжаем прожигать друг друга взглядами. Никто ещё из девушек не смотрел на меня так самодовольно и с высока. Непростая штучка. Такую невозможно просто так затащить в постель. Мысли о сне в своих покоях мигом улетучились, и я начал продумывать план, как ее заманить. Какой нелепый бред, Люцифер. Пальцем стоит поманить и любая упадёт в твои ноги. Уголки моих губ двигаются вверх. Девушка не собирается первой прерывать наш зрительный контакт. — А вот Вас, юная леди, я никогда не видел, — прерывает нас Асмодей и она уже смотрит на него. Он с интересом рассматривает ее и пытается вспомнить девушку. Действительно, я тоже не видел ее раньше. Это странно, ведь я знаю всех и каждого жителя Ада. Это входит в полномочия правительственной семьи. Девушка улыбается и на ее щеках виднеются ямочки. Я их уже обожаю. Она идеальна. Без извилин. — Моя фамилия Маир, — уточняет девушка и до меня наконец доходит. — Охренеть, ты же дочь Абигора Маира! — восклицает Асмодей, когда до него так же как до меня доходит происхождение этой потрясающей девушки. Потрясающей? Не сходи с ума, идиот. Подбери слюни. Когда теперь ясно, чья она дочь, можно забыть о постели и жаркой ночи с этой конфеткой. Внутри мне доносится отчаянный стон, как у обиженного и разочарованного мальчика. Впервые так схожу с ума от девчонки. Разум реально помутнел, как только она предстала передо мной. Вместо мозгов уже вата. — Да вы видели ее лет пять назад, — встревает Мими. — В четырнадцать она покинула главную часть Ада и отправилась в Гоэтию, чтобы научиться силе. — Прошло много времени и Вики изменилась, — добавляет Ости. — Раньше ее глаза и крылья не источали такого яркого алого цвета. Да и повзрослели мы, черты лица изменились. — Да, и теперь она не шарахается Люцифера, — хихикнула Мими и мои уголки губ снова расползлись от такой весёлый информации. Виктория лишь шире улыбнулась и посмотрела на меня. Подумать только эта малышка выросла и стала такой роковой жрицей. Помню, она носила круглые очки, которые закрывали пол ее лица. А когда я стоял неподалёку от нее, Вики небрежно постоянно поправляла их на носу. Неуверенная и нелепая девочка с двумя хвостиками на голове выросла в такую прелестную и очаровательную даму. Никогда бы не подумал, что подружка моей сестры так вскружит мне голову. Я относился к ней маленькой как к сестре, а Вики терялась. Избегала меня всеми возможными способами. Теперь я в полной мере вспомнил ее. Я не мог сдержаться, поэтому снова и снова скользил взглядом по ее аппетитному телу. Я умру от истощения, если не получу эту крошку сегодня. Может ее отец больше не приверженец старообрядческих способов воспитания дочери? Он никого не подпускал к ней из демонов. К ней никто не смел прикоснуться даже пальцем. Если кому-то это посчастливилось, они горели заживо до костей от гневного взгляда Абигора. Его угрозы работали, поэтому ее никто никогда не трогал. Я, конечно, Дьявол и меня не убьёт огонь, но если мои извращенные мысли воплотятся в реальность, меня ждет куда хуже участь. Не погибну, но получу сполна. Даже я не смею противостоять ее отцу, который защищает честь своей дочери. Я не такой конченный. — Ну что? Готов проиграть вновь? — раздаётся весёлый и звонкий голос Мими, но даже он не в силах отвлечь меня от дочери Абигора. — Люц, ты с нами? — обращается Мими ко мне. — Да, — твердо произношу я, все еще смотря на девушку, которая за секунду вскружила мою голову. Мими раздала карты, которые мы тут же забрали со стола, выгибая из них веер. Я остался только ради неё. Это странно, что я так пытаюсь навлечь на себя внимание девушки, ведь я их избегаю как могу. Но она однозначно не станет вешаться мне на шею. Ее гордый взгляд, который виднеется из-за веера из карт, говорит об этом. Она, кажется, привлекла меня своей неприступностью. Вокруг неё множество каменных стен. Или внешностью? А что кроется под оболочкой… Стальная леди. Безупречная элегантность во всем. Каждое движение полно невыносимой грации. Она умеет собой восхищать, при этом держа всех на дистанции. Я наблюдаю в ней женскую мудрость, соблазнительное коварство, блестящий вкус и необузданную страсть. Она не зависит, она и есть зависимость. Гордая, независимая, хранит на лице строгость со смесью коварного созыва, а взгляд алых глаз заставляет невольно пасть пред ней на колени и искать ласку от ее холодных рук. Я вижу все качества в ней насквозь. Меня переполняют незнакомые чувства вперемешку с дикой и безудержной страстью к ней. — Вики, играем на желание, — поставила её в известность Ости и девушка подняла на меня свои пламенеющие глаза. Я видел лишь их. Остальная часть лица прикрыта веером карт. По ее глазам я заметил, что она улыбнулась и поставила целью сокрушить лишь меня. Видимо, я как обычно самодовольно смотрю на нее, а уголок моих губ нагло кривятся в усмешке. Мими начала закидывать картами Асмодея, а Ости ей в этом с радостью содействовала. Не прошло и нескольких минут, как девушки выбыли из игры победителями. Асмодей разочарованно простонал. Ему снова не удалось сломить Мими даже картами. Даже если бы он победил, я проследил бы за тем, чтобы его желание было приличным и никак не связанный с нарушением интимного пространства. Он без ума от моей сестры, но пока я не увижу в нем серьёзные намерения, он вряд ли получит её. Пусть давится слюнями. То, что я пожелал своему другу, обернулось против меня. Теперь я давлюсь ими, смотря на это совершенство, обрушенная на мою голову, как раскат грома, пробивая меня насквозь своим электричеством. Она умело раскидывала картами своими изящными движениями. Ее чёрные длинные ногти царапали края карт, выдавая ее волнение. А когда нервно кусала свои чувственные губы, я вовсе выпадал напрочь, но снова и снова брал себя в руки, чтобы не позволить себе проиграть ей и забрать выигрыш себе, чтобы направить его против нее. Она явно не собирается мне уступать. Карт в ее руке значительно поубавилось, поэтому я теперь вижу больше частей ее лица. Она не забывает одаривать меня самоуверенным взглядом. Асмодей засунул нам свои карты и с облегчением откинулся на спинку дивана, убирая руки за голову. Теперь все смотрели за нашим ожесточенным боем с Вики. Волнение, что я не смогу получить шанс на желание возрастало во мне. Какого черта я так нервничаю? Когда в наших руках остались последние карты, Вики выдала отчаянный стон, когда поняла, что я сейчас брошу. — Козырной туз всегда оставался у этого засранца, — шипит Мими. — Принимаю проигрыш с достоинством, — сладко сдаётся она и оставляет последнюю карту на стол. — Это похвально, — наконец говорю я и Вики мне улыбается своей специальной улыбкой. Если она считает, что её соблазн выше моего, то глубоко в этом заблуждается. Я откидываюсь на спинку кресла и отпиваю из стакана спиртного напитка, щуря на нее глаза. — Мими, придумай мне уже желание, я не вытерплю, — отчаянно молит ее Асмодей. — Ладно, пошли, — смеётся Мими и встаёт с места, Ости следует за ней. Мими гладит меня по плечу, давая понять, что все будет в рамках приличия. Я похлопал ее по руке и вскоре они покинули нас на некоторое время. — Кажется, ты уже придумал желание для меня, — издаёт она свой тонкий голос, и я ухмыляюсь. — Придумал, — признаюсь я. Мне и думать не пришлось. — Озвучишь сейчас? — Сейчас, — дразню я ее. Может она и хочет показать хладнокровность и терпение, но внутри неё сейчас наоборот бушует океан волнения и нетерпения. Искусная мастерица, которая показывает на внешности совсем противоположное в душе. — Я внимательно слушаю. Приму любое желание. Все же, я проиграла. — У тебя есть выбор? — снова усмехаюсь я. — Поверь, есть, — хитро щурится она. — Я могу молча встать и уйти, и ты мне ничего не сделаешь. Даже в этой ничемнепримечательной игре мы показываем свои качества и достоинства. — Я могу тебя отшлепать за непослушание. — Словами все могут бросаться. А ты сначала попробуй, — с вызовом отвечает она и также смотрит на меня. Кажется, она привыкла к тому, что ее отец держит всех на мушке и к ней никто не смеет подойти. Я резко встаю со своего места и подсаживаюсь рядом с ней. Она сохранила на лице холодное выражение. Я снова скользнут взглядом по ее телу. Это незаконно, иметь такие данные. Я сглатываю. Все мужчины в Аду при виде нее сглатывают и пытаются проконтролировать эрекцию в штанах. — И так, мое желание, — хрипло начинаю я, чувствую, как хочу наброситься на нее. Пребывание рядом с ней усиливает это желание. — Ты пойдёшь со мной в мою спальню, — вырвалось из меня на грани шепота. Девушка вскинула свои густые брови вверх. — Желаешь моей компании? — Типа того, — ухмыляюсь я. — Что ж, пошли. Она поднимается с места и поправляет свою одежду, когда я сам немного ошарашен её заявлением на мое желание. Честно говоря, я надеялся на протесты. Ну, что ж, так тоже не плохо. Я поднимаюсь за ней и указываю ей рукой вперёд. Вики, виляя бёдрами, проходит мимо меня, и я облизываюсь, когда вижу ее задний план. Хочу ее везде и всю. Тихо рыча, я направился за ней. Вскоре мы добрались до моего дворца и моей спальни. Я в предвкушении этой ночи. Мой член изнывает от ее вида. Я хочу скорее ее попробовать. Дикое желание затмевает весь мой здравый рассудок. Но когда мы добираемся до моей спальни, и я закрываю дверь, до меня доходит, что крошка девственница. В этом я уверен абсолютно. Если конечно в Гоэтии она не переступила правила своего строго отца. Честно говоря, мне не хочется, чтобы у нее был хоть какой-то опыт с мужчиной. Пока девушка рассматривала мою обширную и роскошную спальню, в котором преобладают бордовые и чёрные тона, в моей голове проскользнули мысли одержимого собственника. Я хочу, чтобы она была не на одну ночь. Я хочу, чтобы она была моей всегда. Такое сокровище и отдать другому? Я ещё не выжил из ума. К тому же, рядом с ней я чувствую иные чувства, с которыми так и хочется познакомиться поближе. Девушка легла на мою постель, и я ухмыльнулся. Начал медленно расстёгивать пуговицы на своей рубашке и подходить к ней. — А где будешь спать ты? — внезапно спрашивает она и я застываю на месте. Она что, не поняла моего желания? — Ты не уловила ход моих мыслей? — Почему ты так решил? — недоуменно спрашивает она. — По-твоему зачем я позвал тебя к себе в спальню? — Ты хотел моей компании, но я не собираюсь ютиться на диване. Так что, тебе придётся там спать сегодня, — отвечает она с наигранной печалью. — Стоп. — Из меня вырывается смешок. Я массирую пальцами виски. — Ты хотя бы представляешь, зачем ты здесь? — Нет. Ты позвал меня к себе в спальню. Я исполнила твоё желание, — с ехидством напоминает она. Несколько секунд я стоял как вкопанный ее заявлением, затем залился хриплым смехом и сел на край кровати. — Вот значит, как, — начал я все ещё бьющийся в приступах смеха. — Ты решила меня на слове поймать. — Ну а как же иначе, Люцифер, — сладко протянула она мое имя и слегка приползла ко мне ближе на четвереньках. Утонченная и невероятная грация. Я залип на ней снова с замутненным рассудком, когда она так сладко произнесла мое имя. Еще ни одна женщина не имела надо мной столько власти. Ее власти я даже не могу противостоять. Она управляет мои телом и разумом, будто пытаясь проникнуть в грудь — в душу и сердце. — Моя превосходная внешность, как говорят о ней многие, не должно было давать тебе идеи о том, что я лягу с тобой в постель и отдамся как это делают многие. Я резко повернулся к ней и замял её под собой, крепко прижимая её запястья в подушки. Она уже испуганно хлопала своими огромными глазами и выжидала моих дальнейших действий. — Я могу без каких-либо проблем соблазнить тебя. Это не составит огромного труда. Не забывай, с кем ты сейчас в одной кровати. Тогда ты уже сама начнёшь умолять меня. — Ты не сделаешь этого, — отвечает она, а ее голос начинает дрожать от неуверенности. — Почему же? — Ты уважаешь мою семью. И меня тоже. — У тебя всегда находятся весомые аргументы? — У неё утончённый ум. Эта девушка не только красивая до безумия, но и умна, а к этому ещё добавляется коварство. Комбо. Вместо этого букета можно назвать ее, одним словом. Ведьма. — Видимо так. А теперь слезай с меня, — приказывает она низким голосом. Я ещё пару секунд разглядываю ее лицо, затем с рыком сползаю с нее. Она массирует свои запястья. — Что ж, наверное, я могу идти? Желание то уже никчёмное? — с усмешкой спрашивает она. Когда я не так близко к ней, в ней добавляется изрядное количество смелости. — О, нет, малышка, — отвечаю я, наливая себе воды. Рядом с ней во рту пересыхает от жажды. — Мое желание в силе. Если ты так развернула его, то оставайся и выполняй. — Мими говорила, что ты никогда не водишь в свою спальню женщин, а трахаешь их где попало. Это правда? — Почему это так тебя интересует? — с усмешкой спрашиваю я и отпиваю холодной прозрачной жидкости. — Не хочу спать там, где много бессмысленного секса. — А ты только за секс со смыслом? Она недовольно посмотрела на меня, и я тихо рассмеялся. Она девственница. Да ещё и до тошноты правильная. Это называется воспитание. — Здесь наши мнения расходятся и нет смысла приступать к дискуссии. Дай мне что-нибудь. Так спать не удобно. — Зачем? Снимай с себя все и спи голой. — Не хочу лишний раз провоцировать тебя, — она хитро улыбнулась. — Сама возьми, — рявкнул я. Она уловила мою слабость от ее безупречного тела и пользуется моим положением. Мое настроение поубавилось из-за всей нелепости ситуации. Как вообще так можно обложатся? Я действительно ее недооценил. Ее и ее острый ум. Обычная демонесса, которая хочет секса, растолковала бы мое желание так же, как и я, но Вики нашла другой смысл. Она все же поднялась и открыла мой шкаф. Долго не копошилась и достала одну из моих белых футболок. Открыв дверцу настежь, она стала переодеваться за ней. Ее вещи падали на дверцу. Если бы не мои чертовы принципы, то я бы набросился на нее не спрашивая. Она бы и не сопротивлялась. Но честь все же во мне есть. Я не такой безбашенный мудак. Так что сижу и жалею об этом, глотая слюни, которые превратились в нескончаемый поток внутри моего рта. Она вышла из укрытия. Из-за её маленького роста, футболка полностью прикрывает ее милую попку. Прямые распущенные волосы легли на ее плечи. — Ты такая же маленькая, какой была несколько лет назад. Совсем не выросла? — Да пошёл ты. Я рассмеялся ее ответу. Она все больше удивляет меня и поражает своей смелостью. Она молча, но с недовольным лицом расправляла постель. Бросив в меня одну подушку, она легла на постель и утонула в шёлковых чёрных простынях, полностью укутываясь в одеяло, до самого носа. Мне что, придётся спать на диване? В голове не укладывается. Я потер лицо и начал раздеваться, принимая свою участь. Будь вместо неё другая, я бы не чествовал её так, как ее. Она пользуется своим положением. — Ты что делаешь? — А ты не видишь? — Не предпочитаю видеть, как ты раздеваешься. Ты можешь переодеться в ванной? — Я в своей спальне и могу раздеваться там, где хочу. — Я бросил в неё свои брюки, и она тут же откинула их на пол, резко поворачиваясь на другой бок. — Невоспитанный, — зашипела она и я снова рассмеялся. — С тобой весело, — замечаю я и признаюсь вслух. — Да, я такая, — самодовольно буркнула она. Я избавился от одежды и все же натянул хлопковые серые штаны, чтобы не смущать гостью, которая в своей жизни ни одного члена не видела. Достав из шкафа одеяло, я устроился на диване. Узнает Асмодей, засмеет. Принц и наследник трона Ада спит на диване, потому что так попросила девчонка. Уму непостижимо. Я поправил подушку и снова положил на нее свою голову. Сегодня я получил облом века. Мне отказали в сексе. Занесу в список неудач моего мужского достоинства, который будет первым и надеюсь последним. На следующее утро и проснулся раньше обычного. А все потому, что спина на этом жёстком диване превращается в каменную и неподвижную. Вики все еще сладко спит. Я выпил воды, погладил волосы рукой и сел на край постели, разглядывая ее спящую. Ее длинные белые волосы веером расположились на подушке и взъерошились. Одеяло не прикрывает ее оголенную ногу, и я с упованием провел по ней своей ладонью, не упуская шанса коснуться ее бархатной кожи. Она почувствовала мои прикосновения и открыла глаза. Увидев то, что я делаю, она спрятала ногу под одеяло. Ее сонное лицо не умеет выражать недовольство, получается смешная физиономия. Я поджимаю губы, чтобы не рассмеяться. — Невежа, — шипит она и поднимается с постели, моментально поправляя края футболки. Она быстро переоделась. Волосы все ещё распущены. Черная подводка слегка растеклась. — Ты выглядишь как после секса, — довольно говорю я. — А тебе посчастливилось провожать многих после секса утром? — вновь раздражённо зашипела она. — Чем вызвано твоё такое поведение? — с интересом спрашиваю я. — Я могу подумать, что ты ревнуешь. — Думай, что хочешь, — выплевывает она, смахивая волосы за спину, и надвигается к двери. Я вскакиваю и обхватываю ее талию рукой, упираясь грудью в ее шею. Она такая кроха. — Сейчас же пусти меня! — требует она на повышенных тонах. — Все равно моей будешь, — шепчу я в ее ухо и втягиваю в лёгкие аромат нежной ванили. — А что же с другими? — Решил подняться на уровень выше, — продолжаю шептать я. — Оказывается, мне нравятся упрямые дикарки больше. — Ты только что назвал меня дикаркой? — А ты только что подумала, что я говорю о тебе? Она пытается снова вырваться, но моя хватка беспощадно сильна. — С какого момента ты влюблена в меня? — Пусти меня. Не хочу слышать твои бредни. — Я не слепой, Вики. — Для тебя Виктория. Я смеюсь, и она освобождается из моей хватки. — Я не кидаюсь словами на ветер, Виктория, — я выделяю ее имя. — Не знаю пока, что ты со мной сделала, но я околдован тобой. Она уже хватается за ручку двери. Девушка поворачивает голову и высокомерно смотрит на меня. Затем самодовольно улыбается и выходит. Эта улыбка предвещает то, будто она готовила план соблазнения меня и теперь план сработал, и она довольна собой. Зацепила. Так, что не вырвать. Это конечная. Она ворвалась в меня и украла мое сердце. Придётся наказать её за это преступление. Знаю одно, эта девчонка будет моей и только.***
Звук резко распахнутого окна будит меня и вырывает из лучшего мира. Я открываю глаза и слегка тру их пальцами, затем пытаюсь сфокусировать зрение. — Вики? — вырывается из моих уст, когда перед моими замутненными глазами предстал ее размазанный образ. — Как все запущено. Теперь ты в каждой будешь ее видеть? Я хмурюсь, услышав низкий и хриплый голос, несвойственный моей супруге. Глаза наконец пришли в норму, и я смог ясно разглядеть фигуру, что так мне напомнила мою Вики. — Джулия? — переспрашиваю я, когда узнаю сестру-близнеца Виктории. — Ну здравствуй, Владыка, — приветствует она меня и опустошает стакан со спиртным.
