В тихом омуте...

      Домой Антон вернулся в ужасном расположении духа. Рубашка была испорчена ровно так же как и настроение после драки с Ромой.       Парень снял рубашку и сел на кровать. На душе скребли кошки, а в голову лезли только вопросы и ни одного ответа. Петров вздохнул и начал рассматривать стену перед собой, будто ища там то, что ему поможет. Конечно же серые обои ничем не могли помочь Антону, они просто покрывали стену, создавали свою атмосферу в комнате и хранили все тайны. Ведь у стен есть уши?        С чего вдруг в самом начале года Пятифан решил поиздеваться над Антоном? С чего ему называть блондина "педиком", если Ромка сам изредка напоминает гея. Особенно сегодня, когда хулиган покрылся румянцем, как только увидел торс одноклассника. Так мало ему было увидеть, Ромка, как показалось Антону, нагло пялился на него. И после этого "педиком" остался Антон. "Ага, как же..."       Возможно эту "блестящую" мысль в пустую голову Пятифана подкинула именно Смирнова. В прошлый раз она была явно разочарована, а сегодня смотрела на него с явным злорадством. "Вот же змеюка поршивая..."       Тут мысли Петрова перешли совсем в другое русло. Девочки в школе не раз оказывали блондину знаки внимания, назначали свидания, обнимались при встрече, смущенно хихикали над какой-либо фразой Антона. Некоторые, самые смелые, признавались в симпатии, но сердце Петрова было неприступно и холодно. Почему?       Почему ему не нравятся девочки, которым нравится он? Почему ему не нравятся девочки? У любого сердце дрогнет, когда красивая девушка признается в чувствах. У любого, но не у Антона. Он давно заметил, что девушки его не интересуют. Даже летом, когда он, Ромка, Бяша и их подруги ходили на озеро, Пятифае со своим лучшим другом всю плешь проел Петрову. Двое парней, то и дело, твердили: "смотри, Тох, а *** оказывается горячая штучка!" "Ой, Тоха, я б вон ту как..." "Тох, ты тоже не знал, что у *** фигурка огонь?"       Подобные и довольно пошлые замечания сыпались на Антона. Два хулигана не сводили жадного взгляда с тел подруг, а девочки были и рады лишний раз вильнуть бедрами. Конечно дальше комплиментов и взглядов дело не зашло.       Петров совсем ушел в себя не заметив как стемнело. В этот вечер парень сопоставлял все подобные моменты. Каждый отказ девочке, каждый пустой взгляд на противоположный пол и отвергнутую Катю. Тоха осознал, что весь женский пол не интересен ему ни в одном из планов. Но кто же тогда ему интересен?       Утром следующего дня Рома зажимал под лестницей на первом этаже школы девочку с паралели. Она вела себя раскованно, томно смотрела Пятифану в глаза, водила пальчиками по груди парня и разрешала рукам хулигана держать ее за талию. Парень поцеловал ее, а девушка была не против быстро ответив и обвив руками шею Пятифана.       Пока Ромка целовал девушку, он этим пытался вытащить из памяти торс Антона, который не давал ему покоя еще со вчерашнего дня. Этот парень не выходил у хулигана из головы, чтобы тот не делал. Даже сейчас образ блондина крутился в мыслях. "А если бы на месте ***, был Тоха?" "А как всё-таки целуется Тошик?"       Эти мысли возникли случайно и Ромка тут же отпрянул от подруги. Та вопросительно хлопала ресницами, смотря на Пятифана. – мне идти надо. На физру опоздал уже. – кинул хулиган и поспешил оставить девушку одну.       Пятифан стремительно шел по коридору прямиком в раздевалку. Парень надеялся отсидеть урок там, но учитель заметил его как только Ромка показался в поле зрения. – старый пердун! Увидел с самого спортзала. – про себя выругался хулиган и распахнул дверь в раздевалку.       Ромка замер, закрыв за собой дверь. Спиной к нему стоял Антон. Блондин снимал рубашку, длинными бледными пальцами расстегивая пуговицы на рукавах. После белая ткань легко скатилась, обнажая мускулистые плечи, руки и широкую спину. Под холодным светом лампочки и без того бледная кожа Антона, как показалось однокласснику, будто сияла. Рома завораженно наблюдал за каждым действием Петрова, пока тот не натянул футболку и обернулся, намереваясь выйти.       Блондин уже хотел отправиться на урок, но обернувшись вздрогнул от неожиданности. Перед ним прямо возле двери стоял Пятифан и с нескрываемым интересом наблюдал за ним, но быстро опустил взгляд, заметив Антона. Петров обвел взглядом одноклассника. Шатен по обыкновению стоял чуть сгорбившись. Руки были в карманах олимпийки, глаза в пол, губы плотно сжаты, а на щеках проявился чуть заметный румянец. Неужели Ромка стесняется? "Нет. Быть такого не может..."       Взгляд голубых глаз Антона упал на штаны одноклассника. Через ткань спортивных штанов отчетливо был виден внушительный бугорок. Петров раскраснелся от изумления и догадок о появлении подобной реакции. Голова загудела от одной только мысли. "Неужели Ромка гей?!"       Пятифан стоял нешелохнувшись с усердием рассматривая узор на кафеле под ногами. Парень понять не мог откуда такая реакция на одноклассника, если до этого все было спокойно. Сердце хулигана кольнула догадка, о которой нужно было срочно забыть, но она держалась в памяти прямо так же как и безупречная фигура Антона. Его мышцы, которые плавно перекатывались под нежной блежной кожей при движениях. Черные ровные линии татуировки контрастом выделялись на ребре. Смотреть на него было сплошным удовольствием, которого так боялся Пятифан. Он сорвался с места и вылетел из раздевалки захлопнув дверь. Щеки горели, в штанах было тесно, а телу невыносимо жарко. Ромка побежал в туалет. Включив холодную воду парень судорожно начал умывать пылающие щеки в надежде успокоится. Что это? Возбуждение? С чего? С Антона?! Эта мысль была страшной и пугающей, верить в нее не хотелось. Ну не мог Ромка быть "педиком". Он их ненавидел же! Презирал! Унижал! Гроза школы, главный хулиган и бандит! Кумир девчонок, имеющий плохую репутацию по существу не мог быть геем.       От одной только догадки к горлу подступал ком. Противное чувство непринятия разливалось по разуму, заставляя отторгать "порочное" тело. Появилась тошнота.       Через некоторое время Пятифан успокоился и вернулся на урок. Как раз парень мог заменить Петрова в баскетболе.       Антон устало сел на скамейку, наблюдая за началом игры.       Парень поймал себя на мысли о том, что его взгляд прикован лишь к Ромке, внимательно разглядывая одноклассника.       Блондин покраснел, вспомнив недавнюю ситуацию. Сейчас Пятифан был серьезен и полностью сосредоточен на мяче, который ритмично отбивался от пола под грубой ладонью парня. Сам же Ромка был в свободной белой футболке, которая поднималась, когда хулиган забросив очередной мяч, приземлялся с прыжка. В такие моменты голубые глаза улавливали кубики пресса и плоский живот парня. Напряженные руки играли мышцами бицепса и капельки пота проступали на лбу одноклассника. Пятифан всегда был серьезен. Выражение его лица никогда не было добродушным или расслабиленым. Парень действительно был красив. С четкими чертами лица, немного пухлыми губами, высокими еле заметными скулами и властными взглядом. Пальцы Ромы были длинные и быстрые. Особенно Антону нравилось наблюдать как одноклассник виртуозно крутит нож-бабочку, или когда одними пальцами держит сигарету.       Сейчас же Петров с особым интересом наблюдал за хулиганом, заостряя внимание на обнаженных участках тела. Как бы ему хотелось увидеть Ромку без футболки. "Черт!" – пронеслось в голове Антона. Когда он пришел в себя в конце игры. Парень боязливо опустил взгляд на область ширинки своих спортивных штанов. Да, эту предательскую реакцию сложно было не заметить окружающим, особенно если Петров будет играть. Раскрасневшись еще больше блондин опустил глаза в пол и просидел несчастные пятнадцать минут до звонка с урока, отвлекая себя совершенно странными мыслями. Антон думал о крысах, которых он не любит больше всего. Вспоминал пауков и их отвратительные лапки, змей вместе со странным языком и ядовитой пастью. И это действительно работало. В конце урока парень облегченно вздохнул, уверенно вставая и направляясь к выходу.