Pinch of Salt \ Щепотка соли.

      Нил проснулся с слегка не своей головой, но с удобной тяжестью на груди и осторожно потёр глаза, чтобы не разбудить спящего мальчика. Нил провел рукой по своим кудрям и посмотрел вниз: Генри мирно спал, прижавшись всем телом к груди Нила, его крошечные ручки крепко сжимали ткань его футболки.       Нил улыбнулся маленькой спящей фигурке Генри и проверил время, двигаясь медленно и осторожно, чтобы не разбудить. Было 8:47 утра, а это означало, что у него было чуть больше часа, прежде чем ему придётся встать и снова начать упаковывать оставшиеся коробки для переезда.       Он уезжал из Балтимора навсегда, уезжал в Нью-Йорк, где жили Мэтт и Дэн. Нил ужасно боялся тех трёх месяцев, которые он провёл здесь после того, как переехал из Лондона вместе с Генри.       Он занимался оставшимся бизнесом Натана с федералами и избавлялся от него вместе с кланом Морияма, пока Нил наблюдал, как их Империя, вернее, то, что от неё осталось, рушится у него на глазах. Это были десять недель пребывания так близко к месту, где не было ничего, кроме травм, насилия и остатков криков, которые всё ещё отдавались эхом в ушах Нила. Это было десять недель в Балтиморе, когда Генри рос в последнем месте, где Нил хотел, чтобы он был.       Прошёл год после всего случившегося.       Наблюдая, как его отец умирает от рук своего дяди, наблюдая, как Империя Морияма начинает рушиться и гореть от рук Стюарта и Лорен Хартфорд. Всё пошло прахом, все были уничтожены, и больше не осталось никого, кто мог бы поднять руку на Нила. Стюарту удалось избавиться от всех без исключения приспешников Натана, вплоть до Джексона и Лолы, и избавиться от них, не оставив после себя никаких следов.       Нил был в своей комнате и работал на своём MacBook'е, потому что теперь он ходил на курсы, чтобы стать бухгалтером своего дяди. Он был в разгаре своей первой лекции за этот день, когда Стюарт позвал его из зала. Очевидно, их вызвали в больницу по какому-то неотложному делу.       Сейчас Нилу в основном становилось лучше, но сама мысль о том, чтобы лечь в больницу, приводила его в ужас. Это напомнило ему о нежелательных прикосновениях, незнакомцах и наркотиках, которые вводили в его тело, усыпляя. Добравшись туда, медсестра отвела их в комнату, где они держали новорожденных младенцев. Она подвела их к кровати, где спал ребенок.       Светлая кожа, рыжие кудри, крошечные веснушки на переносице и щеках.       Нил почувствовал, как у него перехватило дыхание. Это было всё равно что видеть себя ребенком. Медсестра сказала ему, что это его ребёнок, а мать скончалась во время родов из-за осложнений, связанных с беременностью. Разум Нила был затуманен мыслями; с одной стороны, он не мог перестать смотреть на спящего мальчика и на тепло, которое внезапно разлилось в его груди, а с другой стороны, он пытался вспомнить, как это произошло. Через минуту он щёлкнул пальцами.       Это было несколько месяцев назад, когда Стюарт и Лорен пытались привлечь его к общению, и он пошёл с ним на вечеринку, познакомившись с девушкой. Он думал, что её зовут Люси, Нилу нравилось её общество, и она ему вроде как нравилась. Они связывались, регулярно переписывались о занятиях и прочем. Позже они сходили на несколько свиданий, поцеловались и занялись сексом. Нил на самом деле не понимал понятия секса, но всё равно сделал это. Позже Нил поразмыслил над тем же самым и решил, что секс - это то, что его на самом деле не интересует. Его не волновало, что он сделал это только один раз. Может быть, так оно и было, и вот он здесь. Нил Джостен, двадцати двух лет, отец новорожденного мальчика. Стюарт бросил на него взгляд, и Нил отправил его на улицу, потому что не хотел, чтобы Стюарт кричал на него здесь, где было довольно мирно и тихо.       - Ты хочешь подержать его?       Нил напрягся: "Я не знаю, как это делать".       - Вот, я тебе покажу. Садись.       Нил слушал её, изо всех сил стараясь не паниковать буквально из-за всего, что происходило в тот момент. Он сел на кушетку, и медсестра сказала ему, что ему будет удобнее, если он просто подтянет ноги. Он так и сделал и неловко сел, скрестив ноги, когда она подняла ребёнка и подошла, держа в руках свёрток с крошечным розовым халатом, она наклонилась и вложила его в руку Нила, осторожно помогая ему держать ребёнка: одной рукой под талию, а другой держа за шею. Он мирно спал, его редкие рыжие кудри были яркими. Нил продолжал пристально смотреть на него, и с каждой секундой в груди у него становилось теплее.       - У него есть имя? - спросила медсестра, сидя рядом с ним и наблюдая за обоими с лёгкой улыбкой. Нил покачал головой.       - Всё хорошо.       - Я мог бы назвать его Генри, - он вспомнил, что читал о французском математике с таким же именем.       - Генри Нил Джостен. Звучит заманчиво.       Генри Нил Джостен.       Это действительно звучало прекрасно. Прежде чем они смогли продолжить разговор, Генри пошевелился, и Нил замер, когда Генри заёрзал. Он зевнул, прежде чем открыть глаза, полуприкрыв веки, когда Нил уставился на него. И Нил уставился в такие же ледяные голубые глаза, точно такие же, как у него.       Но на этот раз они не выбили его из колеи. Это были его глаза, которые были у Генри, а не у его отца. Губы Генри задрожали, он закрыл глаза, из них потекли слезы, и он начал плакать, и на этот раз Нил полностью запаниковал, беспомощно глядя на медсестру. Она улыбнулась ему и усмехнулась, прежде чем предложила ему прогуляться и попытаться успокоить Генри. Нил бросил на неё взгляд, но послушался и встал.       Он ходил с плачущим ребёнком на руках и решил попробовать осторожно покачать Генри, покачиваясь вместе с ним, ноги были в странном ритме. Нил провёл пальцем по носу Генри. Плач Генри утих до тихих, сдавленных рыданий, в то время как сердце Нила бешено колотилось, он тоже пытался успокоиться. Генри быстро сжимает палец в руке.       "Привет, Генри", - сказал он. Он почувствовал, как его голос дрогнул, когда он провёл пальцем по переносице Генри.       Впервые в жизни его сердце наполнилось. Нил был влюблен.       Нил моргнул, глядя на Генри, которому скоро должно было исполниться три года, он всё ещё крепко спал, и Нил нежно обнял его и крепче прижал к себе под одеялом. Он лёг, тихо прислушиваясь к дыханию Генри, пока некоторое время спустя Генри не пошевелился, и Нил не отстранился. Генри зевнул, прежде чем протереть глаза и уставиться на ледяную голубизну Нила своими собственными.       "Папа!" - воскликнул он, хватая Нила за руки.       "Привет, детка. Доброе утро."       "Умтро!"*       Нил покрыл утренними поцелуями всё лицо Генри, и он хихикнул, прежде чем встать, забраться на живот Нила и сесть. Нил согнул колени, Генри прижался к ним спиной и сонно хихикнул, глядя на Нила. Его волосы были вьющимися и светлее после сна, вероятно, отражая изголовье кровати Нила. Его крошечные пальчики высунулись из пушистого оранжевого свитера, который он носил, потому что погода была чертовски холодной, и Нил не хотел, чтобы Генри простудился и бегал с насморком.       "Будь сегодня хорошим мальчиком, ладно? Мы уезжаем".       "Куда, папа?"       "Жить с дядей Мэттом и тётей Дэн, далеко. У них есть собака, ты ведь любишь собак, не так ли?" "Люблю!" - воскликнул Генри, кивая.       "Давай, дедушка и бабушка скоро будут здесь, и мы должны подготовиться к полету в самолете".       "В воздухе?"       "Да, как маленькая птичка, в воздухе".       Генри снова кивнул в знак согласия, когда Нил встал, обняв Генри за спину, когда тот сел, прислонившись спиной к изголовью кровати. Генри снова зевнул, прежде чем его глаза снова закрылись.       "Ты всё ещё хочешь спать, Генри?"       "Нет", - невнятно пробормотал Генри, протирая глаза. Нил усмехнулся, похлопав Генри по спине, который снова зевнул, прежде чем прислониться к груди Нила и снова заснуть. "Спи, спи, детка. У тебя сегодня будет долгий день", - пробормотал Нил, прежде чем поцеловать Генри в макушку.       Он посидел несколько минут, просто чтобы убедиться, что Генри не проснётся. Он осторожно уложил Генри и накрыл его одеялом, погладил по волосам, прежде чем тихо встать с кровати. Комната была битком набита коробками. Одежда и несколько предметов утвари упакованы и перемещены в коробки с этикетками. Вещи Нила и игрушки Генри, его одежда, лекарства и туалетные принадлежности; большая часть этого уже была упакована. У него был паспорт и другие юридические документы в папке, в которой ранее хранились поддельные удостоверения личности и тайник с деньгами.       Он проверил свой телефон и увидел сообщение Стюарта, в котором говорилось, что они с Лорен будут здесь к полудню. Они собирались пообедать перед тем, как Нил уедет в Нью-Йорк, а Стюарт и Лорен отправятся обратно в Лондон. Нил подключил свой телефон к зарядке и начал собирать оставшиеся вещи. Он выбрал им одежду для поездки, а другую запихал в полупустые коробки. Примерно через полчаса всё наконец было упаковано, и Нил уже попрощался с этой адской дырой.       Проверив и убедившись, что Генри всё ещё спит, Нил пошёл в душ. Он расслабился под горячей водой, помыл волосы шампунем и сбрил щетину, прежде чем быстро надеть футболку и тёплую толстовку, когда холод покалывал его тело, заставляя дрожать.       Около 10:30 утра Генри проснулся, когда Нил помешивал кофе на плите, когда Генри позвал его. Нил ответил "иду", но Генри всё равно вошёл в кухню, протирая глаза, когда его ноги в носках запрыгали по полу. Нил улыбнулся ему, поднял Генри и положил его на стойку. Он налил кофе в кружку и подогрел немного молока для Генри.       "Холодно", - сказал Генри.       "Ты хочешь, чтобы я тебя обнял? Мне бы не помешало тебя обнять", - вмешался Нил, уже раскрывая руки для обьятий.       Генри усмехнулся, обнимая Нила за шею, поставив ноги на цыпочки на стойку и прижавшись щекой к плечу Нила. Он хихикнул в его шею, а Нил обнял Генри за талию, поднял его со стойки и закружил в танце по кухне.       Нил выключил плиту, налил Генри молока в чашку с атрибутикой Лисов, усадил его на стул и взял печенье, ожидая, пока молоко остынет. И отец, и сын макали печенье в кофе с молоком соответственно, Генри лепетал о том, что ему хочется увидеть своих дядю и тетю и их большую собаку, которых он видел только на фотографиях и по видеосвязи.       Позавтракав и хорошенько стряхнув сон, Нил искупал Генри, переодел его в шерстяную одежду и отнёс коробки, когда прибыли грузчики. Всё, что у него осталось на руках, - это рюкзак с вещами Генри и ручная кладь с одеждой и другими необходимыми принадлежностями.       К 12:30 он уже надевал на Генри ботинки, когда услышал, как снаружи подъехала машина Стюарта. Нил открыл дверь, Генри сидел на диване, свесив ноги и играя с молнией своего пальто. Стюарт и Лорен тепло улыбнулись ему, Нил завел их внутрь. Генри завизжал от восторга, когда он увидел их, и Лорен подняла его и покрыла поцелуями всё его лицо, в то время как Стюарт с нежностью наблюдал за ними. Генри хихикнул, и Нил осмотрел всё, в то время как Лорен и Стюарт отвлекали Генри. Он бросил последний взгляд на их спальню, прежде чем закрыть за собой дверь. Этот дом никогда не был домом, но Нил чувствовал себя здесь комфортно почти три месяца, пока жил.       "Может, нам пора идти?" - спросил Стюарт. Нил кивнул, и все они вышли. Нил достал из сумки ключи, запер дверь квартиры и крепко обхватил ключ пальцами, нащупывая каждую грань и точку, прежде чем передать его Стюарту.       Поездка в аэропорт Тургуд Маршалл была короткой, Генри сидел на коленях у Нила и наблюдал, как снаружи на оконные стекла слегка падает снег, Стюарт болтал о том, как они будут жить дальше в Нью-Йорке, к большому сожалению Нила и Лорен, пока она не заткнула его и строго не сказала, что Нил достаточно взрослый, чтобы позаботиться о себе и Генри.       У ворот Нил в последний раз обнял Стюарта и Лорен, а Генри получил поцелуи от дедушки и бабушки, прежде чем Нил прошёл через них и направился к посадке, где ему предстояло ждать час перед вылетом. Он проверил свой багаж и получил посадочные талоны, занял свободное место. Он отложил свою сумку в сторону, Генри сел к нему на колени, прижавшись спиной к груди Нила, и показывал ему самолёты.       "Который из них наш, папа?"       "Я не знаю, детка, но мы скоро узнаем. Ты хочешь позвонить дяде Мэтту и сказать ему, что мы здесь?"       "Да, позвони дяде Мэтту, пвииз*?" - сказал Генри, очаровательно затягивая "пожалуйста".       Нил усмехнулся, достал свой телефон и набрал номер Мэтта по FaceTime. Мэтт снял трубку после двух гудков, на его лице уже играла улыбка, он с энтузиазмом помахал рукой.       "Нил! Как дела, приятель?"       "Привет, Мэтт, Генри хотел сказать тебе, что мы в аэропорту. Здесь..." - он подвинулся так, чтобы Генри и Мэтт могли видеть друг друга.       "Дядя Мэтт! Мы в айпворте, и там так много смвалётав!"       "Сколько их?"       "Не могу сосчитать, но их так много!" - Нил и Мэтт оба рассмеялись, а Генри продолжил рассказывать о самолётах.       В конце концов Нил сказал после того, как Генри закончил, Мэтту, что приземлится в 3:30 вечера, если рейс не задержится, поскольку Мэтт предложил забрать его. Его коробки будут доставлены прямо в квартиру, так что Нил не беспокоился об этом.       "Я не могу поверить, что это первый раз, когда мы увидимся физически, и ты переезжаешь к нам".       "Да, когда это успело произойти?" - зазвенел Нил, заставив Мэтта рассмеяться.       "Кто знает? Я рад, что это произошло. Я рад, что ты сказал "да".       "Я тоже, Мэтт. Лондон был, я не знаю, странным. Балтимор был, ты знаешь, как это было... - Мэтт кивнул. "Пришло время двигаться дальше. И жизнь Генри сейчас для меня на первом месте. Всё остальное не имеет значения."       "Посмотри, ты как настоящий папаша".       "Завались", - улыбнулся Нил. "Спасибо, что позволил мне остаться с тобой".       "О, тише. Ты думаешь, я или Дэн позволили бы тебе остаться одному, особенно с Генри? И тебе не нравятся или не понравились бы незнакомые няни в твоем доме."       "Нет. Я бы очень предпочел тебя, Дэн и Алекса."       "Этот Бернский малыш готов завести маленького товарища по играм, я могу тебя в этом заверить.       "И Генри готов иметь мягкую игрушку, которая буквально живая".       Они оба рассмеялись, и диктор заговорил по громкоговорителю, объявляя о прибытии рейса Нила.       "Рейс прибыл. Увидимся в Нью-Йорке, Мэтти".       "Увидимся очень скоро, Нилио!"       Нил улыбнулся, Генри помахал рукой на прощание и повесил трубку. Нил отправил сообщение Стюарту, сообщив, что его рейс прибыл, и перевёл телефон в режим полёта, прежде чем встать. Генри шёл, крепко держа Нила за руку, и они направились к входным воротам, где люди уже начали выстраиваться в очередь. Он подобрал Генри, потому что даже после всех этих лет толпе удалось немного вывести его из себя, делая это ради Генри, а не ради него самого.       Он показал стюардессе их билеты, которая зарегистрировала их и ворковала с Генри, который громко сказал "привет". Нил извинился, но стюардесса отмахнулась, потому что она была так очарована Генри, и Нил поблагодарил её, прежде чем они прошли через закрытый мост, соединявший их с рейсом.       Стюардесса показала им на их места, и Нил направился к ряду, отыскивая свободное место. Он усадил Генри на сиденье у окна и запихнул свой рюкзак в верхний шкаф, садясь рядом с сыном. Третье сиденье оставалось пустым, когда они были готовы взлететь, и экипаж самолета давал указания.       Было 2:05, и они приземлялись в 3:30 вечера в Нью-Йорке. Нил пристегнул ремень безопасности, затем Генри, и вскоре их самолет тронулся, лицо Генри прилипло к окну, пейзаж двигался, и они медленно взлетели, и вскоре они были в воздухе, среди облаков. Нил с улыбкой на лице наблюдал, как Генри молча смотрел в элюминатор, но Нил не мог распознать своего волнения, когда увидел снаружи города, фермы и дороги внизу.       "За новые начинания", - подумал Нил, проводя рукой по волосам Генри. Генри в конце концов заскучал, и Нила позабавило, что Генри потратил на это всего сорок пять минут.       "Не отстёгивай ремень безопасности, Генри", - подсказал Нил, осторожно отрывая руки Генри от ремня безопасности.       "Я хочу сидеть у тебя на коленях", - захныкал Генри. Он выглядел на грани слёз, потому что ремень безопасности, вероятно, был неудобен, обвинчиваясь вокруг его живота. "Чешется..."       "Я знаю, детка, еще немного времени, хорошо? Тогда мы уйдем отсюда, да?"       "Хорошо, папа".       Нил кивнул и неловко обнял Генри, который придвинулся как можно ближе, и Нил похлопал его по спине. Генри что-то бормотал, чего Нил не совсем понял.       "Не плачь, детка. Мы скоро будем дома, и ты всех увидишь."       "Да!"       К счастью, Генри не плакал и не жаловался, и Нил поднял его, вставая, чтобы уйти. Погода в Нью-Йорке была ничуть не лучше, когда Нил увидел туман за окном. Генри уткнулся носом в шею Нила, и Нил надел толстовку на голову, чтобы прикрыть уши Генри, когда тот выходил. Он включил свой телефон, на котором было одно сообщение от Мэтта, в котором говорилось, что он скоро приедет. Нил ждал с Генри на коленях, пока доставят его сумку. К счастью, здесь было не так много людей, так что Нил не нервничал.       Когда он вышел на улицы Нью-Йорка, фургон Мэтта выделялся, как больной палец, среди жёлтых такси, Нил осторожно шёл сквозь людей, стараясь ни в кого не врезаться. Он увидел все шесть футов Мэтта Бойда, который увидел его и побежал к ним. Нил ухмыльнулся, а Генри завизжал от восторга, увидев своего дядю.       Прежде чем Мэтт успел спросить, Нил притянул его в однорукие объятия и сказал своё "да", когда Мэтт обнял их обоих, а Генри хихикал и болтал с Мэттом. Вот, вот что такое безопасность, тепло и любовь, безусловно честные.       "Наконец-то. Так приятно наконец-то увидеть тебя, Нилио."       "Я знаю, Мэтти. То же самое."       "А это же тот маленький мальчик, которого мы тоже ждали", - проворковал Мэтт, протягивая руки к Генри, который хихикнул и наклонился вперед, чтобы Мэтт мог взять его.       Нил с нежностью наблюдал, как Генри и Мэтт ворковали друг с другом, как дети, один в буквальном смысле, а другой в метафорическом.       "Давай, Нил. Дэн ждёт, а погода наихудшая."       Нил кивнул, и они направились к машине, Генри счастливо сидел в объятиях Мэтта, а Нил тащил ручную кладь, пока они пробирались сквозь толпу.       С тех пор как он переехал в Лондон, чтобы жить со Стюартом и Лорен, он начал посещать онлайн-занятия. Поскольку он хорошо разбирался в математике и действительно любил её, он записался на занятия, чтобы получить степень по бухгалтерскому учёту. Он, вероятно, работал бы на Стюарта, но на самом деле не участвовал бы в том грёбаном бизнесе, которым он занимался. Нил был абсолютно уверен, что теперь он хочет жить спокойной, нормальной жизнью. Он просто устал выживать, он вроде как хотел жить сейчас. Занятия были прекрасными, к счастью, это была небольшая группа людей, и профессора были довольно хорошими. Примерно через месяц после начала занятий он наткнулся на знакомое имя.       Мэтт Бойд.       Нил разблокировал свой телефон и открыл свой почти неиспользуемый instagram, чтобы найти Мэтта Бойда. Он был почти уверен, что Мэтт его не вспомнит. Не то чтобы Нил сейчас выглядел иначе, чем тогда, когда был в Пальметто за год до того, как разразился весь ад. Он смутно помнил, что видел его и трёх других девушек, с которыми регулярно общался, и Нил никогда по-настоящему не старался разговаривать с кем-либо, кроме как при крайней необходимости.       Он нашел Мэтта под ником @mattdonovan и нажал на профиль, который был общедоступным и заполнен фотографиями. Он даже не был уверен, почему он был здесь, собираясь написать случайному незнакомцу. Нил ненавидел абсолютно всё, что было в его прошлом, но это, это было похоже на то, чего у него не было. Он пролистал instagram Мэтта. На фотографиях были и другие люди, которых он не мог вспомнить, или не знал, или не помнил имён. На последней фотографии была его фотография, девушка, которая, вероятно, была его парой, держала щенка бернской горной породы. Он открыл Директ и отправил несколько последовательных сообщений:       - Привет       - Я - Нил        - эм, ты, наверное, меня не знаешь, но мы вместе были в Пальметто. Я думаю, что мы вместе занимались химией и математикой тоже.       - Я увидел твоё имя в своем классе по бухгалтерскому учету, так что я здесь.       Нил убрал телефон подальше и открыл учебник, подышал, чтобы успокоить сердцебиение, но он нервничал, другого рода, возможно, хорошего рода? Он взял ручку и начал решать задачи.       Мэтт действительно написал ему в ответ, сказав, что он помнит Нила, по крайней мере, его имя, что было справедливо, потому что у Нила больше не было чёрных волос и коричневых контактных линз. Даже если он разговаривал с совершенно незнакомым человеком, который находился на другом континенте, Нил чувствовал себя комфортно. Было приятно поговорить с кем-то, кто не был Стюартом или Лорен, или кем-то постарше для разнообразия, или с кем-то из его класса, кому нужны были его заметки. Мэтт был милым, немного чересчур восторженным для Нила, но он не возражал против этого.       Им удавалось поддерживать связь и переписываться почти регулярно, ну а Мэтт писал больше, чем Нил ему. Но было довольно интересно получить фотографии и видео от Мэтта. Иногда это была его собака, Алекс просто занимался собачьими делами, а иногда Мэтт и Алекс играли с Дэн, снимали видео и ворковали. Нил в основном присылал ему фотографии из окрестностей особняка Стюарта и когда он выходил на утреннюю пробежку или посещал музей, чтобы просто прогуляться, потому что иногда в доме становилось слишком тихо.       Нил знал, что Мэтт на самом деле не узнает его из-за очевидной перемены в его внешности. Но кто знал? Даже если бы они не знали друг друга, Нил и Мэтт несколько раз разговаривали на счёт конспектов уроков и учебников. К его удивлению, Мэтт действительно узнал его, когда они встретились лицом к лицу и вспомнил, как Нил спорил с их профессором математики над каким-то уравнением.       Затем Нил наконец решил рассказать Мэтту о своём прошлом, потому что скрывать эту часть правды в течение стольких месяцев от Мэтта и Дэн было невыносимо. Так он и сделал, и Мэтт выслушал его, не отвернулся и не повесил трубку. "Всё, что имеет значение, это то, что ты Нил Джостен, а не он, и ты мой друг. Меня не волнует твоё прошлое", - вот и всё, что он сказал.       Нил расчувствовался и впервые по-настоящему, искренне почувствовал себя Нилом Джостеном, а не сыном серийного убийцы-психопата.       Два года и несколько дней спустя, когда Нил впервые послал Мэтту фотографию Генри, Мэтт был совершенно сбит с толку. Он был немного напуган, но в основном взволнован, когда Нил подробно рассказал о своей "ошибке". Мэтт и Дэн были единственными людьми, которые наблюдали, как Генри рос вместе с Нилом, даже если это было через экран ноутбука или телефона. Они также помогли Нилу понять его взгляды и чувства по поводу секса, который на самом деле его не интересовал.       И каким-то образом три года спустя, когда Нил решил переехать из Лондона, Мэтт предложил ему переехать в Нью-Йорк к ним, Дэн и Алексу, конечно. Это было дико, безумно и совершенно ново, но опять же, это был Мэтт. И Дэн. Два человека, которым Нил научился доверять больше всего, любить больше всего, уступая только Генри, если не в равной степени. Они помогали ему преодолевать приступы паники, понимали его и помогали ему устанавливать свои границы. Они присылали ему и Генри вещи на Рождество и на день рожденияНила и Генри, и отвечали на его звонки в полночь, когда ему снились кошмары.       Для самого Нила не было неожиданностью, что он согласился. Но он строго сказал им, что будет вносить свой вклад в домашнее хозяйство всеми возможными способами, включая финансы, домашние дела и арендную плату. Мэтт и Дэн были людьми с хорошей работой и не нуждались в этом и всё такое, но в доме должен был появиться один взрослый и один ребенок, и Нил знал, что это будет нелегко, он мог сказать это по своему опыту.       Мэтт открыл дверь пассажирского сиденья, Нил сел, Мэтт посадил Генри на колени Нила, перебежал на другую сторону и сел на водительское сиденье. Он одарил Нила широкой улыбкой, мягкой и тёплой, и его зелёные глаза заблестели, когда Нил улыбнулся в ответ.       "Пристегните ремни безопасности, безопасность превыше всего", - добавил Мэтт.       Нил осторожно пристегнул ремень вокруг себя и Генри, который подпрыгивал от возбуждения на своём сиденье, оглядывая чудовище, которое было фургоном Мэтта. Мэтт закрыл окна и включил кондиционер, и тёплый воздух приятно ударил в Нила и Генри, который, казалось, растворились в Ниле и уткнулись в грудь Нила. Мэтт усмехнулся, прежде чем завести машину, и они поехали по улицам Нью-Йорка.       К тому времени, когда они остановились на стоянке у квартиры Мэтта, Генри уже заснул. Мэтт молча вышел, перебежал на другую сторону, помог выйти Нилу, и они быстро вошли внутрь, так как пошёл небольшой снегопад.       Дэн открыла дверь и собиралась заговорить, однако Мэтт зажал ей рот рукой и шикнул на неё, потому что, не дай бог, ты разбудишь Генри, Дэн. Нил улыбнулся, когда Дэн успокоилась, и все они вошли внутрь. Алекс спал, свернувшись большим меховым клубком в гостиной, все тихо на цыпочках прокрались в спальню Нила.       Спальня была точно такой же, как Нил видел на фотографиях. Она была выкрашена в мятно-зелёный цвет, с большой кроватью и другими предметами мебели наготове. Они потратили так много часов на поиски мебели, что Нилу стало скучно. Нил опустил Генри на кровать, он пошевелился, но не проснулся, накрыл его одеялом и вышел на улицу. Дэн заключил его в крепкие объятия, а Алекс громко залаял на нового человека в доме.       "Наконец-то ты здесь! Спустя почти шесть лет!"       "Я знаю, Дэн, так приятно наконец-то увидеть вас обоих".       Она поцеловала его в щёку.       "И Генри, боже, он теперь большой мальчик".       "Ты можешь поверить, что ему скоро исполнится три года?"       "Чёрт возьми, нет, но мы, очевидно, будем праздновать. Ты знаешь, как я устала переживать два его виртуальных дня рождения?'       И Нил, и Мэтт усмехнулись. "Я знаю."       "Есть какие-нибудь новости о твоих вещах?"       "Они должны быть здесь к вечеру".       "Отлично! Иди приведи себя в порядок и переоденься."       "Ага".       Нил схватил свой рюкзак и ручную кладь и вошёл в свою спальню, распаковал их и убрал вещи в шкаф. Он надел свитер и спортивные штаны, взял полотенце, которое протянул ему Мэтт, и заперся в ванной. Было приятно принять душ и переодеться в тёплую одежду. Мэтт был в своей спальне, играя с уже проснувшимся Генри, а Алекс бегал вокруг, а Генри гонялся за ним. Нил улыбнулся и сел на кровать, наблюдая, как Генри гоняется за Алексом, пока Мэтт и он наблюдали.       "Я собираюсь отправиться за продуктами на обед. Хочешь пойти со мной?"       "Уверен? Генри?"       Генри посмотрел на него. Нил протянул руки, и Генри ухмыльнулся ему, запрыгивая на кровать. Он стоял, положив ноги на колени Нила.       "Я собираюсь пойти на прогулку с дядей Мэттом. Ты останешься с Алексом и тётей Дэн?"       "Да, папа, но не задерживайся слишком долго. Дядя Мэтт сказал, что ты можешь поймать простуду, потому что на улице снег..."       Нил усмехнулся и посмотрел на Мэтта, который широко улыбнулся.       "Мы же не хотим, чтобы ты или ребёнок заболели, не так ли?"       "Нет. Давай, пойдём. Генри, я скоро вернусь, птенчик."       Генри кивнул, Нил поцеловал его в лицо, и он разразился приступом хихиканья. Дэн подошла и посидела с Генри, пока Нил и Мэтт выходили за продуктами. Они остановились на фермерском рынке, затем в Target, а затем в пекарне друга, потому что, по словам Мэтта, сегодня был хороший день для торта.       Нил вошёл в пекарню "Фоксхол" вместе с Мэттом, фургон с пакетами был припаркован снаружи. Это было довольно огромное помещение со стенами бесчисленных оттенков розового, а затем персикового и гладкой мраморной плиткой. Там были разноцветные столы, стулья и другие предметы мебели. Здесь пахло пирожными, печеньем, всем испечённым и, конечно же, кофе. Заведение было пустым, за исключением парня и маленького мальчика, оба с одинаковыми светлыми волосами, которые делили кусок торта.       "Добро пожаловать в одну из моих любимых пекарен в городе", - с гордостью сказал Мэтт. "Выбирай всё, что тебе нравится", - добавил он, указывая на прилавок, заполненный выпечкой.       Взгляд Нила остановился на клубничном чизкейке, потому что они с Генри оба любили ягоды, на самом деле любые. Он остановился на кусочках чизкейка, Мэтт выбрал пирожные с тёмным шоколадом (на сегодня). Мэтт позвал кого-то по имени Аарон, потому что знал владельцев. Нил обернулся, когда прозвенел звонок и кто-то вышел.       Светлые волосы, карие глаза, веснушки.       Эндрю Миньярд подошёл к нему и встретился с ним взглядом.       Боже, Нил был в полном дерьме.