Всей галактике назло!

Оби-Ван так и не решился в открытую сказать Онуа, что их связь, длившаяся уже почти семь лет, пришла к печальному финалу. Но всё же он старался задерживаться на работе подольше, брать даже ночные смены вместо дневных, чтобы не оставаться с твилеккой наедине. Ну не предназначен он для семейной идиллии, наверно! Но одно осталось неизменным: поступивший в первый класс подготовительной школы Люк обязал своего дядю всегда встречать его у школы. На закономерный вопрос «дяди», что это за блажь такая в голову ребёнку пришла, когда он спокойно мог пересечь весь неблагополучный квартал, не получив ни синяка, ни царапины (и то, и другое получали идиоты, польстившиеся на малыша)? Ребёнок вздохнул и вывалил на мужчину всю обиду, скопившуюся за весь длинный день:  — Они считают меня вруном. Когда я говорю, что меня воспитываешь ты, мой дядя, они смеются и говорят пакости. Мол иногда и папаши бросают своих детей, а тут я дядю выдумал! А я ничего не выдумал. Ты же есть! И Люк теперь чинно и важно шествовал к Оби-Вану, просто лучась от счастья. Классный руководитель Люка принесла свои извинения, что не поверила мальчишке, объяснив это тем, что район у них не сильно престижный и многие ребята выдумывают себе богатых тёть и дядь, а его, дяди Люка, на приветственной речи к начинающим ученикам не было. Ну вот и… Кеноби с улыбкой оборвал неискренние извинения учителя-женщины, взгляд маслянистых глаз которой мужчина ощущал, как скользкую гадость на своём теле. Он просто не придал значения каким-то вступительным речам, в Храме было более строго и спокойно обставлено: нового юнлинга приводили к таким же малышам и просто называли его имя и фамилию. Всё. Так что Оби-Ван постарался узнать у других родителей из класса, что же ещё он не знает из школьной жизни. Оказывается, в школе была масса мероприятий, которые родители или опекуны обязаны были посещать вместе с учениками. Оби-Ван тихо обалдевал от заморочек простых жителей галактики. Да на их фоне жизнь джедаев насыщена событиями более привлекательного порядка! Были и праздники в Ордене, как без них! И взрослые старались наделить детей ощущением праздника, зная прекрасно, что дети, особенно в возрасте от трёх до десяти, обострённо воспринимали окружавшую обстановку, улавливали любую фальшь, так что те, кто был не готов насладиться праздничным настроением старались найти подходящий предлог, чтобы не портить удовольствие другим. Как, например, Квай-Гон. Он часто игнорировал как приглашения, так и то, что Оби-Ван-то эти самые праздники обожал посещать! Но почему-то погибший мастер не сознавал тоску Кеноби, а тот боялся вызвать даже малейшее неодобрение Джинна. А после уже и сам вырос. Так что когда Люк вылетел из дверей, улыбаясь от уха до уха, Оби-Ван начал подсчитывать свои будущие расходы. Кажется, на носу какой-то ещё праздник или другое мероприятие. Вновь выкладывай денежки, которые оказывается столь трудно добывать в мире обычных жителей.  — Бен! Бен, послезавтра кто-то обязан… Нет, должен… Короче, ты должен будешь присутствовать! — Люк врезался в ноги Оби-Вана, обхватил их и запрокинул голову, вглядываясь в вопрошающие глаза дяди. Тот внимательно оглядел парковку, взъерошив волосы парнишки, вздохнул и присел на корточки.  — А теперь успокойся и поподробнее скажи, что у вас там затевается. Да вроде ничего сверх необычного. Проверка качества обучения среднестатистических школ, начальных и подготовительных. И никто не знал, посетит ли проверяющий эту школу или какой другой заинтересуется. Оби-Ван тут же начал прикидывать, как отказаться, но мелкий сразу же поскучнел и нахмурился:  — Ты не пойдёшь, да? Снова Онуа, как всегда? Мужчина выдержал обиженный взгляд тёмных глаз мальчишки и сдался.  — Хорошо, я сам буду присутствовать. Лучше бы отказался!

***

Когда Вейдеру сказали про план посещения школ на Альдераане, сперва ему показалось, что над ним издеваться изволили. Соляным столпом он замер на месте, воззрившись на озвучившего сию тираду Императора, туго соображая, чем же это он настолько провинился, что его отправляют пугать школоту. Именно так он воспринимал орущее и гомонящее стадо мелких представителей галактики в целом. Со взрослыми и то легче иметь дело.  — Какие-то проблемы, Вейдер? — пальцы — домиком, давящий взгляд из-под кромки глубокого капюшона. Ладно, а можно поиздеваться?  — 501-й беру с собой? Вопрос, только вопрос и всё недоумение, что можно изобразить. Закономерно, что Палпатин застыл на месте, глядя на ученика, как на закоренелого маньяка. И озадаченный встречный вопрос:  — А зачем? Дёрганное движение плеч выражающее само недоумение.  — Так для весомого аргумента, Мастер!  — Ты совершенно в дурака превратился? Зачем аргумент, особенно такой, детям?! — обычно дребезжащий голос Императора стал ровным — и лорд подавил желание отодвинуться подальше от трона. И робко:  — А зачем там я? И правда — зачем? Но обоснованного ответа Повелитель Тьмы так и не дождался, только повторный приказ отправляться на треклятый Альдераан, уже оскомину набивший Вейдеру Органа, который до сих пор, спустя семь проклятых лет, следивший за поступками лорда и подозревающий его не весть Сила в чём! Может в растлении сенаторов? Хотя нет, эти сами кого хочешь растлению подвергнут, вплоть до развоплощения в Силе! От нетерпения Люк приплясывал на месте, тянул шею, чтобы увидеть чинно и важно стоявшего в дальнем уголке Бена. И лучился в Силе всеми оттенками довольства и радости, невольно заражая других своими эмоциями, отчего Бен невольно морщился, ещё на что-то надеясь. Может на то, что Сила передумает и даст Люку прожить жизнь без своих закидонов? Кстати, мастер-джедай, а откуда такие словечки? Или не на дипломата готовили вас? Сейчас Оби-Ван как никогда жалел что приходиться мучатся, чтобы соответствовать стандартам! Когда Сила немного дрогнула, Оби-Ван вновь списал на неуёмную энергию одного мелкого чада. Зашевелившиеся преподаватели забегали, расставляя усталых и расшалившихся учеников вдоль дороги к входу в здание. На лице директрисы разгорелись алые пятна от волнения. Бен привстал на цыпочки, но куда именно запихнули Люка, с того места, что занимал, не увидел. Но попытки продолжал делать. За всеми этими приплясываниями он и внимания не обратил, что площадка, на которой расположились все классы школы, внезапно притихла. И только когда давящая тишина, как говорят, гробовая тишина, показалась Кеноби какой-то неестественной в прежде шумном обществе детишек, он тоже поддался местному гипнозу и поднял взгляд. Если можно построить «смирно» взрослых и детей, то Вейдеру, появившемуся в проёме ворот, было отдано всё благоговение почти переставших дышать мирных. И в этой полной тишине глухое хмыканье лорда было слышно всем, как и стук подкованных сапог, твёрдо ступавших по плитам площади. Оби-Ван покрылся ледяным потом, молясь всем силам вселенной, чтобы пронесло. Зря старался. Сила решила, что он слишком долго был расслаблен. С отчётливым «да какого чёрта?!» в полнейшей-то тишине да знакомым голосом… У Оби что-то оборвалось внутри, он застыл на месте, изображая статую и боясь сморгнуть. Люк почувствовал только сильный толчок в спину, услышал глумливый смешок сзади, а после был вытолкнут из первого ряда прямо под ноги проходившей мимо фигуры в чёрных доспехах. Ребёнок только успел выставить руки, чтобы не расквасить нос при внезапном падении, после развернулся на месте, даже не подумав откатиться в сторону, преградив путь важной персоне, и чётко выдал вслух:  — Да какого чёрта?! — возмущённо воззрившись на своего недруга. Тот побелел, уставившись на массивную фигуру в чёрном плаще до пят, край которого шлёпнул Люка по лицу. Мальчишка только отмахнулся от ткани, медленно поднимаясь на ноги.