Стань моим солнцем

      Кара стояла посреди двора замка, наслаждаясь солнечными лучами, играющими на ее лице. Был прекрасный день, чтобы отдохнуть, но вместо этого её родители решили, что нет ничего лучше изнуряющей тренировки. Но Кара не жаловалась, ведь у неё были свои обязанности, и подводить родителей не хотелось. К тому же, если ты получил титул лучшего рыцаря, то это не значит, что он всю оставшуюся жизнь будет с тобой. Его нужно постоянно подтверждать — на битвах, на турнирах, просто на тренировках с главными её соперниками — с сестрой и тетей.       Только они могли сравниться в искусстве владения мечом с Карой. Все остальные падали от усталости или «поверженные» оружием через пять минут после начала. Нет, Кара не была зазнайкой и не страдала от завышенной самооценки. Но тренировки по мере улучшения её способностей становились всё скучнее и скучнее.       Именно поэтому она сейчас просто наслаждалась этим прекрасным, уже уходящим солнцем, пока её соперник-рыцарь в двадцатый раз за последние полчаса вставал с земли и приходил в себя. Девушка не хотела его настолько утомлять, но Алекс с Астрой были заняты — недавно прибыл гонец из Камелота, и её родителям пришлось созывать срочный совет. Кара тоже должна была там находиться, но её решили не отвлекать от тренировки и сказали, что позовут, если в этом будет необходимость.       Девушка проводила взглядом облако, которое плавно заплыло за башню замка. Свободные одежды, не мешающие тренировкам, легко перебирал в своих пальцах несмелый ветерок. Кара закрыла глаза, вдыхая запахи свежести травы, мелиссы, которую обожала её мать, и едва уловимого аромата свежеиспеченных булочек из кухни замка. «Так пахнет дом», — подумала она.       Рыцарь, наконец поднявшись с земли, решил не упустить этот момент и взять реванш за все поражения последнего часа. Он, как ему казалось, бесшумно подкрался к принцессе и замахнулся тренировочным мечом, который не уступал настоящему ни в чем, разве что в остроте, намереваясь сразить наконец Кару. Но та, не поведя даже бровью, со скоростью хищного зверя развернулась к нему лицом, отразила атаку и выбила меч у рыцаря из рук, качая при этом головой: — Лео, ну как же ты, будучи доблестным рыцарем Криптона, решился нападать со спины? Разве это не противоречит нашему кодексу? — Кара прищурила глаза в наигранном осуждении, на что парень лишь пожал плечами. — Да с тобой даже такие методы не работают, не то что честный бой, — парень поморщился, и они оба засмеялись. Кто-то бы сказал, что рыцарь неуважительно относится к принцессе, но эти двое были давнишними закадычными друзьями, поэтому все формальности были им ни к чему. — Ладно, — наконец Кара серьезно взглянула на Лео, — на сегодня хватит. А то и так ты весь вымотался. — Ничего я не вымотался. Это просто… солнце слишком греет, вот и жарко.       Кара с недоверием посмотрела на друга, окидывая его и себя взглядом, словно говоря ему: «На мне ни одной капельки пота, поэтому твоя теория неубедительная». Как раз в этот момент во двор вошёл слуга и, поклонившись, пролепетал: — Ваше Высочество, Вас просят явиться на совет. Срочно.       Кара, нахмурив брови, лишь кивнула Лео на прощание и направилась вслед за слугой. Она думала, что совет будет пустяковый, и в письме окажется очередное предложение Утера примкнуть к их союзу против общего врага — магии. Он либо был слишком глуп, либо надеялся, что в королевстве, где магия стала таким же ремеслом, как земледелие или скотоводство, можно её истребить. Тем не менее «срочно» из уст слуги не предвещало ничего хорошего. На простую агитацию так бы не отреагировали.       Кара вошла в зал совета в самый разгар дебатов. Многие мудрецы и уважаемые люди королевства выкрикивали свою позицию, в результате чего образовался гул, в котором невозможно ничего разобрать. Алура, королева Криптона, пыталась привлечь всех к порядку, Зор-Эл же о чем-то тихо переговаривался с Астрой. Алекс стояла немного позади них и хмуро взирала на всё это безобразие. Приход Кары привел толпу в сознание, и все немного успокоились.       Алекс едва кивнула сестре, после чего снова принялась разглядывать советников, будто пытаясь прочесть их мысли. Многие этого опасались, поэтому быстро опускали глаза, если замечали на себе взгляд Алекс, но лишь Кара и её родители знали, что магу это неподвластно. Тем не менее, этим трюком и способностью сплетен разноситься на многие километры семья Зор-Эла удачно пользовалась.       Кара подошла к пьедесталу, на котором возвышались кресла короля и королевы, и встала по правую руку от родителей, рядом с Алекс, едва поворачивая к ней голову и шепча: — Что здесь происходит? Из-за чего весь переполох? — Гонец привез письмо из Камелота. — Это я поняла. Я думала, это очередная провокация или разглагольствования Утера о вреде магии.       На эти слова Алекс не смогла сдержать улыбку, но потом снова стала серьезной. Внимательно посмотрев на Кару, она проговорила: — Камелот просит помощи. Гриты у их границ вышли из-под контроля и разбивают войска Пендрагонов одно за другим. Все союзники отказались помогать, поэтому им не к кому больше обратиться.       Кара стояла, потрясенно слушая сестру. Если Утер Пендрагон, самый честолюбивый и принципиальный человек из всех, о которых она слышала, просит о помощи, то дело действительно серьезное. — И что он просит? — Подкрепление. Рыцарей, лошадей… магов. — Подожди, я не ослышалась? Утер Пендрагон просит, чтобы туда приехали маги? В королевство, которое славится казнями и сожжениями всех, кто как-либо причастен к колдовству, даже если это не доказано? Ты понимаешь, что это больше выглядит, как ловушка, нежели крик о помощи? — Вот как раз об этом и спорит совет…       В этот момент громкий голос Алуры привлек всеобщее внимание: — Господа! Я так понимаю, что сегодня мы уже ни к какому мнению не придем — эмоции у всех бушуют через край. Обдумайте все аргументы «за» и «против», которые прозвучали сегодня в этом зале. Завтра утром мы созовем ещё один совет, на котором проведем голосование. Каждого проголосовавшего попросим высказаться и аргументировать свое мнение. Воздержавшихся быть не должно — слишком важный вопрос для нашего королевства. Всем спасибо.       Советники понимающе закивали и начали вставать со своих мест. Через пять минут в зале не осталось никого, кроме представителей дома Эл. Все были серьезными, повисла гробовая тишина.       Первой её нарушила Кара: — Мам, пап, что вы думаете по этому поводу? Зачем меня позвали под конец собрания?       Отец грустно, но по-доброму взглянул на дочь и проговорил: — Мы считаем, что совет согласится. Да, это похоже на ловушку, никто не спорит. Но это может быть единственный шанс наладить хотя бы нейтральные взаимоотношения с Камелотом, с которым у нас холодная война началась еще задолго до твоего рождения. К тому же, как ни грустно признавать, финансовые дела в королевстве идут не так хорошо, как могли бы. Пендрагоны предлагают щедрую компенсацию нашим воинам и королевству. — Если у них есть деньги, почему они не могут откупиться от гритов? Или нанять себе воинов из других королевств? С какой стати им обращаться к нам? — Кара искренне не понимала, всё это выглядело крайне подозрительно. — Откупаясь от гритов, они загонят себя в рабские кандалы на многие годы. Такой судьбы не пожелаешь ни одному королевству. А нанимать рыцарей из других королевств — они столько не найдут. К тому же только мы славимся лучшими рыцарями, которые буквально непобедимы, — Зор-Эл с гордостью посмотрел на дочь, подразумевая её блестящую репутацию. — И только у нас есть великолепные маги, которым под силу разобраться с коварными гритами, — мужчина перевел взгляд на Алекс.       В этот момент он понимал, что ему предстоит сделать и насколько это будет тяжело. Поэтому он, глубоко вздохнув, едва слышно продолжил: — Кара, Алекс, если совет согласится, а он наверняка согласится, вам предстоит возглавить наше войско, довести его невредимым до Камелота, повести рыцарей и магов за собой в бой и вернуться домой как можно целее и невредимее. Вы обучались и совершенствовали свои навыки долгие годы, чтобы показать себя, постоять за себя и за наше королевство, и сейчас наилучший момент для этого. Мое сердце, — он перевел взгляд на жену, она легонько кивнула, — наши сердца разрываются от того, что мы вынуждены принять такое решение. Но на нас троих, — он посмотрел на Астру, — висят очень большие обязанности, которые мы не можем отложить даже для потенциального нейтралитета с Камелотом.       Мужчина подошел к дочерям ближе и заключил их в крепкие, будто последние, объятья, и тихо прошептал им: — Пожалуйста, берегите себя. Заботьтесь друг о друге и не позволяйте чьим-то предрассудкам вас рассорить. Вы — самое важное что у нас есть, и мы вас очень сильно любим.       По лицам сестер вовсю текли слезы, Алура и Зор-Эл тоже плакали, и даже всегда собранная и несгибаемая Астра пустила слезу. Все еще раз обнялись и простояли так довольно долго, понимая, что шанс просто вот так ощутить родное тепло может появиться совсем нескоро.       Наутро совет, как и предсказывали король и королева, приняли почти единогласное решение, что на просьбу нужно откликнуться, но Кара и Алекс были к этому уже готовы. Еще с вечера Алура отдала приказ тридцати лучшим рыцарям быть готовыми наутро выступить в Камелот. Принцессы же собрали вещи и всё необходимое на первое время, надеясь, что им не придется долго задерживаться на чужих землях. Как же они ошибались…

***

      Моргана редко видела хорошие сны, но этот был исключением. Вот уже которую ночь подряд она оказывалась в неизвестном лесу, который явно отличался от окрестностей Камелота. Но это не вызывало страх или беспомощность. Наоборот, ей казалось, что это именно то место, где она должна быть.       Прогуливаясь по полянам и срывая цветы в маленький букет, Моргана слышит, как её кто-то окликает. Оборачиваясь, она не видит никого, только мелькающие за деревьями голубые одежды. Она, следуя какой-то невидимой силе, которая тянет её в глубь леса, бежит за этим человеком и через какое-то время оказывается на другой поляне. Она полностью залита солнечным светом, от которого становится тепло и телу, и душе, а посередине стоит человек в голубой мантии спиной к Моргане.       Плащ свободно накинут на плечи, мягко опускаясь вниз на траву, а на голову накинут капюшон, отчего совершенно невозможно понять, кто перед ней стоит. Моргана пытается обойти фигуру и заглянуть человеку в лицо, но он постоянно оказывается к ней спиной. Однако девушка откуда-то знает, что этот незнакомец не причинит ей вреда. Более того, она уверена, что этот человек — её родная душа. От него так веет теплом, словно бы солнце с неба переместилось в его сердце...       И Моргана каждое утро просыпалась с ощущением, что её душа тоже согрета этим её личным солнцем, пусть она пока и не знает его обладателя. И девушка верила, что судьба сведёт её с этим человеком во что бы то ни стало.