- «Не люблю спорт, но обожаю баскетбол.»

      Совсем темно. Холодно. Чувствуется, как конечности замерзают, превращаясь в лёд. Пахнет всякими химикатами или таблетками, как при входе в аптеку. Вроде запах приятный, но быстро приедается до тошноты. Издалека слышны чьи-то тихие отголоски, но не получается связать ни одного слова в голове.       Агату бросает то в сильный жар, то в невыносимый холод. Состояние такое, будто бы ее настиг ненастный бред. Возможно ей снились ужасные кошмары, возможно так действовало переменчивое и непонятное состояние. Внезапно девушка очнулась в холодном поту. Капли словно застывали на теле. Дыхание совсем сбилось, сердце колотилось так сильно, вдруг вот вот выпрыгнет.       Яркий свет резко ударил по глазам. Белоснежный цвет повсюду был не совсем уместным для того, чтобы только раскрыть глаза после долгого сна. Чуть чуть привыкнув к такому свету, она осмотрелась по сторонам и обнаружила, что находиться в больнице. Потихоньку она начала чувствовать своё тело. Вдруг начала ныть ее правая нога, но ощущение было странным. Раскрыв своё одеяло, увидела гипс на ноге.       - Блять, как так то! - не сдержав своё возмущение, та заорала на всю палату.На ее крики прибежала молодая медсестра.       - Я испугалась, думала что-то случилось. - та закатив глаза вздохнула с облегчением. - Только не переживай. Нога сломана, но жить будешь. Заживет все намного быстрее, чем ты думаешь. - она говорила это с улыбкой на лице, якобы подбадривая пациентку.       - А как же баскетбол… - ком подкатился к горлу, к глазам подступились слёзы.       - Про него придётся забыть навсегда… - сказала медсестра с большим сожалением. - Даже после полного заживления, травма останется и будет мучать при сильных нагрузках. В спорт лучше не возвращаться.       В этот момент все рухнуло. Единственный спорт, который она так полюбила и уделила ему половину из всей своей жизни, будет просто запрещён. Но как? Что же пошло не так? События никак не укладывались в голове, в памяти были провалы. Но это было не так важно. Важно то, что дорога к баскетболу перекрыта. Как теперь жить дальше? Проще сказать - забей и не парься, вся ещё впереди, радуйся тому, что есть. А Как радоваться тому, что дело всей твоей жизни накрывается белым парусом.       - Я не смогу больше играть… - тихим и хриплым голосом сказала она.       Медсестре было очень больно смотреть на девочку, у которой только что все перевернулось. Ей хотелось хоть как-то поддержать пациентку, но увы она может ее только оставить одну, наедине со своими мыслями. Поэтому, девушка в белом халате, незаметно покинула палату, бесшумно закрыв за собой дверь.       Агата, дрожащими руками, зарылась в своих коротких, темных волосах. Хотелось кричать, но нарушать чей-то покой - неприемлемо. Прозрачно-чистые слёзы не переставали течь, словно ручей по весне. В голове крутились одни и те же мысли.       - Как мне дальше быть?       Шли дни.Девушка послушно принимала разные таблетки, ходила на ежедневные процедуры. Но удовольствие ей конечно не доставляло это. Таблетки были горькими, а процедуры не все были приятными. После того дня, как та узнала, что играть ей запрещено, она выполняла все приказы врачей, надеясь на лучшее. Она свято верила в нашу медицину, что ее поставят на ноги, что она снова вернётся в баскетбол. Но сегодня слова врача полностью убили в ней силы и надежду.       - Штоллер, я вижу, что вы с особой радостью ходите на процедуры. - его робкая речь не очень то и внушала позитив. - Понимаю, к чему вы ведёте все это… Мы полностью восстановим работу двигательных функций, но травма останется на всю жизнь и это никак не исправить. Запрет, на то и есть запрет. Извините, что приходиться рушить ваш «план», но такова суровая реальность. - договорив, он с облегчением выдохнул. Будто готовился заранее, так как нелегко сказать человеку, что он не сможет чего-то добиться.       - Спасибо… - выдержав небольшую паузу, Агата продолжила. - Спасибо, что обнадежили меня просто так. - голос стал дрожать. - Спасибо, что держали меня здесь просто так, целых 5 дней. - тон слегка повысился. - Спасибо, что таскали меня по ненужным процедурам и тупо пришли сказать, что я на всю жизнь останусь овощем! - вот теперь, она перешла на крик.       Тот судорожно кивнул головой, развернулся и вышел, быстрым шагом, из кабинета. Ему никогда ещё не приходилось выдерживать такое давление от пациентов, тем более младше него.       Темноволосая в порыве гнева, нашла фарфоровую вазу на тумбочке и безжалостно швырнула ее в закрытую дверь. Та разбилась о дверь и распалась на мелкие, острые осколки. Все равно эта ваза нарушала интерьер палаты, не подходила по контрасту цвета. На самом деле не смешно… грустно.       По кровати пробежалась легкая вибрация. Это вибрировал случайно спрятавшийся телефон девушки. Покопавшись в самых укромных уголках кровати, она нашла его. На экране высвечивалось «Ебланка». Та одним движением пальца, приняла звонок.

- Ты как?

- Хуево! Я теперь инвалид на всю жизнь. У тебя как дела? Че там в школе?

- Во-первых, не называй себя так! Все будет хорошо, ты ведь это знаешь. Во-вторых, я тоже хуевенько. Без тебя так невыносимо. Ну а в-третьих, тебе лучше не знать, что в школе.

- Мне без тебя тоже плохо… Так че в школе то.

- Все обсуждают последнюю игру. Андрюша, короче…ну этот… Да блять, как сказать то. Ну выгнал вообщем.

- Он что сделал?!

      Гнев теперь доминировал над всеми смешанными чувствами. Уставившись в одну точку, она представляла, как бьет об стенку голову своего тренеры, как из его виска льётся алая кровь, оставляя следы на белоснежной стене, как он теряет сознание от боли закатывая глаза. Понемногу агрессия стихала, в ушах пропадал громкий звон, а из динамика телефона было слышно:

- Ты тут? Агата? Алло!

Мне срочно нужно сбегать из этой больницы.