Я Не Управляю Детским Домом/I Don't Run An Orphanage

      Пляж Дагоба.       Свалка, на которую люди годами сваливали мусор.       Это место — доказательство лени людей, которые предпочли выбрасывать мусор на пляж, а не делать это обычным способом.       И теперь пришло время воспользоваться их ленью. — Итак, сегодня вы поможете очистить этот пляж! — сказал Изуку.       Двое детей, Фу и Киба, не выглядели впечатленными. — Я думал, ты сказал, что мы будем тренироваться?! Какая же это тренировка? — Киба скрестила руки.       Изуку сказал детям, что для них запланирована специальная тренировка, и что он отвезет их на специальный полигон. Инко в этот раз была дома, поэтому Изуку позволил ей присмотреть за Кей и Эри. — Ну, многие куски этого мусора очень тяжелые. — отметил Изуку. — А некоторые — очень хрупкие. Вы двое будете отвечать за то, чтобы отнести мусор в этот мусоровоз. А чтобы помочь с обучением, я сделал кое-что новое.       Изуку достал из сумки планшет: — Сегодня вы и ваши сестры начнете зарабатывать очки, чем лучше вы все будете тренироваться и изучать свои причуды, тем больше очков получите. А когда вы наберете тысячу баллов, я отведу вас всех в парк развлечений!       Внезапно глаза Кибы расширились от восторга: — Парк развлечений! Ты имеешь в виду те места, которые созданы исключительно для развлечения масс и приносят восторг и радость в сердца семей.       Я имею в виду, что он, вероятно, построен исключительно для того, чтобы забрать ваши деньги, но это кажется захватывающим. — Фу задумался. Поход в парк развлечений не слишком радовал его, поскольку он не мог ощутить адреналин и острые ощущения, которые дают аттракционы и другие развлечения, но он был уверен, что все остальные получат удовольствие, и этого ему было достаточно. Возможно, он тоже получит немного хорошего мяса. — Точно! — Изуку улыбнулся её энтузиазму. — За эту тренировку вы будете получать очки в зависимости от того, насколько тяжел мусор, и насколько он цел. Так что постарайся ничего не сломать.       Хотя не имело большого значения, если мусор будет сломан, это поможет им научиться контролировать свою силу. Фу был довольно хорош в этом, но им пришлось заменить много вещей, потому что Киба продолжала их случайно ломать. — Ну, чего мы ждем, Фу, нам нужно набрать очки! — Киба схватила Фу за руку и побежала в сторону пляжа. В результате рука Фу оторвалась, и кровь разлетелась повсюду.       Фу вздохнул, когда его рука отросла: — Я очень рад, что она больше ни с кем так не поступает.       Изуку нервно рассмеялся: — Я тоже.       После этого дети принялись за работу.       Сначала Киба, торопясь набрать очки, сломала много вещей. Она чуть не уничтожила мусоровоз, бросив в него холодильник с пляжа. К счастью, она промахнулась, и Изуку сделал ей строгое замечание, чтобы она не бросала вещи.       Однако подопечным не потребовалось много времени, чтобы разработать план.       Киба должна была нести действительно тяжелые вещи, холодильники, диваны, шкафы, машины и т.д. А Фу понесет другие, более хрупкие вещи.       Киба все еще ломала некоторые предметы и делала вмятины, но через некоторое время она начала доставлять вещи в грузовик в основном целыми.       Изуку нравилось наблюдать за их успехами. На данный момент единственным источником удовлетворения для него было наблюдение за тем, как растут эти дети. Это делало его счастливым так, как ничто другое.       Говорило ли это о том, насколько пустой была его жизнь, что он полагался на детей, чтобы обрести чувство цели? С этим можно было бы поспорить, но Изуку не любил думать о таких вещах.       Пока все шло хорошо.       И тут случилось нечто неожиданное. — Юный Мидория? — сказал знакомый голос сзади него.       Глаза Изуку расширились, как обеденные тарелки, а голова закружилась: — Всемогущий.       Позади него стоял Всемогущий в своей тощей форме, а рядом с ним шла кареглазая девушка. — Я имею в виду, э-э, Всемогущий! Могу поклясться, что где-то здесь я видел Всемогущего, наверное, у меня галлюцинации! Хахаха! — Изуку нервно засмеялся, вспотев, так как нервно пытался отыграть свою оплошность. — Все в порядке, юный Мидория, юная Урарака уже знает о моей особенности. — сказал Всемогущий. — Подождите, он/она знает об этой форме?! — Изуку и Урарака сказали одновременно.       Они оба посмотрели друг на друга, и через мгновение Изуку отвел взгляд, покраснев от смущения: — И-извини. — Все в порядке, я просто была немного шокирована, — объяснила Урарака.       Боже мой, девушка разговаривает со мной! подумал Изуку, краснея и ерзая на месте. — Юная Урарака, это юный Мидория. — представил его Всемогущий. — Он мой друг. — Д-д-д-др-друг?! — Изуку заикался. — М-мы д-д-друзья?! — Конечно! — Всемогущий показал ему большой палец.       Изуку стоял в тишине еще мгновение, а потом потерял сознание и упал на улицу. — Юный Мидория! — Всемогущий подбежал, чтобы проверить его. — С ним все в порядке? — Урарака была одновременно озадачена и очень обеспокоена. — Да, он в порядке, он просто немножечко фанат, и его самооценка не… велика. — сказал ей Всемогущий. — Он, наверное, просто потерял сознание от шока! — О…окей? — Она не знала, что на это ответить.       Как раз когда Всемогущий собирался разбудить Мидорию, Киба подбежала, держа машину над головой. — Смотритель, я не знаю, почему этот гнутый… — Затем она увидела, что Всемогущий держит на руках потерявшего сознание Изуку. — Ах! Ты изверг! Ты вырубил Смотрителя! — Юная леди, это не то, чем кажется! — Всемогущий опустил Изуку на землю. — Поймай это, изверг! — Киба бросила машину в руки Всемогущему, целясь прямо над его головой в надежде отпугнуть его.       Однако Герой увидел несущуюся на него машину и среагировал. Он трансформировался в свою форму и поймал машину в руки. — Юная леди! Вы не должны бросать машины в людей! Использование вашей причуды на публике — это преступление!       Тем временем Киба была в шоке: — Всемогущий?! Настоящий Всемогущий?! Что случилось с тем человеком-скелетом?! — Он… убежал, — Всемогущий слабо попытался солгать. — Это не имеет смысла. Возможно, это была его причуда. — Киба покачала головой. — Неважно! Теперь, когда ты здесь, я могу наконец-то отомстить! — Отомстить? — Всемогущий был серьезно озадачен. — Отомстить за… что? — За неоправданную Сьюшность твоего персонажа в Super Hero Bash Unlimited! — ответила Киба.       Всемогущий посмотрел на нее, не веря в то, что он только что услышал: — Ты ведь не… серьезно? — Держись! — Киба бросилась на Олл Майта. — Кровавый удар вечной муки!       Киба подпрыгнула в воздух и с разворота ударила ногой Всемогущего.       Всемогущий, будучи Всемогущим, поймал ее за ногу и удержал в воздухе. — Эй! Отпусти меня! — Киба боролась, бесплодно размахивая руками. — Теперь… Теперь успокойся, юная леди. — сказал Всемогущий. — Кажется, я собираюсь поговорить с твоими родителями! — Ну, у нас есть только один из них, и он сейчас спит. — Фу прибыл вскоре после Кибы, держа в руках стеклянную бутылку с чем-то розовым. — Подожди, подожди, подожди, то… то есть молодой Мидория твой опекун? — спросил Всемогущий. — Э?! — Очако понятия не имела, что тут происходит. — Да! Как ты думаешь, почему я назвала его смотрителем?! — Киба надулась, все еще вися вверх ногами. — Глупцы, которые дали нам жизнь, не смогли распознать в нас те дары, которыми мы являемся! Но у Смотрителя есть глаз, чтобы распознать истинную силу, когда он ее видит, и он взял нас под свою опеку. — …Что? — спросили одновременно Очако и Всемогущий. — Наши родители бросили нас, и теперь заботится он, — объяснил Фу. — Ах. — Теперь Очако поняла. — Мне… жаль. — Все в порядке. Ты не сделала ничего плохого. — сказал Фу. — Мы уже давно смирились. — Смотритель — единственный родитель, который мне нужен! — гордо сказала Киба. — Именно поэтому я никогда не прощу тебе причинения ему боли! — Да, а почему он потерял сознание? — спросил Фу. — Он, эээ, фанател после того, как я сказал, что мы друзья. — по-бараньи объяснил Всемогущий. — Твой друг? — спросили оба ребенка одновременно. — Да! Юный Мидория — мой надежный друг! — сказал Всемогущий своим типичным напыщенным голосом. — Почему Смотритель не сказал, что он дружит с героем номер один? Я могла бы попросить его сразиться с тобой раньше! — сказала Киба. — Ну, на самом деле мы не так уж много знаем об Изуку. — понял Фу. — Или об Эри. — Эри? — Очако был готов поклясться, что со временем всё становится ещё более запутанным. — Ах да, я знаю её! Это девочка, которую Мидория спас от якудзы! — сказал Всемогущий. — ЧТО?! — удивлённо воскликнула Очако. — Что такое якудза? — спросила Киба. — Я думаю, что это плохие парни, — сказал Фу.       Только подумать, что настанет день, когда кто-то задаст этот вопрос. подумал про себя Всемогущий. Я счастлив, но чувствую себя таким старым. — Оххх. — Изуку проворчал, когда начал просыпаться.       Он огляделся и увидел, что все смотрят на него. Всемогущий все еще держал Кибу в воздухе, машина, которую она бросила, была разрушена и валялась с другой стороны от него. — Что… что случилось? — в замешательстве спросил Изуку.

Несколько объяснений спустя.

      Изуку дал Кибе мягкий подзатыльник. — Ты не бросаешь машины в людей! — Изуку сказал громко, не совсем крича, но достаточно громко, чтобы выразить свое неодобрение. — Я не собиралась бросать в него, просто над ним! — запротестовала Киба. — И с моей невероятной меткостью я никак не могла промахнуться.       Изуку подумал о множестве способов, которыми он мог бы доказать.       Но вместо этого он решил поступить по-другому.       Он поднял с земли камешек и вложил его в руки Кибы. — Брось это в бутылку, которую держит Фу, — проинструктировал ее Изуку.       Подумав, что это поможет доказать ее правоту, Киба бросила камень прямо в предмет.       Камень пролетел мимо кувшина всего на фут, пронесся мимо него и упал в воду. — Это была… это была просто случайность! — сказала Киба. Она собрала горсть камней и начала бросать их в брата. — Разве это не опасно? — заметила Очако. Она беспокоилась за безопасность Фу. — О, нет, Фу может регенерировать от чего угодно, и он также не чувствует боли, — объяснил Изуку. — Он будет в полном порядке, пока его хорошо кормят.       Киба продолжала бросать камни, иногда она подходила близко, но иногда оказывалась далеко. Примерно на девятом камне ей наконец удалось задеть край, оставив трещину в боку. — Ух! Это все случайности! — закричала Киба, по ее лицу текли слезы. — Я-       Изуку положил руку ей на плечо и посмотрел на нее разочарованным взглядом, который она так ненавидела: — Мы делаем ошибки, мы все делаем их. И ты никогда не станешь лучше, если не признаешь свою неправоту.       Киба замолчала. Она восприняла слова Изуку без каких-либо аргументов. — Если бы тот человек не был Всемогущим, и если бы ты промахнулась, то ты могла бы действительно причинить ему боль. — Изуку не хотел говорить «убить», ей и так было плохо. — А использовать свою причуду, чтобы навредить кому-то, незаконно. У нас могли бы быть большие неприятности, мне бы не разрешили больше заботиться о вас всех.       Это заставило Кибу широко раскрыть глаза. Мысль о том, что она может снова оказаться на улице, а также отослать всех своих новых братьев и сестер… и все это из-за того, что она сделала. — Мне жаль. — Киба тихо заплакала. — Все в порядке, ты должна извиниться перед Всемогущим за то, что бросила в него машину. И за то, что напала на него. — сказал Изуку.       Киба повернулась ко Всемогущему и отвесила ему извиняющийся поклон: — Я сожалею, что напала на тебя. — Я прощаю. Только постарайся больше так не делать. — сказал Всемогущий.       Изуку положил руку на голову Кибы, нежно поглаживая ее: — Я ценю твою попытку защитить меня, но в следующий раз будь осторожнее, ты слишком сильна для некоторых людей.       Киба кивнула, едва заметно склоняясь к утешительному прикосновению Изуку.       Изуку перестал гладить ее и снова принял суровое выражение лица: — Я знаю, что ты хотела только защитить меня и не хотела никому навредить, поэтому я назначу тебе легкое наказание. Все баллы, которые ты заработала сегодня, исчезли. Поняла?       Киба удрученно кивнула. Она понимала, почему, но все равно была расстроена.       Изуку повернулся ко Всемогущему: — Мне так жаль! Я знаю, что вы должны сообщать о таких вещах… но я был бы очень признателен, если бы вы могли бы промолчать об этом. — Ну, я попросил тебя сохранить несколько моих секретов, так что, полагаю, в этот раз я могу сохранить твой. — Всемогущий засмеялся. — Большое спасибо! — Изуку поклонился. — Кстати, когда это ты успел взять опеку над еще двумя детях? — спросил Олл Майт. — Вообще-то, уже тремя. — Изуку вздохнул. — И это… долгие истории.

Две длинные истории спустя.

      Всемогущий и Очако смотрели на него в недоумении. — Ну, ты… — Всемогущий не знал, что на это ответить. В его жизни бывали довольно сумасшедшие совпадения, но обычно они были разбросаны друг от друга. То, что такие специфические вещи произошли за такой короткий промежуток времени, было довольно… абсурдно. — У тебя есть причуда, которая привлекает детей или что-то в этом роде? — спросила Очако, это было единственное объяснение тому, что она только что услышала. — Нет-нет-нет. — Изуку потряс руками перед собой. — Я… неважно. Я не привлекаю к себе детей или что-то в этом роде, это все просто странные совпадения. — Эй, Изуку. Что у тебя за причуда? — спросил Фу, все еще держа в руках треснувшую банку. — Это… — Изуку действительно не хотел им говорить. Он рассказал Эри некоторое время назад, и она была единственной, кто знал, что у него нет причуды. Ну… Кей знала технически, но она не знала, что такое беспричудный человек, и он попросил её не упоминать об этом. Он любил этих детей и знал, что он им, по крайней мере, нравится.       Но он знал, как быстро все может измениться, когда люди узнают, что у тебя нет причуды.       Как и Всемогущий. Он смотрел на Изуку с чистой жалостью. — Это не привлечение. — Изуку отказался отвечать.       Это немного рассердило Фу. И Кибу, но ей сейчас не хотелось ничего говорить. Они почти ничего не знали о человеке, который заботился о них, и это заставляло их чувствовать себя довольно… эгоцентричными. Как будто они всегда думали только о себе. — Если ты не скажешь нам, что это такое, я буду считать, что это привлекает детей, — сказал Фу. — Это не так! — запротестовал Изуку. — Я просто… не люблю говорить об этом.       Фу увидел, что Изуку очень расстроен и чувствует себя неловко, и ему стало стыдно, что он затронул эту тему.       Возникла небольшая пауза, так как никто не знал, что сказать.       Изуку искал что-нибудь, чтобы отвлечься от настроения, и его взгляд упал на банку со слизью. — О, хм. Поскольку я попросил Кибу бросить в бутылку камни, я все равно поставлю тебе за это полный балл. — Изуку взял у него банку. — Баллы? — спросил Очако. — О да, я вроде как помогал им тренировать их причуды, используя мусор на пляже. Им трудно контролировать свою силу, поэтому, когда они приносят мусор обратно, я даю им очки за то, насколько он цел. — Изуку объяснил. — Ты тоже использовал это место для тренировок! — Очако была шокирована таким совпадением. — Похоже, ты человек совпадений! — А? — Изуку не понял, что она имела в виду. — Ну, так уж получилось, что великие умы мыслят одинаково. — сказал Всемогущий. — Потому что я собирался использовать этот пляж для обучения юной Урараки. — Что правда?! — Изуку был потрясен. Его жизнь действительно была полна совпадений. — Тогда извините, что прервал ваше занятие! Я… я найду другое место для тренировок! — Нет, нет, все в порядке! — Очако ярко улыбнулась ему, заставив Изуку отшатнуться в шоке. — Всемогущий говорит, что я почти закончила! В конце концов, я уже давно тренируюсь, чтобы стать героем. — Ты тренируешься быть героем! — закричал Изуку. — О, подожди. Если ты со Всемогущим, то это было очевидно. Тем не менее, тренироваться со Всемогущим. Ты удивительная!       Очако смущенно засмеялась, ее лицо слегка покраснело от комплимента. ТРЕСК — А? — Изуку посмотрел вниз на банку и заметил, что она шевелится, как будто внутри нее что-то живое пытается выбраться наружу. ТРЕСК, ТРЕСК, ТРЕСК!       Банка двигалась все сильнее и сильнее, в ней начали появляться трещины, и розовая слизь начала выталкиваться из трещин. — Что происходит? — спросила Очако.       У Изуку было плохое предчувствие, что скоро это будет знакомая ситуация. БАБАХ       Банка лопнула, и розовая слизь взлетела в воздух.       Она двигалась, то расширяясь, то сжимаясь, а потом приняла форму.       Когда слизь приземлилась на землю, она приняла форму семилетней розовой девочки с косичками, которая носила крышку от банки как шляпу. — ГУУУУУ — возбужденно кричала девочка, размахивая руками в воздухе.       Все смотрели на девочку с минуту. Потом на Изуку. Изуку вздохнул и опустился на колени: — Привет. Как тебя зовут? — Гу! — сказала девочка. — Тебя зовут… Гу? — спросил Изуку. Девочка покачала головой: — Гуу! — …Ты можешь сказать только «гу»? — понял Мидория.       Девочка кивнула.       Изуку вздохнул. Думаю, это имеет смысл, если у нее нет голосовых связок. Ее причуда не кажется опасной, так что, надеюсь, мы сможем позвонить ее родителям или… СССШШШШШ       От размышлений Изуку отвлек звук чего-то тающего. Он посмотрел на голову девочки и понял, что шапочка погружается в ее голову, тает и растворяется.       Затем он увидел дым, поднимающийся от земли, и заметил, что девушка опускается все ниже. Она сжигала песок, на котором стояла.       О. Она сделана не из слизи. Она сделана из кислоты. Изуку понял. Это опасная причуда. А то, что она оказалась в банке, могло быть попыткой кого-то выбросить ее. Скорее всего, ее родителей. Значит…       Хорошо, что Намаэ дала ему свой номер телефона.

Позже.

      Изуку сидел в одном из кабинетов полицейского участка. Он размышлял о том, что же произошло в его жизни.       Его привели в полицейский участок, чтобы он дождался Намаэ.       Им удалось поместить девочку-гуу в специальный сдерживающий костюм, чтобы она не разрушала все, к чему прикасается. Она очень, очень сомневалась в том, чтобы залезть в него, ее опыт с бутылкой, вероятно, заставил ее не любить находиться внутри вещей, однако им удалось убедить ее, показав, что она все еще может двигаться в нем.       Она также очень не хотела оставлять Изуку, не так сильно, как Эри и Кей, когда они впервые встретились, но она, кажется, привязалась к нему.       Как это может происходить? недоумевал Изуку, пытаясь просчитать шансы.       Его мысли были прерваны, когда в комнату вошла Намаэ, с рюкзаком ученика начальной школы и выглядевшая очень взволнованной. — Почему ты… носишь его? — в замешательстве спросил Изуку. — Чтобы носить свои вещи, — ответила Намаэ, заняв место напротив Изуку. — Мне нравится использовать маленькие сумки, потому что их легче носить с собой. Кроме того, это отбивает у людей охоту просить меня нести их вещи.       Изуку был уверен, что его уже почти перестала удивлять лень Намаэ. — Она сирота? — Изуку сразу перешел к делу. — Ты знаешь это! — прощебетала Намаэ. — Ее зовут Сансан, ей семь. Она родилась со своей причудой, Кислотным телом. Ее тело сделано из особой кислоты, способной растворять многие вещи. Она также может расширять и сжимать себя по желанию. Когда она родилась, она убила свою мать, потому что… ну, ты знаешь, из нее вытекала кислота. Очевидно, отец обвинил ее в этом и отдал другим членам семьи, а те не смогли с ней справиться, потому что, знаешь, кислота. И она металась по семье, пока один из них не достал банку из специального стекла, которое она не могла расплавить, и не выбросил ее на пляж. Там девочка оставалась около года, пока ты ее не нашел. — Она застряла в этой банке на целый год?! — Изуку не мог представить, каково это, быть запертым и не иметь возможности двигаться в маленьком пространстве в течение года. Сделать это с шестилетним ребенком.       Это было второе худшее, что случалось с детьми под его опекой. Предыстория Эри была еще намного хуже. — Она не может говорить из-за отсутствия голосовых связок, но наши телепаты разговаривали с ней, поэтому мы получили от нее кое-какую информацию, — сказала Намаэ. — Она умеет писать, но с трудом. Ей не нравится находиться в своем сдерживающем костюме, и она очень благодарна вам за то, что вы выпустили ее из этой банки. Думаю, ты знаешь, к чему это приведет. — Просто дай мне контракт. — Изуку вздохнул. — Не так быстро! — сказала Намаэ, заставив Изуку посмотреть на нее с легким шоком. — Понимаешь, я тут подумала, это судьба. Так и должно быть. Другого объяснения тому, как это происходит, нет. Поэтому я поговорила с некоторыми из высших чиновников и сделала им предложение. — Предложение? — Изуку не знал, к чему это приведет, а зная Намаэ, это могло закончиться для него либо очень хорошо, либо очень плохо. — Ты становишься официальным опекуном детей О.П.К.С., — сказала Намаэ. — Это значит, что ты будешь отвечать за заботу о любых детях, которые попадают под юрисдикцию O.П.К.C., то есть о любых детях, которые были брошены или отданы родителями или садами и имеют причуды, которые сделали бы их опасными для заботы при нормальных обстоятельствах, будут переданы тебе.       Изуку моргнул, молча впитывая информацию. Когда он собрался что-то сказать, Намаэ заговорила первой. — Я знаю, что ты собираешься сказать: у меня недостаточно места! Не опасно ли держать всех этих детей под одной крышей? Стоит ли поручать такую важную работу подростку?! Я в таком противоречии, бла-бла-бла. — Намаэ сказала с насмешкой. — Но мы позаботимся о тебе: как неотъемлемая часть нашего филиала, ты получишь поддержку всей организации. Тебе будет предоставлен огромный дом с высокотехнологичной системой безопасности, чтобы обеспечить твою безопасность, безопасность детей и твою безопасность от детей. Дом будет оснащен различными средствами развлечения и будет находиться на значительном расстоянии от населения в лесу на окраине города. Вам будут предоставлены средства, чтобы справиться со всеми причудами детей, и вы сможете нанять себе помощников, если они пройдут наш отбор. И, конечно, вам будут платить довольно щедро, вдобавок ко всем тем деньгам, которыми уже владеет ваша семья, богатый ублюдок. И последнее, если ты беспокоишься о своем возрасте, мы давали детей людям намного старше тебя, и они облажались в рекордные сроки, так что не волнуйся об этом, все в порядке.       Изуку закрыл рот и еще раз обдумал предложение. Честно говоря, оно казалось… слишком хорошим. Кроме шанса умереть из-за заботы о таких опасных детях, он не видел особых причин для отказа. — Послушай, люди хотят заботиться о своих детях вместо того, чтобы работать, а ты можешь делать и то, и другое! — Намаэ пыталась убедить его. — Я читала твое досье, Изуку Мидория. Ты хотел стать героем с самого рождения. Но из-за жестокого поворота судьбы ты никогда не мог надеяться достичь этой мечты. Ты стал подавленным, угрюмым и в конце концов просто замкнулся в себе и перестал выходить на улицу. Затем судьба вернулась, постучав в вашу дверь в виде маленькой девочки, нуждающейся в помощи, ты ответил и принял ее, затем пришла еще одна, и еще. Теперь у вас есть шанс помочь детям по всей Японии. Ты можешь стать их героем. Вернуть улыбки на их лица! — Я- — Намаэ снова прервала его. — И, если все получится, наш филиал можно будет, так сказать, модернизировать. Мы сможем сделать так, чтобы о нашем существовании узнало больше людей, чтобы они не выбрасывали своих опасных детей на улицу, и мы сможем получить больше финансирования для поиска новых детей! — Она продолжила. — Мы могли бы уберечь их от столкновения с людьми, например, злодеями, которые будут использовать их причуды и превратят их в злодеев! Ты мог бы буквально превратить следующее поколение злодеев в следующее поколение героев! Или пекарей! Или в кого угодно! Ты… — Хорошо, я сделаю это! — крикнул Изуку, чувствуя, что это может продолжаться еще долго, если он не остановит ее.       Намаэ перестала переигрывать и тут же достала из сумки большой контракт. И когда я говорю «большой», я имею в виду большой. Стопка бумаг была толщиной с чью-то голову. — Поскольку он такой большой, я знаю, что ты, вероятно, не захочешь его читать, поэтому я просто покажу тебе, где подписать — Намаэ достала ручку.       Изуку взял ручку и сказал: — Я прочитаю все.       Намаэ откинулась назад и вздохнула: — Да, я так и думала, что ты это сделаешь.       Она достала свой телефон и наушники, а Изуку принялся за чтение.

Много часов спустя.

      Изуку положил ручку, наконец-то закончив читать и подписывать огромный контракт.       Большинство людей его возраста бросили бы читать уже через несколько страниц или пропустили бы что-то. Но Изуку был опытен в изучении, чтении и анализе, поэтому он привык просматривать огромные кучи слов.       Контракт объяснял несколько вещей, которые Намаэ либо пропустила, либо опустила в своих объяснениях, но ничто из этого не помешало Изуку подписать его.       В договоре объяснялось, что Изуку будет постепенно принимать детей, которые уже были у них на попечении, в течение длительного периода времени, давая и ему, и детям время на адаптацию, а не просто пихать всех детей сразу ему на руки.       Он также не будет считаться государственным служащим. Скорее, он будет работать с правительством, а не на него. По сути, он был боссом организации, финансируемой правительством и имеющей связи с ним, но технически остающейся независимой. Это давало Изуку большую свободу в том, что ему разрешалось делать.       Это удивило Изуку, он полагал, что они захотят больше контролировать его, но, похоже, те были довольны тем, что он делал все, что хотел. На самом деле, его немного беспокоило то, как много у него было свободы.       Большая часть контракта заключалась в том, чтобы убедиться, что он не отступит от каких-либо соглашений и не перестанет принимать детей.       Однако, когда Изуку вспомнил, кто написал этот контракт, все стало более понятно. Изуку навел справки об O.Д.C.П., они были очень маленьким и недофинансированным подразделением правительства, вероятно, из-за своей неэффективности. Им было трудно найти людей, которые могли бы позаботиться о детях, которых они получали, поэтому дети проводили большую часть своей жизни в правительственных учреждениях с растущим чувством, что они отвергнуты обществом, а небольшой, но заметный процент детей под их опекой вырастали и становились злодеями.       Из-за недостаточного финансирования им трудно искать более опасных детей и почти невозможно рекламировать себя, поэтому о них мало кто знает.       Поэтому вполне логично, что они отчаянно хотят, чтобы Изуку подписал этот контракт. Так как это избавит их от одной из главных проблем, с которыми они сталкивались, и позволит им добиться лучших результатов и, вероятно, получить больше финансирования. А также уменьшит их рабочую нагрузку.       Изуку посмотрел на Намаэ, которая заснула в своем кресле. — Эм… Намаэ? — сказал Изуку.       Женщина продолжала спать. Наушники не позволяли ей услышать его.       Изуку задумался, как ее разбудить. Он мог бы просто прикоснуться к ней, но это казалось грубым и извращенным — прикасаться к женщине, пока она спит. По крайней мере, Изуку так казалось.       Он нашел на столе табличку с именем и поднял ее, а затем ткнул ею Намаэ в плечо. — А?! — Намаэ проснулась. — Где я? О, точно, большое дело… О, большое дело!       Намаэ посмотрела на подписанный контракт, схватила его и быстро пролистала, чтобы убедиться, что все заполнено. — Хаха! Да, чёрт! — торжествовала она. — Я определенно получу гребаное повышение!       Она посмотрела на Изуку с безумной ухмылкой на лице: — Строительство дома займет несколько недель, и мы сообщим вам, когда все будет готово! А теперь извини меня, я покупаю выпивку сегодня вечером!       С этими словами Намаэ выбежала из комнаты, прыгая и радуясь на ходу.       Изуку сидел и думал о том, что он только что сделал.       Теперь это была его работа. Теперь это была его жизнь. Он проведет остаток своей жизни, даря детям счастье и любовь, которые они заслуживают.       Он думал о детях, которые уже находятся под его опекой. Он думал о том, как они играют вместе, как они счастливы.       Благодаря ему.       Он слегка улыбнулся. Если он не может быть героем, тогда он будет довольствоваться этим.