Зануда и сердцеед

Цзян Чэна никто не беспокоил до утра. Видимо, хозяева решили, что отдых ему нужнее, чем лёд. И он был им за это благодарен, потому что во сне не чувствовал боли. Проснувшись на рассвете, он хотел по-быстрому отсюда слинять, но не тут-то было — по пути в ванную его перехватила Вэнь Цин и заявила: — Хорошо, что вы уже проснулись. Сейчас позавтракаете, и мы съездим на кафедру неврологии к Баошань лаоши. Она прекрасный невролог, и сможет точно определить, есть ли у вас сотрясение головного мозга, и назначить лечение, раз уж вы так не хотите в больницу. — Не стоит утруждаться, — ответил Цзян Чэн. — Нет, я должна быть уверена, что с вами всё в порядке, — покачала головой Вэнь Цин. — Кстати, позвоните маме и успокойте её, а то наверняка волнуется, что вы дома не ночевали. Матушке действительно стоило бы позвонить, однако первым Цзян Чэн набрал номер Вэй Ина. — Доброе утро, — сказал он и тотчас же услышал в ответ: — Утро добрым не бывает. Хули ты снова будишь меня в такую рань? Но раз уж ты позвонил, колись, ты переспал этой ночью с Вэнь Цин? С трудом сдерживая раздражение, Цзян Чэн ответил: — Нет. Мне с утра нужно заехать в одно место, ну а потом я вернусь домой и всё расскажу. Если тебя не затруднит, пожалуйста, получи пока информацию по интересующему нас делу. — Хочешь, чтобы я связался с Лань Сичэнем и взял у него досье на его брата? — расшифровал его слова Вэй Ин. — Тогда дай мне его номер телефона. — Да, конечно. Сейчас сброшу в вичат. Люблю тебя. — И я тебя люблю. Пока. Целую. Жму, — прыснул Вэй Ин, и Цзян Чэн едва удержался, чтобы не заржать за компанию. На завтрак были баозцы с вкуснющей начинкой из мяса и печени и вполне съедобная рисовая каша с тофу. — Очень вкусно. Такого я не пробовал даже в ресторане моей сестры. Вы прекрасная хозяйка, — похвалил Цзян Чэн Вэнь Цин. — Что вы, мне некогда заниматься готовкой, всё это приготовил А-Нин, — призналась девушка. — Он у меня мастер на все руки. Ещё и все мои учебники успевает прочесть и с первого раза все запоминает. Её брат никак не отреагировал на похвалу, продолжая сосредоточенно поедать баозцы. — Он тоже хочет стать врачом? — высказал догадку Цзян Чэн. — Да. Но ему трудно взаимодействовать с людьми, поэтому он учится и даже практикуется дома. У него лёгкая рука, и он чудесно делает уколы, — похвалила брата Вэнь Цин. — Мне бы не пришлось делать уколы, если бы сестра согласилась полгода назад лечь в больницу с пневмонией, вместо того, чтобы ходить в Институт медицины больной, — смутившись, ответил Вэнь Нин. — Если бы я пропустила занятия, мне пришлось бы слишком много отрабатывать, а как лечить себя, я и так знаю, — отмахнулась Вэнь Цин. Раздался звонок в дверь — это явился Чжао Чжулю. Увидев Цзян Чэна, он скорчил недовольную физиономию. — Молодая госпожа, кое-что показалось мне подозрительным — мы никогда прежде не видели в Институте медицины этого молодого человека. Бьюсь об заклад, он не учится в Университете Цинхуа, — сказал он. — Кроме того, этот тип несколько часов околачивался неподалёку от вас, прежде чем напасть, а вы столь неосторожно пригласили его в свой дом и даже оставили тут ночевать. — Я действительно не учусь и никогда не учился на медика. Три года назад я окончил Институт окружающей среды, а в Медицинский пришёл навестить товарища, который там сейчас учится, но он как назло куда-то запропастился, и я напрасно его прождал, — поспешил оправдаться Цзян Чэн. *** Вэй Ин просматривал скупое досье на Лань Чжаня, присланное Лань Сичэнем, и недоумевал. У этого хмыря, похоже, никогда в жизни друзей не было. И дело было не только в нелюдимости Лань Чжаня — таких ботанов, как он, никто не любит. Круглый отличник, победитель школьных олимпиад, да ещё занимавшийся музыкой по классу гуциня (было в команде Вэй Ина на ролевых играх несколько парней в белом с подобными инструментами, а то он и не знал бы, что за инструмент). Короче, Лань Чжань был тем ещё ископаемым. В старших классах он увлёкся танцами (Вэй Ин сразу представил себе бальные танцы, и у него от скуки свело скулы), окончил школу раньше срока экстерном, поступил в Институт экономики и менеджмента Университета Цинхуа, после успешного окончания которого стал работать в отделе маркетинга «Облачных Глубин». И как прикажете с ним подружиться? Где пересечься, если помимо работы этот сухарь бывает лишь дважды в месяц на концертах классической музыки, от одной мысли о которых у Вэй Ина начиналась зевота, и трижды в неделю в закрытом спортивном клубе «Нечистая юдоль», где занимается фехтованием на мечах? Хм, а вот за последнее уже можно было зацепиться. Потому что Вэй Ин и сам во время учёбы в университете занимался в секции фехтования, поскольку это освобождало его от скучных занятий по общей физической подготовке и позволяло участвовать в боевых постановках ролевиков, размахивая мечом, а не просто прохаживаясь в красивом ханьфу, время от времени произнося заученные фразы, как тот чувак с веером. Высмеяв того недопидора с веером, Вэй Ин на следующей ролёвке случайно обнаружил в своём сапоге скорпиона, осторожно вытряхнул его на землю и пожелал членистоногому удачной охоты. Наблюдавший за ним, скрывая улыбку за веером, недопидор в тот же день по иронии судьбы сел на ежа, любезно подложенного ему Вэй Ином, однако не обиделся, а оценил шутку. Это и стало началом их дружбы. Недопидора звали Не Хуайсан. Он учился в Институте информационных технологий приснопамятного Университета Цинхуа, и к ролевикам он примкнул исключительно ради эстетической стороны их мероприятий (косплей и крафт). Как вскоре выяснилось, Не Хуайсан сам шил все те роскошные ханьфу, в которых являлся на игры, и расписывал веера, которых у него было великое множество. Не Хуайсан оказался компанейским парнем — он никогда не отказывался пойти прибухнуть с Вэй Ином после очередной игры и с удовольствием сплетничал обо всех своих знакомых, выдавая море ценной информации о каждом из них. Иногда он шил наряды и для других (разумеется, за умеренную плату) и давал ценные советы по созданию образа того или иного героя. Именно с его подачи Вэй Ин стал отращивать волосы для большей аутентичности облика, поскольку, по словам Не Хуайсана, дешёвый парик сидел на нём как на корове седло, а выглядел и того хуже. Правда, у выбранного Вэй Ином способа знакомства с Лань Чжанем было одно но — он уже давненько не держал в руках меча, потому что занятия в секции фехтования забросил после окончания университета из-за банальной лени. Кроме того, к этому времени его игровому персонажу, утратившему духовные силы Старейшине Илина, больше не приходилось браться за меч, поэтому в дальнейших тренировках не было необходимости. Вот Вэй Ин и забил на них, как и на работу в офисе дизайнерской фирмы с девяти до шести, предпочтя заниматься индивидуальной трудовой деятельностью. О последнем он никогда не сожалел, а о тренировках порой вспоминал с неясной тоской. Сейчас же Вэй Ин пожалел, что не в форме, но быстро отогнал эту мысль как вредоносную и поспешил связаться с Не Хуайсаном, чей брат Не Минцзюэ по счастливой случайности являлся владельцем «Нечистой юдоли». — Привет, Не-сюн. Могу я попросить тебя об одолжении? — не стал юлить и сразу приступил к делу Вэй Ин. — Привет, Вэй-сюн. Неужели ты не можешь позвонить старому другу просто так, а не только тогда, когда тебе что-то от него нужно? — в своей обычной манере заныл Не Хуайсан. — В следующий раз я так и сделаю, — пообещал Вэй Ин, не подозревая, что в ближайшее время не сможет выполнить это обещание. — А сейчас мне нужно, чтобы ты замолвил за меня словечко перед своим братом, а тот — разрешил мне доступ в «Нечистую юдоль» и выделил лучшего тренера. — Вэй-сюн, ты собираешься участвовать в новой ролёвке? По какому произведению? Кто ещё будет участвовать? Почему ты мне ничего не рассказал? — оживился Не Хуайсан. — Нет никакой новой игры, я и на старой-то уже года два не появлялся, с тех пор, как моего персонажа укокошили. Мне для другого дела нужно срочно восстановить форму, — пояснил Вэй Ин. — Я тебе потом расскажу. — Полагаю, это будет нечто увлекательное. Хорошо, я поговорю с дагэ. Возможно, он согласится лично тебя тренировать. Но это будет тебе дорого стоить, потому что я как пить дать нарвусь на очередной вынос мозга на тему, что мне самому следовало бы всерьёз заняться мужественным видом спорта и бросить нафиг своё не пацанское увлечение красивыми тряпками и веерами, — как бы нехотя согласился Не Хуайсан, хотя Вэй Ин, даже не видя его лица, знал, что у того загорелись глаза от предвкушения чего-то необычного. — Всё, что хочешь, в разумных пределах, — пообещал Вэй Ин. — Устрой мне свидание с Цзян-сюном, — обнаглел Не Хуайсан. Он давно питал слабость к Цзян Чэну и, будь тот посговорчивее, уже наверняка сменил бы статус с недопидора на пидора. Однако Цзян Чэн в упор не замечал его знаков внимания и всякий раз находил благовидный предлог отказаться от встречи тет-а-тет, таская с собой Вэй Ина. — Ну, я же не волшебник. Единственное, что я могу тебе гарантировать — пригласительный билет на двадцать шестую конференцию экологов провинции Хэбэй, где он будет выступать с увлекательнейшим докладом «Загрязнители донных отложений в водохранилище Тяньбоу», после чего можешь попытаться пригласить его выпить с тобой за успех или провал его выступления, — предложил Вэй Ин, которому Цзян Чэн уже все уши прожужжал о том, как он с коллегами брал пробы воды, донного ила и образцов тканей сомов в экспедиции на вышеупомянутое водохранилище, затем обрабатывал их на какой-то мудрёной аппаратуре, анализировал результаты и писал статью для выступления на конференции. — Ладно, — вздохнул Не Хуайсан. — Главное, не пожалей о своей просьбе — мой старший брат, конечно, в фехтовании лучший, но в процессе тренировок с ним тебе не раз захочется сдохнуть. *** Сдохнуть Вэй Ину захотелось уже после первого индивидуального занятия с Не Минцзюэ. По уму, после первого занятия следовало бы сделать хотя бы на пару дней перерыв, чтобы мышцы перестали ныть, но у Вэй Ина было мало времени, и он не мог себе этого позволить, поэтому решил совершить невозможное — достичь сносного уровня фехтования за три дня. Он закидывался обезболивающим, поднимал себя с кровати в состоянии живого мертвеца и снова полз на тренировку. После этого Вэй Ин отлежался денёк и явился к клуб, когда там тренировался Лань Чжань. Последний сосредоточенно отрабатывал приёмы в гордом одиночестве, тогда как остальные предпочитали парные занятия. Вэй Ин некоторое время понаблюдал за ним (этот Лань Чжань был действительно очень хорош собой и хорош в фехтовании), затем подошёл и с самой обворожительной из своих улыбок представился: — Привет. Меня зовут Вэй Ин. Я здесь новенький. Может быть, поможешь мне отработать несколько приёмов, раз уж у тебя нет пары? Парень смерил его нечитаемым взглядом и ответил односложно: — Хорошо. Они обменялись несколькими ударами. Вэй Ину с трудом удавалось защищаться. Он понимал, что ему до уровня Лань Чжаня, как до Луны, однако должен был произвести на него впечатление. Поэтому он решился на нечестный приём. — Нельзя касаться лица и гениталий противника, это — нарушение правил, — заявил Лань Чжань, когда меч Вэй Ина оставил неглубокий порез на его щеке. Тренировочное оружие было тупым, но Вэй Ин, конечно же, явился в клуб со своим. — Я нечаянно, — скорчил невинную моську Вэй Ин. — В качестве извинения могу угостить тебя ужином, — предложил он. — Моя хорошая знакомая держит ресторан. Он называется «Пристань Лотосов», может, слышал? — Нет. — Тогда ты обязательно должен попробовать её знаменитый суп из корня лотосов и свиных рёбрышек. — Нет — значит, я не буду с тобой ужинать. И я не употребляю в пищу мясо, — пояснил Лань Чжань. — Ладно, давай тогда я просто угощу тебя выпивкой, — не сдавался Вэй Ин. — Я не употребляю спиртное, — ответил на это Лань Чжань. — Какой ты скучный. Теперь я понимаю, почему никто в этом клубе не хочет тренироваться вместе с тобой. Ну, хоть чаю-то ты со мной выпить можешь? Надеюсь, съесть мороженое тебе религия не запрещает? — Нет, — снова выдохнул Лань Чжань. — Что, «нет»? — уточнил Вэй Ин. — Не запрещает. — Вот и отлично! — просиял Вэй Ин. — Как тебя зовут? — Лань Чжань. Возможно, Вэй Ину показалось, или кончики губ Лань Чжаня действительно дрогнули в бледном подобии улыбки.