За твое тепло отдам себя всего.

Лололошка не любит зиму, не поймите неправильно, он любит зимнюю атмосферу, праздники и снежинки, которые порхая, оседают на нос парня. Он не любит бездействие, которое приходит вскоре с первыми морозами. Весь огород замерзает, так что Ло приходится питаться запасами или маленьким садиком, который он смастерил у себя в свободном углу дома. Парень даже копать руду не может, ведь в сундуках больше нет места для новых кристаллов и камней, нынешние некуда девать. В этих сундуках руды ему хватит хоть на всю жизнь, так что копать тоже нельзя. Парень садится за письменный стол, берет в руки перо, обмакивает его в чернила и пишет новую записку в дневнике. Он пишет о скуке, Сильвестре, который недавно впал в зимнюю спячку и о Люциусе, который в нетипичной для него манере, связался с Ло, в панике говоря, что Айко не движется и что она умерла. Ло прибыл во дворец полубога только для того, чтобы увидеть бедную змейку, которая впала в зимнюю спячку, также как и его Сильвестр. Узнав эту информацию, Люциус приказал выметаться из дворца, чтобы побыть одному, так что вот он и страдает скукой в своем маленьком, но удобным домике. Чиркание в дневнике прервал Бастиан, который отдаленно связался с пареньком. — Привет, Лололошка! Меня слышно? — Маг звучит взволновано, его тон настораживает парня и тот встает из-за стола. — Да, Бастиан, я тебя слышу. Тебе нужна моя помощь? — интересующимся тоном спрашивает шатен, ожидая получить какую-нибудь работу, любую, хоть опять за неизвестными ингредиентами идти, или хотя бы просто поговорить. Парень был настолько поглощен скукой, что даже самые скучные рассказы мага о различных зельях будут интереснее чем любые фантастические романы. — Ты мог бы телепортироваться ко мне, на чашечку травяного чая? Я нашел способ спасти древо, тебе определенно нужно это услышать. — Бастиан, услышав положительный ответ от шатена, отсоединяется от связи и идет выбирать чай, который будет варить в своем фарфоровом чайничке. Он смотрит на прикрепленную полку, на которой стоят стеклянные баночки наполненные разными травами. Маг берет в руки баночку с прикрепленным названием «успокаивающий чай» и идет к чайничку, эту новость без такого чая не переварить. Услышав информацию о древе, Ло вскочил со стола и подбежал к сундуку с одеждой. Он промямлил Бастиану что придет, одновременно надевая белую рубашку и теплый, шерстяной свитер. Он обул черные, кожаные сапоги и надел плащ. Осмотрев дом в последний раз, он уже вытаскивал карту чтобы телепортироваться, как его за плечи взял незваный гость. Сначала Ло оцепенел от страха, шаги «гостя» были беззвучны, или это просто его бешеное сердцебиение, неизвестно. — И куда ты собрался, смертный? — на парня смотрела пара красных, как рубины, глаза. На госте была надета его привычная бордовая рубашка и жакет. Его белые, как сегодняшний снегопад волосы были неудачно спрятаны под черным, шелковым цилиндром. Его щеки и нос были красными от холода, его руки прижаты к груди, а глаза остановились на мече, который парень вытащил из ножен, — Я вообще-то тут по делу пришел, еще долго будешь держать на меня свой меч? — Я не буду спрашивать, что ты тут делаешь, просто возьми что нужно и иди, мне надо срочно к Бастиану. Я все потом объясню, — Конечно, Люциус пришел к нему в самый неподходящий момент, будто он стоит за его дверью с стеклянным стаканом приложенным к двери, ожидая самый неподходящий момент. В-принципе, он мог бы позвать Люциуса с собой к Бастиану, но его здравый смысл подкидывает ему моменты и диалоги этих двоих не с самыми приятными намерениями, так что лучше он посидит у него дома, если ему и в-правду надо будет что-то от него, то подождет. Прикоснувшись к дому Бастиана, Ло телепортируется к нему домой, оставляя в своем домике негодующего демона. — Да как ты смеешь, так вести себя с великим полубогом Люциусом, смертный?! — пронеслось в пустом доме запоздалый ответ полубога. Он понимал, что дело срочное, раз он оставил в своем доме его одного, но его терзало неприятное чувство того, что для него важнее в этот момент был Бастиан, а не Люциус. Хотя для Ло, древо имеет очень большое значение, и если он не спасет его, то все умрут и тогда, Люциус не сможет получить свою силу. С каждым днем злость на отца становится все сильнее и сильнее, божественные силы ему ни к чему, он готов воткнуть в его сердце меч Ло, и не важно, что тот не умрет, главное, что почувствует хоть что-то, хоть как-то заметит своего сына, даже как предателя и человека, но, в конце концов, сына. Семья Люциуса является подонками и мерзкими аристократами, это общеизвестный факт, но, то что, эта семейка несчастна и часть ее давно в гробу, известно не многим. Сначала мама покинула их, убежав от Агния, когда он был ребенком, Ивлис, который все детство Люца унижал и издевался над ним угодил в гроб, покрытый золотом и рубинами. Хотелось вытоптать этот проклятый роскошный гроб, он его не заслужил, смерть — избегание истинного раскаяния. Это нечестно, видеть открытую скорбь Агния над смертью этого чудовища. Купола дворца в ту ночь слышали крики отчаяния и громкие слезы парня с белыми волосами и несчастной судьбой. Оказавшись в этом мире, хотелось быть лучше. Тут нет Ивлиса, горячего пекла ада и рабов, лишь бескрайная природа, люди с их глупыми мечтами и ослепляющее солнце, которое каждый день возвышалось над этим миром. А Ло, он добрый, хороший и терпимый, таких как он нигде не встретишь, вот вроде бы он и убил Картера пару месяцев назад, а сейчас, он находится в его доме один, потому что этот человек ему доверяет, что нельзя никак объяснить, ведь любой другой человек выкинул бы его за дверь, но не Ло, видно что он с душой. Люциус выходит из вечных раздумий и осматривает пустой дом друга, в правом углу находятся бездонные сундуки, которые были наполнены рудой, драгоценными камнями…и еще рудой? Ло определенно надо перестать копать, Люциус пришел не за рудой, а за одеждой. Эта зима была первая для полубога, и будучи привыкшим к адскому пламени, холодный снег и замерзшие лужи его совсем не привлекали. Он уже успел привыкнуть, к довольно прохладной, по сравнению с адом погодой летом или холодной, но терпимой осенью, а зима стало новым и непроходимым препятствием для Люциуса. На его лице успели пропасть летние веснушки, сменившимися холодами и простудами дождевой осени, а зима, совсем непонятна. Вот вроде бы и есть солнце, светит так ярко, что глаза надо щурить, но тело все равно покрывается мурашками, а лицо покрывается красными пятнами. Бывшие хозяева замка Люциуса забрали с собой всю одежду, а создавать свою он не умеет, да и погода была терпима. До этого дня. Он смотрит в каждый сундук в поисках теплых вещей, находя лишь руды, да списки с ингредиентами для каких-то зелий. Оказавшись у письменного стола, который стоит в левом углу комнаты, он мельком подсмотрел в открытый дневник шатена. Люциус знает, что читать чужие дневники неприлично, но соблазн узнать сокрытые мысли шатена слишком велик. В последнее время, их отношения стали намного ближе, но невидимая стена между ними настолько стала явной, что к ней можно прикоснуться голыми руками. Он часто идет к нему под предлогом какого-то важного дела, но часто оставался у него ради пустых разговоров, ему было удобно врать, так легче, когда не понять, что чувствуешь на самом деле, легче когда не видишь настоящего лица и настоящие эмоции. Он зажигает свечи и начинает читать недавние записи. Шатен писал о зиме, как ему не нравится бездействовать и сидеть дома. Он писал и о Люциусе, о его змее, но из всего текста, больше всего Люциусу приглянулся маленький рисунок, нарисованный на краюшке пергамента. Это был чернильный рисунок дерева, вероятнее всего елки…и звезда, которая светится на вершине этого дерева? Люциус забегал глазами по записке в поисках объяснения, которое он нашел в самом конце пергамента. «Не смотря на то, что я не люблю зиму, мне очень нравится Новый год. Я в восторге от атмосферы в деревне. Маленькие дети бегают с стеклянными звездочками, взрослые готовятся к ужину, а самые старшие рассказывают сказки на площади. Я тоже хотел бы провести последний день в такой же атмосфере, но я не думаю, что у меня получится добиться такого же эффекта, как у них. Может быть, я могу подарить что-нибудь своим друзьям, например Бастиану я мог бы подарить новую палочку, а Люциусу… Я что-то должен подарить Люциусу! Что-то, что понравится его аристократичному вкусу. Это будет довольно сложно…» Новый год, елка, атмосфера. В аду не было таких понятий, а если кто-то и пытался вернуть какую-нибудь традицию, то его сразу же превращали в адскую пыль. Лололошка собирается подарить ему подарок… Приятное чувство прошло сквозь Люциуса, и тот, инстинктивно, провел рукой по надписи с его именем, написанной почерком Ло. Оказывается, чернила еще не высохли, и место, где Люциус провел пальцами, оставило большой, темно-синий след на пергаменте. «Черт, черт, черт!» — пронеслось в голове Люциуса, пока тот пытался смыть след с дневника. Спустя десятки заклинаний, ему это удалось, но он потерял кучу времени, да и то, что его не спалил сам шатен, и в правду удивляет. Он отошел подальше от греха и направляется к сундукам, стоявшие по другую сторону письменного стола. В одном из них, он нашел желанную теплую одежду. На самом дне сундука лежала новая броня. Заметив броню, Люциус выгибает бровь, пытаясь вспомнить, когда видел в последний раз на Лололошке броню. Как оказалось — никогда. Руки и ноги скрытые теплой одеждой таят под собой шрамы, и Люциус может лишь догадываться, где тот получил эти шрамы, но об одном, он знает точно. В один очень жаркий день, Ло нашел Люциуса в его доме разлегшимся на ковре, его волосы липли к лбу, а рубашка, растегнутая на все пуговицы открывала вид на его кожу. Ло тогда потащил его на озеро, и там же Люциус впервые увидел голую спину путешественника. Его спина загорелая от работы на солнце была покрыта бесконечными ссадинами и шрамами. От некоторых оставались лишь белые линии, а некоторые только начинают заживать. Люциусу стало любопытно, и он подошел в плотную к Ло и немного трясущийся ладонью, провел по самому большому белому шраму проходившей по всей спине, от шеи до копчика. — Кто это сделал? — с нескрываемой злостью спрашивает Люциус, как кто-то посмел причинять боль его единственному дру…другу. — Я не думаю, что тебе понравится мой ответ, — Ло встает и подходит к берегу озера. — Я должен знать, смертный, не то чтобы я это делаю для тебя, я это…попрактикуюсь в магии с тем, кто тебе сделал больно, заодно и отомщу. — Подойди к берегу и посмотри в воду, ты увидишь того, кто это сделал. — Ло заходит в воду по колено, вода довольно холодная и расслабляющая, в этом скрытом озере находятся только они и окружающий их лес. Бабочки, белые как ромашки, порхали над озером, пока садившиеся солнце освещало всю местность в золотые оттенки. Люциус подходит к водоему и смотрит, на него в ответ смотрит пара красных глаз, лицо, которое было красным от жары и плечи с выпирающими ключицами, — Я не понимаю, где он? — непонимающе спрашивает Люциус. Ло промолчал, ожидая пока до Люциуса дойдет его мысль, мгновение спустя, шатен ощущает сзади объятия Люциуса, который уткнувшись в мокрую шею шатена тяжело дышит. Этот огромный шрам на всю спину, эту боль причинил ему Люциус, и тот даже не догадывался до этого. Он никогда не обнимал никого до этого, но прочитав достаточно много романтических романов (ради образовательных целей и никак иначе), он мог понять, что людям нужны эти объятья, эти удушья, но в мягкой форме успокаивают людей, и романы оказались правы, Ло кладет свои руки поверх рук Люциуса и тихо шепчет. — Когда мы только познакомились, ты проклинал и пытался ухудшить мою жизнь, насколько это было возможно… В один день ты запустил в меня молнию, и я не успел отреагировать, но сейчас мне лучше, все в порядке, — парень начал успокаивать Люциуса, но у того в голове уже бушевала буря эмоций, которые были чужды полубогу. По телу прошли мурашки, а голова стала ватной, он даже не догадывался, что люди могут чувствовать такой спектр эмоций, хотелось скрыться, вот только нельзя, нужно извиниться. — Смертный… Прости, — извиняться неприятно, но еще неприятнее осознавать, что этих извинений недостаточно. Он прижимает Ло к себе сильнее, который уже давно его простил. Весь вечер они дурачились и Ло учил плавать Люциуса, который и не пытался скрывать свои эмоции и слабости, он был счастлив, несмотря на то, что оставались нотки стыда и грусти, но счастлив. Этот вечер хочется вспоминать вечно, жарищу, теплое озеро и улыбку Ло, что может быть лучше. Выходя из приятных воспоминаний, Люциус смотрит в единственное окно, на стекле которого, красовались самые красивые работы художницы Зимы. За окном виднелись снежинки, которые не переставая порхать, падали на ветки деревьев и землю, укрывая ее белым одеялом. Он берет первый свитер темно-зеленого цвета и надевает его. Приятное тепло расходится по всему телу, наконец, можно не бояться холода. Люциус и Лололошка примерно одинакового роста, но рукава вязанного свитера были почему-то длинее его рук. Он закатил рукава и посмотрел в зеркало стоящее рядом, довольно грязное, но свою функцию выполняет и на том спасибо. Его нос и руки вернули прежнюю белизну, на лице пропали красные пятная, которые ярко выделялись, а свитер, сползающий с тонких плеч, предавал его образу домашность и уют. Без своего фирменного черного пиджака, который небрежно валяется на деревянным полу, Люциус выглядит непозволительно уязвимо, и он понимает, что это даже хорошо, что Ло его не видит, а то появившийся румянец на щеках будет очень тяжело обьяснить, будто он сам знает, как обьяснить эту странную реакцию хотя бы себе. Он отходит от зеркала, последний раз сделав поворот вокруг своей оси и поднимает пиджак, перед этим валявшийся на полу. Заглядывая во все еще открытый сундук, Люциус замечает черную вязаную шапку и варежки такого же цвета. Он примеряет варежки, и если свитер был велик, то варежки были в самый раз. Взяв с собой еще один свитер белого цвета и большой шарф, которым легко можно укутать всю голову, Люциус еще раз осматривает весь дом, который только что обчистил. Несмотря на то, что хижина снаружи выглядит совсем не примечательно, каждый раз увидев это здание, хочется зайти внутрь. Ло добрый и честный человек, это можно видеть по его скромному домику без навороченных декораций, но с доброй аурой, исходящей из окон этого домика. Дворец Люциуса пуст и холоден. Найдя такой дом ночью, попавший в беду человек, скорее пойдет умирать от холода, чем пойдет искать спасения в этом дворце. Люциус хочет меняться, очень, вот только, понять, какое действие плохое, а какое хорошее очень тяжело. Когда он был маленьким, у него не было представлений добра и зла, были только слова старших. Он не понимал, что родители плохие, пока не подрос и не познакомился с Воландом. Они быстро нашли общий язык и уже в скорым времени, Люциус сбегал с дворца отца к Воланду, который показывал ему иную сторону ада. Сам Ад, в целом, является устрашающим местом, где лучше не появляется, чтобы не получить проблем на свою голову, но эти два парня искали именно это. Оказывается, учить магию на практике намного интереснее, чем в бескрайних книгах отца, да и со временем пощечины легче переносятся. Физическое насилие было пустяком, когда у него есть друг, единственный, кто и выслушать готов и поместье аристократов сжечь. Прекрасные времена были, вот только, его отец видимо считал по-другому. Иначе не объяснить, почему он заключил их в самой жестокой тюрьме вселенной. Последнее, что видит Люциус перед телепортацией в свой дом, была белая, глиняная ваза, в которой стояли три засохших ромашек. Нехотя, Люциус оказывается в своем замке, впадая в очередные раздумья. — Лололошка собирается сделать мне, Люциусу, подарок. Я ведь должен ответить ему тем же? Вот только, что я могу дать ему? — в дворце отца, подарки означали статус и уважение, на это уважение нужно отвечать, иначе конфликт и война не за горами. Дарить нужно что-то оригинальное, что-то, что веяло бы особенностью и уникальностью. Книги и еда не вариант, у Лололошки уже есть своя маленькая библиотека, да и он может найти нужные книги у Бастиана, так что, этот вариант отпадает, а готовить Люциус просто не умел. Его стряпней он скорее отравит путешественника, чем порадует. В дворце душно, нужно развеяться. Он выходит из дома, одевшись в недавно приобретенные теплые вещи. Снегопад усилился и теперь снег летит прямо в лицо Люциусу. Его темный шарф постепенно становится белым от снежных пушинок, а его щеки и нос походят на румяное яблоко, которым он закусывал во время чтения очередной книги из его обширной библиотеки. Снег заполняет все пространство вокруг замка, включая дорогу к главному входу. Люциус решил немного подправить дорожку, поэтому, он щелчком пальцев призывает волшебную метлу, которая мигом убирает весь снег с главной дороги. Люциус собирался идти внутрь дома, дабы согреться и дальше размышлять, но его мысли прервались, стоило глазу зацепиться за что-то зеленое, что так очевидно не вписывалось в белую атмосферу. Парень подошел поближе и присел на корточки, чтобы рассмотреть эту аномалию, которая оказалось обычной ромашкой, которая каким-то чудом, дожила до зимы, и все еще показывала всему миру, свой единственный белый цветок. Это растение выглядело довольно скромно, по сравнению с остальными, но только оно решило цвести зимой, пока все другие погибли при ранних заморозках. Люциусу этот цветочек напомнил его знакомого, который бывает таким же глупым и отважным как эта ромашка-храбрец, который глупо полагает, что сможет спасти мир в одиночку. Парню приходит гениальная мысль, и тот бежит в дворец в поисках лопаты. Обыскав все комнаты, он наконец находит лопату в чулане. Собрав своей шевелюрой бесчисленное количество паутины, найдя разные приборы для сада и ремонта, спустя еще сотни бесполезных вещей, он наконец-то находит нужный инструмент и ведро. Взяв с собой лопату и ведро, Люциус выходит из дворца и выкапывает растение с корнем, затем он идет обратно домой, прямиком в библиотеку. Снег успевший прилипнуть к шарфу, начинает таять и вода с него капает на ковер, но Люциуса это не волновало, ведь у него теперь есть лучший, но пока что, не готовый подарок для Ло. *** Лололошка забежал в дом Бастиана. Он сразу же снимает с себя верхнюю одежду и кладет ее на ближайший столик. Парень проходит в гостевую комнату пропахшей крыжовником и мелиссой. Маг сидит у стола, попивая чай и указывает Ло на свободное место. — Ну что, Лололошка, готовь узнать наш гениальный план? — Маг расплывается в торжественной улыбке, смотря на воина, который сел напротив него — Мы с Аргусом изучали амулет Эолы и придумал способ, как его использовать, чтобы спасти древо. Мы возьмем частичку души Люциуса и поместим ее в амулет, а потом соединим с древом. Частичка души будет питать древо и давать ему энергию, и мир будет спасен! Ну что думаешь, дружище? — План и в правду гениален, вот только, как мы поместим душу Люциуса в амулет? — спрашивает шатен, попивая теплый успокаивающий чай. — Ты каждый раз поражаешь меня, Лололошка! Кто же прислал такого внимательного и умного ученика? — маг задал риторический вопрос, — Ни я, ни один другой человек, не располагает такой информацией, но феи знают все, и они нам помогут. Тебе надо призвать свою фею и стать ее фамильяром — другом, чтобы та, рассказала секретную информацию и тогда, мы сможем спасти мир! — Бастиан протягивает Ло пергамент с описанием и списком всех вещей, которые нужны для ритуала. Для призыва феи нужны слишком ценные ресурсы, искать их придется неделю, но если сильно постараться, то можно успеть за пару дней. — в смысле, фея?! Мне будто одного не хватает, а тут еще и фея, — Ло берет в руки чашку и выпивает ее содержимое. — Ты сейчас подразумевал… — Люциуса — Смотри, Лололошка, ему не все равно на тебя, и ты это знаешь. Тебе удалось подружится с сыном Агния, самим полубогом Люциусом, но ты не можешь подружится с самой обычной феей? Не забывай, что она имеет безграничные знания, и у нее есть доступ к библиотеке фей, самой большой и богатой знаниями библиотеки. К тому же, она сможет составить тебе компанию и станет твоей подругой, — Бастиан смотрит на Ло, который погрузился в свои мысли, маг берет в руки чайничек и уходит на кухню, оставляя путешественника одного. Он ответил немного грубо, он сам это понимал, но зная, как Ло все используют в роли мальчика на побегушках, становится грустно. Все — Бастиан, Аргус да даже Люциус его используют, и насколько бы сильно это не раздражало, они все еще друзья, без них, у Ло не было бы большей части вещей и приключений, за это он им безмерно благодарен, но за проведенные дни в темной шахте или на арене получать одно «спасибо» начинает надоедать и подкашивать эмоциональное состояние. Надо сделать эту работу как можно скорее, чтобы можно было отпраздновать Новый год в спокойствии, а когда они спасут древо, Ло уедет на пару месяцев на необитаемый тропический остров отдохнуть, ну а сейчас — холодный декабрь и с каждым днем, древу все хуже, Ло понимает, что нужно торопиться. — Хорошо, тогда я приступлю к работе, большое спасибо, Бастиан, за чай и твое гостеприимство. С праздниками тебя! — шатен встает из-за стола и направляется к двери, где лежит его плащ, шарф и шапка. Он надевает верхнюю одежду, попрощавшись с магом, телепортируется домой, чтобы проверить ингредиенты в списке еще раз. Дом его встретил пустым, но теплым, в сравнение со снегопадом на улице. Люциус уже ушел домой, наверняка он справился сам и нашел то, что ему нужно. Ло подходит к сундукам в поисках «саженца летнего дерева» и «Осколка Звезды нижнего мира». Первое он находит сразу же, но а со вторым придется попотеть. Он заглядывает в сундук с броней и замечает пропавшую одежду. «Неужели Люциус пришел ко мне за теплой одеждой? Наконец-то он спустился с небес и решил одеть что-то, кроме своего легенького пиджака!» — ухмыльнулся Ло и взял с собой наиболее крепкую броню. Мысль о том, что Люциус одел один из его свитеров, которые были немного великоваты, даже для него самого. Мягкая ткань на бледных плечах, бокал вина в руках и освещение камина напротив, осталось лишь взять холст с красками и можно писать шедевр. Надо торопиться в летний лес, а потом за звездой, чтобы успеть освободиться хоть на праздники, нет времени для лишних мыслей! Лололошка собирает ягоды и тыквенный пирог в деревянную коробочку, которую кладет на дно рюкзака. Одетый в светящийся доспехи, парень отправляется искать ингредиенты. *** Спустя пару дней Лололошка решил пройтись домой пешком, да бы подышать свежим воздухом, после дней проведенных в шахте и порталах. На улице все еще холодно, но теплая одежда достаточно хорошо согревает. Не дует, нету снегопада, небо открывает полный обзор на свои звезды. К вечеру парень замечает странную постройку, которая оказалась иглу. Зайдя внутрь, Лололошка замечает холодную печь и потухшие светильники. Видно это место уже давно заброшено. Парень поднимает бордовый ковер, надеясь увидеть потайной ход, но даже его не находит, скукота да и только. Ло решил переночевать тут, на него навалилась жуткая усталость, после долгих часов физической работы. Мышцы болят, ноги не держат, под глазами виднеются мешки, в которых можно собирать такой же черный, как и мешки под глазами, уголь. Он снимает с себя плащ и падает на мягкую, как шерсть овечки кровать, глаза сами по себе закрываются, и Ло проваливается в глубокий сон. *** Люциус чудит в библиотеке уже третий день. Если он не нашел бы книгу об уходе за цветами, то бедная ромашка валялась бы засохшая, но сейчас она тянется красиво к потолку в знак благодарности полубогу. Тот сидит сгорбленный и пытается найти подходящее заклинание, которое сможет сохранить цветок на века. На нем одет тот же оливкового цвета свитер и бордовая рубашка под низом. Все заклинания не работают должным образом, все книги будто игнорируют существование такого важного для Люциуса заклинания. Но он помнит, помнит как один раз зачаровал так свой детский меч, чтобы старший братец не поломал его и вышло же, лицо Ивлиса было неописуемое. В тот день он получил лучшую в жизни пощечину, лучшую, потому что понимал — он превзошел братца хоть один раз. Когда тот получил власть, они почти не общались, но Люциус из-за этого нисколечки не грустил. А вскоре тот умер, так что про это заклинание можно было забыть навеки вечные, что он и сделал, а теперь страдает, роясь в поиске ответов. — Может быть кто-то из знакомых знает о таком заклинании? Бастиан? Нет уж, к нему я не пойду просить помощи. Старик еще Лололошке расскажет, вот тогда он в могиле посмеется! — Люциус продолжает перечислять имена знакомых, которые могли бы помочь. Все они находятся в аду, так что сразу отпадают, хотя, есть один демон, который как раз должен ему отплатить за помощь в побеге. Будто прочитав мысли Люциуса, в замок телепортируется Воланд. Его шаги более легкие, тихие. Он крадется, чтобы его не заметили, полная противоположность громким шагам шатена, который с порога оповещает о своем присутствии. Воланд заходит с каким-то рюкзаком в библиотеку, привычно одетый в каштановую рубашку, распахнутую на две пуговицы. Его кожа выглядит обгоревшей, глаза блестят огоньками, а на его безупречно черных волосах не видно ни одной снежинки. Ему-то хорошо, холод ни почем в отличии от Люциуса, который все равно ощущает некий холод. — Люц, когда ты говорил, что теряешь силы, я не думал, что до такой степени, — вместо приветствия сказал Воланд и уселся на темно-дубовый стол, который стоял рядом с полубогом, — я тут пришел тебе отдать одну вещицу. Недавно услышал, что у смертных есть такой праздник — «Новый год», так вот, они наряжают какое-то там дерево и поют песни, но главное, — они меняются подарками, так что, на следующий день я пришел к ним в дома и выкрал эту бутылку вина для тебя! — он вытаскивает из рюкзака стеклянную бутылку, наполненную темно-красной жидкостью и протягивает ее Люциусу. Тот в недоумении смотрит, не понимая зачем тот дарит ему что-то в принципе, но потом, смотря на лицо демона все понимает. Он ждет ответ, конечно же, он тоже хочет получить подарок, вот только что, еще одна головная боль да и только. Праздник будет завтра, а он не может даже разобраться с одним подарком, а тут еще Воланд приперся. — Ты в курсе, что праздник будет завтра? — приподняв бровь, на Воланда смотрит пара рубиновых глаз. — Я завтра отправлюсь в деревни наводить хаос. Что может быть лучше, чем толпы кричащих людей в такой важный для них день! — с радостью в голосе, Воланд рассказывает свой гениальный план по запугиванию людей. Конечно, Воланд и не думал меняться, он как в аду, так и на земле наводит суету, пока Люциус как последний герой спасает мир. — Воланд, ты помнишь, то заклинание, которое я использовал, чтобы зачаровывать свои игрушки? — Люциус кладет книгу на стол и встает на ноги очищая пыль с брюк. — Знаешь, у людей есть такое изобретение — пергамент, на котором они записывают информацию, чтобы не забыть что-то, ты же у нас тоже людишка получается, видно память тоже подводит. — Так ты помнишь или нет? — Нет. — Я слишком много провел с тобой времени, чтобы понять, что ты сейчас врешь, — Люциус победно усмехается, наблюдая за тем как Воланд закатывает глаза. — Ну да, я помню, вот только зачем тебе такое заклинание? — Воланд обходит стол, — могу поспорить, это связано с твоим парнем. — Воланд смеется не скрывая клыки, пока лицо Люциуса краснеет, то ли от гнева, то ли от смущения. — Он не мой парень, сколько раз тебе говорить? Да и вообще, где ты набрался смелости, чтобы перечить мне? — Ну, ты сам подумай, я демон, а ты человек, от одного моего удара ты умрешь, а я буду спокойно себе жить. Я нахожусь на ступеньку выше, и на сколько бы сильно мы не были друзьями, я не могу не воспользоваться этим шансом, и не позлорадствовать над тобою, — тот подходит к Люциусу поближе, смотря в глаза, — да не напрягайся ты, я тебе помогу, а то ты стоишь тут как статуя, даже подумал, что ты язык проглотил, кажется так людишки говорят. Показывай предмет, который нужно зачаровать, и я это сделаю. — Люциус без колебаний протягивает маленький горшочек, в котором цвела одинокая ромашка. Воланд без раздумий поднимает свою руку, как тут же, через все растение проходит волна адской магии, и вот цветок будет в идеальном состоянии вечно, никакие морозы или магия ему не почем, без лишних слов, — идеальный подарок. — Спасибо, Воланд, — Люциус поднимает горшок рассматривая его со всех сторон. Затем он натыкается на удивленный взгляд Воланда. — Это место тебя определенно изменило, я никогда не слышал от тебя слов благодарности, так ты еще совсем разучился врать. Твои щеки, глаза, да вообще вся мимика, Люц, да ты прям как человек! — он замечает оливковый свитер, растрепанные пряди и ягоды, которые в фарфоровом блюдце лежат на ковре. Его друг стал таким странным, и все это начиналось еще давно, его вспышки доброты были заметны для Воланда, но тот игнорировал странное поведение Люциуса, но когда они оказались в этом мире, все изменились. Люциус говорил, вел и выглядел как они — люди. По началу он злился, как его друг смог променять их дружбу на простых людишек. В то время многие деревни непережели нападки злости демона, но вскоре они закончились, вспомнил, что Люциус является его единственным и верным другом. Он помогал ему, жертвовал всем: состоянием, семьей, статусом, всем, и он теперь бросит его, только потому что, тот изменился? Они ублюдки, плохие и все дела, но дружба одна, и даже он, не будет рушить ее из-за мелочей, — Не бойся, я тебя не брошу, мы же друзья? — Друзья, — Люциус улыбается другу и благодарит его еще раз за помощь. Спустя пару минут, Люциус опять находится один в библиотеке, но на этот раз, уже с готовым подарком. На удивление, подарок для Воланда он придумывает почти сразу. Когда они были в аду, они захотели немного пошалить и решили проколоть одно ухо Воланда, прям как у рабов. Королевской свите было запрещено иметь что-то общее с рабами, включая внешний вид, поэтому прокалывал ухо только Воланд, а Люциус помогал. Спустя пару минут дискомфорта, на левом ухе демона красовался золотой череп, который идеально сочетался с черными волосами Воланда. Когда их заточили в тюрьму, у Воланда украли эту серьгу, но несмотря на это, дырка еще не заросла, так что Люциус собирается подарить ему новую, лучше чем прошлую сережку. Найти золото и рубин было достаточно легко, в ближайшей пещере они находились в легкодоступном месте. Люциус лишь пальцем пошевелил, как вся руда превратилась в готовые драгоценные камни. Хоть какая-то польза от этих проклятых книг отца. Он кладет все предметы в рюкзак и через метель идет домой. На рабочий стол он кладет два маленьких рубина и кусочек золота, пару магических заклинаний и вуаля — на его столе лежит готовая золотая сережка. Серьга представляет из себя золотой череп с золотым основанием, в самом центре расположены два рубиновых камня вместо глаз, аксессуар наводит ужас, и это то, что надо Люциусу. На улице уже совсем темно и в библиотеке похолодало до такой степени, что Люциус не может почувствовать кончики своих пальцев. «Да как вообще жильцы могли жить в этом особняке без отопления?» — Люциус заходит в свою спальню и кладет оба подарка на комод, туда же отправляется цилиндр и ремень. Парень снимает кожанные сапоги, снег с которых начал таять и капать на холодный пол. Он ложится на кровать, все еще будучи в свитере и брюках. На улице бушует метель, а стены будто даже не пытаются как-то защитить хозяина, все равно дует. Люциус укутывается в два одеяла и отворачивается от окна. На удивление, полубог засыпает довольно быстро, усталость накатила с такой силой, что противиться было невозможно. Полубог последний раз смотрит на ромашку, которой холод теперь не почем, белый цветок тянется к высокому потолку замка, будто сейчас не зима, а середина Лета, без забот и морозов, только солнце, тепло и звезды в лазуритовых глазах напротив. *** Ло проснулся довольно поздно, по его внутренним часам можно было сказать, что было примерно десять утра. Парень встает с кровати и достает из рюкзака лесные ягоды, которые собрал в лесу. На вкус они были довольно кислыми, что позволило шатену окончательно проснутся. Закончив не особо съедобный, но нужный завтрак, шатен подходит к печи, резко замечая сундук, который стоит совсем рядом. «Неужели я был настолько уставшим, что даже сундук не заметил?» — удивился Ло открывая деревянный сундук. Там находилось пару яблок и ненужные книги, на первый вид скучно, вот только убрав это с поверхности, Ло замечает что-то довольно интересное, коньки, белые как снег, но с лезвием как у меча, элегантно и в тоже время дерзко, идеально подойдет одному полубогу. Наконец-то он нашел, что может ему подарить. Все время проведенное в поисках ингредиентов, он пытался придумать, что ему подарить, обычные вещи слишком скучны, книги ему не нужны, так же как и еда, а коньки это идеальный вариант. Больше Люциус не будет вваливаться в его дом со словами о его скуке, не то чтобы Ло не рад компании полубога, просто ему нужен покой при чтении или работе, развлекать заскучавшего аристократа не его работа. Размер ноги полубога он знает, тот прежде брал его теплые сапоги еще осенью. У них размер одинаковый, так что нужно пойти домой, сделать коньки на рабочем столе и уже вечером можно будет идти дарить друзьям подарки. Ло достает карту и телепортируется до дома, он уже успел надышаться свежим воздухом, теперь можно вернуться к привычной телепортации. Оказавшись дома, Ло сразу же подходит к сундукам с рудой и вытаскивает пару слитков железа. Дальше он подходит к другому сундуку, забирает кожу и белый краситель. Положив все на рабочий стол, Ло находит нужное заклинание и самодельно делает белоснежные коньки, такие же как в иглу, но только теперь правильного размера. Шатен упаковывает подарок в черную коробочку и завязывает подарок бархатной лентой. Люциусу определенно понравятся коньки, а если нет, то это уже будет его вина, а никак не шатена. Спустя пару часов, Ло телепортируется к Бастиану, чтобы подарить ему магическую палочку, сделанную из дерева летнего леса, довольно редкая находка, поэтому и такая ценная. За дверью, как обычно, не стоял Бастиан, а лишь пустота. В его доме уже как пару недель тихо и спокойно, маг перевел всех своих животных в безопасное место на зиму. Видеть пустые домики и гнезда совсем непривычно, но непривычнее всего, было само отсутствие Бастиана. Хотя, у того есть Аргус, может быть он проводит Новый год сейчас с ним? Ну или с орденом? Одно из двух, но ясно одно, домой он вернется еще не скоро. Ло кладет коробочку лилового цвета на стол в гостевой комнате, и последний раз осмотрев пустой дом, он выходит за дверь. Не смотря на то, что по времени было примерно четыре вечера, за горизонт уже уходило солнце, окрашивая небо в малиновый. На небе не видны облака, лишь скрывающиеся солнце за горизонтом и палитра зимнего неба. Из раздумий его прервал голос знакомого полубога. — Лололошка, ты меня слышишь? — в этот раз голос Люциуса звучит совсем неуверенно, он мямлит, но в тоже время старается сохранить контроль над разговором, — ты можешь телепортироваться ко мне…пожалуйста. — последнее слово было слышно еле-еле, но Ло услышал мольбу, и стоит в ступоре. Люциус, попросил к нему зайти и «пожалуйста» сказал, сегодня не день, что очередной праздник. Шатен смущенно заулыбался, — да, сейчас буду, подожди. — Вытащив карту, Ло телепортируется к Люциусу в замок, тот, на удивление, встречает его в главном коридоре, а не в библиотеке. На нем сейчас надет красный свитер Лололошки, который так красиво сочетается с его такими же глазами. Тот смотрит на все что угодно, кроме Ло, его руки спрятаны за спину, а лицо бледнее чем обычно. — Лололошка…это тебе, — он протягивает ему горшочек с ромашкой. Горшочек выглядит обыденно, самый обычный, кирпичного цвета, но по середине, в земле растет одна ромашка, которая тянется к солнцу, которое успело скрыться за горизонтом. Вроде бы обычное растение, но то, что Люциус нашел его зимой, невероятно поражает парня. Он осматривает горшочек, аккуратно кладет его на пол, и смотря на напряженные глаза напротив подходит ближе. Люциус смотрит на реакцию Ло и боится, впервые за долгое время боится, а что если ему не понравится? Последний раз, когда он чувствовал страх был тогда, когда тот сбегал с тюрьмы, стражники за ним бежали, в далеке был слышен ор отца, но это все позади, а Ло сейчас стоит напротив, и Люциус боится. Ло подходит ближе, сокращая расстояние между ними до пары сантиметров, смотрит на малиновые губы полубога, которые так красиво сочетаются с его бледной кожей, он так красив когда смущается, когда выглядит таким человечным. Он осторожно обнимает Люциуса, кладя свою голову на плечо беловолосого, тот будто забыв, как дышать, стоит в ступоре, но через пару секунд отвечает на его объятья, обвив свои руки вокруг шеи Ло, касаясь щекой его уха. Шатен смыкает руки на его спине, ощущая под ними хрупкое тело полубога. Одежда Люциуса успела пропахнуть старыми книгами и ягодами, которые тот постоянно ест. Ло не видит лицо полубога, щеки которого, имеют такой же оттенок, как и ягоды, которыми он пропах. Люциусу не хочется отпускать Ло, ведь ему наконец-то тепло, во дворце, на улице, да где угодно — сплошные заморозки, а в объятиях он чувствует себя как на поляне заполненной цветами, тепло, уютно и в компании с одним ему очень важным человеком. Не хочется его отпускать, но надо, потому что двери остались приоткрытыми, и Айко может стать холодно, а этого нельзя допустить. Первым объятия прерывает Люциус, который осторожно отодвигается, смотря в аквамариновые глаза напротив. Спустившись взглядом пониже, он замечает теплую улыбку путешественника, и ловит себя на мысли, что сейчас сам имеет такую же улыбку. Не усмешку, а именно улыбку, на лице полубога можно увидеть треснувшиеся губы от холода, белоснежные зубы и два маленьких клыка выпирающие в этой прекрасной улыбке. Странно, но так чертовски красиво. Люциус закрывает входную дверь и ведет путешественника до библиотеки. Все же Воланд оказался более чем полезен, его умения в магии привели к самым лучшим объятиям в жизни Люциуса, а бутылка вина придаст этому вечеру немного праздничного настроения. Люциус оставил Ло в библиотеке, а сам сходил на кухню за бокалами и бутылкой. Вернувшись обратно, Люциус замечает Ло, который уже успел снять верхнюю одежду и сейчас разжигает камин, напротив которого, стоят два темно-зеленых кресла. Люциус кладет бокалы и вино на маленький столик между креслами, садится на одно из них. Закончив разжигать камин, Ло уселся напротив полубога, и взяв наполненный бокал, повертев бокал и содержимое делает глоток, Люциус с интересом разглядывает глаза Ло, в которых отражалось пламя недавно зажженного огня. Они пьют молча, не от неловкости или скуки, им просто так комфортно. Оба пережили разные события за эти пару дней, а такой непривычный контакт в виде объятий, лишь разжигает раздумья. В какой-то момент, когда первая бутылка уже пуста, а мысли более менее разжеваны, Ло берет в руки рюкзак и вытаскивает довольно тяжелую коробку темно-угольного цвета, повязанную красной ленточкой. Он протягивает подарок Люциусу, — Тебя тоже с Новым годом, Люциус! — Люциус сидит в недоумении, вроде бы он знал, что ему подарят подарок, но по телу все равно проходит волна приятных эмоций, его лицо растягивается в улыбке, он берет коробку в руки и потянув за красную ленту, поднимает крышку коробки. Внутри находилась пара коньков, белого как снежинки цвета. Впервые, Люциус узнал о коньках в одной из книг, которую нашел в этой библиотеке, там было написано о людях, которые катались на коньках, но там также была и фея, которая порхала в воздухе с белоснежными коньками на ногах, чтиво было довольно примитивное, но мысль о коньках въелась в мозг полубога, и вот, как будто по щелчку пальцев, на его коленях лежит такая же пара коньков как у феи. — Ну как, тебе нравится? — спрашивает Ло, держа в руках пустой бокал из-под вина. — Да… Это прекрасно, с-спасибо, вот только я не умею кататься. — немного опьяненный Люциус, не скрывая своей слабости смотрит на шатена, который вытаскивает из рюкзака, поношенные коньки черного цвета, — Ты думаешь, что я тебе подарю коньки и даже не научу кататься? Пошли на озеро, там и научу, — радостный Ло выбегает за дверь к главному входу, играя в перегонки с Люциусом, который не собирается проигрывать Ло. Тот прижимает коньки к груди и следом идет за ним на улицу, где тот уже его поджидал. Они выпили одну бутылку, но по их поведению, можно было предположить, что вылакали они весь погреб вина, а не пару бокалов каждый. Ло подходит к льду, шевеля лишь губами, произносит заклинание, которое сметает снег с середины озера, чтобы можно было кататься. Ло бывало передвигался на коньках, когда был в снежном биоме, он умеет лишь быстро разгонятся вперед, ощущая ветер, бивший по скулам, а в следующую секунду и холодный сугроб, в который он врезался. Люциус завязывает коньки, закончив, он встает и натыкается на протянутую руку шатена, да не нужна ему никакая нянька, сам разберется. Люциус ступает на лед, делает первый толчок, и не сумев правильно выпрямиться, падает на тот же холодный лед. Ло изо всех сил старается не засмеяться от такого зрелища. Когда шатен протягивает во второй раз свою руку, Люциус ее принимает. Ладони шахтера немного шороховаты и грубы на ощупь от всей физической работы, но они так сочетаются с тонкими, аристократическими руками полубога. Ладонь согревает его всего, или это от внезапного покраснения, которое осталось для путешественника незамеченным под светом полной луны? Ло держит ладонь Люциуса и аккуратно ведет того в центр озера. Он поворачивается лицом к полубогу, взяв во вторую ладонь другую руку полубога. — Смотри, ты немного прогибаешься в коленях, одной ногой отталкиваешься, приподнимаешь ее, затем обратно на лед, и дальше отталкиваешься уже другой ногой, вот так — Ло рассоединяет их руки и отделяется, повторяя технику. Он катается плавно и красиво, в его движениях видна уверенность, что завораживает полубога, который неуверенно стоял на льду, вновь ощущая холод. Путешественник подкатывает к нему и заново берет за руки, он катится назад и тянет Люциуса за собой, тот лишь сильнее сжимает теплые руки шатена. Он делает первый шаг, затем второй, и даже не падает, что удивляет их обоих. Шатен улыбается и смотрит на такую же, немного пьяную улыбку полубога, который то и дело теперь ускоряет темп передвижения. Все оказалось намного легче, чем он думал. Ло должен был завидовать ему, ведь он сам потратил день, чтобы научиться нормально передвигаться, но вместо этого, он все так же улыбаясь, убирает одну руку и тянет Люциуса кататься вместе. У парня талант, это видно сразу, уже через час его движения плавны и уверены, его нос и щеки красные от холода, но парень даже не думает об этом, ему наконец-то хорошо. Текущее по крови вино, плавность и красота этого вида спорта, его человек, который присел на лед, чтобы немного передохнуть -это все заполняло Люциуса счастливыми эмоциями, настолько сильными, что самому становилось страшно за свое сердце, которое сейчас громко бьется внутри. Ло встает и подъезжает к Люциусу, он уже собирался что-то сказать, как нечаянно споткнулся о неровную поверхность и вцепившись в Люциуса руками, падая на твердый лед. Когда боль в голове прошла, Люциус открывает глаза, только для того, чтобы понять, что сейчас Ло находится на нем сверху прижимаясь к нему, а его руки расставлены между головы Люциуса, руки полубога находятся на талии путешественника, сжимая ее, будто это могло спасти ситуацию, не то чтобы Люциус против, ему наоборот нравится, но такое Ло лучше не знать. — Ты в порядке, не ударился головой? — обеспокоено спрашивает Ло, поднимаясь с полубога. Он встает и замечает на своих руках кровавые раны, которые появились в следствии падения, — черт, это глубокая рана. — Дай руки, — Ло послушно кладет свои окровавленные руки в руки Люциуса, который своими холодными пальцами проводит по ладони Ло, он произносит лечебное заклинание, после которого остается лишь кровь, а ладонь в целости. — Откуда ты знаешь о лечебной магии? Мне казалось, что полубогам такое не надо… — Ну, если ты не забыл, то я получаю такие же раны как и ты, ведь я теряю силы. Я нашел какую-то книгу в библиотеке, скучное чтиво, но как видишь, информация пригодилась. Ложь. Ему ни к чему лечить себя, пока нету крови, он не поймет, что что-то не так, но образ Ло, который получает ранения в бою, определенно сподвиг его на изучение медицины. Он слишком часто во сне видел окровавленного воина, слишком часто, он не смог с этим бороться, потому что не знал как, и просыпался он с стыдом и откуда-то взявшимися слезами. Это уже стало рутиной, проверять его ночью после каждого кошмара, это еще одна вещь о которой Ло лучше не знать. — В любом случае, спасибо, — Ло подходит к ближайшему сугробу и чистит свои руки от крови в снегу. Он подходит к Люциусу, и опять, эти чертовы объятья. Ло скользит своими холодными пальцами по спине Люциуса, вызывая волну мурашек, сам полубог приобнимает его за плечи и не отпускает. Завтра у не состоявшегося алкоголика будет болеть голова и возможно будет простуда, но это завтра, а сейчас, он вдыхает запах Ло — руда, цветы и книги, как он может пахнуть цветами, когда сейчас зима? Неизвестно, но эти нотки ромашек и одуванчиков упустить никак нельзя. — Пошли к тебе домой, согреемся, а то ты весь дрожишь, — предлагает Ло и едет к дому, Люциус катится следом и уже через пару минут они оказались у дворца. Сняв коньки и оставив обувь в коридоре, Люциус идет в свою спальню за одеялами, которые несет в библиотеку, где его ждет Ло. Камин снова трещит, согревая просторную комнату. Люциус дает одно одеяло Лололошке, а сам садится в одно из кресел, укрывается теплым одеялом и наблюдает за Ло, который ложится на полу у камина. — Спокойной ночи, Люциус. — Спокойной ночи, Лололошка. — Люциус в последний раз смотрит на разлегшегося парня, который за пару минут успел уснуть. «Какой же ты необыкновенный, Ло, если бы ты знал, как зацепили меня твои глаза, если бы я знал слова, как тебя описать…»