Туман

Панси проснулась под утро, открыла глаза, приподняла голову и тут же с глухим стоном опустилась обратно на диван. — Бляядь, — протянула она осипшим голосом, схватившись рукой за голову, — Какого ж хуя мы столько выпили, Драко? Драко… Не дождавшись ответа, волшебница подняла голову и только теперь поняла, что её друга не было нигде поблизости: ни на полу, ни на диване — его вообще не было в комнате. Сделав усилие над собой, она встала, хныкая и морщась, взяла со столика свой стакан из-под огневиски, наколдовала воды и залпом выпила её. Почувствовав се6я немного лучше, она повторила процедуру и, посидев ещё немного, собираясь с мыслями, призвала Кричера. Выросший как из-под земли домовик уставился на волшебницу сонным взглядом. — Кричер, извини, что разбудила, но где лорд Малфой? Он с лордом Поттером? — с надеждой в голосе спросила Паркинсон. — Да, миледи, вот только… — эльф замялся, и в его глазах сверкнули слёзы, — Они в Мунго. — В Мунго? Что с ними произошло, Кричер? — волшебница в недоумении уставилась на него. — Ночью хозяину Гарри стало плохо, — всхлипнул эльф, — Хозяин Драко вызвал доктора, и они отправились в Мунго. — Плохо? Лорду Поттеру стало плохо? Что с ним случилось? — Панси вперила в домовика потрясенный взгляд. — Хозяин Драко пытался разбудить хозяина Гарри, но тот не просыпался, — Кричер прижал уши, и по его морщинистым щекам скатились слёзы. — Мерлин всемогущий! — Панси достала из сумочки телефон, чтобы позвонить другу, и обнаружила с десяток пропущенных вызовов от жены, — Блядь, Гермиона там, наверное, с ума сходит… Но что я ей скажу? Она набрала номер Драко, но ответа не последовало. — Мне срочно надо в Мунго! — на лице Паркинсон отобразилась паника, — Давно это было? — Часа три назад, — вздохнул эльф. — Что же ты меня сразу не разбудил, Кричер?! — возмущенно воскликнула волшебница. — Простите, хозяйка Панси, — домовик виновато прижал уши и поднял на неё сожалеющий взгляд, — Кричер не подумал. Кричер переживал за хозяина Гарри. — Ладно, теперь чего уже… Надо быстрее собираться, — Паркинсон беспокойно заметалась по комнате, — А новостей от них не было? — бросила она на ходу по дороге в ванную. — Насколько я знаю, нет, — покачал головой домовик, — Хозяйка Панси, миледи… — он замялся и с надеждой посмотрел на неё. — Что такое, Кричер? — Королева вечеринок обернулась на него, стоя на пороге ванной. — Можно мне с вами в Мунго? — эльф поднял на волшебницу умоляющий взгляд. — Конечно, можно, Кричер, — Паркинсон улыбнулась, тронутая его переживаниями за своих хозяев, — Только дай мне немного времени привести себя в порядок. — Благодарю, миледи. Вы очень добры к старому эльфу, — он поклонился, а затем подошёл к креслу и уселся в него. Когда Панси вышла из ванной, домовик сидел, подперев голову и время от времени вздыхал и качал головой, задумчиво глядя прямо перед собой. — Хозяйка Панси, — Кричер очень воодушевился при её появлении, — У вас телефон звонил. Паркинсон с надеждой посмотрела на экран, но это снова была Гермиона. Решив, что будет лучше всё-таки позвонить жене, она набрала ей и, сообщив последние новости, договорилась встретиться с ней в Мунго. После чего взяла Кричера за руку и аппарировала. Разузнав, где именно находятся её друзья, Панси, используя заклинание ускорения, практически моментально оказалась в нужном отделении и, нервно поправляя волосы, выжидающе уставилась на дежурную медведьму. — К лорду Поттеру и Лорду Малфою? Простите, мисс, но доктор не велел пускать к лорду Малфою никого, кроме самых близких членов семьи, — извиняющимся тоном ответила колдомедичка, — Ему нужен покой. — Что? При чём здесь лорд Малфой? Ничего не понимаю… — Паркинсон растерянно захлопала ресницами, — И в любом случае я… — Я его кузина, — послышался из-за спины голос Героини, — А это моя жена, миссис Грейнджер-Паркинсон. Теперь мы можем пройти? — Да, простите, конечно, я провожу вас, — ответила медведьма, вставая со своего места. — Гермиона, — Панси улыбнулась, и они с Кричером обернулись на волшебницу. В это же мгновение домовик, внезапно переменившись в лице, опустился на одно колено и, склонив голову, произнес благоговейным тоном: — Госпожа Блэк. — Ты чего это, Кричер? — Героиня растерянно уставилась на эльфа. — Госпожа Блэк, хозяйка, я к вашим услугам, приказывайте, я всё сделаю, — он продолжил валяться в ногах у Гермионы, не смея поднять взгляд, . — Для начала встань, — Грейнджер протянула ему руку и выжидающе уставилась на домовика. — О, нет-нет, старому эльфу нельзя прикасаться к госпоже, старый эльф не смеет… — Да хватит уже, Кричер! — воскликнула Героиня. — Гермиона… — Панси одёрнула жену и, многозначительно вскинув брови, указала взглядом на медведьму, которая всё это время с любопытством наблюдала за происходящим. Они переглянулись между собой и, схватив домовика за руки, отвели его в сторону. — Объясни мне, что за цирк ты здесь устроил? — понизив голос, прошипела волшебница, — И как ты узнал, что я Блэк? Я ведь не говорила тебе. — Ваша магия, госпожа, это магия рода Блэк… — эльф одарил её трепетным взглядом и, воздев к ней руки, как к божеству, прижал их к своей груди. — Может быть, ты что-нибудь знаешь об этом кулоне? — с надеждой в голосе спросила Грейнджер, показав домовику шестиконечную звезду у себя на шее. — Он принадлежал госпоже Лестрейндж, старшей ведьме Блэк, — почтительным тоном ответил Кричер, — раз медальон теперь у вас, значит, теперь вы старшая ведьма Блэк, — и он снова склонился перед ней. — Где-то я уже это слышала, — задумчиво нахмурилась Героиня, перебирая в памяти события минувшего вечера, — И это всё? Ты больше ничего не знаешь? — Простите, госпожа, больше ничего, — эльф поднял на волшебницу извиняющийся взгляд. — Пойдёмте уже к парням, — начиная терять терпение, Панси решила прервать этот весьма занимательный, но абсолютно бессмысленный диалог, — Мы здесь не за этим. Медведьма проводила необычных посетителей до нужной палаты, и Паркинсон постучала. С минуту или больше ничего не происходило, затем дверь, наконец, отворилась, и на пороге появился Поттер. Увидев подруг, он скользнул по Грейнджер нечитаемым взглядом и, тут же закрыв дверь за собой поплотнее, отошёл в сторону. — Гарри, ты в порядке? — взволнованно спросила Королева вечеринок, обняв друга за плечи. — Я да, — Герой несколько смущенно улыбнулся и многозначительно вскинул брови. — А что с Драко? — Паркинсон нервно сглотнула и устремила на него настороженный взгляд. — Ты можешь зайти к нему и сама всё узнать, — с загадочной ухмылкой на лице ответил Поттер. — Ты меня пугаешь, Гарри, — нахмурившись и окинув друга подозрительным взглядом, Королева вечеринок направилась к двери в палату. — А уж как нам страшно, Панс, — хмыкнул Герой ей вслед. — Хозяин Гарри, как я рад, что с вами всё хорошо, — домовик, который всё это время стоял в стороне рядом с Гермионой, не смея вмешиваться в разговор, поднял на своего господина счастливый взгляд, — Но ваш ребёнок… — С ним тоже всё в порядке, — брюнет опустился на одно колено и, взяв эльфа за руки, ободряюще улыбнулся, — Просто он теперь с лордом Малфоем. — О, Святые Оберон и Титания, это прекрасная новость, — домовик прослезился и с умилением посмотрел на хозяина, — Теперь старый эльф может быть спокоен. — Кричер, — Герой обнял его и похлопал по спине, а затем отстранился и заглянул ему в лицо, — Отправляйся в Малфой-мэнор и, как только хозяин Люциус проснется, сообщи ему, пожалуйста, что с нами всё в порядке. После завтрака пусть берет близнецов и аппарирует сюда. И принеси мне и хозяину Драко какие-нибудь вещи: нам придется остаться здесь на какое-то время. — Будет исполнено, хозяин Гарри, — домовик поклонился и в тот же момент исчез. Поттер посидел ещё немного, задумчиво глядя эльфу вслед, и только после этого, наконец, поднялся и посмотрел на подругу, которая стояла всё это время в стороне, засунув руки в задние карманы джинсов и наблюдала за происходящим с тоской и отчаянием во взгляде. С тех пор, как мальчик-который-выжил вошёл в её жизнь, то есть на протяжении уже почти пятнадцати лет, они ни разу не ссорились и надолго не расставались. За это время они проросли друг в друга душами настолько, что им не нужно было даже слов, чтобы понимать и чувствовать друг друга даже на расстоянии. И до сих пор не было ничего, что могло встать между ними, и ещё вчера Гермиона была уверена, что это невозможно. Но вот теперь её лучший друг стоял напротив неё, и его взгляд был полон холодности, отчуждения и настороженности, как будто не было всех этих долгих лет рука об руку, как будто они не прошли вместе через бесконечную череду испытаний, как будто они были врагами, как будто они были чужими друг для друга. — Гарри… — Грейнджер подошла к нему вплотную и осторожно коснулась кончиками пальцев его руки, — Гарри, пожалуйста, прости меня. Я ведь не хотела… — Герми… — Поттер зажмурился и замотал головой, пытаясь отогнать от себя видение, которое вернулось, как только он увидел свою подругу, и, как наваждение, преследовало его теперь, — Я знаю. Панси мне всё рассказала. Но… — он замялся, собираясь с мыслями, и, наконец, пересилив себя, поднял на неё пронзительный взгляд своих невыносимо зелёных глаз, — Просто дай мне немного времени, хорошо? — Конечно, Гарри. Я всё понимаю, — Героиня всхлипнула и, не удержавшись, обняла его и прижалась щекой к его плечу, уткнувшись носом ему в шею, — Просто пообещай мне, что я не потеряю тебя. Потому что я этого не выдержу. Я так сильно тебя люблю. Герой судорожно вздохнул, сморгнул навернувшиеся на глаза слёзы, а затем нерешительно обнял подругу в ответ. — Я тоже люблю тебя, Гермиона. И ты это знаешь, — он закусил нижнюю губу, подбирая слова, — Но именно потому, что это сделали вы, два самых любимых человека в моей жизни, мне было так больно и плохо, и ещё я был ужасно зол на вас обоих. И из-за этого мы с Драко чуть не потеряли нашего ребёнка. — Я понимаю, Гарри. И я до конца своих дней не смогу простить этого себе, но клянусь Мерлином, я этого не хотела. Я вообще не понимаю, что это было. Что там произошло. И что мне теперь со всем этим делать, — Грейнджер подняла на друга умоляющий взгляд, — И без тебя мне вряд ли удастся с этим разобраться. — Покажи мне его, — Поттер отстранился от подруги и выжидающе уставился на неё. Героиня вздохнула, кивнула и, оттянув воротник водолазки, продемонстрировала ему черную звезду у себя на шее. Герой воззрился на кулон и какое-то время неотрывно смотрел на него, периодически поднимая глаза и встречаясь взглядом с его владелицей, затем, словно впав в некое подобие транса, он медленно и осторожно коснулся его кончиком пальца и, отшатнувшись, озадаченно посмотрел на подругу. — Гарри, что такое? Ты что-то чувствуешь? — настороженно спросила Грейнджер. — Определённо, — нервно сглотнув, кивнул в ответ Поттер, — Коснись его. Гермиона недоумевающе пожала плечами и дотронулась до кулона. — Ну и? — она вопросительно уставилась на друга. — Что ты чувствуешь? — Не знаю, просто какой-то камень у меня на шее, какая-то стекляшка. — Это не камень, Герми, и не стекляшка. Эта штука не из этого мира, как и Дары Смерти. Это какой-то ключ или портал. — Что? — глаза Героини округлились от изумления, и она шокированно посмотрела на друга, — И как ты это понял? — Я ведь уже умирал, помнишь? И когда я дотронулся до него, я как бы снова почувствовал себя мертвым. И одновременно живым. Я как будто был на обеих сторонах сразу. — Мерлин всемогущий, — Грейнджер вперила в друга взгляд, полный отчаяния, — Во что же я вляпалась? — Я не знаю, Герми, — Поттер покачал головой и с сожалением посмотрел на подругу, — Но вряд ли это что-то хорошее. Наверное, они бы ещё долго обсуждали случившееся и решали, что с этим делать, но в этот момент к ним подошла леди Малфой. — Гарри? Гермиона? — волшебница недоумевающе уставилась на зятя и племянницу, — Что происходит? Я проснулась, а вокруг все только и говорят о том, что вы с Драко здесь, в Мунго… — Нарцисса, — Герой приобнял свекровь, а затем взял её за руки и пристально посмотрел ей в глаза, — Это долгая история, но если вкратце, то с нами всё в порядке. Вам не о чем волноваться. — Но Гарри… — леди Малфой внимательно всмотрелась в его лицо, — А что с вашим ребёнком? — О, — Поттер немного замялся, подбирая слова, — С ним всё хорошо. Просто колдомедикам пришлось перенести его в тело Драко. — Что? — волшебница вперила в зятя ошеломлённый взгляд, — То есть в каком смысле перенести? Зачем? — Я же говорю, это долгая история… — Это я во всём виновата, — Грейнджер перебила друга, — Я настояла, чтобы пойти в склеп с Драко, и… между нами кое-что произошло… — он вспыхнула и опустила глаза, кусая губы. — О нет, Гермиона, ты же это не серьезно? — леди Малфой покачала головой и смерила племянницу озадаченным взглядом, — Ты и мой сын? Вы что? Вы же не… Святой Салазар! Ох, Гарри… — она сжала руки зятя в своих, — Мне так жаль! Кажется, теперь я начинаю понимать… — Нарцисса, я же не хотела, клянусь, у меня и в мыслях не было, — Героиня всхлипнула и устремила на тётку умоляющий взгляд, — Но там такое творилось… И теперь ещё этот кулон — я понятия не имею, что мне со всем этим делать. — Что? Какой ещё кулон? — причудливо изогнув одну бровь, волшебница настороженно посмотрела на неё. — Вот, — Грейнджер показала медальон у себя на шее и застыла в ожидании. Леди Малфой воззрилась на шестиконечную звезду, и чем дольше она разглядывала её, тем всё более странным становилось выражение её лица: брови ползли вверх и глаза шокированно округлялись, пока, наконец, она не подняла на племянницу взгляд, полный неподдельного ужаса. — Мерлин всемогущий, нет, только не это… — пробормотала волшебница, — Теперь ты старшая ведьма Блэк, а это значит… Она хотела что-то сказать, но внезапно гримаса боли исказила её прекрасное лицо, и, приложив пальцы к вискам, она глухо простонала. — Нарцисса! — Поттер обхватил свекровь за плечи и испуганно заглянул ей в лицо, — Нарцисса, вам плохо? В то же мгновение леди Малфой потеряла сознание и повисла на руках у зятя. — Да что за?.. — в отчаянии воскликнула Героиня. — Нужно позвать колдомедиков, — сдавленно проговорил Герой, усаживая бесчувственную волшебницу в кресло, — Только не надо поднимать шум: Драко нельзя волноваться. Гермиона кивнула и помчалась за целителями, а Гарри опустился в соседнее кресло и устало закрыл лицо руками. — Ещё немного, и я разнесу этот склеп к драклам и этот ебаный кулон заодно, — пробормотал он. — Не надо, потому что я сама это сделаю, — услышал он голос Грейнджер, которая уже успела попросить медведьму вызвать докторов из Отделения исцеления разума и вернуться обратно. Поттер посмотрел на подругу: в её глазах сверкали чёрные молнии и взгляд был полон решимости. — Герми, я же не… — он не договорил, так как в тот же миг Героиня исчезла. — Блядь, — Герой закатил глаза и покачал головой, — Вот и что я скажу Панси? В любое другое время он бы не раздумывая отправился вслед за подругой, но во-первых он точно не был уверен, где именно находится драклов склеп, а спросить об этом у Драко он не мог. А во-вторых, его место сейчас было здесь, рядом со своим мужем и их будущим ребёнком, которого они уже и так чуть не потеряли. Ну и в третьих, с него уже и так было достаточно приключений на сегодня. Кроме того, кто-то должен был остаться и присмотреть за леди Малфой. И хотя его героическая натура порывалась, игнорируя все разумные доводы, отправиться в дикие земли магической Шотландии, в этот раз, возможно впервые в жизни, он решил наступить на горло этой песне. В конце концов, это было уже не его сражение. Своё он уже выиграл, но теперь его задачей было защитить от надвигающейся тьмы тех, кто ему дорог. А в том, что тьма надвигалась, Гарри не сомневался. Он чувствовал угрозу, но на этот раз она исходила от той, кому он привык доверять больше, чем себе. И что с этим делать, Герой не знал. По крайней мере пока что. Гермиона аппарировала к подножию холма и посмотрела наверх. «Интересно, зачем кому-то понадобилось защищать склеп, в который и так никто не может войти, кроме посвященных членов семьи Блэк, антиаппарационным барьером? И зачем вообще строить усыпальницу в такой глуши? Всё это более чем странно», — размышляла Грейнджер, поднимаясь по уже знакомой тропинке. Только теперь она обратила внимание, что путь, по которому она шла наверх, был уж слишком пологим и хорошо проложенным, особенно учитывая, что здесь редко кто-то ходил. Приглядевшись повнимательнее, Героиня увидела кое-где поросшие мхом каменные выступы. В прошлый раз она больше смотрела по сторонам, разглядывая местность вокруг, к тому же она была слишком взволнованна предстоящим визитом в склеп, а потому не обращала внимания на детали, которые теперь бросались в глаза. Внезапно её осенило. «Это же не холм», — нервно сглотнув, Гермиона обвела возвышенность ошарашенным взглядом, — «Это подземная часть усыпальницы». А так называемая тропинка, по которой она поднималась, была ничем иным, как сильно заросшими мхом, просевшими и местами обвалившимися ступеньками, ведущими наверх. Грейнджер почувствовала, как мурашки побежали у неё вдоль позвоночника. Она вспомнила своё первое впечатление от посещения этого места, а также слова кузена о том, что Блэки когда-то служили жрецами древнего культа, и разрозненные фрагменты вдруг сложились в целую картинку. «Мерлин и Моргана, что, если это и есть древний храм, а не просто склеп семьи Блэк? Но для кого тогда он был построен? Какому божеству здесь поклонялись?» Только теперь она поняла, что слишком мало знает об истории своих высокородных предков, и ещё меньше о том, какую роль в ней отвели ей самой. Поглощенная размышлениями, Героиня не заметила, как её восхождение закончилось, и она оказалась перед входом в склеп. Но прежде чем она успела подумать, как ей попасть внутрь, двери сами распахнулись перед ней, и её окутала призрачная атмосфера усыпальницы. Но в этот раз Гермиона не испытывала ни леденящего душу страха, ни волнения, наоборот, она почувствовала какое-то умиротворение и даже благодать, как будто её душа вошла в некий резонанс с вибрациями этого места, и его магическая энергия насыщала её магическое ядро, давая ей ощущение невероятной силы. «Ну уж нет, я не куплюсь на эти ваши фокусы, дорогие предки!» Грейнджер решительно вошла внутрь, двери закрылись за ней, и она прошла к центру уже знакомой шестиконечной звезды, сделала надрез на ладони и, после того, как её кровь оживила руны и привела платформу в движение, спустилась в подземную часть склепа. Сорвав медальон с шеи, она с силой швырнула его на пол в надежде, что он расколется, но этого не произошло. Вместо этого кулон засветился темно-красными лучами, исходящими из его граней, и от него нарастающими волнами начала расходится тёмная магическая энергия. — Забирайте ваш драгоценный подарок, я не хочу быть никакой дракловой ведьмой Блэк! — воскликнула Гермиона. В этот момент очередная волна сбила Героиню с ног, и она, отлетев к стене и ударившись об неё головой, упала на пол и отключилась. — Гермиона Грейнджер, а точнее Гермиона Блэк, — услышала она звенящий в её голове, отдающий гулким эхом в её мозгу, низкий мужской голос, — Как же я рад тебя видеть, моя маленькая ведьмочка. Моя тёмная лошадка, никто не ставил на тебя, никто и подумать не мог, что ты окажешься столь полезна. Но ты, кажется, чем-то недовольна, дитя моё? — Я не твоё дитя! И не твоя драклова ведьма! — возмущённо воскликнула волшебница, растерянно озираясь по сторонам, — Кто вообще ты такой? — О, я не представился. Как невежливо с моей стороны, не так ли? — в голосе послышался сарказм, — Но кое в чем ты ошибаешься. Ты именно что ни есть драклова ведьма! И теперь ты моя! — прорычал незнакомец. — Что? Нет! Я на это не соглашалась! — Героиня сжала в руке свою волшебную палочку, — Кто бы ты ни был, иди к дьяволу! Внезапно невидимый собеседник разразился адским хохотом, который раскатами грома прошелся сквозь стены склепа, вызвав подобие землетрясения. — Как мне нравятся такие дерзкие и непокорные со всеми этими вашими высоко-моральными принципами и непоколебимой добродетелью. Вас особенно приятно укрощать, так приятно видеть, как вы сходите в обитель Тьмы и падаете в мои объятия, — Гермионе показалось, что голос стал ближе и вкрадчивее, как будто незнакомец был где-то совсем рядом, — Но ты снова ошибаешься. Ты сама согласилась принять этот дар, ты сказала «да». И ты совсем не так добродетельна, как хочешь казаться. И вчера мы в этом убедились. — Но я же не отдавала себе отчета в том, что я делаю, моя сумасшедшая мать практически заставила меня это сделать! — озираясь по сторонам в надежде увидеть таинственного собеседника и воззвать к его совести, воскликнула Грейнджер. — Это уже неважно, — вкрадчиво ответил незнакомец, — Никто не виноват, что ты не ознакомилась с условиями контракта перед тем, как подписала его, — в его голосе послышалась насмешка. — Да пошёл ты! Я ничего не подписывала! — Героиня почувствовала, как ярость закипает внутри неё, — Забирай свою побрекушку! Я ухожу! Найди себе кого-нибудь другого на эту почётную должность! — Ты всё ещё не поняла, Гермиона, — она вдруг явственно ощутила чьи-то прикосновения к своему лицу, — Назад пути нет. Ты сколько угодно можешь сопротивляться. Ты можешь швырять кулон на пол, можешь оставить его здесь, можешь даже выкинуть его, но ты последняя чистокровная ведьма из рода Блэк, и твоя душа, твоя жизнь, твоя сила — всё это теперь принадлежит мне, — и чья-то невидимая рука вдруг схватила её за горло и приподняла её в воздухе. — Что тебе от меня нужно? — задыхаясь, прохрипела волшебница. — Вот это уже другой разговор, Гермиона, — таинственный незнакомец отпустил её, и она упала на пол, — Для начала ты поможешь мне вернуться в этот мир, а потом, когда придёт время, ты будешь служить мне, как это веками делали твои предки. И не надейся избежать этого или каким-то образом обмануть меня. Теперь мы связаны, и я буду следить за каждым твоим шагом, последняя ведьма из рода Блэк. И если ты попытаешься выкинуть какой-нибудь фокус, я превращу твою жизнь в ад. Я уничтожу всех, кто тебе дорог, и сделаю это твоими же руками. Начну хотя бы с твоего драгоценного племянника, от которого я уже почти избавился сегодня твоими стараниями. — Что? Нет, пожалуйста, не надо! — в отчаянии воскликнула Грейнджер, — Я сделаю всё, что скажешь, только не трогай ребёнка Драко и Гарри! — Вот видишь, Гермиона, оказывается, мы можем договориться, — голос невидимого собеседника снова стал вкрадчивым, почти приятным, — Ты так сильно хочешь защитить тех, кто тебе дорог. Только это всё зря. Однажды ты всё равно предашь их ради того, чтобы служить мне, Тёмному Властелину, своему повелителю. Внезапно волшебница увидела перед собой два темно-красных, мерцающих огонька, и какой-то неясный, колеблющийся, словно черное пламя, силуэт проступил из темноты. Героиня замерла, не в силах сдвинуться с места от страха и благоговейного ужаса, охватившего её. Незнакомец сделал едва заметное движение рукой, и кулон снова вернулся на своё место и обвился вокруг её шеи. — А теперь возвращайся к своей обычной жизни и не вздумай никому рассказывать о нашем разговоре, или я исполню обещанное, — красные огоньки приблизились, и волшебница почувствовала едва ощутимое касание на своих губах, — И сделай так, чтобы твои друзья и твоя тётка, леди Малфой, перестали беспокоиться на твой счёт. Ты моё лучшее приобретение за последние тысячелетия. Ты даже лучше своей матери. В тебе столько огня, столько первозданной силы. Уверен, с твоей помощью я, наконец, обрету желаемое — свободу и власть. Но именно поэтому до определенного момента ты должна оставаться в тени.