Туман

      Гарри открыл глаза и долго осматривался по сторонам, пытаясь понять, где он и как здесь очутился, попутно вспоминая обо всём произошедшем накануне, и чувствуя, как по мере восстановления в памяти событий вчерашнего вечера и ночи, внутри у него всё холодеет и переворачивается, внутренности скручиваются в тугой узел и к горлу подступает тошнота. Внезапно он осознал, что что-то изменилось в нём самом и в его ощущениях: он больше не чувствовал этой особенной магии внутри себя.       Герой приложил руку к животу и тут же подскочил на месте, глаза его расширились от ужаса, его зрачки, как чёрные дыры, поглотили зелёную радужку, и прозрачные капли задрожали на его ресницах. — Нет, Малфой, чтоб тебя, — всхлипнул Поттер, прижимая основания ладоней к глазам, — Лучше б я умер, блядь.       Он посидел немного, пытаясь успокоиться, но чем сильнее он старался, тем хуже у него получалось, так что в конце концов он не придумал ничего другого, как просто уйти отсюда как можно скорее и неважно куда. Просто бежать и бежать без оглядки, до тех пор пока силы не покинут его, и, может быть, тогда он перестанет чувствовать эту чудовищную, раздирающую его душу на части, оставляющую после себя незаживающие раны, дробящую его сердце на осколки, жгучую боль.       Поддавшись импульсу, Герой вскочил с кровати, игнорируя слабость и головокружение, схватил с тумбочки свою волшебную палочку, распахнул дверь и вылетел в коридор, где тут же столкнулся с дежурной колдомедичкой. — Лорд Поттер, вы куда собрались? — медведьма вперила в волшебника удивлённый взгляд, — Вернитесь, пожалуйста, в палату. Я позову доктора. — Не нужен мне никакой доктор, — буркнул брюнет, норовя обойти колдомедичку, — Я ухожу.       И с этими словами он ринулся было мимо неё, как вдруг дверь соседней палаты распахнулась, и он увидел выходящего оттуда уже знакомого ему по более ранним пребываниям в Мунго целителя высшего ранга, магистра колдорепродуктологии, доктора Адельгифа Айерса, а за ним — лежащего на кровати с закрытыми глазами красивого блондина, при виде которого сердце его мгновенно сжалось, пропуская удар, а затем рвано забилось где-то в горле, перекрывая дыхание.       В одно мгновение Поттер забыл обо всём, что он думал и чувствовал до этого. Прошлое перестало существовать для него. Было только здесь и сейчас, и всё, что он видел перед собой — бледное, почти слившееся с подушкой лицо Малфоя. — Доктор Айерс, — Герой подлетел к колдомедику и уставился на него недоумевающим взглядом, — Что с моим мужем? — А, лорд Поттер, — лицо целителя просветлело при виде волшебника, — Вы проснулись. Я как раз собирался проведать вас. Как вы себя чувствуете? — Да нормально я себя чувствую, — раздражённо выпалил брюнет, обеспокоенно заглядывая в палату через плечо колдомедика, — Вы ответите на мой вопрос? — Что ж, я рад слышать, что вы в порядке, хотя предпочёл бы убедиться в этом лично в ходе осмотра, — сказал доктор, но, видя по выражению лица своего самого знаменитого пациента, что тот вот-вот окончательно потеряет терпение, добавил, закрывая за собой дверь и жестом приглашая его следовать за ним, — Касательно лорда Малфоя… Пройдёмте в мой кабинет, там всё и обсудим. Герой кивнул, и они быстрым шагом направились вдоль коридора. — Присаживайтесь, лорд Поттер, — целитель сел за свой стол и указал на кресло напротив. — Ну так что? — брюнет вперил в колдомедика взволнованный взгляд. — Видите ли, дело в том… — и доктор Айерс, не торопясь, во всех подробностях, изобилующих какими-то колдомедицинскими терминами, посвятил волшебника в детали происходящего. Какое-то время Гарри сидел, не моргая, ошеломлённо уставившись на целителя. — Как вы сказали? Он предложил что? — всё ещё не до конца поверив в реальность происходящего, нервно сглотнув, переспросил Герой, — И вы это сделали? И у вас всё получилось? — не дожидаясь ответа на предыдущие, он сыпал всё новыми вопросами. — Лорд Поттер, вам нужно успокоиться, — видя полное замешательство своего пациента, Адельгиф протянул ему флакончик с зельем, — Вот примите.       Брюнет залпом опрокинул в себя содержимое склянки и снова вопросительно уставился на колдомедика. — И как он себя чувствует? — понемногу приходя в себя, но всё ещё с волнением в голосе спросил Гарри. — Пока что, насколько я могу судить, всё в порядке, — ободряюще улыбнулся доктор, сложив руки перед собой и перебирая кончиками пальцев, — Но мы сами впервые сталкиваемся с подобным опытом, так что на какое-то время ему придётся остаться здесь, под нашим наблюдением. Если всё пройдёт хорошо, думаю, это послужит прецедентом для дальнейшего применения в нашей практике. Это огромный шаг для колдорепродуктологии, так что вы с лордом Малфоем однозначно внесли весомый вклад в развитие магической репродукции… — Доктор Айерс, — Герой нетерпеливо перебил воодушевлённую речь целителя, — Прошу прощения, я, конечно, очень рад за колдомедицину вообще и магическую репродукцию в частности, но сейчас я бы хотел навестить своего мужа, если вы не против. — Да, конечно, простите, понимаю ваше беспокойство, — снова улыбнулся колдомедик, — Но сначала я бы хотел убедиться, что с вами всё в порядке, — добавил он, взглядом указывая на кушетку у себя в кабинете, — Всё-таки ваше магическое ядро было подвержено значительному разрушению. — Ладно, — брюнет закатил глаза и покачал головой, — Только быстрее, пожалуйста.       После осмотра, получив кучу рекомендаций и предписаний от доктора, Поттер, наконец, прошёл в палату к своему мужу и, прикрыв за собой дверь, какое-то время стоял и смотрел на спящего блондина, собираясь с мыслями и пытаясь переварить всю полученную информацию. — Как всегда, полон сюрпризов, — вздохнул он, садясь рядом с ним.       Он взял любимого за руку и поднёс её к своим губам, снова и снова перебирая в своей памяти всё произошедшее между ними накануне, и боль раскаяния захлестнула его, отправляя горячие, обжигающие капли стекать по щекам вниз и падать на изящные, аристократичные пальцы. — Гарри… — Малфой приоткрыл глаза и устремил на мужа чуть затуманенный взгляд, пытаясь сфокусироваться на его лице. — Драко, — Поттер склонился к нему и, не разрывая зрительного контакта, прошептал ему в губы, — Прости меня. — О чём ты говоришь, Гарри? — вопросительно изогнув одну бровь, аристократ недоумевающе уставился на мужа. — Я говорю о том, что не должен был делать того, что сделал. Особенно после того, что ты рассказывал мне. Я никогда себе этого не прощу, — Герой закрыл глаза, и слёзы закапали с его длинных, тёмных ресниц на лицо любимого. — Гарри… — блондин обнял мужа и притянул его к себе, — Посмотри на меня. Я люблю тебя. Мне всё равно, что ты сделал, лишь бы ты был со мной и простил меня. — В этом и проблема, Драко, — Поттер открыл глаза и вперил в него взгляд, полный боли и отчаяния, — Я смотрел на тебя, пока ты спал, и спрашивал себя, что бы ты сделал на моём месте, смог бы ты поступить так же со мной? — Я бы никогда… — не дал ему договорить Малфой. — Именно, — Герой снова закрыл глаза и покачал головой, собираясь с мыслями, затем тяжело вздохнул и продолжил, — А я смог, и я спрашиваю себя, как? — Я причинил тебе боль, и ты ответил мне тем же — это нормальная реакция, — пожал плечами аристократ. — Нормальная реакция? Нормальная реакция была у Панси, которая нашла в себе силы не только выслушать Гермиону, но после этого ещё и прийти поговорить со мной, чтобы помирить нас! — воскликнул брюнет, — А я… Я так злился на тебя, Драко, и когда я думаю, чем всё это могло закончиться для нас, если бы не ты… — он не договорил, чувствуя, как слёзы снова начинают душить его. — Но теперь всё хорошо, Гарри, — блондин едва заметно улыбнулся, и в его серых глазах сверкнули серебристые искорки, — Хорошо же? Что сказал доктор? — Доктор сказал, что всё в порядке, — Поттер сжал руку мужа в своих ладонях, и, прижав его пальцы к своим губам, устремил на него проницательный взгляд, — Как ты вообще на это решился? — Как будто у меня был выбор, — хмыкнул Малфой, — У меня было несколько секунд, чтобы принять решение, после того, как Торнтон сказал, что они собираются сделать, и ничего другого мне просто в голову не пришло. — Драко, я… Я всегда недооценивал тебя, — Герой сокрушенно покачал головой. Аристократ нахмурился и вперил в мужа вопросительный взгляд. — В том смысле, что я всегда считал, что ты первый сдашься и не будешь бороться за наши отношения, а ты… Ты всегда доказываешь обратное. А вот я… — Поттер закрыл глаза, и с его дрожащих ресниц снова сорвались прозрачные, солёные капли. — Гарри, — блондин провёл большими пальцами по его щекам, стирая с них слёзы, — Хватит уже терзаться из-за этого. Я люблю тебя, и мне неважно что ты сделал. Мне важно, что ты здесь, со мной. Но могу я попросить тебя кое о чём? — он устремил на мужа пристальный взгляд. — Конечно, Драко, всё, что угодно, — всё ещё всхлипывая, ответил брюнет и выжидающе уставился на него. — Никогда, больше никогда не сомневайся в моей любви к тебе, — многозначительно вскинув брови, сказал Малфой, — Даже если всё вокруг будет говорить тебе об обратном, просто помни, что я люблю тебя и так будет всегда. Хорошо? — Хорошо, — Поттер смущённо улыбнулся сквозь слёзы, — Прости меня, Драко. Я люблю тебя. — И ты прости меня, Гарри, я не хотел причинить тебе боль или тем более изменять тебе, — аристократ устремил на мужа проникновенный взгляд, — Ты простишь меня? — О чём ты говоришь, Драко? Я уже давно простил тебя, так что мог бы и не спрашивать, — ответил Герой, и в его зелёных глазах сверкнули золотистые искорки, — Когда Панси мне всё рассказала, я хотел спуститься и поговорить с тобой, но меня одолевали столь противоречивые чувства, что я решил отложить это до утра, а потом… А кстати, что произошло потом? — Ну, мне вдруг отчаянно захотелось тебя увидеть, и я пошёл наверх и нашёл тебя холодным и неподвижным, — с грустью в голосе сказал блондин, — Это были одни из самых ужасных нескольких минут в моей жизни, пока я ждал Торнтона и чувствовал себя абсолютно беспомощным, но когда он сказал мне, что собирается сделать, всё стало ещё хуже, хотя, казалось, что хуже уже и быть не может. — Ты, как всегда, спас меня, — брюнет тяжело вздохнул, и в его взгляде отразилась печаль, — И не только меня, но и нашего ребёнка. — Ну, формально вас спас не я, а колдомедики, — хмыкнул Малфой. — Драко, — Поттер ухмыльнулся и покачал головой, — Как у тебя это получается? — Что именно, Гарри? — причудливо изогнув одну бровь, аристократ вопросительно уставился на мужа. — Ты всё время спасаешь меня, а потом делаешь вид, что ничего особенного не произошло. — Магия, — блондин ухмыльнулся и пожал плечами, — Ну, а если серьёзно, то всё просто: я люблю тебя. Поэтому, если ты и правда простил меня, то просто заткнись уже и поцелуй меня. Потому что это всё, чего я хочу сейчас. Поттер смущенно хмыкнул и прильнул к губам мужа, тот запустил руку в его густые, непослушные волосы на затылке, притягивая его к себе как можно ближе, и одновременно с этим проскользнул другой рукой ему в штаны и с силой сжал его ягодицы. — Иди сюда, Гарри, — промурчал Малфой, затаскивая его на себя. — Драко, мне кажется, доктор предписал тебе соблюдать покой, — с трудом отрываясь от губ любимого, многозначительно вскинув брови, ухмыльнулся Герой, вжимаясь через одеяло своим возбужденным членом в его эрекцию. — А кто сказал, что я буду напрягаться, Поттер? — хмыкнул аристократ, слегка оттягивая мужа за волосы назад и прожигая его насквозь серебристым пламенем, расплескавшемся в его глазах, — Я вполне могу лежать спокойно, пока ты мне отсасываешь. Но когда я вернусь домой, я накажу тебя за твоё отвратительное поведение, — добавил он вкрадчивым полушепотом. — Буду ждать с нетерпением, Малфой, — не разрывая зрительного контакта, вполголоса проговорил ему в губы брюнет, чувствуя, как при одной только мысли о доводящем его до исступления блондине, его член призывно дёрнулся в штанах. — Смотри не заплачь, Потти, — коварно ухмыльнулся Драко, толкая любимого вниз. — Не дождешься, Малфой, — хмыкнул Гарри, откидывая с него одеяло и спускаясь к его возбужденному члену. Он уже начал было стаскивать с мужа пижамные штаны, как вдруг замер и уставился на его живот, на котором красовался свежий, едва затянувшийся шрам. С мгновение он просто сидел и смотрел на него, и постепенно его дыхание становилось всё более и более поверхностным и прерывистым, и слёзы снова задрожали на его ресницах и сорвались горячими, прозрачными каплями вниз. — Драко… — Поттер поднял глаза на любимого, их взгляды встретились, время остановилось и замерло в одной точке, пространство распалось на элементарные частицы, квантовые поля повисли в воздухе искрящимися облаками призрачной пыли, и Гарри, как в замедленной съемке, поставленной на бесконечный повтор, наблюдал за тем, как его рука опускается на живот мужа и светлая, осязаемая магическая энергия проходит через его пальцы и устремляется вдоль его руки к его магическому ядру, наполняя его и растекаясь по всему его телу струящимися потоками, и возвращаясь обратно в тело Драко, и вот уже они сами начинают распадаться на атомы, которые зависают ненадолго в пространстве, а затем обмениваются друг с другом электронами под воздействием электромагнитных полей и пересобираются в новые атомы.