Кузина

В ответ она захрипела, Был дикий ужас в ее глазах. Часы звенели — она старела, Пока не превратилась в прах. Король и Шут — Тайна хозяйки старинных часов

      — Так вы предлагаете мне занять тело этой девочки и спасти мир? — сидя на корточках, я смотрела на двух детей лет шести-семи.       Щуплый черноволосый мальчик с гнездом на голове и в очках-велосипедах тормошил лежащую перед ним светловолосую девчушку с двумя смешными хвостиками. Из его зелёных глаз крупными каплями капали слёзы, разбиваясь о лоб девочки. Но, к сожалению, падение с лестницы стало для неё роковым.       — Я не говорила про спасение всего мира, — фыркнула стоящая рядом со мной женщина. — Помощи просит этот мальчик, тебе просто надо будет быть рядом с ним.       — Увы, он постоянно влипает во всякую херню, поэтому спасение мира сюда входит автоматически, — я вздохнула. — Это же Гарри Поттер. Но почему его кузен стал кузиной? — я подняла голову, вопросительно глядя на брюнетку. Та в ответ развела руками.       — Есть множество вариаций одной истории. Ты, как заядлый читатель фанфиков, должна об этом знать.       — Да как-то не приходилось с этим сталкиваться, — я почесала макушку. — Почему именно я?       — Ты была ближе всех, — просто ответила она. — Ну, из подходящих мне. Всё же ведьмам нужно передать свой дар, а я уже слишком долго живу. Устала. Вот и решила совместить приятное с полезным и сделать последнее благое дело — помочь этому мальчику, дав ему защитника, и наконец-то передать свой дар.       — Но чем я подхожу? — выпрямившись, я оказалась чуть ниже этой красивой женщины, одетой в лучших традициях лесных ведьм из славянской мифологии.       Длинные чёрные волосы доходили ей до середины спины, на голове она носила завязанный на манер банданы красно-белый платок. На теле её была белая рубаха до пола с золотой вышивкой по рукавам, вырезу и подолу, подпоясанная простым чёрным фартуком. Голубые глаза женщины будто светились изнутри, но свет этот вызывал одну ассоциацию — загробный.       — Ты же привыкла заботиться о других, ты этим живёшь, — тёмно-красные губы изогнулись в снисходительной улыбке. — Всегда придёшь на помощь всем, даже во вред себе.       — Уже не совсем так, — я дёрнула плечом. — Я очень сильно выросла как воспитатель и всё такое, но помогать во вред себе и всем без разбору мне надоело. Старею — ресурса не хватает.       — Тебе и не придётся помогать всем. Только этому мальчику и тем, кому сама захочешь, — успокоила она меня.       — Звучит заманчиво, конечно, но я могу отказаться? — я хотела коснуться плеча мальчика, но моя рука прошла сквозь него. Ё-маё, я ещё и призрак!       — Можешь. Но ты не сможешь вернуться, — она опустила голову. — Ты…       — Умерла, да? — я хрустнула мизинцами и с силой потёрла глаза. — Уснула и не проснулась, надо же.       — Да, — она кивнула. — Так что у тебя два пути.       — Ну ладно, пожить-то ещё хочется, — махнув рукой, согласилась я. Второй шанс не каждому выпадает, тем более второй шанс в ином мире. — Но перед этим у меня есть несколько вопросов.       — Задавай, — разрешила она.       — Почему именно вы решили помочь? Буду ли я владеть магией как у остальных волшебников этого мира? Какие обязанности и ограничения накладывает ваш дар? А, ну и основной — кто вы, собственно, такая? — чуть подумав, выпалила я.       — Потому что другие слишком долго искали возможные пути помощи, — она усмехнулась, — ну или не обратили внимания на просьбу этого маленького мага, хотя магический выброс, которым он сопровождал свой крик о помощи, был очень мощным. Зевс и Джашин почти успели, но я их опередила, — увидев мой охреневший взгляд, она громко рассмеялась, запрокинув голову. — Ой, ну не удивляйся так! В то, что всё происходящее сейчас — реальность, ты поверила сразу, а в то, что боги существуют на самом деле, даже такие молодые, как Джашин, не можешь. Все мы существуем, если в нас верили хотя бы однажды. Когда верующих не остаётся, мы не исчезаем, просто слабеем. А я, — она сверкнула глазами и начала стареть, да так быстро, что мне пришлось проморгаться, — Баба Яга, — старуха с длинным крючковатым носом, седыми патлами и в лохмотьях никак не ассоциировалась у меня с недавней красоткой. Только глаза были такими же. — Такой меня и ты привыкла видеть, да? — она снова стала молодой и подмигнула мне.       — Так я что, приму дар от Бабы Яги? — степени моего охуевания не было предела.       — Да, именно так, — она кивнула. — Соответственно, все мои предшественницы и я помогали добрым молодцам, наказывали наглецов и, — она пристально посмотрела на меня, — служили проводниками в мир мёртвых. Хотя этим больше знаменит Харон, чтоб ему на лодке перевернуться, — женщина сплюнула. — В общем, дар к пониманию любой живой твари и способности к науке, как это здесь называется, — она посмотрела в потолок и щёлкнула пальцами, — зельеварения у тебя появятся стопроцентно. Эта девочка и так носитель магического гена, с тобой он проявит себя так же, как было с её тёткой.       — Какие-то особые поручения, запреты? — поинтересовалась я, чувствуя, что скоро крыша поедет от таких поворотов.       — Дань богам четыре раза в год минимум, — ответила она и прищурилась. — Знаешь, в какие?       — Дни равноденствия и в самый короткий и самый длинный день в году, — осторожно предположила я.       — Правильно, — она довольно потёрла руки. — Потом, когда станешь сильнее, можешь отдавать дань и в другие важные дни. Разберёшься, не маленькая. Ещё советую наладить отношения с нечистью, она везде одинаковая. Как минимум леший в Запретном Лесу точно есть.       Поржу, если это будет Хагрид.       — Так, на вопросы я ответила, поэтому… — она уже потянулась к руке, чтобы снять простое золотое кольцо, но я её остановила.       — У меня просьба. Пожалуйста, сделайте что-нибудь с моими воспоминаниями, чтобы я… не скучала по прошлому, — смутившись, попросила я.       — Хорошо, — она мягко улыбнулась и коснулась ладонью моего лба. — Я в магии разума не профи, всё же не Кот учёный, но что-то могу. Да, если что, все мои знания в этом кольце. Снять его не сможешь, пока не найдёшь достойную девушку, которая сможет принять дар. Задашь конкретный вопрос — он всплывёт в голове, а так ты просто будешь интуитивно знать, что делать. Ну всё, пока-пока, счастья тебе и удачи.       Она стянула с пальца кольцо и, напоследок поцеловав его, положила мою руку так, чтобы наши с девочкой указательные пальцы на правой руке совпадали. Надев кольцо, женщина счастливо и облегчённо выдохнула. Я чувствовала, как моё сознание медленно начинает гаснуть, но успела понаблюдать за тем, как умирает предыдущая Баба Яга.       Её тело начало стремительно стареть, одежда тлела, волосы седели, будто она снова превращалась в старуху, как до этого. Спецэффекты были покруче, чем в чёрно-белых советских фильмах. По итогу женщина рассыпалась в прах, который унёс непонятно откуда взявшийся ветерок. А я провалилась в беспамятство.

***

      — Ну пожалуйста, Дэл, ну открой глаза! — тонкий скулёж над моим ухом не способствовал моему хорошему настроению, но осознание того, кем я теперь являюсь, заставило меня успокоиться. Эх-х, опять работать с самым младшим возрастом, ну что такое? Ладно, пофиг, зато этот малец вырастет нормальным парнем, а не доверчивым лошком, как было в каноне.       Вообще после кучи прочитанных фанфиков мне было очень сложно воспринимать оригинальные книги Мамы Ро. Как минимум первым возникал вопрос: а какого, собственно, чёрта лысого холодной осенней ночью на улице оставили малыша, которому едва год стукнул? И вопросов таких была хуева гора, и теперь эту гору придётся разбирать мне.       Про фильмы говорить нечего — я их физически уже не могла смотреть.       В фанфиках гадами выставляли всех и каждого, но больше всего, естественно, Дамблдора и Уизли. Я в целом не собиралась доверять никому, кроме Гарри и Дурслей, если они окажутся более-менее нормальной семьёй. Хотя, если вспомнить их отношение к Дадли, то при желании из них можно не то, что верёвки вить — тонкие кружева вязать. Ладно, и с этим разберусь, а решать, кто гад, а кто нет — буду по мере узнавания человека.       А вообще будет интересно, как Дурсли отреагируют на то, что у их дочурки тоже есть магические способности. Тут тоже надо будет подумать, как действовать, но лучшим вариантом будет повлиять на Петунию и Вернона вместе с Гарри, как это делал Волдеморт в приюте. Возможно, при сильном желании что-то и получится и она сможет выйти на связь со Снейпом, например.       Представляю, какой удар её хватит.       Так, но для начала нужно в принципе наладить отношения в семье и сделать частью этой самой семьи Гарри, который заливает моё лицо слезами.       — Всё нормально, Гарри, — ответила я очень детским голосом. Привыкать ещё к новому телу, эх-х. — Помоги мне встать.       — Господи, ты очнулась! — закричал он, сжимая меня в объятиях. Божечки, какой худой! Да и я, в принципе, не похожа на мячик. Метаболизмом в матушку пошла, что ли? — Я так испугался, Далла! — он помог мне сесть и потянул наверх, поднимая на ноги.       — А где мама? — поинтересовалась я. На грохот и громкий плач Петуния точно должна была отреагировать молниеносно. — Что вообще случилось? Я, кажется, головой приложилась, не помню.       — Тётя Пэт в магазин вышла, — ответил он. — Я сидел в чулане, когда услышал грохот. Ты, наверное, споткнулась на лестнице.       — А, понятно, — ну повезло-повезло, иначе бы виноватым сделали Поттера. — Маме ничего не скажем, хорошо? — мальчик активно закивал и как-то облегчённо выдохнул. — Помоги мне подняться в комнату, пожалуйста.       — А? Да, хорошо, — когда он довёл меня до комнаты, то, немного помявшись, сверкнул своими зелёными глазищами и спросил: — Дэл, а… почему ты меня обижаешь?       А как бы ему объяснить, что жизнь решила обидеть его посильнее, впихнув меня на место его кузины? Ладно, шучу, но выкрутиться всё равно как-то надо. Неудобных вопросов и потом будет дофига и больше, а с Гарри мне нужны доверительные отношения. Эх-х, а ещё пубертат переживать.       — Глупая потому что была, — вздохнула я. Блин, надо же будет изображать из себя ребёнка с кучей вопросов. Ай, ладно, пусть считают меня вундеркиндом. — Наверное, мозги на место встали, когда я упала, — ага, только не мозги, а новая личность. — Гарри, я честно-пречестно обещаю больше тебя не обижать, по крайней мере нарочно, и с родителями тоже поговорю. Ты же мой кузен! — я протянула ему мизинчик, про себя отметив, какой он маленький. Но в целом пальцы мне понравились — прям музыкальные. Попроситься, что ли, в музыкалку? — Мир?       — Честно-пречестно? — с робкой надеждой спросил он.       — Честно-пречестно-пречестно! — активно закивав, заверила его я.       — Ну ладно! — он сцепил свой мизинчик с моим и неуверенно улыбнулся.       Внизу хлопнула дверь.       — Я дома! — оу, а у Петунии довольно приятный голос. — Гарри, помоги мне с пакетами!       Мальчик побежал вниз, а я, почесав затылок, скрылась в ванной, чтобы рассмотреть себя новую и присоединиться к своей новой семье.       Ну, что сказать, метаболизмом я действительно пошла в Петунию. Из зеркала на меня смотрела худенькая невысокая девочка со светлыми волосами и голубыми глазами в обрамлении густых ресниц. Брови с небольшим изгибом, прямой, с едва заметной горбинкой нос, тонкие губы. Хоспади, да я вылитая Энни Леонхарт! Так, а если попробовать сделать выражение лица, как у неё? Ой, просто шик! Мне прям нравится моя внешность. Всё, учусь делать причёску как у неё.       Вдоволь насмотревшись на себя, я вымыла руки и поскакала бодрой козочкой вниз. Петуния уже разобралась с покупками и стояла за плитой, пока Гарри чистил картошку. Готовка — одно из моих любимых занятий, поэтому в сторонке я стоять не буду.       — Мам, я тоже хочу помочь, — заявила я.       Женщина обернулась, явно удивлённая моим порывом. Не совсем похожа на киношную, как минимум светловолосая и не такая худая. Вполне симпатичная женщина.       — Далла, милая, но тебе всего семь! — всплеснула она руками.       Так, судя по погоде, сейчас лето. Непонятно, прошло уже двадцать третье июня — день рождения Дадли — или нет. Я пробежалась глазами по обстановке и увидела на стене отрывной календарь. М-м, тридцатое июня, значит только стукнуло. За месяц нужно сделать так, чтобы у Гарри был нормальный день рождения.       — Но Гарри же тебе помогает! — праведно возмутилась я. — А я по телевизору видела кулинарную передачу, и тоже хочу попробовать, — жаль, что это был не Ренат Агзамов, я бы бубнила о том, что не слышу хруста безе, ех-хе.       Мысленно я твердила одно и то же: «Разреши мне, разреши мне!». И, видимо, это сработало, потому что она, немного помявшись, протянула мне нож.       — Помоги тогда Гарри, — произнесла она и вернулась к нарезке мяса, всё же поглядывая на нас одним глазом.       Детские ручки пока были неловкими, но старания мне было не занимать. Охреневший от моих действий Гарри, встрепенувшись, продолжил чистку, не говоря ни слова. Я же, как мантру, повторяла одни и те же фразы. Гарри — член семьи, ему нужна своя комната. Магия — это не страшно. Далла взрослеет, её не надо баловать. И я очень надеялась, что это сработает.

***

      — Дэл сегодня помогала готовить ужин! — похвасталась вечером перед мужем Петуния. — Вместе с Гарри, — немного замявшись, добавила она.       Мантру я перенесла и на моего новоявленного отца. Ну, хоть здесь у меня семья будет полной. Если всё будет хорошо, то и у Гарри она будет.       — Учатся самостоятельной жизни, — довольно кивнул Вернон и погладил меня по голове. Эта незамысловатая ласка не вызвала во мне отторжения, напротив, я довольно улыбнулась.       Гарри, явно удивлённый тем, что ужинал с нами за одним столом и ел порцию не меньше, чем у меня, вяло ковырялся в тарелке. Мне было больно смотреть на его несчастную мордашку, поэтому, собрав всю волю в кулак и запихнув поглубже взрослые слова и деструктив, глубоко вздохнула и отложила вилку.       — А почему Гарри не живёт в свободной комнате? — громко поинтересовалась я, поочерёдно взглянув на родителей.       — Далла, милая, просто… — взгляд Петунии бегал по столешнице, она не могла найти подходящих слов.       — Там же лежат твои игрушки, — пробормотал Вернон. — А Гарри…       — Но он же мой кузен! — поджав губы, начала я упрямиться. Только рогов не хватало и новых ворот. — Это же наши общие игрушки! Я могу жить с ним в одной комнате! Мам, пап, я видела по телевизору сериал про семью, и там тоже были кузены, но они были как родные брат и сестра. Я тоже так хочу! — безжалостно блефовала я.       — Далла, не нужно… - жалобно проблеял Гарри, но я его остановила жестом руки.       — А вот и нужно!

***

      — Надеюсь, ты не храпишь и не брыкаешься, — шепнула я Гарри, лёжа с ним под одним одеялом.       — Я спокойно сплю! — возмутился мальчик.       Родители оказались почти непробиваемыми, я аж развела полноценную истерику. Благо, это не вызвало удивления — Далла была как Дадли из канона. Удивление у них, скорее всего, вызвала причина истерики. Гарри сидел и боялся шелохнуться, я орала и плакала, повторяя про себя мантру.       В тот момент внутри будто сжималась огромная пружина. По мере повышения децибел она сжималась всё сильнее, и через какое-то время разжалась, аж в ушах зазвенело. А родители в этот момент сдались, и Петуния тоже начала плакать, обнимая Гарри и причитая о том, какая из неё плохая тётка и что у него глаза, как у матери. Видимо, у меня случился первый выброс, который проявился в том, что у Петунии вскрылся кейс.       Гарри охренел ещё сильнее, Вернон налил себе бренди, но отмалчивался. По итогу глобальное переселение народов оставили на завтра, пообещав нам всё объяснить, а Поттера на сегодня запихнули ко мне.       Для первого дня прогресс просто огромный, интересно, чем мне это аукнется.       Ну и откат нехилый был, меня начало клонить в сон прямо за столом, но это сослали на истерику. Вернон отнёс меня в кровать и заботливо накрыл одеялом, чуть позже принеся ещё одно вместе с подушкой. Через какое-то время приполз Поттер в чистой пижаме (от неё пахло порошком) и осторожно растянулся рядом.       — А вдруг завтра они передумают? — страшным голосом спросил он.       — Не передумают, — зевнув, ответила я. — Просто думай о чём-то вроде «Я — член вашей семьи, меня нужно любить» и всё такое. Попробуй. Ладно, спокойной ночи, Гарри, — глаза слипались, и я, ещё раз зевнув, перевернулась на другой бок.       — Спокойной ночи, Далла, — шепнул он в ответ.       В воцарившейся тишине стали слышны приглушённые стенкой рыдания Петунии и утешающий ропот Вернона.       А я мысленно поблагодарила Бабу Ягу за то, что она приглушила мои воспоминания, иначе бы я тоже сейчас плакала. Кольцо на пальце, которое, судя по отсутствию реакции, никто не заметил, на секунду нагрелось.       А вообще я была рада тому, что могла держать себя в руках в любой ситуации и быстро адаптироваться — таки три года работала в детском центре с подростками, где ни день — так кейсы, срывы дедлайнов, смена планов и всё такое. За время работы я стала тем ещё булыжником, поэтому спокойно реагировала на ситуации типа «Моего отца опять отправили в горячую точку» или «Мои родители избивают меня». Вздыхала и решала кейсы, поражаясь тому, какой пиздец творится в жизнях детей. Да и у меня самой жизнь была не сахар, но вспоминать не хотелось.       В общем, завтра буду разгребать то, что натворила сегодня. А сейчас пора баиньки.