Стайлы би лайк

      Лето было непривычно тёплым. Картман уже всех заебал со своими шутками про всемирное потепление и будущие потопы, теперь как будто даже спит с библией. И впервые рядом с ним все сидели спокойно, потому что пахло потом не только от него, а вообще от любого живого существа, какими бы слоями антиперспиранта оно ни было покрыто.       Жара была настолько продолжительной и сильной, что Кайл устал мыться каждый день по два раза, и молча ждал пока этот ад закончится. — У меня запах пота уже въелся в нос. Я буду его чувствовать года два наверное. — непонятно почему хмыкнул Кайл.       Они просто лежали на полу у Брофловски дома, в комнате, молча рассматривая бледный потолок. Они только и могли что дышать и редко моргать.       Всё тело липкое, любая одежда тут же прилипает, это неприятно, но и стоять под душем днями напролёт тоже нельзя, к сожалению. Остаётся только терпеть жару и молиться на ливень на следующие сутки.       Такая погода забирала все силы. Чем выше были значения температуры, тем меньше хотелось чем либо заниматься. Даже смеяться не хотелось. — Да ладно тебе. — так же тихо бурчит Марш.       Он не знает сколько они вот так лежат: распластавшись, как морские звёзды, на полу, соприкасаясь пальцами ног и рук. Может быть, хотелось бы обняться и провести свободные тихие моменты ближе, но и этого они себе позволить не могли.       Всё благодаря жаре. — Кажется, уже стемнело, — Брофловски тяжело вздыхает и приподнимается, поставив руки позади себя, заглядывая в своё окно. И правда, на улице уже было гораздо темнее, и лишь остатки зашедшего за горизонт солнца плескались где-то за верхушками елей. — Может, выйдем?       Парень тут же скопировал чужое действие, услышав такие хорошие новости. И правда, уже первая звёздочка вылезла на небосводе, совсем незаметная пока что.       В голове всплыли воспоминания о том, как Кайл спорил с Крэйгом по поводу названия какого-то созвездия на их недавней ночной прогулке всем классом, и Кайл выиграл. Тогда и звёзды как будто мерцали ярче, тоже радуясь его маленькой победе, а улыбка не могла покинуть их лица от какой-то детской радости от того, что они переспорили человека, разбирающегося в этом.       Стэн тяжело вздохнул, тут же опираясь локтями на чужую кровать, доставая свой телефон с середины мягкого матраса. Возможно, если они позовут с собой кого-нибудь, будет легче переносить тяжесть и духоту всего лета. Только вот почему-то написать никому не выходит: сообщения грузятся со скоростью осознания собственных эмоций. — У меня почему-то твой вай-фай не ловит. — просто пожаловался тот, сразу же наощупь передавая телефон себе за спину. У него нет желания разбираться с подобными вещами, пусть этим занимается Кайл. В конце концов, это его дом.       Однако несколько тихих мягких хмыканий от Брофловски уже прошли, а проблема, кажется, не решилась. — Давай попробуем с моего?       Стэн молча пожал плечами, передавая и чужой телефон назад, и сам уселся поближе, заглядывая в экраны. Они еле-еле светили, и это было приятно, иначе бы болела голова.       Кайл долго пытался что-то сделать с сетью. Маршу даже стало скучно, и он начал переключаться на всё подряд: на маленькие дырочки в занавеске в комнате, непривычно забитый мусором стол и выключенный компьютер, на одинакового цвета айфоны, что были в руках у парня, и его смешные рыжие кудри, что закрывали почти целый экран одного из телефонов. Но он не смеет говорить что-то против, иначе Кайл опять зацепится за это замечание и будет их убирать. Не хотелось причинять ему дискомфорт. — Странно, — наконец цокнул Брофловски, выключая сразу оба телефона. — Кажется, вырубился модем.       Стэн быстро различил в темноте чужой вопросительный взгляд, направленный на него. Как будто это он специально его выключил, и теперь должен рассказать правду, иначе его убьют. — Может, Айк что-то напортачил? — просто пожал плечами он наконец. — Не помню, чтобы он выходил из комнаты, — скопировал чужое движение парень. А через момент просто кинул телефоны на кровать и почему-то улыбнулся. — А вообще, можно и без них, я думаю.       Стэн не удержал свои брови от уползания вверх. Это чтобы Кайл, который всегда о чём-то беспокоится, вышел ночью на улицу без быстрой связи до всех, кого он знает?       Кажется, жара влияла не только на потоотделение. — Ну, просто мы и так вечно в телефоне сидим, — закатил глаза тот. — Можно сделать мини-детокс. — От кого? Новостей о том что кто-то упился водкой в жару и попал в реанимацию? — Да хоть от вторжения инопланетян. Просто пошли уже?       Видимо подобная идея сильно пришлась Брофловски по душе, и Стэн не был в силах отказать в такой маленькой и лёгкой просьбе.       Они молча встали с пола, похрустев коленками и пальцами, а потом одинаково начали потягиваться, тихо хмыкая. Подобные одинаковые привычки уже не казались чем-то смешным, ведь преследовали их каждый день. Стэну это наоборот казалось милым: они не только думали одинаково, но и говорили, и делали точно так же. И ведь непонятно кто за кем повторяет. — Возьмём мяч с собой?       Кайл искал что-то на столе, шаря руками по темноте, а Стэн молча уткнулся взглядом в большой баскетбольный мяч под столешницей. С одной стороны он не удивлён подобному вопросу, а с другой ему сейчас не очень и двигаться хотелось.       Впрочем, предложение не казалось каким-то неправильным, поэтому он лишь дёрнул плечом: — Давай. И воды. — Обязательно.       Марш тихо хмыкнул, пытаясь найти воду взглядом. Они ведь только сегодня заходили за двухлитровой бутылкой в магазин, куда она могла пропасть?       Брофловски тут же оказался под боком, уже и с мячом, и с водой. Бутылку он молча втиснул в чужие руки, мяч перехватил удобнее и оглядел комнату, думая, что им ещё может понадобиться по дороге. — Непривычно что карманы пустые. — хмыкнул тот, постукивая свободной рукой по левому карману шорт, где обычно и покоился айфон. И правда, простое отсутствие телефона в секундной доступности меняло не только физическое ощущение себя, но и эмоциональное. Стэн вдруг понял, что не сможет пообщаться ни с кем, кроме Кайла, в ближайшее время. Он может говорить только с ним, взаимодействовать только с ним, и в принципе вся ситуация теперь казалась какой-то томной, можно даже сказать, более интимной.       Сначала это вызвало моментальную панику. А что, если что-то пойдёт не так?       А потом осознание вдруг накатило на него второй раз: когда они вдвоём, их телефоны всегда где-то далеко. Они могут пойти в магазин и забыть их дома, или оставить на первом этаже и вспомнить только когда расходятся по домам.       Парень тут же столкнулся взглядом с зелёными глазами, выдыхая какое-то слишком предвкушённое "Да". Кайл почему-то тихо пырснул смехом и вытолкнул его в коридор, после ловко прикрывая дверь.       И правда, им стоит быть потише, если они не хотят разбудить миссис Брофловски. Узнай она, что они уходят так поздно вдвоём и без телефонов, устроила бы скандал. Это точно не то, что сейчас нужно.       Они перехватили свои вещи удобнее и быстренько спустились по лестнице, оказываясь на первом этаже, сразу же запрыгивая в свои вьетнамки, в которых ходили в каждую жару как по команде. Тоже одинаковые, только разных цветов, у Кайла зелёные, а у Стэна - синие.       Дышать на улице было куда приятнее, чем днём. Было тепло, но хотя бы не так душно и ярко, и только фонари спасали от кромешной темноты.       Стэн хотел было спросить куда они пойдут, однако быстро сообразил что вопрос глупый: объективно это была спортивная площадка, раз уж они потащили с собой баскетбольный мяч. Однако всё равно глянул на Брофловски и тут же улыбнулся.       Тоненький желтый ободок помогал ему чувствовать себя свежее, фиксируя объёмные кудри сзади. Кайл выглядел очень непривычно с таким аксессуаром, но не менее мило от этого. — Что? — недовольно хмыкнул тот, поправляя тонкую майку на себе. Марш молча покачал головой, но тихо пырснул смехом. — Да, я выгляжу глупо, зато так удобнее. — Да не глупо. Успокойся.       Было приятно знать, что Кайл позволял себе выглядеть так по-домашнему только когда они были вдвоём. В представлении Стэна это было большим проявлением доверия, особенно зная чужие комплексы, и ему очень сильно хотелось поощрять это, показывать, что ему приятно и что он это ценит.       Только вот кто такое скажет своему лучшему другу? Правильно, никто. И Стэн не говорил. Вместо этого он просто молча надеялся, что намёков и действий в ответ будет достаточно для понимания его намерений.       Дорога пролетела незаметно. Они тут же оказались на площадке, сразу же подходя к кольцу. В темноте было непривычно, однако фонарей в округе было достаточно чтобы быстро приспособиться и начать ориентироваться во всём происходящем вокруг.       Стэн оставил воду на траве, встал под кольцо, чтобы сразу же откидывать мячи в ответ. А потом они поменяются местами, и будут смеяться с того как плохо и редко Стэн попадает в кольцо. И пусть он даже и не старается, ведь приятно видеть улыбку на лице Кайла, но пусть это остаётся его маленьким секретиком. Он называет это "технической помощью в улучшении отношений". А может он только что это придумал, чтобы оправдаться перед самим собой за странное поведение.       Но сейчас ему понадобится реальная техническая помощь. Большой мяч прилетел так неожиданно, что Стэн только и успел что несколько долгих мгновений наблюдать, как он падает на него прямо сверху, на фоне темноты ночного неба, и отпрыгнуть в бок, чтобы не получить по голове лишний раз.       И тут же упал. Прямо на булки, всё ещё не понимая, что произошло. — Дурак, — тихо цыкнул Брофловски, тут же оказываясь рядом, на корточках. — Сильно ударился?       Он даже не сильно удивился, видимо привыкнув что Стэн неуклюжий. И как он вообще играет в футбол нормально?..       Большие синие глаза с удивлением уставились с мнимой точки в пространстве на чужое лицо. Кайл был красивый, и редко когда можно было вот так вот посмотреть на него, а не на рыжие кудри, что закрывали чуть ли не всё лицо, когда стали отрастать. Может у него теперь появились комплексы по поводу своего лица, и поэтому он чувствует себя лучше, когда оно закрыто ото всех раньше ненавистными волосами? — Ну? Стэн? — Ты красивый. — просто выпаливает тот, всё ещё стреляя глазами по чужому лицу. Брофловски даже никак не отреагировал, лишь глаза закатил и цыкнул. — Мог и сказать что не хочешь играть.       У Стэна ощущение, что они опять в комнате. Закрытой от всего мира, сидят на полу и просто молчат часами, или разглядывая друг друга, или касаясь мизинчиками. Очень интимно и тепло.       И он садится так же как и дома, уперевшись руками позади себя, чуть ли не утыкаясь носом в чужой. — Почему? Хочу. — Ну тогда вставай.       Он почти ответил "мне лень", но в итоге просто не мигая уставился в ответ, вдруг ощутив под собой тёплый, ещё не остывший от жаркого солнца асфальт. А ведь они на улице, а сейчас видно звёзды.       Кайл как будто читает его мысли, и молча садится рядом, так же откидываясь на руки, смотря на мерцающее тысячами маленьких точек небо.       А Стэн смотрит на чужую бледную кожу. Он так легко сгорает на солнце, поэтому чуть ли не купается в солнцезащитном креме. И поэтому всегда такой бледный.       Взгляд скользит с тонкой шеи на острые скулы и веснушчатый нос с горбинкой. Он не понимает как можно комплексовать из-за такой внешности, ведь она идеальна. И всегда была.       Он не знает чем думает когда прижимается к чужой щеке в поцелуе, утыкаясь в неё носом, прикрывая глаза от удовольствия ощущения мягкой кожи под губами. Однако Кайл даже не взвизгивает и не убегает, а просто лениво смотрит в ответ и хмыкает, находясь ближе, чем когда-либо. Вот тут, посреди рандомной площадки, а не у себя дома, с закрытыми шторами и кромешной темнотой, тычется своим носом в чужой и, кажется, вообще не парится.       И от этого так хорошо и внезапно спокойно, свободно. Настолько спокойно, что Стэн вновь тычется поцелуем, но уже в губы. В мягкие, но сухие, красивые губы.       Он чувствует себя как под кайфом. Как под алкоголем, только намного, намного лучше. В собственном уме, без стойкого противного запаха спирта и головокружения, с контролем собственного тела и без тошноты. Это первый раз когда от первого поцелуя его даже не тошнит.       И всё так правильно. В голове нет красной надписи "плохая идея", нет похуизма или желания перевести это во что-то зверское, бесчувственное. Только удивление, свобода и мягкость.       И Кайл даже не начинает паниковать вслух. Просто молча отрывается, громко вдыхает освежающий воздух и вновь тянется за поцелуем.