Найди меня.

Тёплый летний ветерок треплет русые локоны. Приятный запах земли, ударяющий в нос нотками свежести и летней влаги, предупреждает о скором дожде. Где-то над головой сверкает молния. Но как так? На вечернем небе же ни единой тучки. Ах нет, одна всё-таки появилась. Серая, мрачная, вот-вот и из неё польёт, как из ведра. Не хотелось бы под ней оказаться. - Солнечно, солнечно, солнечно... - как мантру повторяла Пепа, сжимая копну своих пышных волос. Она явно не хотела, чтобы туча над головой пролилась и окатила её с головы до ног. - Мам, я тебе чаю принесла, присядь и дыши глубже, - где-то рядом послышался приятный и ласковый голосок. Женщина подняла глаза на свою обеспокоенную дочь. Она стояла напротив неё, держа в руках чашку чая, которую собиралась вручить матери, как только та разместится в уютном кресле. - Спасибо, Долорес, - произнесла Пепа, опускаясь на мягкое сидение, аккуратно забирая чашку из рук старшего ребёнка. Непривычно видеть свою дочь в такой ситуации. Обычно, вместо девушки приносил успокаивающий напиток её младший брат, но сейчас, вряд ли женщина будет рада видеть среднего, из своих детей, сына - Камило. Он-то и был причиной её стресса... ну... процентов на пятьдесят. Другие пятьдесят процентов забирала его кузина-одногодка - Мирабель. Что же такое произошло? С самого утра, что сын, что племянница, будто сговорились вывести женщину из себя, постоянно ссорясь и ругаясь. И нет бы, решать эту проблему самостоятельно: всё же, им уже по пятнадцать лет - не маленькие. Однако, каждый раз, каким-то образом они оказывались около Пепы и жаловались ей одновременно друг на друга, тем самым только подливая масла в огонь их ссоры. И женщина правда по началу пыталась помочь разобраться с возникшим недопониманием между ними, но, к середине дня, она сдалась, а теперь и вовсе сидит нервированная и надеется не промокнуть до нитки. Что же касается остальных членов семьи? Им также надоела ругань Камило и Мирабель, и, вроде бы, Джульетте как-то удалось их успокоить, но ненадолго. Как только женщина ушла в город, по делам, - а она была единственным человеком в доме, который мог достучаться до подростков, - ссора вновь набрала свои обороты. Но самое интересное было то, что до сегодняшнего дня эти двое были дружны как никогда, а тут вот такой подарочек всей семье. И, самое главное, проблема-то пустяковая: Мирабель не понравилось, что её двоюродный брат берёт её расчёску и не возвращает на место, в связи с чем, девушке приходится искать её по всему дому. И такое происходит, - как стало известно из слов Миры, - не в первый раз. - Дура! - Идиот! Их голоса звучали где-то на фоне. Нечёткие, но громкие. Однако Долорес всё слышала и грустно вздыхала, понимая, что помогать им разобраться бесполезно. В какой-то момент она даже зажмурилась: кто-то из них резко повысил тон. В это же мгновение Пепа не выдержала. Женщина поставила чашку с недопитым чаем на столик рядом с креслом так, что она чуть не раскололась пополам. После, резко встала с мягкого сиденья и, в ту же секунду, над её головой мелькнула молния. Начался страшный ливень. Вся одежда женщины в мгновение ока промокла насквозь. Пышные русые волосы противно прилипли к телу. В глазах читался гнев. Долорес же молчала, хлопая своими большими глазками. Она сжалась от испуга и, аккуратно подобрав подол платья, чтобы тот не намок, отошла в сторону, как бы пропуская мать разобраться с объектами её раздражения. Тяжело шагая по полу Каситы, Пепа только растила тучу над своей головой. В мыслях звучали всевозможные проклятия, адресованные Камило и Мирабель. Их же голоса, по мере приближения к комнате племянницы, звучали всё громче. И вот, не успев подняться по лестнице, Пепа видит, как её сын с грохотом открывает дверь кузины и начинает спускаться вниз. Явно собирался искать свою мать. За ним выходит Мира, по выражению лица которой становится ясно, что она очень недовольна разговором с братом. - Да как ты смеешь такое говорить! Как же ты!... - девушка устремляется за кузеном по лестнице, осыпая его тысячью проклятьями, внезапно замирает, остановившись рядом с ним, прерывая свою тираду и медленно поднимая голову. А тучка-то разрослась, и не на шутку. Кузены синхронно посмотрели сначала на серое, чуть ли не чёрное облако, из которого шёл уже не ливень, а целый водопад, а после осторожно перевели взгляд на Пепу, по глазам которой было понятно, что брата с сестрой ничего хорошего не ждёт. Женщина схватила обоих за руки и направилась в сторону выхода из дома. Она не то чтобы тянула их за собой, а уже буквально волокла. Удивительно, что находясь рядом с Пепой, что Мирабель, что Камило промокли совсем чуточку. Оказавшись у входа, женщина дождалась, когда Касита откроет свои дрожащие двери, - даже дом женщину боялся, - и вытолкнула кузенов наружу, прикрикнув вслед: - Пока не помиритесь, домой не возвращайтесь! После Пепа грозно хмыкнула, рассматривая подростков и, злостно топая, удалилась вглубь Каситы. Двери захлопнулись, оставляя брата с сестрой на улице.