После грозы

–Здравствуй, Теодора Эйвери..–силуэт ухмыльнулся и белые зубы подобно светоотражателям блеснули во мраке. Превосходный английский с лёгким немецким акцентом разнесся по комнате, прервав гробовую тишину. Фигура шагнула вперёд, заставив Теодору с опаской отступить на шаг назад. Девушка заметно напряглась, нахмурившись и сжав кулаки. Журналистка вскочила и глянула себе за спину как только помещение опять осветила слабая, мерцающая лампа. Повернувшись опять к ночному гостю, Эйвери сильно удивилась. –Кристоф? Разве ты со своими друзьями не уехал на фронт?– кулаки разжались, а журналистка немного расслабилась. –Да..–протянул немец, почесав затылок– Так и есть. Но давай об этом не сейчас.– убедительно попросил Кристоф, нахмурившись. Его взгляд, будто камень давил на журналистку и та лишь сдержанно кивнула в ответ.– Я к тебе по делу. –Какому?–девушка приподняла одну бровь, вопросительно глядя на немца. Солдат с загадочной улыбкой потянулся к руке Теодоры, но та быстро отвернула её, сделав шаг назад. Кристоф, поднял возмущенный взгляд на неё. –Мы ведь с тобой уже поладили, Теодора, разве нет?– мужчина выпрямился, расправив плечи. –Это не даваёт тебе разрешения касаться меня. –Я тебя всё ещё пугаю?– удивился фон дер Штайн, распахнув карие глаза, что были чуть темнее чем во последнюю их встречу, из-за чего казались черными, глубокими дырами. Теодора неуверенно кивнула, чувствуя что-то неладное. –Ты выглядишь странно..–заметила девушка, при этом незаметно принюхавшись, дабы учуять тот знакомый резкий запах одеколона, но вместо него ничего. –Тебе кажется. Давай вернёмся к делу.. –Кристоф, ты меня правда пугаешь, я не буду этого скрывать. Уйди.– журналистка отвела взгляд, медленно сложив руки на груди. –Чем же я тебя напугал? А впрочем, не важно.–немец завел руки за спину– Ты знаешь,что понравилась мне сразу. Поэтому я решил предложить тебе сделку. –Сделку?– недоуменно повторила Теодора. –Верно. Расскажи мне, о своих желаниях..ты о чём-то мечтаешь и я могу помочь тебе осуществить твою мечту–в его глазах блеснула странная, даже слегка пугающая искра– Чего ты хочешь? –О чем ты вообще? Мне не нужна помощь.– девушка сделала неуверенный шаг назад.–Я сама разберусь со своими целями и мечтами.– ответила Эйвери, не поднимая взгляд на собеседника. –Не отказывайся. Я могу исполнить всё что пожелаешь и в обмен практически ничего не просить –Кристоф сделал уверенный шаг вперёд я укоротив расстояние между ними и немного нагнувшись. –Мне ничего не нужно. Уйди, пожалуйста–Теодора с последних сил сдерживала в себе весь страх и волнение. Фон дер Штайн потянулся к плечам журналистки,коснулся и его руки тут же перехватили.–Прекрати.– Эйвери отбросила от себя руки солдата,но тот тут же схватил её за запястье, заставив девушку в панике пытаться освободиться от хватки. –Ты всё равно ко мне придешь..–прошипел сквозь зубы немец, сжимая запястья Эйвери. Девушка вскочила, сжав в кулаках простынь, чувствуя как на лбу выступил холодный пот. За окном уже сияло ласковое летнее солнце, через окно дотягиваясь к дрожащим рукам и ошарашенному лицу журналистки. Теодора осмотрелась, анализируя комнату. Никого. Глаза опустились и журналистка вздрогнула, увидев на запястьях красные следы. Эйвери подняла руки, разглядывая их. Паника внутри медленно нарастала, заставляя сердце биться чаще. Тео опустила руки, вздохнула и зарылась пальцами в растрёпанные волосы, что прикрыли её растерянное лицо.

***

Лоуренс стоял возле кровати, перед открытым чемоданом и бережно складывал свои вещи внутрь. Их было немного поэтому мужчина быстро разобрался с ними. Журналист направился к столу, чтобы взять нужные черновики и старый блокнот, где было довольно много важных заметок. Баркли вернулся к кровати с небольшим количеством листов, которые принялся положить поверх одежды, бросив блокнот рядом с чемоданом. Вскоре листки перевязанные тонким шнурком лежали к углу. Лоуренс оглядел собранный чемодан и отвёл взгляд в сторону. Журналист взял блокнот и о чём-то задумался,после чего принялся искать среди последних страниц то,что Теодора писала на пикнике, когда брала своеобразное интервью, просто служившое поводом выяснить интересующую вещь. Мужчина оглядывал внимательно каждую страницу начиная с конца,пока не наткнулся на ту самую. Красивым, чем-то похожим на почерк самого Баркли была написана только одна фраза, которую мужчина не удержался и прочитал вслух –У меня никогда не было таких чудесных собеседников как ты –Военный журналист смутился и улыбнулся, закрыв блокнот и бросив его в чемодан. Лоуренс вздохнул и взъерошил волосы. В дверь постучали, отвлекая Баркли от мыслей и стирая с его лица глупую, смущённую улыбку.– Войдите– спокойно отозвался военный журналист. Дверь открылась и на пороге предстала коллега мужчины, нервно теребящая рукава белой блузки, заправленной в клетчатую юбку. Девушка подняла голову и улыбнулась. –Доброе утро.–взгляд устремился на чемодан.–Ты куда-то уезжаешь?–поинтересовалась журналистка, направляясь к Баркли. –В связи с ситуацией пора менять уютную комнату на..–Лоуренс закрыл чемодан–..сырые окопы. –Почему ты не предупредил?– девушка скрестила руки перед грудью– Когда уезжаем? Мне уже следует идти собирать вещи? –Что?– военный журналист повернул голову в сторону Теодоры. –Говорю, чемодан пора идти собирать.–усмехнулась Эйвери. Она развернулась и уже хотела уйти,но вдруг не остановил голос коллеги. –Не стоит. Ты всё равно никуда не едешь. –Не еду?–девушка повернулась к собеседнику на пятках, непонимающе уставившись на него. Лоуренс ей в ответ кивнул, чем вызвал с её стороны ярое недовольство.– Почему? Это потому что женщинам не место на войне, верно?–журналистка нахмурилась. –Нет.– Баркли вмиг оказался очень близко, положив руки на плечи Теодоры– Это потому что я не хочу подвергать тебя опасности и..терять. –А я не хочу тебя отпускать. И поэтому я еду. – Эйвери накрыла его руки всё ещё подрагивающими ладонями–Это моё окончательное решение. –Спорить с тобой бесполезно– Лоуренс грустно отвёл взгляд.– Но подумай ещё раз. –Лоуренс, я отлично осознавала на что иду, ещё в Америке. Моя работа такая же как и твоя, писать об ужасах войны и не важно где я буду это делать.– она сжала руки мужчины в своих, ласково улыбнувшись. –И так. Почему ты ко мне пришла?– повисшую между ними паузу прервал военный журналист, освободив и опустив руки. –Просто..–Теодора украинкой глянула на свои закрытые рукавами запястья и опять подняла взгляд на собеседника– решила заглянуть. Спросить как твоё утро. –Тебя что-то беспокоит?– поинтересовался мужчина, заметив взволнованность и даже лёгкий страх как в голове так и на лице Эйвери. –Кошмар приснился– Теодора махнула рукой.–Но я в порядке. Пойду соберу чемодан. А мы когда выезжаем? –В обед.– мужчина достал часы из кармана темных брюк–Или чуть позже, если потребуется. –У меня так мало времени чтобы попрощаться с Йоке.– заметила Теодора открывая дверь. –Не прощайся с ней навсегда. Если захочешь,мы в любой момент сможем вернуться обратно. Исходя из этого, можешь брать только два или три платья. Долго держать тебя там не буду. –Не боишься что не пустят обратно в Химворде?– журналистка повернула голову в сторону коллеги. –В таком случае мы что-то придумаем,но вернёмся–Баркли ласково улыбнулся в ответ Теодоре, получив в ответ такую же улыбку от девушки.

***

В тот день, перед самым отъездом, Теодора нехотя попрощалась с хозяйкой дома, в котором они прожили некоторое время, и подругой-медсестрой, что до последнего не хотела отпускать Теодору на фронт. После этого журналистов ожидала дорога сначала к небольшой деревушке, также "оккупированной",но к счастью не немцами, деревушке, больше похожей на поселение, а после и к самому полю битвы, но это уже история следующего дня,а сейчас, журналисты обогревались в маленьком домике практически в центре деревни, где от окопов,в таких же маленьких домах, отдыхали солдаты, организовав здесь своеобразный лагерь. Девушка задумчиво смотрела в сторону стоящей на столе керосиновой лампы, что практически не освещала всей комнаты, которая была единственная в домике. В задумчивых, затуманенных случайными мыслями о всём что происходит отразился маленький огонек. Помещение наполнили шаги. Лоуренс подошёл к койке на которой сидела Теодора и любезно предоставил ей плед, накинув того Эйвери на плечи. Журналистка с удовольствием приняла его и укуталась получше. –Спасибо–девушка кивнула и подвинулась чуть в сторону. Койка издала громкий, раздражающий скрип, когда Баркли сел возле Теодоры.–Жаль, здесь нет воды. А то смотря на грязь в некоторых местах я хочу сходить в душ ещё один раз за сегодня. –Соглашусь. Но на войне гигиена последнее о чём кто-либо думает.–Лоуренс пожал плечами. –Ничего. Закончим с работой и вернёмся в Химворде. А потом в Америку..–мечтательно промолвил а Теодора.–Скорее бы это всё закончилось. –Война это, конечно,ужасно,но если бы не она..–военный журналист повернул голову в сторону коллеги.–..я бы никогда не узнал что про спелые помидоры пишет столь сильная и прекрасная девушка, которая достойна восхищения. –Спасибо– от смущения щеки Эйвери покрылись лёгким румянцем. Она подняла голову и глянула на собеседника– Лоуренс, я не знаю что нас ждёт дальше. Я хочу сказать..–девушка поджала губы, потянувшись к сложным в замок рукам военного журналиста. Она осторожно накрыла их своей нежной ладонью.– Ты мне важен и я.. Мужчина освободил свои руки, упёрся ими в скрипучую койку, наклонившись вперёд. Его дыхание обожгло скулу журналистки. Кончик носа коснулся щеки, поднялся чуть выше и Баркли, обхватив девушку за плечи, оставил возле её уха беглый поцелуй. Теодора наклонила голову немного в сторону. Кончики пальцев Лоуренса пробежалась к шее, убрав небрежную косу с плеча. Целуя кончик розовых губ девушки, Баркли уловил тяжёлый, перерастающий в тихий стон, вздох. Теодора прикрыла глаза, зарылась в густые волосы военного журналиста пальцами. Койка издала очередной, надоедливый скрип когда Лоуренс бережно уложил на неё журналистку, нависая над ней, оставляя нежные поцелуи на тонкой шеи, цепляясь нижней губой на плотную ткань блузки. Жилет Баркли отправился на столик, упав рядом с лампой,не без помощи цепких рук Эйвери. Внутри, под одеждой всё сгорало от желания. В голове лишь мысли о его руках, дыхании, о нём, ставшем за столь короткое время таким родным. За жилетом отправилась блузка Теодоры, на неё упала рубашка мужчины. Руки Лоуренса спустились к талии, скользя по тонкой ткани. Вновь прильнув к губам своей любовницы, журналист быстро избавился от юбки, оставляя её в милом кружевном платьице чуть выше колена. Мужчина пробежался взглядом по девушке, рукой он от плеча провел к кисти Эйвери, бережно приподнял руку журналистки, всё же оторвав от неё взгляд. На слегка игривом лице Лоуренса показалось удивление. Он вскинул брови и глянул на осознавшую причину недопонимания коллеги Теодору. –Откуда это?–Баркли кивнул в сторону руки девушки и та только грустно отвела взгляд, чувствуя как страх начинает вновь нарастать внутри, а сердце биться уже из-за испуга и легкой панике.–Тео, что с тобой произошло?–уже настойчивее спросил мужчина, заметив украдкой такой же след и на другом запястье. –Ты только не думай что я сошла с ума.–после небольшой паузы начала журналистка– Прошлой ночью я видела Кристофа. –Того немца? Но они ведь уехали. –Я тоже сначала удивилась и спросила об этом,но он отмахнулся. Начал говорить о какой-то сделке. Говорил о том что исполнить мои желания,а после буквально набросился на меня– Теодора вздрогнула от неприятных воспоминаний. –Занимательно.– задумчиво протянул военный журналист. –Лоуренс, прошу, я не хочу сейчас об этом говорить– журналистка подняла глаза на лицо мужчины. Баркли тихо поднёс руку девушки к своим губам и коснулся посиневших следов на запястье. Скользнул выше, вызвав усмешку со стороны Теодоры из-за щекотного поцелуя на ладони. Освободив свою ладонь,она положила её на щеку военного журналиста. Лежащей на плече Лоуренса рукой Эйвери потянула его на себя, чтобы тот стал чуть ближе, чтобы его дыхание коснулось всё ещё покрытой румянцем щеки журналистки. Во мраке помещения, где холод таился по углам,пробегая сквозняком по полу от стены к стене, за окном отчётливо слышался шелест листвы. Звенящую тишину,после небольшого порыва ветра за стенами, прервал протяжный, тихий девичий стон. На изголовье кровати бросили белое платье. Кончиками пальцев Лоуренс вновь провел по внутренней стороне бедра, вызывая по телу мурашки. Бляшка ремня брякнула и уже через меньше чем минуту ремень оказался на полу вместе с брюками. Баркли накрыл тело Теодоры своим, уткнувшись ей в шею носом. Журналистка откинула голову, обвив поясницу любовника ногами и наполнив комнату сладким стоном.

***

С утра журналисты направились в один из окопов, находившийся на поле за лесополосой. Ранее там изобиловали травы,а сейчас только рыхлая сухая земля, усыпанная осколками и прочим мусором, пропитанная алой кровью солдат, игравших в войне лишь мешок в руках тех,кто выше. Ходить по ней жутко, неприятно и опасно. И всё же дошли они быстро, но не одни,а под руководством одного из солдатов, что оказался довольно приятным мужчиной тридцати шести лет. Теодора обняла колени сидя на мешке в полтора метровом окопе, облокотившись на сырую землю. Над её головой старые доски, недалеко, где-то в стороне ниша, перед девушкой стоял мужчина разглядывая даль через бинокль. Лоуренс сидел рядом что-то записывая в новом блокноте. Журналистка смотрела то на солдата то на коллегу, задерживаясь взглядом на последнем. –Не видно немцев.–мужчина опустил бинокль, продолжая щурится, еахмурив брови,одна из которых отличалась небольшим шрамом. –Спят ещё– усмехнулся Баркли, отвлекаясь от записей. –Не спят они. Дают время насладиться покоем, а потом опять начнут– Дан поправил каску, под которой скрывалась лысая голова, и повернулся к журналистам.–Страшно, красавица?– обратился он к Эйвери, спрыгнув с коробки и сев на неё. –Гм?– журналистка глянула в сторону Дана.– Просто к окопу ещё не привыкла–Эйвери опустила ноги, закинув одну на другую и сложив руки в замок на коленях. –Ты прости, но ума не приложу, кто в здравом уме отпустил на войну женщину– последнее слово он ярко выделил. Возмущенная, вскипевшая словно чайник, вот видишь засвистит с минуты на минуту, Эйвери уже хотела заступиться за себя, но её опередили. –Дан, ну что за неуважение к даме?–Бакрли положил ручку в карман на груди пиджака, закрыв блокнот.–Она талантливый человек и не важно что это женщина.– с улыбкой на губах, Лоуренс повернул голову в сторону журналистки, смутив её. –Как скажете– фыркнул солдат и вскочив с места как только услышал что-то вдали. Он нагнулся и подхватил винтовку, обронив несколько грязных слов. Журналисты напряглись и застыли, ожидая каких-то команд от солдата, что подобно и другим принялся прислушиваться и всматриваться вдаль, ловя каждое даже самое малое движение. Некоторые уже нацелились, готовясь стрелять во врага. В воздухе повисла угнетающая тишина, вскоре прерванная выстрелом. За ним последовал ещё один. Все солдаты как один упали на землю. Лоуренс среагировал быстро и, потянув за собой коллегу, последовал примеру бойцов. Он прижал и прикрыл собой журналистку. Выстрелы не утихали. Кто-то из солдатов подал голос, Дан прислушался и обратился к журналистам. –Они не собираются прекращать! Идите за мной!–солдат приподнялся и махнул рукой. Лоуренс "освободил" Теодору и она рванула полуприсядки к Дану.Баркли принялся подниматься и хотел подбежать к остальным,но понял что нога застряла в небольшой ямке. Лоуренс дёрнул ногой несколько раз и всё безрезультатно. Эйвери остановилась и повернулась к военному журналисту,но её за руку схватил солдат, продолжая путь–Ему помогут! Не медли!– Теодора хотела сопротивляться,но мужчина оказался сильнее и тянул девушку за собой против её воли,не останавливаясь ни на миг. Она еле успевала за ним. Но всё вокруг вмиг затихло после громкого взрыва, вместо обстрелов журналистка слышала только раздражающий звон в ушах. Девушка упала на сырую землю, прикрыв глаза.

***

Больница наполненная не частыми криками, в основном гробовой тишиной и тошнотворным запахом крови и смерти. По пустых коридорах лишь иногда пробегали медсестры, прерывая молчание белых стен цокотом каблуков. Палат попросту уже не хватало на всех раненых, и всё же для одного сделали исключение выделив койку. Рядом с ней все время сидела покрытая ссадинами и несерьёзными, благодаря чуду, ранениями девушка. Горячие слёзы стекали по нежным щекам. Она сжимала его руку, сидя рядом с койкой на холодном полу и положив голову на уровне бедер мужчины. Тихие всхлипы наполняли собой палату, но к счастью не мешали другим пациентам спать, другим же уже доживать последние минуты. Поднеся холодную руку журналистка к губам, девушка оставила трепетный поцелуй на тыльной стороне ладони. Губы Теодоры дрогнули и она, прикрыв глаза, прислонилась щекой к холодной руке Лоуренса. –Я знаю, ты меня слышишь..–голос дрожал, срываясь на всхлипы–Не оставляй меня. Я прошу тебя. –журналистка подняла голову и посмотрела на лицо Баркли. Изуродованное,но со знакомыми до боли в сердце чертами. На покрасневшие глаза вновь навернулись горькие слезы– И я не брошу. Не брошу тебя, слышишь? Ты только останься со мной– рука невольно потянулась к лицу мужчины с засохшей местами кровью. Большим пальцем журналистка провела по подбородку Лоуренса. Её ладонь спустилась Баркли на грудь, а голова легла на живот. В палату вошли. Пара шагов остановились за спиной у Теодоры, но та совершенно не была заинтересована в том кто пришел и с какой целью. Всё что её волнует, сейчас лежит почки без дыхания, практически сшитый воедино из кусков плоти, но по прежнему прекрасный, родной, нужный. Доктор грустно отвёл взгляд от девушки. Йоке вытерла со щеки мокрую дорожку оставшееся после солнечной слёзы. В палате вновь повисла тишина. Сухие губы девушки задрожали. –У него ведь есть шансы?– Эйвери повернула голову в сторону Джона. –Он будет жить, правда? –Мы сделаем всё возможное.–сдержанно ответил Робертсон, так и не взглянув в полные отчаяния серые глаза напротив. –Верни мне моего Лоуренса.– она сглотнула и ещё сильнее сжала ладонь военного журналиста, сдерживая новые слёзы. –Тео..–Йоке бросила беглый взгляд на доктора. Он кивнул.– Пойдём. Тебе нужно успокоиться. – медсестра сделала один шаг к журналистке, осторожно подхватив её под руку. Эйвери еле поднялась на ватных ногах, с явным усилием держась на ногах. Она не могла так просто отпустить его, оставить одного, но подруга была слишком настойчивой. Медленно разъединила их руки и слегка приобняв Теодору, Ван Дер Люссе не спеша повела её к выходу из палаты–Пойдём. Осмотрим тебя.. Не переживай, с ним всё будет хорошо. Йоке говорила ещё что-то,но Теодора уже её не слушала, только перед тем как отойти от палаты, услышала печальное «..без шансов» со стороны доктора, а после только тишина и вновь слёзы стекают к подбородку.

****

–Мисс Флеминг..?– обронил незнакомец, по прежнему невозмутимо сидя в тени.–Вы в порядке? –А?– Одри моргнула несколько раз, приходя в чувства и стараясь убрать выступившие слёзы после потока воспоминаний о событиях давно минувших лет.–Да, простите. Продолжим? –Разумееться. –Так..–Журналистка открыла блокнот, глянула на страницы, поджав губы. Понимая что открыла не в том месте, девушка принялась искать нужные вопросы. –Мисс Флеминг. –Да, сейчас, простите– дрожащими руками Одри продолжала искать нужные листы. –Теодора.– Незнакомец ударил пальцем по подлокотнику своего кресла. Девушка остановилась и ошарашенно глянула в сторону силуэта. Мужчина поднял руку и одним лёгким движением взъерошил волосы, из-за чего те упали на лицо. Незнакомец поднялся с кресла и сложил руки за спиной, сделав пару шагов в сторону журналистки. На его лицо упал мягкий свет, показав мисс Флеминг всё то, что скрывала тьма. Грубые черты лица, тонкие губы, зеленые, с оттенком серого, глаза. Знакомое лицо отразилось в зрачках Одри. Она опустила блокнот и тот упал перед мужчиной. Он наклонился и поднял вещь журналистки, с улыбкой протянув его хозяйке. Сначала журналистка посмотрела на блокнот,после её взгляд поднялся на лицо. Она сделала неуверенный шаг вперёд, сократив расстояние. Рука Одри сама потянулась к щеке мужчины. Он не сопротивлялся, накрыл её ладонь своей, а после всё же заключил девушку в крепкие объятия. –Лоуренс..– прошептала Одри, прижимаясь ближе к мужчине. –Этого не может быть.. –Теодора, сколько лет я ждал тебя.–Баркли прикрыл глаза и уткнулся носом в макушку журналистки. –Но как?– Теодора отстранилась от военного журналиста, не отпуская его плечи. –Кристоф– в один голос промолвил журналисты. Эйвери будто ударили током и она тут же зарылась в свою сумку, под вопросительным взглядом мужчины. –Вот– она достала склеенный конверт и протянула его Лоуренсу. –Ты его нашла..– то ли радостно то ли разочарованно прошептал мужчина. –Я нашла его в ночь, когда за окном была гроза и хранила всё это время, ведь столь ценных слов никогда не слышала.. В комнату проникли ласковые лучи солнца, несмотря на по прежнему идущий холодный дождь. Теодора ощутила души на своей спине и улыбнулась. –Это оно за на радуется..–Эйвери оглянулась и с более искренней, широкой улыбкой повернулась вновь к Лоуренсу, накрыв его руки, держащие лист, своими– Ведь, мы опять вместе..